— Да, — сказал я, отвечая на вопрос Ширяя и посмотрел на Степушина. Он сидел на стуле за приставным столиком, и лицо его ничего не выражало.

Если бы он думал на меня, если бы заподозрил, что именно я слил Жанне информацию, вряд ли бы так орал. Затаился бы, как змея, наверное. Хотя, стопроцентной уверенности в этом не было. Думаю, когда он узнает истинные мои цели, если узнает, конечно, то разорётся так, что небеса рухнут на землю.

— Что «да»? — рявкнул он и замолчал. Заткнулся.

Я кивнул начальнику службы безопасности, чтобы он подождал в коридоре. И он тут же вышел.

— Язык проглотил, — пояснил я спокойно Ширяю. — Потому что вы слишком агрессивно выражаете свои мысли, Глеб Витальевич.

— Ты… — потерялся он и продолжил обманчиво тихим голосом. — Ты не охренел там, сынок?..

— Нет пока, держимся, а вы как?

Он рявкнул так, что безопасник, наверное, даже в коридоре услышал.

— Тебе там смешно, что ли⁈ — заревел Ширяй. — Ты что себе думаешь? Жук, сука, навозный! Вошь малолетняя. Да я чихну, и от тебя мокрого места не останется! Ты понял меня?

Я не возражал, ничего не говорил, просто слушал. Давал ему выговориться. Прорваться, нарыву, так сказать.

— Развели там, понимаешь, бардак! Информация прямым потоком льётся, а они сидят, острят, сука, смешно им там. Схемы рабочие гробят и в ус не дуют. У них там агенты вражеские практически официально всё сливают, а они нежатся, шикуют! Сами ещё ни копейки не заработали, а уже хозяева жизни, бляха! Это подписывать, это не подписывать.

Он задохнулся от гнева. По всему видать, положение было тревожным, а тревогу он гасил в стакане и дыму, то есть пользовался средствами не успокаивающими, а возбуждающими.

— Но если быть до конца точным, — воспользовался я паузой, — следует признать, что упомянутый вами архив не какой-то гипотетический крот создал, а ваш ближайший соратник. Правая рука. Он, кстати, тоже всё про крота говорил, что есть агент какой-то, типа ему донесли шпионы. Стоит подумать, не он ли сам этот агент.

— «Второгодка» что ли? — спросил Ширяй, чуть притихнув.

— Вот именно, — подтвердил я. — Имя придумал с намёком, а сам грузил ваши секреты в свой архив.

— Какие ещё секреты? Ты что, знаешь, что в архиве?

— Глеб Витальевич, ну что за детские прихваты? Вообще-то, если бы я не развёл Садыка, и не поработал бы живцом, с риском для жизни, то ваш Давид тут бы до сих пор чудеса творил.

— Ладно, герой, не забыт твой подвиг, только его ещё изучить нужно! К тому же сам Давид, насколько я знаю, не смог бы сообщить о своём архиве. Значит кто-то другой слил!

— Правда, так думаете? А сколько он ещё прощальных писем написал вы знаете? Уверены, что больше ни одного?

— Ты мне зубы давай не заговаривай! Я хочу, чтобы ты там, как человек новый и со стороны присмотрелся и поискал эту крысиную морду.

— Если есть крыса, мы её найдём. Не переживайте. Вот тут Новицкий ко мне пришёл…

— Кто? Какой ещё Новицкий?

— Глава местной службы безопасности. Сейчас ему дам задание…

— В шею всех этих Новицких! — снова закричал Ширяй. — Всё дырявое. И все дырявые! Нихера не могут сделать.

— Глеб Витальевич…

— Заткнись! Новицкому не говори ничего, я направлю людей, которые дадут ему инструкции. Скажут, что делать, ясно? И ты у них поучишься. А сам, по своему скудоумному разумению, не вздумай блокировать ещё какую-нибудь херню! По «Стройдоргипрошахту» всё вернуть на свои места! Если что не ясно — спрашивай. Тебе дали эту ищейку Степушина, вот он пусть тебе все азы расскажет и объяснит на пальцах как строится работа. Сам никуда не лезь!

— Типа, покорми собак и ничего не трогай, да? — хмыкнул я

— Что⁈

— Это я анекдот вспомнил. Анекдот. Про Белку и Стрелку в космосе.

