Я думал, что старик сразу мне даст более-менее внятную мануалку по мане, но его явно потянуло на воспоминания, и он решил пойти издалека. Может, ему наскучило носить это в себе за долгие года, и в ответ на мою прямоту и искренность он решил ответить тем же? Приятно, конечно, но блин, у меня рука всё сильнее заполняется…

— Отца звали Артизан, — начал Ашер. — Он был истинным воином Ци.

Он снова перевёл взгляд в окно, и говорил словно в пустоту. Не уверен, что я всё правильно понял, потому что сквозили фразы типа «он делал кристалл за три грани, когда остальные делали за восемь».

Я не перебивал и не переспрашивал, потому что было плюс-минус понятно, что это показатель крутой.

Суть была следующей: отец Ашера был настоящим виртуозом в создании техник и запечатлению их в кристаллах. Тогда это всё считалось искусством и творилось во благо, а то, что это оказалось костылями, погубившими последующие поколения, поняли позже. Архитекторы же были, судя по всему, чем-то вроде культиваторов: десятки лет медитаций в попытках постичь свою ману или Ци. Долгие кропотливые расчеты и многочисленные тесты, как техник, так и заклинаний. Более того, архитектором из воинов Ци считался только тот, кто смог полностью сам создать своё ядро. Как мои Девять Небес — только не кристаллом, а силой ума и воли. Ци они брали из внешних источников, осваивали её и плели ядро. И у самых сильных вообще не было предела по слоям, они могли ставить их сколько угодно, главное правильно рассчитать плотность и последовательность.

После этих фраз у меня волосы встали дыбом. Любое количество слоев⁈ Они, оказывается, просто по своему желанию могли как угодно сливать слои между собой, и создавать структуры для удержания следующих. Я даже зажегся идеей — это ведь было бы реально круто!

— А я могу сделать себе такое ядро?

Ашер засмеялся.

— Можешь. Полностью разрушь и выпусти все, что в тебе есть — шансы один к ста, что переживёшь. Потом лет двадцать займись медитацией, это если найдёшь трактаты и труды архитекторов, чтобы ты понимал, как именно строить ядро. И тогда да, сможешь.

Мой энтузиазм значительно поутих: на одни только поиски трактатов древних архитекторов может вся жизнь уйти. Так что меня эти «костыли» вполне устраивают. К слову, когда он говорил, что они сливали слои силой своей воли и разума, я невольно подумал — получается, Сайрус немного приблизился к архитекторам, слив свои два рывка?

А еще, оказывается, слои архитекторы тоже делали сами. Используя чуждую Ци из природных источников, или убивая древних зверей и медитируя на их костях. Ашер точно не знал, почему из разломных тварей падают зерна, которые легко превращаются в слои — так глубоко ему доступа не было, но так точно было не всегда. Архитекторы каким-то образом открыли разломы, а потом настроили их так, что Ци из тела монстров конденсировалась таким образом.

Хотели попасть в лучшую эру, путем нарастания мощи последующих поколений, которым будет гораздо легче развиваться. А в итоге после сотен лет попыток поняли, что это провал, и те, кто были еще живы, ушли.

А Ашер всегда был слабым ребенком. И очень не хотел умирать от болезней, которые его одна за другой мучили.

— Я болел. Всё время, сколько себя помню. Ци во мне не держалась, вытекала, как из дырявого меха. Сверстники к десяти годам гоняли по крышам, а я до двери и обратно шёл с передышкой.

Он посмотрел на свои руки.

— И я его попросил. Мне было четырнадцать, наверное. Я попросил не силу, заметь. Я был неглупый мальчик, я понимал, что силу мне не дадут, её никто никому не даёт. Я попросил время.

— Время?

— Сделай так, чтобы я успел догнать. Вот и всё, что я сказал. Все растут быстро, а я медленно, значит, мне просто нужно больше времени, чем им. Даёшь мне лишние годы — и я всех догоню, потому что я упрямый и трудолюбивый, а это правда, я был упрямый и трудолюбивый.

Я поймал себя на том, что киваю. Логика была здоровая. Я бы, наверное, попросил то же самое.

— Отец сказал: нет. Сказал так, как он говорил, когда не собирался спорить, а просто сообщал, как устроен мир. — Ашер прикрыл глаза. — Это плохой путь. Вечность — не лекарство. Ты не станешь сильнее, ты просто будешь долго жить.

Он сделал небольшую паузу.

