Сантэ мурлыкала долго и вдохновенно. С первыми проблесками зари женщина тихо застонала, открыла глаза. Сантэ перекатилась на землю и поднялась на подгибающихся лапах. Воздух на мгновение задрожал, по чёрному лесу прокатилась невидимая волна — мурра восстановила защиту Хранителей. Через несколько мгновений небо расцветилось красными огнями сигнальных ракет.
…На рассвете из туманного парка Спящей вышла женщина в расстёгнутом чёрном пальто. За ней плелись такие же промокшие мурры, а главную мурру она несла на руках. Хейго вместе с другими охранниками усиленно патрулировал поместье и остолбенел при виде этой картины — Сантэ и Хозяйке-то не всегда позволяла брать себя на руки.
— Мне нужно к Хозяину мурров, — с лёгким акцентом устало сказала незнакомка, увидев высокого мужчину в форме.
— У нас Хозяйка…
— Имя?
— Госпожа Айлин Монца…
— Проводите меня к Айлин.
Хейго добило это Айлин. То, как держалась женщина, и её требовательный тон говорили о том, что она заслуживает особого отношения.
— Сюда! — Он повёл её к чёрному ходу. — Я открою, у меня есть ключи. А что с Сантэ? У неё кровь?
— Нужно показать врачу. Хотя, я думаю, всё обойдётся.
— Я разбужу доктора Рица. Он только прилёг, мы тут всю ночь не спали. Как мне к вам обращаться? Я Хейго.
— Зовите меня… — Женщина запнулась. — Длит.
— Можете опереться на меня, если хотите, госпожа Длит, — предложил Хейго, и женщина с благодарностью кивнула:
— Очень кстати. Поддержите меня под локоть.
…Мурры издалека увидели, что у чёрного хода сидит, безмятежно зевая, Господин Миш.
— Сантэ! Он пришёл! — пропищала Нежная Миу.
Когда они подошли, Сантэ, с трудом подняв голову, глянула с рук женщины вниз — на супруга, и снова закрыла глаза. У неё ни на что не осталось сил.
Пока Хейго возился с замком, мурры разглядывали раздавшегося вширь Господина Миша.
— Ты чего здесь торчишь, Мыш? Под дождём? — спросил Ван.
— Внутрь не может попасть. Ни в один лаз не проходит, — сказала быстро соображавшая Мягкая Кошка. — Великая Мау… Это где ж так кормят?
— Нигде, — косясь на женщину, отрывисто сказал Господин Миш и первым бросился в открывшуюся дверь.