— А у тебя кругом сплошной анекдот. Ты когда женишься, из-под каблука выползать вообще не будешь, да? Какого хрена невеста твоя прилетела? Ты чётко не можешь ей сказать, что делать и как делать? Не можешь — значит найдём другого жениха. Не зли меня, Краснов, и не разочаровывай. Сейчас время делать успехи, а не просерать всё подряд. А у тебя всё наоборот, похоже. Всё! Давай, работай!

— Работаем, Глеб Витальевич, — ответил я. — Работаем.

— По Ангелине ещё… Я велел усилить её охрану и не выпускать из поля зрения ни на секунду. Смотри, головой за неё отвечаешь! Я завтра вернусь в Москву и сразу за ней пришлю самолёт. Ты понял меня⁈

Он швырнул трубку, и она с грохотом ударилась об стол.

— Андрей Альбертович! — крикнул я, и дверь тут же открылась, в неё заглянул местный безопасник. — Всё слышали?

— В смысле? — удивился он. — Нет, ни слова не слышал, в коридоре не слышно ничего. Ни слова…

— Да тут слова и не важны. Важна интонация. Что у вас?

Он посмотрел на Степушина пытливо и как бы выжидательно.

— Да-да, — кивнул тот, поднялся из-за стола и пошёл к двери. — Я подожду снаружи.

— Что у вас? — снова спросил я, когда Степушин вышел из кабинета.

— Да, наверное, то же самое… Просто мне звонил Алексей Викторович, начальник головной службы безопасности.

— Они там вообще не спят? — хмыкнул я и посмотрел на часы.

Быстро до Ширяя информация долетела. Прошло-то всего два часа с момента выемки. Ещё рапорта не написали, ещё и не описали все находки, а Ширяй уже в курсе, что найден архив Давида. Наверное, Жанна доложила уже или говорила заранее, но информация у Ширяя была налажена неплохо.

— Не знаю, — пожал плечами безопасник. — Он вечером поздно мне звонил.

— И что вам Алексей Викторович сказал?

— Вы меня простите, я человек подневольный, — ответил он и ощутимо сник. — У нас хоть здесь как бы автономия, но функции контроля за безопасностью централизованы. Понимаете? Так что тут я просто ничего не могу поделать.

— Да говорите, говорите, о чём речь-то, я не понимаю.

— Так об Анатолии Матвеевиче Сиротине, которого вы велели устроить у нас на минимальную ставку.

— Ну, и что с ним? — нахмурился я.

— Дело в том, что Алексей Викторович категорически потребовал, чтобы мы не принимали на работу ни его, ни его напарника.

— Напарник и сам не хочет, — пожал я плечами.

— Я, на самом деле ничего здесь поделать не могу. Не сердитесь. И водителя Ангелины Евгеньевны, Виктора тоже было велено отстранить.

— А он-то в чём виноват? — спросил я. — Он же с Давидом вроде вообще не пересекался.

— А в Москве уже единица занята, потому что там сейчас идёт какая-то перетряска экстренная. Всё меняют на ходу — и штатное расписание, и графики, и требования к сотрудникам. В общем, там целая эпопея сейчас началась. И Виктор не подходит по каким-то параметрам. Ну и мне здесь он тоже не нужен. Ангелина Евгеньевна очень редко бывает, а в случае её визитов у нас своих ребят достаточно, чтобы её обслуживать. Но вы не беспокойтесь — мы подобрали вам очень хороших и надёжных спецов. Троих человек.

Он открыл дверь, кивнул, и из коридора зашли трое здоровых, крепких, как на подбор чуваков. И рожи у них были тоже как на подбор. На этих рожах я прочитал всё, что было нужно. Стучать они будут, мама, не горюй. Наглые, бегущие глазки, уверенность ну и всё такое. В общем, могли бы на «Мосфильме» забрать все роли проходимцев, мерзавцев, предателей и подонков. Кастинг был бы пройден на раз-два.

Они представились. Я выслушал, как их зовут и кивнул, чтобы они вышли. И они, все трое, вместо того чтобы выполнить мою команду, уставились на Новицкого. Он, поймав мой удивлённый взгляд, быстро обернулся и торопливо проговорил:

— Давайте, давайте, выходите, вам же сказали.

— Поставьте их на более напряжённый участок, — сказал я, когда они вышли. — Савосю пусть охраняют. Или Варламова. А я себе помощников сам определю.