— А я сказал, что понимаю. И я действительно понимал, я не вру. Просто я был уверен, что со мной так не будет. Что я возьму эти годы, окрепну, догоню всех — и потом избавлюсь от техники. Я был совершенно спокоен на этот счёт. — Он открыл глаза. — Это же временно.

Что-то у меня внутри неприятно поскребло, и я не сразу понял, что именно.

— И он сделал?

— Сделал. Потому что отец. — Ашер пожал плечами. — Он потом ни разу мне этого не припомнил, кстати. Ни разу за всю жизнь. Я бы на его месте припоминал каждый день. Он создал для меня технику вечной жизни. Она заняла всё мое тело, и теперь я обычный человек, который не может умереть от старости. Хотя, я в этом уже не уверен. Потому что хоть и медленно, но я старею. Не бывает идеальных техник, даже если их делал мой отец. И я так и не научился пользоваться Ци. За три тысячи лет.

От последней фразы я натурально офигел. Три тысячи лет… Без особых сил в мире, где сила это довольно важно. В голове сразу всплыли его слова «Я тоже думал, что не ошибусь». И потом — «главное перестать жалеть об ошибках». Я даже не знал, что тут можно сказать. Ну и все его слова, типа «я слишком стар, чтобы переезжать», и «знаю столько секретов, сколько тебе на три жизни хватит» перестали казаться старческим брюзжанием и преувеличением.

Несмотря на то, что история была реально интересная, мне не терпелось вернуться в настоящее. Мана сама себя в круг не свернёт. Когда тишина затянулась, я решил напомнить.

— Вы говорили, что расскажете, как маг ставит ребёнку круг.

— Приходят на площадь. Маг садится на землю, ребёнка сажает напротив. Обязательно напротив, лицом к лицу, и обязательно берёт за руки.

— Зачем за руки?

— Откуда я знаю. Всегда за руки. — Он пожал плечами. — Дальше долго ничего не происходит. Вот совсем ничего. Сидят и сидят. Кто-то мне потом объяснил, что взрослый маг помогал ребёнку нащупать ману, а потом создавал внешнюю границу, чтобы мана не разлеталась.

Хм. У меня такой возможности нет, да и я с трудом мог себя представить сидящим на площади, взявшись за руки с каким-нибудь магом.

Так что, придётся справляться самому. Конечно, как ману нащупать, я не понимал, а вот по внешней границе были мысли. Ци и мана ведь отталкиваются?

— А что дальше?

— А дальше маг ведёт. Медленно, по кругу вращает ману ребёнку. Часами. В один момент тот может перехватить вращение, и после этого маг отдаляется, а ребенок вращает, до тех пор, пока круг не закрепится.

— Это всё?

— В конце еще раскручивает в обратную сторону. В идеале, до тех пор, пока вся мана не уйдет в контур. Но с этим мало кто справлялся.

— А в чем разница?

— Кто лучше справлялся и тратил всю ману — им предлагали вступить в школу архитекторов. Ориона, кстати, приняли именно так. Что-то про потенциал и первую ступень говорили, плохо помню.

Хм, я задумался. Значит, нащупать, создать ограничение, раскрутить, потом обратно и пока всё не потратишь. Звучало несложно, особенно если знаешь, как вообще нащупать. А с этим и была основная проблема…

— И вот ещё что. Ты сказал, что мана у тебя в теле. А так быть не должно, круг же не в теле, он в ауре.

Я поднял голову.

— Это как?

— Мана — она всегда снаружи, парень. Её берут снаружи и пользуются снаружи. А Ци идет изнутри, и пользуются ей изнутри.

Я сел и почувствовал себя идиотом. Это что получается, мне достаточно попробовать нащупать ману снаружи, а не внутри? И там у меня есть шансы научиться ей управлять?

Идея была наверно так себе, но я пошел в квартал магов. Там точно есть мана снаружи и я могу попробовать ей управлять.

Я схватился за знакомую ручку двери левой рукой. Татуировка начала пить, как и до этого, но я полностью отрешился от того, что мана уже выше локтя. Может, пойму, как управлять снаружи, по аналогии проделаю всё изнутри и просто выгоню нафиг всю эту дрянь. Мне, по сути, даже круг не обязательно создавать. Моя цель — избавиться от маны, которая может меня прикончить.

Где-то минуты через две прислушивания к себе и старательного игнорирования происходящего с левой рукой я смог почувствовать ману снаружи и немного её сдвинуть. Это было совсем не похоже на Ци, и требовало, судя по всему, только огромного желания это сделать. Ну и силы воли, чтобы не сдаваться и продолжать давить своим желанием.

