Корабль-Крепость «Твердь» шел на малом ходу сквозь глухую тьму сектора «Чтение-8». Восемь маршевых дюз давали ровный импульс, реактор «Тесла-6» гудел на сорока процентах мощности, а фреоновый контур удерживал температуру гиростабилизаторов.

Ева висела синей голограммой над тактическим столом:

— Жизнеобеспечение в норме, капитан. Озон из вейлорнских фильтров идет без задержки. Внешние радары чисты.

Макс сидел в кресле Командира. На нем был темный китель Стерилизатора поверх поддоспешника, а дробовик «Вепрь» висел за спиной. В магнитном фиксаторе консоли остывала кружка с черным чаем.

Макс поднялся:

— Пройдемся по палубам, Лилит. Надо проверить агроблок и погреба.

Лилит прошла к нему от поста наводки. На ней был темно-серый флотский комбинезон, на бедрах покоились стилеты. Бывший биоассасин полностью освоилась в роли начальника контрразведки Вольного Народа.

— Архивариусы Соколова закончили расселение на второй палубе, — отчиталась Лилит. — Нира провела повторный биоскан. Инфекции нет. Люди встали в рабочий график.

Режим судна соблюдался строго: из двадцати палуб флагмана воздух и тепло подавались лишь в пять. Остальные пятнадцать оставались запечатаны титановыми гидрозатворами — вымороженные и без давления. Четыреста девяносто человек Вольного Народа оставались скелетным костяком, а всю черновую работу удерживали гусеничные автоматоны под контролем Евы.

В геодезическом куполе Агрокомплекса пахло сырой землей, томатами и озоном. Эля укладывала в ящики первый урожай, Тим помогал крепить датчик полива, а профессор Соколов вносил данные в планшет. Вера на кухне пекла свежий хлеб и варила горячий бульон.

На четвертой палубе — в морозных орудийных погребах — стармех Громов и Крак вместе с автоматонами пересчитывали боезапас.

Громов показал Максу на полупустые стеллажи:

— Тридцатимиллиметровых патронов для пушки Игнациуса и фрегата хватает. А вот для главных 120-миллиметровых кинетических батарей самой «Тверди» осталось всего сто восемьдесят выстрелов. На пять минут боя. Снаряды таскают автоматоны, но самих чушек почти нет. Нужен склад или трофейный транспорт.

— Будут снаряды, — ответил Макс. — Найдем, у кого забрать.

В этот момент в динамиках внутренней связи зазвенел зуммер. Голос Тима прорезал эфир:

— Капитан! Срочно на мостик! Приемник засек тактический сигнал бедствия!

Макс и Лилит на скоростном подъемнике поднялись на Мостик.

Тим сидел за постом связи в наушниках. На панели лампового приемника тлели вакуумные лампы, а из бронзового раструба сквозь треск статики пробивался оцифрованный сигнал аварийного маяка.

Ева развернула над проектором сетку сектора «Чтение-8»:

— Передача идет на открытой тактической частоте Гегемонии.

— Читай расшифровку, Тим, — скомандовал Макс.

Связист щелкнул тумблером:

«— Говорит „Караван Потерянных“… Пять гражданских транспортов… Зажаты эскадрой рейдеров в секторе Чтение-8… Потеряли ход две госпитальные баржи и водовоз… Просим помощи у любого корабля вольных…»

— «Караван Потерянных»… — тихо проговорила Нира. — С тех пор как вспыхнула война, сотни таких транспортов бежали с Центральных Миров. Это мирные шахтеры, врачи и слесари.

Ева увеличила оптический фрагмент. Пять помятых челноков и водовоз сбились в кучу у края астероидной гряды. А с верхнего галса на них заходила рейдерская эскадра. Во главе шел вооруженный корвет «Гиена» с наваренной броней и спаренными плазменными турелями в сопровождении трех скоростных катеров.

— Рейдеры атамана Варга, — Лилит узнала символику на бортах корвета — красную оскаленную пасть. — Специализируются на грабеже беженцев и продаже людей на органы.

Ева прогнала силуэт корвета «Гиена» через архивы и вывела на экран дополнительную вкладку:

— Капитан, обрати внимание на осадку их грузового трюма. Похоже, этот Варг разграбил армейский транспорт снабжения.

— Что у них в трюме? — прищурился Макс.

