Глава 12

Остаток дня пролетел незаметно. Рукопашный бой оказался интересным, и, поскольку Командир так и не появился, мне разрешили заниматься в паре с Тревом. Он не соврал, когда сказал, что отлично дерётся. Он был почти так же хорош, как Командир. Однако он не был таким напряжённым и во время спарринга обращался со мной мягче.

Трев подошёл ко мне сзади.

— Тебе нужно научиться освобождаться от удушающего захвата.

Он прижался своим телом к моему, и у меня затрепетало в животе.

— Когда почувствуешь, как моя рука проходит у тебя поперёк груди, сразу опусти подбородок.

Я сделала, как он сказал, опустив подбородок как раз в тот момент, когда его другая рука поднялась и сомкнулась с той, что находилась под моей шеей.

— Хорошо. Теперь сделай шаг в сторону и схвати меня за запястье. Затем я хочу, чтобы твоя левая рука резко пошла вниз, в пах. Только не бей по драгоценностям по-настоящему, красавица.

Я нервно рассмеялась, медленно выполняя движение.

— А теперь?

— Теперь ты заставила меня согнуться пополам. Этой же рукой ударишь локтем мне в нос.

Мы снова и снова повторяли эти действия, пока я не начала двигаться немного быстрее. Мистер Монтгомери подошёл к нам, похвалил нас, а затем перешёл к следующей группе. К тому времени, когда прозвенел звонок, я уже была уверена, что смогу освободиться из удушающего захвата.

Когда пришло время обеда, Ханна и Трев сели со мной за столик для пикника на улице. Реми тоже была рядом и пыталась угадать, носит ли Трев бельё, но об этом я никому не рассказывала. Я заводила друзей, поэтому не хотела сразу показаться им странной. О том, что я вижу мёртвых, я расскажу позже.

Остаток дня пролетел довольно быстро. На занятиях по обращению с оружием дела шли не лучшим образом, но я ещё ни разу себя не покалечила, а это уже было плюсом. Мы всё ещё пробовали разные виды оружия. Лук пока не стал моим другом, но я надеялась, что со временем начну обращаться с ним лучше.

С кардиотренировками я справлялась просто отлично, уже дойдя до того, что могла пробежать три мили, что, по моему мнению, было потрясающе, учитывая, что до Академии я ни разу в жизни не пробегала даже одной мили.

После тренировок я быстро осмотрела территорию и, к сожалению, выяснила, что всю Академию окружают защитные чары, которые не позволяют другим существам проникать внутрь и не позволяют нам выбраться наружу. Если мне всё же придётся сбегать отсюда, это будет непросто. А пока я собиралась узнать всё, что смогу, о людях, управляющих Академией, включая самого Командира. Чем лучше я узнаю руководство Академии, тем проще мне будет избегать их, если придётся бежать. Ранее я спросила Реми, есть ли у Командира способ отслеживать людей, покинувших Академию, но никакой пользы от неё не получила. Она смеялась без остановки целых пять минут.

Пока что я отложила свои тревоги о будущем и только что вышла из душа. Я пыталась решить, что надеть сегодня вечером на ознакомительную церемонию. Выбор был невелик: что-нибудь из моей спортивной сумки или школьная форма. Вся моя одежда была кем-то отдана мне и уже была ношеной. На большинстве вещей были разрывы или дырки, и от каждого предмета, который я раскладывала на кровати, Реми морщилась. Похоже, мне придётся надеть штаны из искусственной кожи и футболку.

Я взяла форму и уже собиралась идти в ванную, когда Реми изобразила обморок.

— Что? — спросила я. — Это всё, что у меня есть.

Реми изящно перебросила волосы на одно плечо.

— Детка, это самое грустное, что мне доводилось слышать. Сейчас мне грустнее, чем когда я узнала, что умерла. Ты не можешь это надеть. Все будут одеты в свои лучшие наряды.

Но это и был мой лучший наряд.

Я вздохнула и плюхнулась на кровать.

Реми поднялась и послала мне воздушные поцелуи.

— Послушай свою лучшую подругу. Иди сделай причёску и макияж. А одежду предоставь мне.

Я вздохнула, но сделала, как она сказала.

За тридцать минут до начала ознакомительной церемонии в дверь громко постучали. Я открыла её, всё ещё в халате, хотя и так знала, кто стоит за дверью.