Честно, не верил я в свой талант к магии. Думаю, просто жить хотелось и опыт взаимодействия с татуировкой сказался. И,наверное, хоть и неосознанно, но к постоянному присутствию маны я тоже уже привык. Тут скорее удивительно, что местные дети-кандидаты в маги могут обнаружить это за полдня сидения на площади, а я только после такой встряски.

Отлепившись от ручки, я еще с час просидел рядом с дверью, пока не почувствовал уверенно, что я эту штуку вокруг себя могу как-то двигать. Пока понятия не имел, как её использовать хоть для чего-то, но двигать мог.

Мана уже почти добралась до плеча, и я как можно скорее ушел из квартала магов, вернувшись к памятнику.

Сел в ту точку, где кольца сходились, закрыл глаза, и начал работать с маной в теле. И не получалось вот вообще нифига. Татуировка какого-то хрена закачивала ману в тело, где с ней невозможно было работать. Для меня невозможно, по крайней мере.

Я перепробовал кучу мысленных упражнений, напрягался так, что кровь носом потекла, но не помогало вообще ничего.

Я тупо уставился на татуировку. Умирать не хотелось. И, если нормальных идей нет, может, пришло время для идиотских? Что, если замкнуть незамкнутый круг? Может, это бракованная татуировка, и если я её подправлю, то вся мана свалит?

Воодушевленный идеей, я побежал к старику, у него точно должны быть чернила.

— Тебе зачем? — слегка удивился он моей просьбе.

— Дорисовать.

— Что дорисовать?

— Круг.

Ашер посмотрел на меня, потом на мою руку, потом снова на меня и больше ничего не сказал. Достал из-под стола чернильницу и перо.

Я обмакнул перо и очень аккуратно, стараясь не дышать, провёл дугу от одного конца буквы С до другого. Замкнул.

На запястье красовалось полноценное кольцо, я замер и прислушался… И ничего не изменилось. Всё ровно так же, как и было, но теперь с кляксой на запястье.

Ладно, может дело в материале. Чернила — это же просто рисунок поверх, а тату штука вроде посложнее, и сидит глубже.

Взял нож и неглубоко, аккуратно, прорезал кожу по линии замыкания. От одного конца дуги до другого, повторяя линию чернил. Было больно, и не работало.

Я сидел с порезанным запястьем, смотрел, как в разрезе набухает кровь, и очень отчётливо понимал, что вот сейчас, в эту секунду, я занимаюсь какой-то полной херней. Наверно, это нормально, когда в отчаянии человек готов пробовать что угодно.

Я уже ломал голову над тем, что делать дальше, когда в порез пошел реген.

Я никогда не видел нитей Ци от регена, или каким там образом работал слой — ну лечит и лечит. Но в этот раз от ядра, через плечо протянулась нить, которую я отчетливо ощущал, потому что она шла через ману.

И она не обходила ману, не тормозила, не отскакивала, как отскакивали все мои плотины. Она шла насквозь, словно не замечая препятствий.

Нить входила в мутное — и мутное расступалось. Раздвигалось в стороны, освобождая канал, а Ци шла по этому каналу, как раскалённая проволока сквозь воск, доходила до разреза и делала своё дело. Мана стояла раздвинутая, обтекала нить со всех сторон и не могла сомкнуться.

Я забыл как дышать. Я столько мучился, создавал плотины, никак не мог подвинуть ману — а слой просто прошёл её насквозь за секунду. Даже не заметив. Не спрашивая моего мнения, походя, потому что ему надо было заживить царапину, которую я сам себе и устроил по дурости.

Я смотрел на эту нить и медленно понимал, в чём была моя ошибка.

Дело не в количестве. Дело в плотности и форме.

Потратилась пара единичек Ци, и порез затянулся. Но, что гораздо важнее — Ци пробила путь наружу, и через маленькое отверстие вылетело немного маны. И от этого по спине пошли мурашки. Да! ДА!

Давление тем выше, чем меньше площадь. Господи, ну до чего же просто.

Я одну за другой создавал нити из Ци и протыкал ими массу маны. Было далеко не так легко, как делал слой, но получалось. После пятнадцати нитей я подключил каналы «Большого круга» и сплёл это всё в единую трубу, достаточно толстую, чтобы мана могла проходить внутри. Ци и мана отталкиваются, а значит, можно представить, что это магниты… Как бы я выгонял один магнит другим?