— Около восьмисот запечатанных цинков со свежими 120-миллиметровыми кинетическими снарядами, — отчиталась Ева. — Для их легкого корвета этот калибр слишком велик. Они везли боезапас на продажу.

Пазл сложился. Вольный Народ мог получить всё сразу: спасение полутора сотен людей, уничтожение банды работорговцев и восемьсот снарядов для главных батарей «Тверди».

— Тим, сигнал на сбор Офицерского Совета в Ассамблее, — спокойно скомандовал Макс. — Примем решение за две минуты.

Совет собрался за полторы минуты. Макс развернул схему боя:

— В секторе «Чтение-8» рейдеры атамана Варга зажали «Караван Потерянных». На борту их корвета «Гиена» везутся восемьсот запечатанных 120-миллиметровых снарядов главного калибра.

Громов хлопнул ладонью по поручню:

— Восемьсот чушек 120-го калибра?! Капитан, это же полностью забитые погреба нашей первой главной башни! Забирать надо без разговоров!

— Варга мы знаем, — прорычала Райна. — Он торгует людьми. По нашему Кодексу — таких только в вакуум без скафандра.

Макс поднял руку:

— Решение принято. Вольный Народ беженцев в беде не бросает и свои погреба без снарядов не оставляет. Громов, Крак и Вера — остаетесь на «Тверди». Держите реактор на пятидесяти процентах. Ева и Тим — наводка пушек малого калибра и РЭБ.

— Абордажная группа — на фрегат «Старый Грешник II». Со мной идут Лилит, Райна, Варра, Нира, Тим и Дредноут Игнациус. «Твердь» закрывает караван своей бронёй, а мы на фрегате берем корвет Варга на таран и выжигаем его команду. По местам!

Абордажная группа зашла на борт фрегата. В десантном ангаре уже гудел реактор 50-тонного Дредноута Игнациуса.

Макс прошёл в рубку, опустив забрало шлема. За ним зашли Лилит, Райна, Варра, Нира и Тим. Связист сразу занял место у блока РЭБ.

Макс переключил гарнитуру:

— Громов, расцепить зажимы.

— Есть расцепка, капитан!

Тяжелые гидролапы внутреннего дока разошлись. Фрегат «Старый Грешник II» отделился от стапелей и вылетел из брюха Корабля-Крепости в открытый космос.

В трех тысячах километров от них разворачивалась трагедия. Пять гражданских судов сбились в кучу. Водовоз и госпитальная баржа дымили сизыми струями вырывающегося в вакуум газа. А вокруг них кружили три катера рейдеров. С верхнего галса, разворачивая плазменные турели, заходил корвет «Гиена».

Пока фрегат набирал скорость, за его кормой из астероидной тени медленно выплывала воронёная туша Корабля-Крепости «Твердь». Двухкилометровый флагман закрывал собой половину звездного неба. Синеватое свечение его щитов отбрасывало блики на скалы.

Тим перехватил радиоканал рейдеров. Из динамика вырвался прокуренный голос атамана Варга:

«— Дави водовоз! Выжигай им сопла! Молодых на баржу в кандалы, остальных — на пасту!»

— Атаман Варг, бывший капитан штрафного батальона Инквизиции, — вывела ориентировку Лилит. — На его счету семь сожженных транспортов.

— Что по нашему трофею, Ева? — спросил Макс.

— Сканер подтверждает: нижний трюм «Гиены» перегружен. Восемьсот цинков со 120-миллиметровыми снарядами целы.

Три скоростных катера рейдеров дали первый залп по «Каравану Потерянных». Снопы трассеров и плазменные сгустки вырвались в вакуум.

Но долететь до целей они не успели.

Корабль-Крепость «Твердь» на полной мощности маршевых двигателей вклинился в траекторию огня, вставая между нападавшими и караваном.

Заряды, выпущенные катерами, с размаху врезались в левый борт «Тверди». В вакууме взрывы были беззвучны. Силовой щит флагмана подернулся яркими вспышками. Энергия щита просела всего на полпроцента — плазменные заряды легких катеров рассыпались по метровой титановой броне безобидными брызгами.

На мостике «Гиены» началась паника. Тим перехватил радиоканал:

«— Что это за херня?! Откуда в этом секторе Линейный Корабль Высших Кланов?! Разворачивай катера! Назад, идиоты!»

