Нажми на кнопку — получишь результат

И твоя мечта осуществится…

Чингиз смотрел на меня, как на джина, вырвавшегося из кувшина, и в глазах его читались ужас, гнев, ненависть, презрение, страх…

— Ух-х, — покачал я головой и отодвинул подальше тревожную кнопку, на которую он пытался нажать. — Чингиз Ильдарович, что с вами? Это же я, Сергей, вы меня не узнали что ли?

— Что тебе надо? — тихо прохрипел он. — Пришёл добить… падла…

— Если бы я пришёл вас добить…

— Что с охраной⁈ — перебил он.

— Охрана на посту, три человека, внимательно всех осматривают. Но не медперсонал. Этого им точно никто не позволит, вы же понимаете. Так вот, если бы я пришёл, чтобы вас добить, стал бы я разговоры разговаривать? Как думаете?

Я опустился на крутящийся стул на колёсиках и подкатился к нему поближе.

— Вы действительно думаете, что это я вас взорвал?

— Ты навёл, — тихо сказал он и закрыл глаза. — Ты позвонил и сразу же прилетело.

— А зачем бы я выстраивал с вами тёплые и дружеские отношения, — уточнил я, — если бы планировал навести дрон?

— Чтобы мне позвонить!

— Бред какой. А сейчас зачем бы я пришёл? Вернее, почему сейчас бы вас не добил, раз уж потратил время, силы и умственную энергию, чтобы проникнуть в ваш бокс? Убивать ведь нужно сразу, а я вас разбудил. Сижу вот, разговариваю с чужой не слишком чистой, между прочим, санитарной курткой на плечах. Ладно, Чингиз Ильдарович. Всё это ерунда какая-то, я пришёл сказать вам, что я не имею отношения к этому покушению, к счастью неудачному.

Он снова попытался найти кнопку.

— Я вам потом верну её, — кивнул я. — Я вам звонил, не для того, чтобы наводить беспилотные летательные аппараты, а с целью проинформировать о небольшом совещании, состоявшемся в санатории АП. Совещались Ширяй и Сенатор. Сенатор считает, что это вы устранили Давида.

— Что?

— Ну, а что вы удивляетесь, вполне естественно. Вы хотели, пообещали, что не будете, получили своё и не выполнили обещание.

— Что ты несёшь⁈ Что я получил⁈

Он прикрыл глаза и облизал сухие губы.

— А это в логике Сенатора совершенно неважно. Он видит только то, что хочет. А именно то, что вы ненадёжный, агрессивный и кровожадный. Взорвали склад Шаха и…

— Это ты взорвал! — с трудом прохрипел Чингиз.

— Может, я, может, не я. Какая теперь разница? Сенатор уже выбрал виновного. Он совсем не хотел, между прочим, терять наработанные маршруты и сотрудничество с Шахом. Вы были компромиссом только при условии сохранения жизни Давиду. Нет Давида, нет и вас. Повторяю, это не я так думаю, а Сенатор.

— А Ширяй? — тяжело дыша, поинтересовался Чингиз.

— Ширяй считает, что Давида грохнул Шах. И это вполне возможно, потому что изначально Ширяй прорабатывал такую возможность с одним пенсионером и ветераном ФСИН. Но тот ветеран по давней вертухайской привычке и нашим, и вашим руки лижет. Поэтому я полагаю, что, всё-таки это Шах разобрался с Давидом, чтобы вот всю эту феерию и устроить. Понимаете меня?

Чингиз закрыл глаза и какое-то время лежал, не шевелясь и не подавая признаков жизни.

— А тебе-то я зачем? — наконец, проговорил он и посмотрел на меня.

— Ну, должен же кто-то уравновешивать весь этот треш. Мне нужен союзник. Не то чтобы друг на век, хотя это, конечно, было бы хорошо. Но есть и практические потребности. Ширяй не управляемый в том смысле, что не бежит делать, что мне надо…

— Думаешь, я побегу? — усмехнулся Чингиз.

— Мне и не надо. Достаточно, если вы, в отличие от всех остальных, сохраните здравый смысл, а это в текущей конфигурации уже немало. Так что выздоравливайте, уважаемый Чингиз Ильдарович, и возвращайтесь к обычным делам. Как вы себя чувствуете, кстати о птичках?

— Терпимо, — проговорил он, поморщился и снова пошарил пальцами по краю койки.

Я поднялся со стула, наклонился к Чингизу и протянул кнопку.

— Держите. Сразу только не трезвоньте, — хмыкнул я. — Дайте выйти спокойно.