И теперь, когда была труба наружу, в которую мана идти не спешила, но проходила, я начал создавать плотину и давить.

Ей не место в теле. Её сюда затолкали силой, через татуировку, потому что кто-то так придумал. Она не яд, она даже не враг. Она просто оказалась не с той стороны кожи.

И весь этот месяц она разливалась по руке не потому, что рвалась к моему ядру. А потому что ей не оставили другого пути. Кожа для неё, видимо, стенка. Возможно потому, что это левая рука, в которой расположены каналы, в том числе и на коже. Клапан гонит внутрь. Идти ей некуда, вот и растекается по мне.

Надо было открыть ей дверь. И подтолкнуть.

Часа два я обливался потом, но все-таки выдавил всё из руки до последней капли. Обрадоваться даже успел, а потом понял, что мана висит вокруг меня облаком. Я попробовал походить с места на место, но она ко мне будто приклеилась. А потом начала всасываться обратно в татуировку, а та продолжала сочиться в руку. Да твою же…

Честно, я был бы рад, если бы получилось просто от этого избавиться. Но, походу, не судьба. Я зацепился волей за ману и начал её двигать.

Шло отвратительно.

Мана не хотела вращаться, она хотела висеть. Это было совсем не похоже на Ци: та слушается, потому что моя, а эту приходилось продавливать желанием. Тупо, упрямо, неотступно.

Первый оборот я гнал минут двадцать. Каждый раз, когда внимание соскакивало хоть на секунду, всё вставало и начинало сползать обратно к запястью, домой, в клапан.

Второй пошёл быстрее. А на третьем оно уже пошло само. Масса набрала ход, и надо было прилагать гораздо меньше усилий, чтобы её подталкивать. И татуировка наконец-то перестала засасывать ману. Ну, точнее, она пыталась, но из-за набранной скорости у неё не получалось.

Радовался этому факту я минут пять, наверно, а потом понял, что перестал выталкивать ману наружу, и ладонь снова начала наполняться. Клапан сочился и продолжал отдавать ману, как ни в чем не бывало.

Получилось, что если я буду вот так, руками, выгонять всё это через трубу, а он будет вот так же сочиться, то мы с ним закончим примерно… никогда.

Потому что там, внутри, её было много. Я не знал, сколько, но помню, что забрал дофига из контура мага шестого круга — и тогда она не сочилась. А потом еще был портал, который вообще создал маг двенадцатого круга, и после которой эта ёмкость переполнилась.

Я закрыл глаза и полез внутрь татуировки.

Я делал это раз двадцать после того, как Тагрис сказал, что это пространственный артефакт, пытался нащупать и понять, но ничего не выходило. Каждый раз одно и то же, смутно чувствуешь резонанс и больше ничего. В этот раз я давил своим сознанием пару минут, как уже привык при работе с маной, и провалился.

Даже не знаю, что именно сработало. Наверно, то, что я последние полдня только и делал, что щупал две разные энергии и учился их различать.

Я провалился внутрь и охренел. Я не мог оценить нормально размер этой штуки, у меня не было ни мерок, ни опыта, но ощущение было, как будто нырнул в бассейн, а оказался в океане. Мана стояла плотной, утрамбованной массой, как огромное количество спрессованной ваты в банке. И это всё помещалось в запястье, в кусочке кожи размером с монетку…

Да уж, вычерпывать всю эту массу можно очень долго. Я пытался смотреть вокруг, совсем ничего не понимая, пытаясь разглядеть хоть какие-то края — и зацепился за что-то знакомое. Кажется, на дне резервуара лежала моя Ци. Тонким раскатанным пластом по дну, как будто мана придавила её сверху. Вот в этом чужеродном океане это было настолько приятное и родное, что ни с чем не перепутаешь.

Ну конечно! Я ведь при варках часто стравливал Ци в клапан, и вот она здесь. Да и после этого, при создании встречной плотины, значительная часть энергии сюда уходила. Этого хватило на тоненькую плёнку на дне, да уж…

Вот возможно и причина резонанса, который я чувствовал. Я потянулся к Ци — и почувствовать её оказалось на удивление легко. Управлять ею тоже.

Дальше было просто. Я взял этот пласт, зафиксировал ощущение, и вынырнул из океана татуировки, чувствуя ниточку к своей Ци. И просто начал давить им снизу вверх, подпирая массу, гоня её к устью моей трубы. Не пытался сильно толкать, потихоньку, не тратя сил больше, чем нужно. У маны теперь был выход, и она выходила.

