Колонизация территории современной Венесуэлы европейцами началась во время третьего путешествия Христофора Колумба, когда он достиг восточного побережья страны в начале августа 1498 года.
Завоевание того, что стало потом Венесуэлой, заняло более века и отличалось от завоевания, совершенного в Мексике или Перу, отсутствием доминирующего государства коренных народов и обширной инфраструктуры.
Когда европейцы прибыли на побережье Венесуэлы, они столкнулись с большим количеством этнических групп, принадлежавших к очень разным культурным группам. Но их всех объединяла слабая иммунная система, беззащитная перед микроорганизмами, завезенными колонизаторами из Европы. И плотность населения там была ниже, чем в государствах с более развитым уровнем сельского хозяйства, таких как Центральная Америка и зона господства инков в Андах.
Себастьяно дель Пьомбо. Возможный посмертный портрет Христофора Колумба. 1519
Коренные народы сравнительно недавно перешли на оседлый образ жизни и не успели развить металлургию – за исключением использования металла для изготовления украшений. Основным оружием, которое они использовали, были луки, стрелы, копья, атлатли (приспособления для метания дротиков) и дубинки. Их технологическое развитие не достигло такой степени, чтобы у них было оружие, сопоставимое с оружием европейцев, а у тех уже имелись огнестрельное оружие и стальные мечи.
К тому же, как оказалось, ничто так не поражало индейцев, как вид конного европейца. Дело в том, что коней в Америке до прихода испанцев не было, поэтому человек, сидящий на таком невиданном животном, представлялся индейцам каким-то богом, и они просто не могли оказывать серьезное сопротивление.
Христофор Колумб (его называют испанским мореплавателем, но родился он в Генуе) отплыл в свое первое путешествие 3 августа 1492 года.
В 1492 году католические короли согласились профинансировать предприятие генуэзца, который приложил все усилия, чтобы найти морской путь в Китай, плывя на запад через Атлантический океан.
В ходе своего первого путешествия Колумб открыл Кубу и Эспаньолу, ставший испанским остров, который впоследствии будет называться островом Гаити. Вторая экспедиция (1493–1496 гг.) позволила Колумбу исследовать Малые Антильские острова. Во время третьей экспедиции (1498–1500 гг.) Колумб уже высадился на континенте.
В ходе третьего путешествия, в самом конце июля 1498 года, корабли экспедиции Колумба достигли острова Тринидад.
31 июля он увидел нечто похожее на «три горы, обозримые одним взглядом». Колумб с самого начала посвятил свое третье путешествие Святой Троице <..> Это объясняет, почему остров, на котором были замечены эти три горы, по сей день известен как Тринидад («Троица»). По мере того, как Колумб обследовал этот плодородный остров, в нем с каждой минутой росло чувство трепета и недоумения. Местные туземцы не были чернокожими, которых он ожидал увидеть на этой широте <..> Опьяненный своей непоколебимой верой в то, что он находится в Азии, Колумб видел в них мавров и убеждал себя, что хлопковые ленты, которые они носили на головах, были "мавританскими шарфами". Затем, попытавшись войти в залив Пария, он услышал то, что не укладывалось ни в какие из его представлений: «шум, подобный рокоту морской воды, разбивающейся о скалы». Он встал на якорь вне пролива и увидел, что «вода течет в нем с востока на запад с такой же скоростью, как и в Гвадалквивире во время половодья». Ни один европеец никогда прежде не видел ничего похожего на устье Ориноко. «До сих пор, – писал Колумб несколько месяцев спустя, – от страха пробегают по телу мурашки, когда я вспоминаю, что корабль едва не опрокинулся».
Колумб открыл не только остров Тринидад, но и устье Ориноко – важной реки, чей огромный объем пресной воды доказал, что открытое побережье является частью обширного материка.
Неизвестный художник. Портрет Фердинанда Арагонского и Изабеллы Кастильской. XV век
13 августа 1498 года Колумб наткнулся на остров, названный им Маргаритой. По одной версии, остров был назван так в честь принцессы Маргариты Австрийской, недавно вышедшей замуж за инфанта Хуана, сына Изабеллы Кастильской и Фердинанда Арагонского. По другой версии, остров назвали в честь многочисленных жемчужин, найденных в его прибрежных водах (слово margarites в переводе с греческого означает «жемчуг»).