Но катера проскочили точку невозврата. Поняв, что пробить броню флагмана нечем, пилоты попытались уйти в теневой угол под брюхом «Тверди».

Макс на мостике фрегата отдал команду:

— Тим, глуши их прицелы. Ева, задействовать автоматические пушки правого борта.

Тим нанес РЭБ-удар. Ламповый усилитель вытолкнул в эфир стену акустического шума. Локаторы рейдеров ослепли, а наведенные ракеты потеряли цели.

На правом борту «Тверди» в движение пришли гидравлические приводы. Спаренные тридцатимиллиметровые автоматические орудия правого борта загремели под управлением Евы.

Ослепительные трассеры сфокусированного огня перерезали космос. Снаряды с расстояния в полкилометра ударили точно в топливные баки катеров. Один за другим они детонировали, превратившись в шары вспыхнувшей плазмы и раскаленного лома.

— Катера уничтожены! — отчиталась Ева. — Путь к корвету чист!

— На таран! — скомандовал Макс.

Фрегат «Старый Грешник II» вошел в плотный контакт с правым бортом корвета Варга. Гидроаппарель фрегата с визгом сминаемого металла впилась в загрузочный люк «Гиены». Помеховая станция Тима выжгла электронику корвета, запечатав его аварийные задвижки.

Макс первым переступил порог. За ним ворвались Лилит, Райна и Варра, а следом вышагнул Дредноут Игнациус.

Бой в коридорах «Гиены» длился не больше пяти минут. Наемники Варга пытались укрыться за баррикадами, но орудие Игнациуса рвало титановые щиты в труху, а стилеты Лилит подсекали артерии тех, кто пытался вскинуть плазморезы.

Спустя три минуты Макс и Лилит выбили дверь Главной Рубки.

Атаман Варг забился у пульта управления. В его руках замер плазменный пистолет, но Лилит одним взмахом стилета срезала кисть рейдера вместе с оружием. Варра и Райна заломили ему руки.

— Не стреляй, капитан! — заверещал Варг. — В трюме трофеи! Забирай всё!

Макс, Лилит и Крак спустились в Грузовой Трюм корвета.

В полумраке, зажатые в ложементах, ровными рядами возвышались восемьсот запечатанных цинков с гербом Армейского Снабжения Гегемонии. Крак сорвала замок первого ящика. Внутри сияли вольфрамовыми головками свежие 120-миллиметровые кинетические снаряды.

— Есть трофей! — радостно протрещала Крак. — Восемьсот чушек! Наша первая башня забита под завязку!

Макс повернулся к Варгу и его выжившим офицерам:

— За грабеж мирных судов, работорговлю и садизм — по Кодексу Вольного Народа приговор один: выброс в вакуум без скафандра.

Райна и Варра затолкнули вижащих рейдеров в абордажный шлюз. Макс опустил рычаг ручного сброса.

Внешний клапан ушел в стену, и декомпрессия выхаркнула преступников в мертвый вакуум. За бронестеклом шлюза их тела мгновенно раздулись от баротравмы, а выкипающая на глазах и губах влага превратилась в иней. Через несколько секунд наступила окончательная асфиксия.

Спустя два часа операция была завершена. Трофейный корвет «Гиена» и пять транспортов беженцев зашли во внутренние и внешние доки «Тверди».

Сто пятьдесят спасенных человек — шахтеры, механики, врачи и их семьи — ступили на чистые палубы. Настил ангара пах хлебом и горячим супом. Вера, Нира, Эля и Тим встречали новичков горячей едой и одеялами.

На Главной Ассамблее все сто пятьдесят человек зачитали присягу Кодексу Вольного Народа. Экипаж «Тверди» вырос до четырехсот девяноста человек и ксеносов.

Автоматоны-помощники под командованием Громова за три часа перетащили все восемьсот трофейных снарядов в орудийные погреба главной башни.

Макс и Лилит поднялись на Капитанский Мостик. Ева вывела на проектор общую готовность:

«Линейный Корабль-Крепость „Твердь“. Экипаж — 490 человек. Погреба Главного Калибра — сто процентов. Автономность — шесть лет. Корабль готов к бою».

Макс опустился в кресло и выжал рычаг маршевого хода. Восемь кормовых двигателей «Тверди» одновременно плеснули в вакуум факелами ионной плазмы.