Он взял в руку маленькую пластиковую коробочку и посмотрел на меня.

— Почему я должен тебе верить… — прохрипел он, всё ещё сверкая глазами, но уже не так воинственно.

— Наверное, потому, — пожал я плечами, — что я пришёл к вам несмотря на то, что ваши парни настроены решительно, как я могу догадаться.

— Не знаю…

— Ладно, выздоравливайте. И, кстати, охрану не снимайте. Могут ведь и от Шаха наведаться. Кто их там разберёт этих крутых парней…

* * *

В самолёте я встретил Лилю.

— Серёжа! — воскликнула она, когда я последним вошёл в салон.

Вошёл не один, а в сопровождении серьёзного и неразговорчивого качка. Ко мне его приставил Алексей Викторович. По поручению Ширяя, конечно. Долететь до Верхотомска в его сопровождении я согласился, но использовать дальше не собирался, поскольку он был связан с Алексеем, а мне это в хрен, как говорили интеллектуалы девяностых, не упёрлось.

Я этого дуболома еле заставил поменяться местами с Лилей. Он остался недоволен и я тоже.

— Какой важный, — залилась серебряным колокольчиком Закирова. — С охранником летаешь. В бизнесе. Да, Серёжа, вот что значит правильно жениться!

Она захохотала и не глядя, практически машинально, подхватила с подноса бокал с шампусиком.

— Нет, я нет, — улыбнулся я. — Откуда ты путь держишь? В Москве была? Ангелине почему не звонила?

— Так не дозвонилась. Она недоступна и недоступна. Куда ты её дел? Давай сфотаемся, наклонись. Нет, возьми бокал, тяни… Да блин, в камеру смотри! Сейчас птичка вылетит. Зачем ты отворачиваешься? Шпион, блин! Боишься, что фотку Ангелина увидит? Так где она, кстати?

— Спрятал, — усмехнулся я. — Видишь, улетаю, значит, пусть под замком посидит, — подмигнул я, и Лиля снова расхохоталась.

— А мы с Гагарой в Питер летали.

— Надо же, — усмехнулся я. — Прилепилась кличка. Как там Саня? У вас что, любовь-морковь что ли?

— Всё тебе знать надо! — кокетливо помотала она головой. — Просто на концерт вместе ходили.

— Просто на концерт? — поднял я брови. — В Мариинку, надеюсь?

Лиля снова засмеялась, хлопнула игристого и вскоре отрубилась, проспав до самого Верхотомска и не реагируя на напитки и еду. Видать, утомилась на концерте. Бывает…

* * *

— Витя, ты как тут, прижился что ли? — засмеялся я, хлопая по плечу водителя Ангелины, так и торчавшего здесь с момента, когда Давид заколбасил Мансура. — Ничего не отморозил?

Мы уселись в «бэху» Давида. В ту, что раньше возила его.

— Да скоро весна уж, наверное… — усмехнулся он.

— Ну, это ты загнул, что скоро, — засмеялся я. — До середины апреля может морозец жать.

— Я, честно говоря, уже заманался Алексея Викторовича просить, чтоб мне обратно разрешили вернуться. Нет, тебя-то я с радостью повожу, конечно, но я ж тут вообще без дела сидел. Жесть, Серёга.

Дуболом посмотрел на него неодобрительно. Фамильярность он не одобрял, похоже.

— Ладно, Витя, я с ним поговорю, чтоб тебя в столицу вернули. Парень ты хороший, да и не крепостное же право, да?

— Нет, ну так-то чё, я не в обиде, — опасливо глянул он на громилу. — Познакомился с жизнью сибирской, нормально.

— Барышней не обзавёлся?

— Ну… не так чтобы… нет, не обзавёлся.

— А, ну тогда рано тебя отпускать. Макс вот тоже у нас не местный.

Я хлопнул по плечу дуболома, сидевшего на переднем сиденье, и он чуть шевельнул головой.

— Отвези его в гостиницу, а я домой.

— Сергей Иванович, вас велено отвезти на дачу Глеба Витальевича, — заявил Макс.

— Ага, щас прямо, — усмехнулся я.

— У меня чёткая инструкция. Там вас ждут уже. Предприняты повышенные меры безопасности.

— Меня Алексей Викторович тоже предупредил, — кивнул Витя.

— Я не понял, это что, бунт на корабле? Давайте в офис тогда. Там я вас уволю и пойду, куда захочу.