— При всём уважении, Сергей Иванович, — начал он, — это невозможно. Вы понимаете, это распоряжение из Москвы…

Я прервал его, чуть приподняв руку.

— Вы меня не поняли, многоуважаемый Андрей Альбертович. Я не просил вашего мнения на эту тему. Забудьте. Снимите вопрос. Больше вы моей безопасностью не занимаетесь.

— Как? — заволновался он. — Что это значит? Сергей Иванович, у меня есть руководство, непосредственный начальник и…

— Да я не собираюсь вас увольнять, — кивнул я. — И просить об этом Глеба Витальевича тоже не собираюсь. Занимайтесь своими делами в обычном режиме. Но за свою безопасность я с этой минуты отвечаю сам.

Когда безопасник вышел, я позвонил Куте.

— Да, босс, — сразу ответил он. — Я здесь в кандейке. Едем?

— Нет, сидим здесь пока. Позвоню, если что. И в следующий раз докладывай, когда прибываешь.

— Понял…

— Что там с головой?

— Варит пока…

Я подошёл к двери и выглянул. Степушин стоял недалеко от кабинета.

— Сергей Владимирович, заходите. Извините за неудобство.

— Без проблем, — кивнул он, возвращаясь ко мне. — Полагаю, Варламов дал сигнал наверх и вам прилетел быстрый и громкий ответ. Правильно я понял?

— Правильно, — кивнул я, усаживаясь за приставной столик напротив Степушина. — Почему вас не поставили генеральным или хотя бы финансовым? С вашей-то проницательностью. Вы прямо влёт видите схематоз.

— Глаз намётанный, — кивнул он. — Я расследованием экономических преступлений занимался когда-то.

— А в какой структуре?

— Да, — неопределённо махнул он рукой. — Дело прошлое, неважно. Просто к слову пришлось. Меня нельзя на руководящую должность, я здесь всю работу сломаю, всё незаконное быстро запрещу. Меня от этого всего тошнит. Не знаю, как вы будете дальше себя чувствовать. Ещё парочку таких нагоняев от дедушки и станете лучше понимать товарища гендиректора Варламова.

Он усмехнулся.

— Интересно, Сергей Владимирович, — прищурился я. — Я вижу, вам все эти схемы, все эти обходы и махинации претят. И сделать вы ничего не можете. Почему не уходите, почему продолжаете работать на Лещикова?

Он нахмурился.

— Я что-то не то спросил?

— Да, — недовольно ответил он. — Не то.

— Не ответите, значит?

— Любопытство? Почему вы спрашиваете?

— Вроде, вполне логичный вопрос, — сказал я.

— Логичный, — повторил он с сомнением и качнул головой. — Логичный, но личный. Есть у меня причины, так скажем. Не могу пока, но когда смогу и минуты здесь не останусь. Это… хм… с племянницей жены связано… В общем, не хочу вдаваться в подробности. Чужие тайны, понимаете ли…

— Ладно, — пожал я плечами. — Не говорите. А у вас память хорошая?

— А что? — прищурился Степушин. — Это к чему вопрос?

— Ну, вы же давно здесь трудитесь. Могли бы мне рассказать, в порядке обучения, конечно, о тех злоупотреблениях, с которыми вам приходилось сталкиваться в «РФПК»?

Он пристально посмотрел на меня. Помолчал.

— Хотите знать, запротоколировал ли я все найденные… э-э-э… недочёты? То есть, собрал ли я компромат?

Я молча смотрел на него и ждал ответ. Он мой взгляд выдержал спокойно. Мы некоторое время смотрели другу другу в глаза, а потом он протянул руку и взял следующую папку.

— Вот здесь ещё, — сказал Степушин, — довольно мутные договора. Я думаю, даже налоговая заинтересуется, и это может привести к серьёзным проблемам… Грубая схема и относительно свежая. Вполне может быть несогласованной с высшим руководством. Так что давайте возьмём на заметку…

* * *

Со Степушиным мы просидели довольно долго и прервались, когда позвонила Ангелина.

— Привет, — промурлыкала она. — Чем занят?

— Работу работаю, — усмехнулся я. — А ты?

— А я недавно проснулась, сгоняла Витю в магаз и знаешь, что сейчас делаю?

— Мне звонишь?

— Это да, но не прямо сейчас, а в принципе…

— Испытываешь голод? Угадал?

— Точно, — засмеялась она. — Но дедуля мне сказал, что я типа, как птица в клетке. Так что рестик нам не светит сегодня.