Открыв Маргариту, Христофор Колумб сделал следующую запись: «Я убежден, что эта земля – величайших размеров». Это было утверждение, которое соответствовало его уверенности в том, что он если и не достиг Азии, то подобрался к ней совсем близко.
Тем не менее, все вокруг него свидетельствовало, что он находился в по-настоящему новом месте, а не в Азии. Возможно, теперь он уже и сам сполна убедился в истинности собственного афоризма «Чем больше делаешь, тем больше познаешь».
Затем европейцы впервые ступили на сушу Южной Америки. Перед ними открылись широкие равнины с пышной растительностью. Они стали обмениваться подарками с коренными жителями, которых, как оказалось, особенно интересовали изделия из латуни, зеркальца и колокольчики.
Коренные американцы поведали европейцам, что на Западе больше населения. Колумб взял с собой нескольких индейцев в качестве проводников и двинулся в указанном направлении. На следующий день он вышел на берег. Было примерно три часа ночи, а на рассвете на побережье стало видно поселение, где коренные жители жили среди садов с цветами и фруктами.
Затем к тому месту, где стояли корабли Колумба, приблизилось несколько лодок. Европейцы видели многих коренных жителей, занимающихся добыванием жемчуга. А в лодках они увидели коренных жительниц с множеством жемчужных нитей на шее.
Один моряк вынес раскрашенное блюдо из Валенсии. Он разбил его на куски и предложил эти куски коренной жительнице. Она подарила ему взамен кучу жемчуга. Затем Колумб приказал собрать всю посуду, которая была на кораблях, и передать ее туземцам, а те в ответ подарили им много жемчуга.
Джон Вандерлин. Высадка Колумба в Америке. 1847
Колумб не открыл новый мир; он установил контакт между двумя мирами, оба из которых уже были старыми. Он сообщил европейцам о существовании континентов и островов, которые были обитаемы уже на протяжении многих веков.
К сожалению, Колумб в то время страдал от глазной болезни и больше не мог вести исследования, поэтому в тот же день отправился обратно на Эспаньолу (остров, на котором ныне находятся Гаити и Доминиканская республика).
Сам Колумб утверждал и до самой своей смерти верил, что открыл острова, расположенные у побережья Восточной Азии, и, возможно, часть материка. Его вера была основана, главным образом, на некритическом чтении Марко Поло и Птолемея. Мы не можем быть уверены, согласовывались ли утверждения Колумба с его изначальными намерениями и обещаниями, а также в том, приняли ли их полностью Фердинанд и Изабелла <..> Но вне всякого сомнения было то, что Колумб обнаружил обширный архипелаг ранее неизвестных островов, которые были населены мирным и покорным, хотя и примитивным народом, и там имелось золото. Если они окажутся стартовой площадкой на пути в Индию, то это еще лучше. Но, в любом случае, они стоили того, чтобы их тщательно исследовать,
Алонсо де Охеда, родившийся в 1466 году в городе Куэнка (Новая Кастилия), в 1496 году предстал перед католическими королями – по причине того, что католические монархи Фердинанд и Изабелла не доверяли Колумбу и членам его экспедиции и хотели проверить достоверность сообщений Колумба о великих богатствах «нового мира».
Получив разрешение на организацию независимой экспедиции, Алонсо де Охеда 18 мая 1499 года отправился в Новый Свет. Его партнером был флорентиец Америго Веспуччи[1], который оплачивал экспедицию.