Правда, теперь передо мной стояло три задачи разом. Круги почти остановились, их снова надо было раскручивать, одновременно давить снизу и держать трубу. Звучало просто, но зубы уже болели от того, как сильно я их сжимал.

Не знаю, сколько это длилось.

Помню, улавливал краем сознания, что за окном темнело, потом стало совсем темно, потом Ашер куда-то ушел, видимо, спать.

Помню, что в какой-то момент у меня опять пошла носом кровь, и я не стал вытирать, потому что не мог позволить себе отвлекаться.

А еще, начиная с середины, мне больше не надо было давить поршнем. То ли океан стал сдуваться, как воздушный шарик, то ли вся мана сразу уходила в поток, но вместо поршня я теперь просто держал себя, надеясь, что у меня в теле и конкретно в руке ничего не порвется, потому что ощущение давления было невероятным.

В один момент всё кончилось. Вся мана вылетела, сама татуировка начала тускнеть, но я сначала не обратил на это внимания. Вокруг меня кружилась огромная масса маны, и в принципе, на этом можно было остановиться.

Мана из тела ушла, клапан был пуст. Задача выполнена, все свободны, идите спать, молодой человек, вы сегодня герой. Вы сегодня выжили.

Но ведь в инструкции был ещё один пункт. Раскручивать обратно, чтобы усвоить всю ману в контур. С этим мало кто справлялся, но это был показатель таланта.

Меня никто не гнал. Круг у меня уже получился; так себе, наверно, но получился, и жить он мне не помешает. Один фиг я делал этот круг по архаичной технике и не уверен, что смогу маной пользоваться, у меня сейчас нет пятидесяти лет сидеть в медитации.

Только вот «мало кто справлялся» — это ведь означает, что те, кто смог, получали что-то лучше. И их звали в школу архитекторов, и Ориона взяли именно за это, и говорили что-то про потенциал и первую ступень.

А я собираюсь недоделать. Потому что устал.

Я семь лет орал на форуме на людей, которые именно так и играли. Которые собирали билд на восемьдесят процентов и говорили «да и так сойдёт». Которые не докачивали закалку, потому что скучно, а потом удивлялись, почему у них не работает связка.

И вот теперь я, весь такой умный, сижу и думаю: да и так сойдёт.

— Нет уж, — сказал я вслух. — Раз начал, доведу.

Обратное вращение было хуже всего того, что было до.

Потому что оно шло против массы, которую я сам же и разогнал. Все эти часы я толкал в одну сторону, а теперь надо было в другую, и вся эта тяжесть упиралась, сопротивлялась и норовила сорваться.

Я тормозил её оборот за оборотом. Получалось очень плохо и медленно, и из носа уже нехило так хлестало, и вроде бы из ушей тоже. И вот когда у меня получилось остановить и начать вращать обратно, мана начала уходить. Она вкручивалась во что-то, чего я не видел и не понимал, растворялась в самой структуре кольца, становилась ею. Слой за слоем, оборот за оборотом. Как будто вращение вплетало её в саму себя.

Я держался на остатках силы воли. Давно уже ни о чем думать не мог, голова болела, и в какой-то момент я поймал себя на том, что единственное, что я делаю, — это вращаю и считаю обороты. Мана уходила, этот уход почему-то тормозил всё, и даже последний круг из остатков маны был ничуть не легче, чем первые.

В какой-то момент я понял, что вращать больше нечего.

И отрубился.

Не знаю, сколько я проспал, но когда очнулся, только начинало светлеть. Прислушавшись к себе, понял, что чувствую свою ауру и чувствую конструкцию в ней. Какие-то линии, завихрения, и общий каркас.

Перед глазами всплыло.

Ци: 17/325. Слои: Регенерация плоти (C, 54%), Фантомное отражение (B, 27%).

Сначала глаза зацепились за Ци — судя по количеству, реген всё это время отрабатывал. Кровотечение из носа и ушей даром не прошло, и спасибо регену за параллельное лечение. Я невольно поёжился, представив, что бы было, если бы я начал заниматься этим с пустым резервом. Кровоизлияние в мозг?

Потом глаза зацепились за вторую строчку

Мана: 27/1104. Круг: первый. Заклинания: нет.