— Дедушка звонил?

— Не, он без телефона докричался из Сочи, — засмеялась она. — Я чуть не оглохла. Короче, я не про это. В общем, ты не догадался. Я ведь обед готовлю.

— Что-что? Мне показалось, ты что-то про обед сказла?

— Ладно, давай без насмешек. Да, я готовлю обед, причём, специально для тебя. Так что приезжай прямо сейчас, а то есть хочется, аж спасу нет. Послать за тобой Витю?

— Витю не надо. Намекни хотя бы, что там на обед у нас?

— Приезжай, увидишь. Это сюрприз. Вообще не хотела тебе говорить, но разве тебя чем-то заманишь ещё. Думала сначала нюдсы послать, но поняла, что ты клюёшь на другие вещи.

* * *

Поговорив с ней, я позвонил Куте и велел запрягать повозку, оделся и пошёл на выход. Спустился по лестнице и столкнулся с Толяном. Ссадины были, но выглядели не слишком ужасно. Бинты он снял.

— Чего? Привет.

— Машину забрали! — вытаращил глаза Кутя.

— В смысле? Кто? Гопники?

— Нет, служба безопасности. Говорят, тебе другую тачку прикрепили.

— Какую? «Ларгус»?

— «Крузак», вроде…

— Ну, поехали на «Крузаке», какая разница, Толян?

— Так «Крузак» тоже не дают. В смысле, мне не дают… Там трое перцев прилагаются. Экипаж машины боевой…

Я набрал номер безопасника.

— Андрей Альбертович, вы у меня «бэху» Давида Георгиевича забрали что ли?

— Она уже старая, — затараторил он. — Хотим к тому же проверить всё, чтоб там ни маячков, ни жучков не было. Вам хорошую новую машину подготовили.

— Хорошо, тогда я своего водителя пришлю, ключи передайте ему.

— Так не получится, к сожалению. У нас сейчас строгости, вы же знаете. К машине приписаны…

— Не продолжайте, — перебил его я.

— Вы меня извините, это не мои решения, но я должен…

— Да я понял, понял. Не переживайте, никаких проблем.

— Я к сожалению, должен ещё ключи от «Ларгуса» попросить. А то мы не знали, где он. Хорошо, Александр Анатольевич Савоськин вспомнил, что Руднёв вам ключи давал.

— Серьёзно? — усмехнулся я. — Ладно, завтра привезу, он рядом с домом стоит. Или можете съездить забрать.

— Сергей Иванович, я к вам отправлю старшего вашего сопровождения, и он…

— Андрей Альбертович, у меня такое чувство, будто вы меня не услышали сегодня или недопоняли. У меня нет времени повторять, к сожалению. Всех благ.

Я отключился и вызвал такси.

— На тачке? — выпучил глаза Кутя. — Серьёзно?

— Неожиданно, да? — засмеялся я. — О, смотри, приедет через одну минуту. Давай выходи, проверяй, чтоб киллеров не было.

Мы вышли из здания и впрыгнули в жёлтую китайскую машину, подкатившую к крыльцу. Отправились, правда, мы не к Ангелине, а ко мне домой. По пути я позвонил Чердынцеву и попросил зарегистрировать при фонде ЧОП. Наш собственный.

— Слишком быстро не будет, — усомнился он.

— У вас же есть связи, — сказал я. — А у меня ещё и юрист имеется толковый. Он нотариус, но, думаю тоже не без связей. Давайте попробуем оперативно вопрос решить.

Подъехав к дому, я смотался за ключами от гаража и выкатил «Мустанга». У Кути глаз выпал.

— Это чьё такое⁈ Офигеть, школяр! Вот это тачило!

Он был похож на ребёнка, увидевшего самую невероятную игрушку на свете.

— Прыгай, так и быть, дам прокатиться, — усмехнулся я и уселся на пассажирское сиденье. Смотри, не горячись. Там коников-то немало.

Но не горячиться не получилось. Кутя будто с ума сошёл от восторга. Он жал на газ, дрифтовал, уносился со светофоров, оглушая участников движения ржанием сотен скакунов.

— Серый! Охренеть! Я в ахере! Какая там «бэха», да?

С точки зрения обеспечения безопасности машина была далеко не идеальной, но чтобы понтануться или кайфануть от вождения, вполне себе подходила. Мы подъехали к дому Ангелины и её охранники, дежурившие у подъезда, поразевали рты и свернули шеи.