Небольшого роста, но хорошо сложенный и крепкого телосложения, Охеда был очень смуглым, с красивыми чертами лица, полными огня глазами, и он обладал невероятной силой и ловкостью. Пешком, верхом на лошади он одинаково хорошо владел любым оружием. Благодаря своему предприимчивому и порывистому характеру он много ссорился, но ни разу не получил ни малейшей раны. Суеверный и в то же время храбрый, он приписывал свою неуязвимость особой защите Девы Марии. И он действительно всегда носил с собой небольшую фламандскую картину с изображением Мадонны, и он часто обращался к ней с горячими молитвами. В боях картина находилась в его сумке, на бивуаке он доставал ее, чтобы повесить на дерево, и даже в самых непристойных ссорах она была объектом его призывов.
Экспедиция прибыла в дельту реки Ориноко в июне. Испанцы посетили остров Тринидад, остров Маргарита и полуострова Пария и Арайя, а потом продолжили движение вдоль побережья.
В районе Чичиривиче произошла жестокая стычка с туземцами, в результате которой один из команды был убит, а другие получили ранения. Оттуда они направились вглубь суши, а потом пришвартовались на Кюрасао, который они назвали Островом Гигантов (Isla de los Gigantes).
Продолжая следовать вдоль западного побережья Кюрасао, они вскоре вышли на восточный берег внутреннего моря или «лагуны Кокибакоа», известной сегодня как Маракайбо. На ее берегу возвышалась деревня или, скорее, группа хижин, построенных на каркасе из свай, окруженных пирогами и сообщающихся между собой шаткими подъемными мостами. Маленький озерный городок утопал в спокойных водах озера, и флорентийца это ничуть не поразило. Несомненно, именно он первым сравнил эту новую Венецию, такую смиренную и такую скромную, с великой королевой Адриатики, и оба путешественника решили окрестить индейский городок именем «Венесуэла», «Маленькая Венеция» или, скорее, «Бедная маленькая Венеция». Можно подумать, что на самом деле это название пришло им в голову не без легкой иронии, потому что в испанском языке уменьшительные «zuelo» и «zuela» указывают на идею мелочности и даже на насмешку и презрение.
9 августа путешественники достигли мыса Сан-Роман на полуострове Парагуана.
24 августа 1499 года они достигли входа в большое озеро Маракайбо.
При появлении испанских кораблей часть индейцев, охваченная ужасом, убежала в дома и подняла подъемные мосты. Другие, собрав целую «флотилию» лодок, ушли в открытое море. Однако вскоре они вернулись с шестнадцатью молодыми девушками, которые были переданы испанцам как залог доверия и мира. Потом и остальные жители подплыли на лодках к кораблям, а некоторые сделали это вплавь. Однако дружба туземцев оказалась обманчива. Внезапно несколько пожилых женщин громко закричали, и эти крики послужили сигналом: шестнадцать девушек бросились в воду и поплыли к берегу. Индейцы, находившиеся в лодках, обрушили на испанцев град стрел, копий и дротиков. Огнестрельное оружие европейцев быстро возымело действие. Когда де Охеда высадился, он обнаружил, что деревня заброшена. Он не стал ее грабить, а начал разведку вокруг озера.
В гавани Сен-Бартелеми испанцы остановились на несколько дней, чтобы насладиться менее обманчивым гостеприимством индейцев, которые по красоте превосходили тех, кого они видели в начале своего путешествия. Несколько молодых женщин даже захотели остаться с европейцами, и Охеда взял с собой одну, назвав ее Изабеллой.
Лоцман и картограф Хуан де ла Коса[2] участвовал в этом путешествии и составил первую, весьма приблизительную, карту побережья Венесуэлы.
После прибытия на Эспаньолу 5 сентября Алонсо де Охеда и его команда были враждебно встречены членами экспедиции Колумба. Они считали, что Охеда не имел права исследовать без разрешения уже ранее открытые Колумбом земли. Взаимная напряженность привела к вооруженным стычкам между этими двумя группами – с убитым и раненым с обеих сторон.
Несмотря на протесты Диего Колумба, были выданы две лицензии: одна – Диего де Никуэсе на заселение Верагуа, а другая – Алонсо де Охеде на заселение территории, которая в настоящее время является северным побережьем Колумбии. Две экспедиции, которые отплыли в конце 1509 года, насчитывали вместе свыше тысячи человек, но голод, болезни и отравленные стрелы вскоре убили всех, за исключением нескольких десятков человек. Это была самая серьезная потеря, которую испанцы понесли в Америке до этого момента; и одной из первых жертв стал Хуан де Ла Коса, без которого Испания не могла обойтись.