Очень странная хрень, потому что ёмкость первого круга обычно была 250, вместе со вторым 700, с третьим 1400. А я по цифрам между третьим и вторым, но при этом на первом круге. Ну и хрен с ним.

Хотел избавиться, и получилось. Мечта сбылась, получается. Хотя даже немного жалко — как представлю, что это мог быть мой инвентарь… Когда увидел, сколько там места, живо представил, что смогу забрать всё содержимое арсенала, глефу с посохом и еды на пару месяцев. Ну и ладно. Главное что жив. И чего такого страшного было в этом единении путей?

В очередной раз позабавила мысль о моём исключительном «везении»: лежал в лавке, где по идее можно было подобрать заклинание на любой вкус, но к моему первому кругу кристаллов как раз не оказалось. А уж с такой штукой, думаю, и с моим количеством маны я бы жестко имбовал. Но не срослось. Спасибо Ориону, чтоб его…

До конца дня так и восстанавливался, наслаждаясь тем, что больше никуда не надо спешить. В теле была слабость. Поэтому я ел, пил, пробовал почитать немного про особенности магических структур, но мозг ленился, отказываясь воспринимать информацию.

От нечего делать поигрался с маной, понял, что могу её только двигать: выплеснуть из круга и гонять снаружи или гонять в самом круге. Ни тебе поджечь что-нибудь, ни предметы подвигать. Я понял, что без учителя нормального тут не разберусь, надеюсь только, что для этого не придётся с магом за ручки держаться. Хех.

Следующие дни вышли на удивление размеренными.

Я даже поймал себя на мысли, что впервые с момента попадания живу по собственному расписанию, а не по чужому. Занимаюсь ровно тем, что хочу и когда хочу. Встал, когда встал, поел кашу, пошёл фармить. Красота. Откуда у Ашера столько продуктов, где он их держит и как хранит, я предпочитал не спрашивать, а то вдруг мне ответ не понравится. Было вкусно, было сытно, и он кормил меня просто так, а когда я спрашивал, не нужно ли ему чем-то помочь — просто отмахивался.

То, что я создал и магический круг и при этом воин Ци, его вообще не удивило. Тут, он сказал, главное не создать, а удерживать равновесие в нужной точке. Мне даже обидно немного стало — я-то думал, совершил невозможное.

Начал я с методичных поисков по улицам, где были замороженные твари, и нашел три неплохих копья. Владельцы лежали рядом, они выглядели так, будто бой был только что. Я на всякий случай тронул одного. Мёртвый, конечно. По-человечески хотелось их похоронить, но раз делать так, то уж со всем городом, а на это сил у меня точно не хватит. Наверное надо сказать спасибо стазису, что зацепил мёртвых, в противном случае я просто не смог бы нормально передвигаться по улицам. Остатки гниющих монстров — это одно, к ним я уже привык, но люди…

Копье все-таки мне было куда привычнее после всех приключений, и особенно против костегребней.

Разбудить их оказалось просто. Выбрав одного, я для начала попробовал швырнуть в него камнем. Ничего. Он просто отскочил без какого-либо эффекта. Трогать тварь рукой мне не улыбалось, поэтому я ткнул в нее копьём, заряженным Ци. Сработало отлично.

А дальше — дело техники. Костегребни валились по одному, и это было ровно то, о чём я мечтал.

Схема была простая до неприличия. Выбираешь крайнего, у которого за спиной нет соседей. Прикидываешь, в какой позе он застыл — потому что просыпается он ровно с того движения, на котором его выключили, и если он завис в прыжке, то через долю секунды после касания он будет уже в воздухе. Отходишь так, чтобы этот прыжок ушёл мимо. Касаешься наконечником, дергаешь на себя и тут же протыкаешь.

В первый день я искал одиночных тварей и завалил больше десяти штук. Когда решил попробовать, разбудит ли одна тварь другую, результат меня сильно напряг — разбудила. Прыгнула в меня, попала в товарку, и вот они напали уже вдвоем. Значит, с большими скоплениями надо быть очень осторожным.

А еще мне надо было проверить, как на тварях будет работать моё отражение. Проверил — работало просто прекрасно. Только не совсем так, как я ожидал.

Да, решиться было непросто, но я подставил под укус предплечье. Костегребень — это не Ледяной Царь, руку не отхватит при всём желании, и такой урон легко лечился регеном. Но, вопреки моим ожиданиям, ответка прилетела не в корпус, а в голову, иначе я не понимаю, почему тот дёрнулся всем телом, отскочил и начал шататься, как пьяный, мотая башкой, и явно дезориентированный.