Командир на мгновение застыл от неожиданности, прежде чем закрыть рот.

— Эм, можно войти?

— Конечно. Почему бы и нет?

Он держал в руках чёрный чехол для одежды, который аккуратно положил на мою кровать, а затем повернулся ко мне.

— Сегодня у меня был неожиданный посетитель. Думаю, это была твоя подруга Реми.

— Почему вы так думаете?

— Кто-то проник в мои личные комнаты и написал на зеркале розовой помадой.

— И что там было написано?

Он поморщился.

— Начиналось всё с чего-то неуместного о моём телосложении, а заканчивалось завуалированной угрозой.

Я улыбнулась. Мой призрак был единственным в своём роде. Она могла заигрывать с тобой, потом угрожать тебе и при этом вообще ни о чём не переживать. Я её обожала.

Я посмотрела на чехол.

— И поэтому вам пришлось что-то придумать?

Командир пожал плечами.

— Вообще-то мне неловко, что я не подумал об этом раньше. Большинство детей приходят в Академию в полном восторге. Родители отправляют их сюда с домашним печеньем и кредитной картой. Ты даже не представляешь, сколько посылок Ричарду приходится забирать каждую неделю.

Я развела руками в стороны.

— Простите, но ни родителей, ни кредитных карт.

— Да, я знаю. Поэтому и должен был подумать об этом раньше.

Отлично. Теперь он жалел меня из-за моей печальной жизни.

Я расстегнула чехол и увидела огненно-красное платье со шнуровкой на спине, как у корсета. Я провела рукой по бисеру.

— Оно прекрасное.

И, судя по бирке, должно было подойти мне по размеру.

— Как вы узнали мой размер?

Его зелёные глаза скользнули по моему телу, напомнив мне, что я стою перед ним только в халате.

— Удачная догадка.

— Как вы успели достать его так быстро?

На его лице появилась самодовольная улыбка.

— У меня есть крылья.

Мои глаза округлились.

— Когда у меня появятся свои?

Он рассмеялся.

— Крылья бывают только у полностью благословлённых, и появляются они после дня рождения.

Его брови сошлись.

— Ну, обычно. Но в тебе вообще ничего не укладывается в стандартные рамки.

Я заметила, как его взгляд снова скользнул к моим обнажённым ногам. Он прочистил горло.

— Оставлю тебя переодеваться.

Когда он направился к двери, я приподняла край платья, ощущая ткань между пальцами. У меня никогда не было ничего настолько красивого.

Прежде чем он закрыл за собой дверь, я сказала:

— Спасибо вам за это.

Он кивнул.

— Всегда пожалуйста.

То, как он произнёс эти слова, заставило волну тепла пройти через меня.

На мгновение его взгляд задержался на моих губах, затем он быстро вышел, словно забрав с собой весь воздух из комнаты. Я не понимала своей реакции на него, но должна была признать: между нами существовало сильное притяжение, которое я не могла объяснить.

Двадцать пять минут спустя на мне было красное платье, которое сидело как влитое сверху и слегка расширялось от бёдер. Под светом спортивного зала, где должна была проходить ознакомительная церемония, ткань мерцала, а мои каблуки цокали по полу.

Оглядевшись по сторонам, я увидела возвышение в дальнем конце зала. Перед сценой полукругом были расставлены стулья так, чтобы все могли видеть помост, а посередине оставался проход.

Я снова провела рукой по самой красивой вещи, которой когда-либо владела, благодарная Реми и Командиру за то, что они придумали, что мне надеть, потому что все вокруг были одеты в вечерние наряды.

В спортзале было многолюдно, поэтому я двинулась вдоль стены в поисках Ханны. Найти её было нетрудно, учитывая, что она была высокой как небоскрёб, а её рыжие волосы напоминали факел, заметный за милю.

Прежде чем я успела подойти к ней, чья-то рука легко коснулась моего локтя. Из тени вышел Командир.

Он окинул меня оценивающим взглядом, и уголки его губ слегка приподнялись.

— Ты ведь не собираешься сбежать?

— Нет. Просто подумала, что будет проще обойти эту толпу по краю.

Его рука всё ещё лежала на моей руке, и я изо всех сил старалась делать вид, что меня это никак не задевает.