У двери в квартиру стояли двое добрых молодцев. Вопросов мне не задавали, но держались настороженно. Я вошёл в внутрь, а Кутя спустился в холл, где стояли кресла и диваны. Я вошёл и сразу почувствовал аромат еды. Немного подгоревшей еды. Или даже… сильно подгоревшей…

Ангелина сразу набросилась на меня, повисла на шее. На ней было короткое лёгкое платье, вероятно, шёлковое, но, по сути, состоявшее из нескольких верёвочек и тонких лоскутиков ткани. Босая, с распущенными волосами, без макияжа, она выглядела… Да, она выглядела очень сексуально.

— Похожа я на воплотившегося Эроса? — прошептала она и поцеловала меня в шею.

По телу пронесся электрический разряд.

— Или на Афродиту? — добавила она и, расстегнув рубашку, поцеловала меня в грудь.

— На Афродиту, — кивнул я. — Эрос же мужик, вроде… Ничего не горит?

— Что?

— На кухне ничего не горит?

— Бестолочь, это моё сердце горит, — проговорила она, взяла мою ладонь двумя руками и приложила к своей груди, небольшой, но плотной и тугой.

Она глубоко и прерывисто вздохнула.

— Чувствуешь? — произнесла она одними губами и посмотрела из-под полуприкрытых век. — Чувствуешь, что ты со мной делаешь? Нравится тебе? Нравится? Ладно… делай, всё что захочешь. Всё… что захочешь…

— А обед, — улыбнулся я.

— Заслужи… — мотнула она головой и посмотрела на меня очень серьёзно.

Нот тут же улыбнулась, соблазнительно, призывно. Приоткрыла губы, обнажив белые матовые зубы. Снова прильнула ко мне.

— Что ты хочешь? — жарко прошептала она мне в ухо, обжигая горячим дыханием, а потом чуть отстранилась и снова приникла, прижавшись губами к моим губам.

Я почувствовал мятную податливую нежность её языка и прижал к себе. Но Ангелина выскользнула из моих объятий, взяла за руку и повела в спальню. Плотные портьеры на окне были задёрнуты и в комнате стоял полумрак. Пахло чем-то сладким, терпким и тревожным.

Она сложила руки на груди крест накрест и дёрнула за хвостики бантиков на острых плечах. Верёвочки развязались и платьице, соскользнув, упало к её босым ногам.

Ангелина отступила назад и забралась на кровать. Легла на спину и раскинула руки. Я постоял несколько мгновений, а потом скинул куртку и ботинки, подался вперёд, заскочил на постель, навис над ней. Наши глаза встретились. Я опустил голову и поцеловал её. В шею, в ключицу, в ямочку у основания шеи. Кожа её стянулась, покрылась мурашками. Ангелина едва слышно застонала, а я поцеловал плечо, локтевой сгиб и… И в этот самый момент зазвонил телефон.

— Нет… — прошептала она. — Не вздумай…

Я замер на мгновенье, а потом… а потом… Да и правда, какого хрена! Позвонят ещё. Мир без меня не рухнет, не разверзнется земная твердь и…

Телефон звонил и звонил. Звонил и звонил.

— Пожалуйста, нет… — простонала Ангелина, обхватывая меня ногами. — Серёжа, нет…

Телефон замолчал, и мы продолжили. Но тут же он затрезвонил снова. Громко, настойчиво, беспардонно…

— Я только гляну, — прошептал я и вытянул мобильник из кармана брюк.

Это была Жанна. Блин!

— Сергей! Нет! — обиженно воскликнула Ангелина и, быстро выбравшись из-под меня, уселась в изголовье кровати, сложив на груди руки. — Только не сейчас!

— Ладно, — кивнул я и бросил телефон на кровать.

Он тут же смолк.

— Всё, — улыбнулся я. — Он больше не звонит…

В тот же момент телефон пиликнул, получив сообщение. Я машинально глянул на экран и успел прочитать:

«Срочно позвони, только что стреляли в»…

Окончание фразы на экране не поместилось…

ОТ АВТОРА:

* * *

Город не сдался нацистам, пока в нем я и мои товарищи сражаются. Книга, основанная на реальных событиях Великой Отечественной войны.

https://author.today/work/605831

Новинка от Дениса Старого

ПОДПОЛЬЩИК

Город, который не сдался