Я на всякий случай повторил это ещё дважды, чтобы убедиться, что не показалось. Не показалось. Костегребень бьёт пастью, вкладывая в укус всё, и получает своё же обратно внутри собственной головы. И хоть урон был очевидно небольшим, но дезориентация того стоила. Возможно, удар шёл в корпус, но по кратчайшему пути от пленки — и воспринимал голову как подставленный щит.

Убить костегребня, конечно, можно и проще. Ткнул заряженным копьём под челюсть, или в глаз, и разошлись. Потому что сунуть конечность в зубастую морду это, вообще-то, за гранью здравого смысла.

Но мне нужно было это знать. Потому что костегребень это мелочь, а вот точное понимание механики — наше всё. И обернутый пленкой отражения кулак, которым я бил по зубам врагу, действовал ничуть не хуже, чем укушенное предплечье. Тут конечно и сам удар помогал, но это открывало простор для мышления.

Билд матадора оказался неприятным: всё-таки танковать в игре и получать раны в реальной жизни — это совсем разные вещи. Оставим это, как самый крайний козырь. Отражение — отличный атакующий слой. Есть реген, чтобы латать себя и в случае чего уходить в размен. Отсюда можно выходить как в доспехи — однако надо проверить, как будет считаться урон, принятый на плёнку, а затем на броню, так и в скоростного бойца с оглушением через зуботычины. И в этом плане, насколько я знаю, мечники тоже неплохо могут вдарить кулаком, сжимая в руке рукоять.

И тут надо думать о цели билда. В игре цель была одна — Орион. Один против одного, всё своё ношу с собой, потому что помощи ждать неоткуда и по определению не от кого.

А теперь мне тут жить. И, если повезёт, не одному — с Сайрусом мы сработались неплохо, а вдвоём разломы чистить вполне реально. С ним будет проще всего, потому что эта машина смерти с зерном Ледяного Царя будет хорошо меня паровозить, пока не подкачаюсь. Но даже если не найдёмся, я найду других, соберу им нормальные билды, и будем брать не числом, а тем, что у нас всё сходится и строгим распределением ролей.

Но лучше конечно с Сайрусом. С ним я смогу уверенно целиться снова в B-ранг. Там мне подойдет реген, чтобы сплавить его с тролличьим, подойдет пару защитных слоев, и подойдут скоростные, по идее. В общем, сейчас торопиться с решением смысла не было, надо было подождать следующее зерно.

Можно, конечно, выписать себе семь слоев C ранга и ниже, выкупить их на бирже в другом городе за счёт заработка с алхимии, и жить спокойно. Тут я себе и под танка могу все подобрать, и под ловкача, но мне так делать не хотелось. Если получится подобрать синергирующие B-слои, это будет гораздо сильнее. Но это и чистый рандом, потому что не знаешь, когда выпадет нужный, и разлом заранее не определишь.

А еще очень хотелось взять оверчардж. Это слой B-ранга из твари, которая похожа на китайского дракона. И он работал очень необычно — ты создаешь связку между слоями, которую по мере необходимости можно перекидывать на другую, но не чаще раза в сутки. И вот, эта связка сильно улучшала эффект любого слоя, каким-то повышая цифры коэффициентов, каким-то накидывая дополнительный пассивный или активный эффект.

Я в своё время любил с ним баловаться, брал себе ядро с заменой слоев и закидывал туда всё подряд, изучая разные эффекты. И вот было очень интересно, что он сделает с отражением. Да и в любой билд из тех, что я сейчас для себя рассматривал, он вписывался хорошо, давая вариативность под разные ситуации. Всё-таки жизнь не игра, и как показала практика, немного универсальности лишней не будет.

Почему я вообще начал об этом думать? Да потому что закалка росла неприлично быстро. И помня лекции Корна, это немного пугало.

Фантомное отражение (B, 27%) — было в тот день, когда я поставил круг.

29% — на следующий, хотя я тогда даже ни с кем не сражался. 36% после одиннадцати костегребней. А вот это уже было вообще ненормально.

И еще за пару дней выросла до 47%.

Сорок костегребней столько бы не дали. Даже сто костегребней столько бы не дали — я примерно представлял их вес по прошлым боям, и картина не сходилась вообще никак. Минимум пятнадцать процентов из двадцати были левыми, неизвестно откуда.

Так что, дело было не в тварях, а скорее всего, в мане.