Он медленно оглядел меня с головы до ног, и знакомое тепло в животе поднялось приливной волной.

— Ты выглядишь потрясающе.

У меня пересохло во рту.

— Не буду тебя задерживать, иди к своим друзьям. Просто помни, что сегодняшний вечер определит лишь часть того, кто ты есть.

Он отпустил мою руку, а я смотрела, как он без труда проходит прямо через толпу. Люди сами расступались перед ним, словно все инстинктивно понимали, что должны освободить дорогу чему-то настолько величественному. Я их не винила. С каждым его шагом от него словно исходила сила.

Я снова заметила Ханну и направилась к ней.

Увидев меня, у неё отвисла челюсть.

— Вау. Отлично выглядишь, подруга.

— Спасибо.

Трев подошёл ко мне сзади, и по моему позвоночнику пробежали мурашки, когда он прошептал мне на ухо:

— Привет, красавица.

— Привет, — ответила я гораздо более хриплым голосом, чем собиралась.

Должно быть незаконно держать под одной крышей столько красивых мужчин.

Реми подплыла к нашей компании.

— Чёрт, девочка. Командир-без-трусов постарался на славу. На тебе хоть лифчик есть?

— Да что у тебя за пунктик насчёт нижнего белья?

Трев шагнул в сторону, нахмурившись.

— Эм… Это ты со мной разговариваешь? Потому что если да, то этот разговор движется в очень интересном направлении.

Реми начала умирать со смеху.

Я махнула рукой.

— Нет-нет. Просто разговариваю сама с собой. Говорят, так бывает, когда нервничаешь, а эти каблуки только усилили мою тревогу. Не знаю, буду я шататься или вообще упаду. Может, пойдём сядем?

Ханна сказала:

— Новенькие должны сидеть в первом ряду, но после церемонии я вас найду.

Трев галантно поклонился мне, а затем подставил локоть.

— Позвольте вас проводить?

Я рассмеялась его театральности.

— Ну конечно, добрый сэр.

Мы заняли первые попавшиеся свободные места, и как только сели, свет в спортзале приглушили. Моё колено подпрыгивало вверх-вниз, пока нервы брали надо мной верх. Я не знала, чего ожидать, но у меня было чувство, что после сегодняшнего вечера моя жизнь изменится. Я давно научилась доверять своему чутью.

На сцену вышла пожилая женщина и села в одно из двух кресел на помосте. Её седые волосы были красиво заплетены в косу, перекинутую через плечо. Затем в центр помоста вышел Командир, и в зале сразу воцарилась тишина.

— Недавно мы нашли ещё четырёх благословлённых студентов, — обратился он ко всем учащимся Академии. — Сегодня мы официально поприветствуем их. Если они полукровки, мы узнаем, от какой линии они происходят, а также их уровень силы. Если они полностью благословлённые, мы объявим об этом.

Его взгляд ненадолго остановился на мне, прежде чем он продолжил:

— Первая в нашем списке — Энджи Макбет.

Энджи, девушка с длинными ногами и короткими светлыми волосами, возбуждённо вскочила на сцену. Она села в свободное кресло, пока пожилая женщина тасовала колоду карт.

Трев наклонился ко мне так близко, что его горячее дыхание защекотало мне ухо.

— Эта старушка уже знает, на что мы способны. Всё это просто показуха.

Я повернулась к нему.

— Думаешь?

— Ага. Командир просто обожает всю эту помпезность.

Я снова посмотрела вперёд и увидела, что лицо Командира стало каменным. Ему не нужны были слова. По тому, как он смотрел на Трева, было ясно: если Трев даст ему хоть малейший повод для взбучки, Командир тут же этим воспользуется.

— Мне кажется, он тебя услышал, — пробормотала я.

— Возможно. А может, всё потому, что, — он наклонился ещё ближе, и его нижняя губа коснулась моей мочки уха, — рядом с тобой сижу именно я.

Я снова посмотрела на Командира. Теперь он был сосредоточен на девушке на сцене, но его тело всё ещё оставалось напряжённым. Он так сильно стиснул челюсти, что удивительно, как ещё не сломал себе зубы.