На офис они согласились, и мы понеслись, стуча шипами по мёрзлому асфальту, по ледяным буграм, и по накатанному снегу. Стоял морозец, но небольшой. Послеобеденное солнце уже позволяло себе задерживаться на небосклоне подольше. Снег на улицах был чёрным, и от зимы уже все устали. И люди. И город…

* * *

Выйдя из машины, Макс с дикой физиономией осмотрелся и только потом открыл мою заднюю дверь.

— Видал? — усмехнулся я. — Шоб я так жил, Витя.

Витя заржал.

Мы пошли сразу в кабинет Савоси. В его суперсовременной приёмной царила всё та же молодая и нежная секретарша с выдающимися формами. Я усмехнулся. Космический экран компьютера был тем же самым. Ничего не менялось в этой вселенной. Исчезали планеты и галактики, заканчивая свои циклы за пределами видимости. Проносились кометы, Кашпировские, Раждайкины, Давиды, Варвары, а наш космос жил обычной жизнью не замечая потерь… Незаменимых у нас никогда не было…

— Здравствуйте, София Михайловна, — улыбнулся я. — У себя самый главный начальник?

Секретарша подскочила и бросилась открывать дверь, а я обратил внимание на ожидающего в кресле посетителя. Лет сорок-сорок пять, подтянутый, взгляд холодный, отчуждённый.

— Сергей Иванович, — воскликнул Савося, когда открылась дверь и я отвернулся от посетителя.

— Макс, дальше ходу нет, — бросил я через плечо, оставляя дуболома в приёмной.

Савося, известный в мою бытность, как Сава Мадрид, встал из-за стола и поспешил ко мне с вытянутой рукой.

— Здрасьте-здрасьте, Александр Анатольевич, — улыбнулся я. — Заскучали, смотрю без меня.

— Конечно, Сергей Иванович, заскучали.

Он улыбнулся приветливо, но без приторной лицемерной угодливости, и мне это понравилось.

— Ну что, с дорожки чайку или кофейку?

— Кофейку, с удовольствием, да только стоит ли рассиживаться? Времени много уже. Может пока познакомимся с нашим гендиром?

— Сейчас организуем, — махнул рукой Савося. — Я его просил на всякий случай никуда не исчезать. А то он исчезает постоянно.

Он подошёл к столу, нажал кнопку старомодного селектора и строгим голосом сказал в трубку:

— София Михайловна, пригласите ко мне Илью Андреевича, пожалуйста. И организуйте нам с Сергеем Ивановичем кофейку. Какой Сергей Владимирович? А… он у вас что ли? Ну конечно, пусть заходит… Минутку погоди, Софа… Я скажу.

Он отключил селектор.

— Что? — кивнул я.

— Да, там, этот… Степушин…

— В приёмной? Да без проблем поговорите, если нужно, я подожду спокойно. Позвоню пока.

— Нет, вы не поняли… Он к вам вообще-то…

— Ко мне? А… это специалист по аудиту?

Ширяй говорил, что пригласит спеца, который поможет мне войти в курс дела.

— Ну… — замялся Савося, — не по аудиту. Вернее, аудит да, но он лезет во все щели. Не знаю, зачем Глеб Витальевич именно его пригласил. Он вам все нервы вымотает.

— В смысле? — нахмурился я.

— Ну… он бывший мент…

Я хмыкнул. Учитывая мою собственную биографию, это скорее было плюсом, чем минусом.

— В общем, он такой… слишком принципиальный, что ли. Любит, чтобы всё было, как он сказал и имеет… как сказать… неприязнь к богатеньким… э-э-э…

— К сынкам что ли? — хмыкнул я. — К золотой молодёжи?

— Вот-вот… У него там история была… Он у нас работал, а потом Глеб его перевёл в область, в захолустье. В общем, я потом расскажу, только у него не спрашивайте.

— Не буду, — пожал я плечами. — Ладно, спасибо, что предупредили. Ну, так приглашайте, он что меня специально ждёт?

— Да он только приехал полчаса назад.

Савося снова нажал кнопку и попросил пригласить Сергея Владимировича. Дверь открылась и вошёл Степушин. Выправка у него была прямо военная. Он прошёл и представился. Глянул на меня так, будто мысленно уже несколько раз расстрелял. Я даже головой покачал.

— Рад познакомиться, Сергей Владимирович, — кивнул я, пожимая его крепкую сухую руку. — Мне Глеб Витальевич много хорошего о вас говорил.

— Сомневаюсь, — коротко ответил Степушин, чуть хмыкнув.

У него был пронзительный взгляд, глаза серые, стальные и сердитая складка над переносицей.