В июне 1499 года Педро Алонсо Ниньо покинул Пуэрто-де-Палос в Андалусии вместе с братьями Луисом и Кристобалем Герра. Их экспедиция также достигла района залива Пария. Оттуда они отправились на Маргариту, где загрузились жемчугом. Потом поплыли в залив Кариако, в порт Куманагото, где произвели обмен зеркал, колокольчиков и ножей на золото и жемчуг.
Экспедиция Ниньо позволила испанцам познакомиться с богатым полуостровом Арайя. Оттуда они продолжили свой путь на Запад и высадились в Кориане, в том месте, где потом был основан город.
Все 33 члена экипажа пробыли там около двух десятков дней. Их угощали местные жители, с которыми они снова обменяли малоценные в Европе предметы на золото и жемчуг. А потом, после того как на них напали туземцы в районе между озером Маракайбо и мысом Ла-Вела, они повернули обратно к Арайе. Откуда отправились обратно в Европу 6 февраля 1500 года и прибыли двумя месяцами позже, высадившись на побережье Галисии.
Открытие огромного богатства жемчуга в морях между Маргаритой и Тьерра-Фирме (Tierra Firme – так в период европейской колонизации называли нынешнюю Венесуэлу) послужило поводом для создания испанских баз в этом районе. Именно так испанцы в 1500 году основали Новый Кадис[3] на острове Кубагуа.
Алонсо де Охеда довел до конца третью экспедицию адмирала и исследовал побережье Венесуэлы от острова Маргарита до озера Маракайбо. С ним поплыл Америго Веспуччи, чьи легкое перо и здравые географические рассуждения снискали ему славу, которая на время затмила славу самого Колумба. Первое путешествие Охеды не имело существенного ближайшего результата: привезенный им груз бразильского дерева, проданный в Кадисе, не покрыл его расходов; однако в ходе исследований Герры на том же побережье обнаружилось, что устрицы, вылавливаемые местными индейцами, содержат жемчуг.
Пионерами в создании поселений на суше были религиозные служители. Например, в 1501 году группа францисканских монахов основала миссию в так называемом Пуэрто-де-Перлас на территории современной Куманы, где поселенцы с острова Кубагуа снабжались водой и продуктами питания. Поселение неоднократно подвергалось нападениям со стороны коренных жителей этого района.
В начале того же года прибыла еще одна экспедиция под руководством Родриго де Бастидаса и Хуана де ла Косы, которые торговали с коренными жителями от мыса Ла-Вела до залива Дарьен.
В 1502 году выносливый и жестокий моряк Алонсо де Охеда совершил новое путешествие в Венесуэлу по аналогичному маршруту. На этот раз он шел вместе с торговцами Хуаном де Вергарой и Гарсиа де Кампосом, которым удалось зафрахтовать четыре каравеллы. Корабли разошлись, а потом из-за нехватки продовольствия одна из групп решила напасть 2 апреля на поселение туземцев в районе Кумана. Там они убили 78 индейцев и потеряли одного из членов команды.
3 мая 1502 года они основали первую испанскую деревню на материковой части американского континента. Это была Санта-Крус-де-Кокибакоа в Ла-Гуахире.
А потом жадные европейцы еще раз напали на коренных жителей, но встретили сопротивление. Этот конфликт и внутренние раздоры привели к тому, что поселение было оставлено. В итоге соратники Алонсо де Охеды схватили его, отправили в цепях на Эспаньолу, и там де Охеда оставался под стражей до 1504 года. В конечном итоге его освободили по протекции епископа Родригеса де Фонсеки. Однако все его имущество было конфисковано, что фактически оставило конкистадора без средств к существованию.
В течение двадцати пяти лет, последовавших за отъездом Охеды, побережье, которое он открыл, редко посещали исключительно работорговцы и искатели приключений всех мастей, которые опустошали страну.