Что бы ни происходило между Командиром и Тревом, я не хотела иметь к этому отношения. Во-первых, это была не моя война. Во-вторых, мне, возможно, скоро самой придётся бежать отсюда. И, кроме того, мне не хотелось смотреть, как Треву надерут задницу. Без всяких сомнений, Трев был лучшим в классе и по обращению с оружием, и по рукопашному бою. Он мог победить любого студента даже не стараясь, но у меня было чувство, что до победы над человеком на сцене ему очень далеко.

Я сосредоточилась на пожилой женщине, когда она перевернула карту. Затем она взяла девушку за руки.

Через несколько секунд женщина уже улыбалась, держа перед собой карту с императрицей. Потом она подняла один палец в сторону Командира.

Командир произнёс:

— Поздравляю, Энджи, ты полукровка. Ты происходишь из линии Михаила, а твоя категория — первое исцеление.

Парень, сидевший по другую сторону от меня, пробормотал:

— Слабо. Если поранишься, аптечка, скорее всего, поможет лучше неё.

Его друг со второго ряда шикнул на него.

— Могло быть и хуже. По крайней мере, ей разрешили остаться.

Я посмотрела на Трева, чтобы понять, слышал ли он это. Он подмигнул мне.

— С тобой всё будет в порядке.

Я прошептала:

— Почему ты вообще сидишь здесь с нами, если хочешь оставаться нейтральным?

Он прошептал в ответ:

— Мне нравится действовать Командиру на нервы.

Я почти не слушала, когда на сцену вызвали парня, сидевшего рядом со мной. Меня гораздо больше интересовала история отношений между Тревом и Командиром.

Женщина тасовала карты, а мои мысли блуждали. Может, если я окажусь единицей, меня выгонят из Академии. Было бы неплохо, правда? Что вообще может дать Академии человек первого уровня? Я бы просто научилась мастерски подавлять свои способности. Однажды на улице я уже встречала даркена в форме Академии Одарённых, и он не заметил во мне ничего необычного.

Мой взгляд остановился на Командире. У меня возникло ощущение, что вызывать Трева он не собирается. Ранее он сказал, что новых благословлённых четверо, хотя в нашем ряду сидело пятеро. Почти уверена, именно поэтому Трев вскочил на ноги и направился к сцене ещё до того, как успели назвать следующего студента.

Он поднимался по боковым ступеням с такой уверенностью, что это граничило с дерзостью. В отличие от остальных, он даже не поприветствовал Командира, а лишь ухмыльнулся. Командир никак не отреагировал, когда Трев прошёл мимо него. Эти двое определённо ненавидели друг друга. Может, это было что-то из разряда соперничества альфа-самцов? Я только надеялась, что Трев не перегнёт палку со своей самоуверенностью.

Я рассмеялась, когда Трев сел в кресло рядом с пожилой женщиной и улыбнулся ей, пока она тасовала карты. Когда она никак не отреагировала, он ещё и подмигнул ей, отчего я рассмеялась снова. Его флирт не знал границ. Через несколько секунд пожилая женщина улыбнулась Треву и подмигнула в ответ. Обольститель сам оказался очарован. Она указала на карту слева.

Командир сказал:

— Какой сюрприз. Похоже, ты нефилим. Рождён от одного из первых падших и отмечен Михаилом.

Трев поднялся на ноги и отвесил шутливый поклон.

— Всеобщий любимый телохранитель, — сказал он, а затем ободряюще кивнул мне.

Дети позади меня ахнули, и я отвела взгляд от Трева. Я посмотрела на пожилую женщину и увидела, что она показывает пять пальцев, обозначая уровень силы.

Трев скрестил руки на груди и ухмыльнулся Командиру. Тот совершенно не выглядел впечатлённым, когда объявил, что Трев может вернуться на своё место.

Почти все студенты захлопали и начали приветственно кричать, пока Трев уходил со сцены.

Командир не выглядел удивлённым тем, что Трев оказался нефилимом или обладателем пятого уровня. Что я упускала?

Парень рядом со мной едва не взвизгнул:

— Ты можешь в это поверить? Настоящий нефилим. Это же безумие.

Все возбуждённо перешёптывались, словно Трев был знаменитостью.

Он сел рядом со мной и сжал моё колено.

— Похоже, теперь твоя очередь, красавица.

В этот момент Командир назвал моё имя.

