— Куда собралась, красавица? — Кирилл перехватывает меня за талию и вжимает в себя, стоит только выйти из уборной.

Голова гудит.

И не только от того, что эта музыка, этот антураж, хмельной запах алкоголя и закусок- это все не про меня.

Еще и наша переписка с Беркутом…

Я, конечно же, ответила ему, что Дашка в клубе и не выходит на связь.

Стоит ли говорить, сколько сотен звонков он сразу на меня обрушил…

Говорить я с ним не могла. Попросту не решалась.

Представляю, какой он сейчас злой. И всех собак непременно спустит на меня. Словно бы это моя дочь и моя зона ответственности, пока он…

Я скинула ему локацию клуба, где по идее должна быть Даша, правда, не будучи уверенной, что она реально там. От этой мысли тоже холодило кровь.

Страшно представить, что может случиться с молодой девочкой посреди московской ночи.

Отчаянно хотелось вырубить телефон, но вдруг она позвонит. Мне, не ему… Совесть не позволила.

И потому я с тяжелым сердцем и головой смотрела на то, как экран планомерно загорается вызовами от начальника. Очевидно, бывшего начальника…

Всё, не могу больше здесь находиться, нужно срочно валить.

Встала из-за стола по-английски. Пусть думают, что снова в уборную.

Планы решительные- ополоснуть лицо- и прямиком домой. Уже нажала вызов такси в приложении. Про себя чертыхнулась от цены. Еще бы, пятница, ночь, центр города- золотая жила для извозчиков.

— Куда собралась, красотка? — Кирилл перехватывает меня и мои планы у самого вхожа в женскую комнату.

Его запах приторный и тяжелый. Дорогой, но не мой.

Не мой вообще мужчина.

Что бы там ни говорила Лида, Беркут, да хоть еще сто тысяч людей на свете, включая самых именитых психологов.

Даже если очень скучно и ты очень отчаян, не стоит бросаться на того, кто не интересен, кто с параллельной прямой…

— Голова разболелась, я домой, — говорю лаконично, пытаясь увернуться из захвата.

— В смысле разболелась? — с прямой претензией в голосе выдает мужчина, — мы ж только начали! Веселье впереди.

У него, наверное, явно не для меня.

Мне вообще стоит уже сегодня в ночи заняться обновлением своего резюме на хэд хантере…

— Прости, Кирилл, мне правда пора, — поднимаю на него искренний, извиняющий взгляд, но…

Натыкаюсь отнюдь не на понимание.

Челюсти его сжаты. Взгляд становится потемневшим и высокомерным. Энергетика- давит даже в таком месте, где и так слишком много переплетено тел, эмоций, настроений…

— Вообще- то я тебе не мальчишка, которого можно по столу мордой поводить и съ… ться, цыпа… Ху...и соглашалась, если динамо?! — его грубые ругательства басом, грозным, агрессивным, заставляют внутри все нервно сжаться… Время галантности прошло, очевидно…

Тело инстинктивно отбрасывает в ощущения, которые я испытывала в кабинете у Генерала, когда этот самый «друг» точно так же схватил меня за руку и не отпускал, обливая сальными взглядами.

И… Точно так же, как и тогда, инстинктивно сейчас хотелось бы увидеть Беркута, который остановит его, заставит заткнуться…

Когда паника начинает окольцовывать горло, какая-то внутренняя сила заставляет меня повернуть голову вправо и…

Не знаю, что конкретно я испытываю сейчас- облегчение, еще больший страх или что-то еще… Потому что в глазах стоящего в пяти метрах от нас Беркута, который в упор смотрит мне в глаза, я вижу такой студень, что сама замираю, как ледяная фигура…

Он отрывается от меня и тут же переводит взгляд на Кирилла, все еще держащего меня в кольце своих лапищ. А вот сейчас мне почему-то становится так страшно, что хочется упасть в обморок…