Я это чувствовал, хотя объяснить не мог. Круг стоял в ауре, мана наполнялась там сама, и всё, что накапливалось, давило. Давило прямо внутрь, прямо на ядро. Ровно, постоянно, круглосуточно, и чем больше маны было, тем сильнее давило.

А мой слой шлифовался гораздо быстрее от любой малости. По-хорошему, надо было прыгать от радости до потолка. Двадцать процентов за четыре дня! Девяносто девять процентов, скрытая способность и полная закалка приближались так быстро, как я и мечтать не мог.

Но блин, что это за закалка? Та же самая, что от тренировки и песка, или что-то другое, просто похожее? Она вообще правильная? Слой шлифуется, или разрушается? Может, я сейчас, пока радуюсь красивым цифрам, стираю себе структуру, и на восьмидесяти процентах она просто рассыплется?

Замедлить закалку я смог, только когда осознанно начал выкидывать ману из круга. Стоит выкинуть её полностью, просто бесформенными кусками — и закалка переставала расти. Но теперь, при полном ядре Ци, я чувствовал, как контур подрагивает, словно теперь давление изнутри пытается разрушить то, что снаружи. И сейчас у меня 325 Ци. Я вот закалю слой, и даже если все будет хорошо — станет 1125. И вот такое количество Ци пустой круг просто разорвет, в этом я не сомневался ни на секунду.

А это по эффекту будет что-то вроде неудачного прорыва на новый круг.

Голова разрывалась от предположений. Вот бы сюда Корна.

Я это подумал и сам удивился, насколько искренне. Он бы посмотрел, поцокал языком, обозвал меня идиотом и за десять минут объяснил, что я делаю не так.

Его тут не было. Тут был Ашер, который про Ци не знал ничего, потому что не научился ей пользоваться за три тысячи лет.

Мана давит внутрь, на ядро. Ци давит наружу, на круг. Они отталкиваются, они всегда отталкивались, и я стою ровно посередине.

Много маны — жмёт на ядро, гонит закалку. Много Ци — жмёт на круг. Мало и того и другого — ну, тогда я просто слабый и ничего не могу.

То есть у меня теперь не одна шкала, а две, и обе надо держать в каком-то соотношении, которого я не знаю, потому что непонятно, чем именно грозит большой перевес со стороны маны.

И самый интересный вывод: если я сливаю ману, круг остаётся голым против растущего Ци. Если не сливаю, то закалка гонит меня к тому Ци, которого круг не выдержит. Оба пути ведут в одну точку, вопрос только в скорости. И остановить это дерьмо, по большому счёту, нельзя. Можно только постараться успеть, чтобы к тому моменту, когда я возьму следующий слой, у меня был второй круг, который эту Ци удержит. И, кстати, второй круг, это прорыв. А значит, можно будет поставить кристалл и моя мана перестанет быть такой бесполезной.

Я минут двадцать сидел напротив арсенала, осматривая заслон, прикидывая, как проложить путь к оружейному хранилищу, и пытался найти хоть что-то хорошее в моей нынешней ситуации.

Нашёл ровно одно: я жив, и это уже больше, чем обещали три мага, осматривавшие мою руку.

Всё остальное было так себе. Единение путей, о котором мечтали тысячи лет и за которое умирали лучшие, на практике оказалось набором взаимных ограничений. Ци мешает мане, мана мешает Ци, использовать ману я не умею, а качаться теперь надо с оглядкой на две шкалы, вместо одной.

Прямо сейчас — сплошные проблемы. И ни малейшего толку.

Все эти дни я переодически убивал костегребней из заслона, на пути остались многоножка, вожак и последние пятеро.

Многоножку и вожака я решил не трогать вообще. Многоножка — это восемь метров хитина и куча ног, я такое в одиночку с копьём не потяну, а вожак оставил еще в прошлый раз много неприятных впечатлений.

Вот тех пятерых — можно. Главное убивать так быстро, чтобы они не разбудили соседей. Хотя, мне даже двух из них хватит, если дальше пролезть на четвереньках, чтобы пройти до арсенала.

Завтра я буду там. Можно было, конечно, совсем не спешить, но мне кровь из носу хотелось вооружиться, чтобы, если все эти твари проснутся, как домино, от одного залетевшего моба, я был готов.

Достать оружие еще для Ашера, чтобы хоть как-то отблагодарить, разобраться с южной стеной и теперь точно валить в Дельт.