— Мы касались только профессиональных моментов, — заметил я. — Как вы понимаете, у меня багаж управленческих знаний не такой большой.

— Багаж? — прищурился он. — Багаж формируется годами, молодой человек. Опыт за пять минут не приобретёшь, даже с помощью лучшего репетитора.

— Да-да, — попытался разредить обстановку Савося. — Опыта у Сергея Владимировича достаточно. А опыт, как говорится, не пропьёшь.

Он рассмеялся. Как раз вошла София с тележкой с позвякивавшими чашками и пузатыми бокалами для коньяка.

— Пить я не буду, — резко ответил мой репетитор. — До конца рабочего дня ещё полтора часа. Мне нужно сначала посмотреть что к чему в бумагах. Самому разобраться для начала. Я могу пойти в бухгалтерию. Где моё рабочее место?

— Думаю, мы можем предложить Сергею Владимировичу кабинет Руднёва Максима Фёдоровича, — сказал я про кабинет Кашпировского.

— Мы думали, вы там захотите расположиться. Там приёмная…

— Ничего, в кабинете Давида Георгиевича мне будет лучше.

Вошёл франтоватый тип, лощёный, холёный, с глянцевой улыбкой, в узком пиджаке, коротковатых пижонских брюках и с алым шёлковым платком в нагрудном кармане. От него буквально пахло деньгами. Во взгляде Степушина скользнуло презрение.

— Здравствуйте, — бодро и бархатисто, как радиодиджей проговорил вновь прибывший. — Варламов Илья Андреевич, генеральный директор.

Он протянул руку Степушину и пытливо зыркнул из-под стёкол в золотой оправе. Взгляд у него был нейтрально-официозным. Ну, подумаешь, нужно представиться какому-то там надзирателю, присланному хозяином. Он меня не трогает, я его, почему бы и нет, будто бы говорил он.

— Очень рад с вами познакомиться, — чуть свысока добавил он. — Я всегда в вашем распоряжении, готов ответить на любые вопросы, помочь, рассказать, пояснить.

Степушин кивнул и протянутую руку пожал.

— Я Степушин Сергей Владимирович, — кивнул он, — а смотрящий вон тот паренёк. Но у меня тоже будут вопросы, конечно. Обязательно будут.

Варламов осёкся, обернулся, растерянно пригладил волнистые волосы и недоумённо посмотрел на меня.

— Всё верно, — улыбнулся я. — Вместо Давида Георгиевича теперь буду я. Смотреть. А Сергей Владимирович научит меня и надрессирует, чтобы я хорошо смотрел. Так что в ближайшие несколько дней, Илья Андреевич, вы постарайтесь, пожалуйста, быть поблизости.

— У меня, к сожалению, конференция по девелопменту запланирована в Москве, — покровительственно усмехнувшись, сказал он и всплеснул руками, мол, ничего не поделаешь. — Послезавтра начинается…

Весь вид его говорил, чтобы мы со своими претензиями шли по хорошо известным всем адресам.

— Придётся, наверное, вашему заму на конференции отдуваться, — улыбнулся я.

— Что⁈ — несколько раз хлопнул глазами Варламов. — Боюсь, это невоз…

Но я не дослушал и повернулся к Савосе.

— Александр Анатольевич, будьте добры, организуйте, пожалуйста Сергею Владимировичу максимально удобный номер. Максимально удобный.

— Да, всё уже подготовлено. Здесь, в соседнем подъезде, в нашей, так сказать, ведомственной гостиничке, в убежище. Там всё очень хорошо.

— У нас сейчас вся надежда на Сергея Владимировича, — усмехнулся я. — Нужно, чтобы ему удобно было. И питание тоже необходимо предусмотреть.

— Хорошо, — кивнул Савося и сделал пометку на календаре.

Варламов следил за происходящим, ничего не понимая.

— Илья Андреевич, — сказал я, широко улыбнувшись. — Очень приятно было познакомиться. Спасибо, что нашли время зайти. Завтра, думаю, у нас будет возможность поговорить предметно.

Его высокомерная рожа меня разозлила. Но и моя его, кажется, тоже. Он кивнул, прищурился, глянул на Савосю и снова на меня.

— Мой секретарь сообщит, когда у меня будет время завтра, — сказал он и зашагал к двери.

Степушин ушёл к Стасе, а я задержался ещё ненадолго.

— Где сейчас Парус с Кутей? — спросил я.

— Что? — удивился Сава Мадрид. — А-а-а… ну… Они же к службе безопасности прикреплены. Так что болтаются пока… Вы их что, Сергей Иванович… сократить хотите?

— Слушайте, Александр Анатольевич, зовите меня просто Сергеем, пожалуйста. Я хочу с ними поговорить завтра утром. Подумаю, куда их приспособить. Вам, кстати, этот Варламов нравится?

— А что? — чуть испуганно взглянул на меня Савося.

— Нормально с ним работается?

— Ну-у-у… — он пожал плечами. — Нормально… Кажется… А что?

Нашёл у кого спрашивать. Савося делам компании время не уделял, насколько я помнил.

— Просто хотел ваше мнение узнать. Ладно. Я пойду сегодня уже, а завтра увидимся. Распорядитесь, чтобы мне ключ от кабинета Давида дали завтра. Убирать ничего не надо. Пусть всё остаётся, как было.

— Хорошо, Сергей, — кивнул Савося. — Я ещё тогда подумал, что вы непростой молодой человек.

— Етит-Мадрит, — не удержался я, ввернув некогда любимую Савосей фразочку.

Второй раз уже за последнее время. Я хмыкнул и вышел из кабинета.

— Макс, — сказал я своему бодигарду. — Если хочешь везти меня на дачу к Глебу Витальевичу, тебе придётся меня убить. Ясно?

Он побурчал, но деваться было некуда.

— Доложи по службе, — сказал ему я. — Если захотят, поставят у дома машину с охраной. На даче я жить не буду. Ясно?

Он не успел ответить, потому что мне позвонила Ангелина.

— Нет, а почему не звонишь⁈ — сразу накинулась на меня она.

— Да не успел, — засмеялся я. — Я же сразу на работу поехал. Вот, сейчас хотел прийти домой и тогда уже позвонить. Как дела в столице? Никого больше не взорвали?

— Херово дела!

— Что такое? — насторожился я.

— Ты мне скажи! — сердито и зло воскликнула она. — Кажется, я поняла, почему ты меня не взял. Только за порог, сразу за чужими юбками, да?

— За юбками? Это что значит? За какими юбками?

— С Закировой шампанское в самолёте, да? Наверное она случайно там оказалась, да? Совершенно случайно. Ненароком, да? Думаешь, я не знаю, что она всегда хотела тебя трахнуть? Она мне сама говорила!

— Я понял, — усмехнулся я. — Пока ей не удалось, так что всё хорошо.

— Серьёзно? У тебя хорошо? То есть, мне очень опасно ехать в Верхотомск и поэтому ты не поехал в защищённое место а рассекаешь по городу, да?

Я посмотрел на дуболома Макса. Хороший мальчик. Хороший.

— Анжелик, я понял твоё настроение, — сказал я. — Но пока ничего не изменилось. Посиди дома, а я тут поработаю. Всё. Дедушке привет.

Естественно, охранники, которые будут отстукивать морзянкой о каждом моём шаге наверх, мне были не нужны. Нужно будет поговорить с Кукушей, чтобы спросил у Матвеича парочку надёжных ребят. Ну а сегодня… Сегодня я хотел как раз встретиться с Кукушей и ещё с Альфой. А завтра, если прилетит — с Чердынцевым…

— Всё, братья, отдыхайте, — сказал я, когда машина остановилась у подъезда. — Благодарю за службу.

— Нет, меня уволят, — покачал головой Макс. — Я хотя бы вас до квартиры доведу.

Я согласился. Мы поднялись до двери, я достал ключи и открыл дверь.

— Всё, Макс. На сегодня твоя работа закончилась. До завтра. Отдохни как следует.

Я был уверен, что надолго он здесь не задержится и, самое позднее, послезавтра вернётся в Москву.

Подождав, когда я войду в квартиру и захлопну дверь, он начал спускаться по лестнице. Я слышал его тяжёлые шаги, и у меня даже мелькнула в голове подленькая мыслишка, не крикнуть ли чтобы он вернулся…

Мышь под сердцем вдруг засуетилась и недобро заныла, а потом и вовсе царапнула когтем.

— Тише, тише, — вслух сказал я ей. — Не бойся, это свои. Свои.

Взгляд мой был устремлён на маленькую лужицу, не лужицу, а мокрое пятнышко, сверкавшее на линолеуме в прихожей.

— Это свои… — повторил я тихонько…

ОТ АВТОРА:

* * *

Смутное время! Год 1610-й! Интриги, борьба за власть, баталии и дуэли. Бояре, дворяне, казаки, поляки и татары — все против всех. Клубок, который надо распутать. Сильный герой проходит путь от гонца до господаря. Скидки на все книги серии 1-й том здесь — https://author.today/reader/464355/4328843