Это было ужасно. Подниматься на сцену перед таким количеством людей. Я смотрела себе под ноги, проходя мимо Командира и направляясь к креслу. Мои руки дрожали, пока пожилая женщина тасовала карты, а затем начала тасовать их снова. Словно она чувствовала мою тревогу и хотела растянуть это ещё сильнее. Она перевернула одну карту, затем другую. Она продолжала открывать карты, пока вся чёртова колода не оказалась разложенной лицом вверх. Затем её рука дрогнула, когда она потянулась к моей. Она ненадолго закрыла глаза, а потом просто уставилась на меня.

Через пятнадцать секунд, которые показались скорее часом, я посмотрела на Командира. Его брови были нахмурены. В толпе начался шёпот, но не такой возбуждённый, как во время объявления Трева.

О нет.

Что бы сейчас ни происходило, ничего хорошего это не означало.

Командир подошёл к нам и присел перед пожилой женщиной на корточки.

— Что такое, Сариэль?

Она покачала головой.

— К ней прикасался не один архангел. Она часть пророчества.

Это прозвучало совсем не обнадёживающе.

— Какой у меня уровень? — Пожалуйста, скажите, что первый. Пожалуйста, скажите, что первый.

— У тебя нет уровня.

Я с облегчением выдохнула.

— Невозможно присвоить уровень тому, чем ты являешься.

Вот дерьмо.

Я посмотрела на Командира.

— Может быть, это ошибка?

Он мне не ответил.

Что ещё хуже, он не выглядел удивлённым словами Сариэль. Вместо этого он тихо спросил её:

— К ней прикасался даркен?

Она покачала головой, а затем сказала:

— Мы слишком затянули. Они поймут, что что-то не так. Объяви её полукровкой, но дай ей средний уровень силы.

— Почему она должна лгать? — спросила я.

— Чтобы защитить тебя, — ответил Командир, поднимаясь на ноги.

Он повернулся к студентам.

— Студенты, похоже, перед нами ещё одна полукровка, но мы не уверены, из какой именно она линии. Сариэль смогла сузить выбор до двух вариантов.

По залу прокатилась волна шёпота и приглушённых разговоров.

Сариэль указала на карту Габриэля, прекрасного ангела с длинными каштановыми волосами и тёплой улыбкой. На его карте было написано: «Суд». Затем Сариэль указала на карту Азраэля, грозного воина, стоявшего с гордо поднятой головой. Внизу его карты значилось: «Смерть». После этого Сариэль подняла три пальца, и Командир поздравил меня перед всей аудиторией.

Я оцепенело поднялась со своего кресла и вернулась на место. Никто не аплодировал мне так, как аплодировали Треву.

Пожилая женщина сказала, что меня благословил не один ангел. Как такое вообще возможно?

Я опустилась на стул, стараясь не обращать внимания на шёпот вокруг. Я не была уверена, поверили ли студенты в то, что дорогая старая Сариэль действительно запуталась в том, кто именно меня коснулся. По моей спине стекал пот.

Она сказала «пророчество»?

О нет.

Мне нужно было выбраться из этой школы ещё вчера. Я не понимала до конца, что всё это означает для меня, но точно знала, что ничего хорошего. Мне нужно бежать.

Сразу после того как Командир отпустил нас, все направились в столовую. Там были составлены длинные столы, а еда была разложена в формате шведского стола. Я механически набрала себе еду на тарелку, хотя от одной мысли о том, чтобы сейчас что-нибудь съесть, меня начинало мутить.

Ханна заняла для нас свободный стол, и я в полузабытьи направилась к нему. Трев сел справа от меня, а Ханна слева. Реми показала мне какой-то жест рукой, давая понять, что вернётся позже. Оставалось только надеяться, что она отправилась устраивать хаос для «этой компании».

Ханна тут же засыпала Трева вопросами.

— И каково это — быть нефилимом?

Он пожал плечами.

— Я не чувствую себя иначе.

Ханна покраснела, а потом повернулась ко мне.

— А ты! Великая провидица запуталась в твоём происхождении. Что это вообще было?

Я пожала плечами.

— Наверное, поскольку мои силы ещё полностью не проявились, это трудно определить.

— Именно в это Командир хотел бы заставить нас поверить, — фыркнул Трев. — Хочу заметить, что силы многих студентов ещё не проявились, но при этом они всё равно знают, какой ангел их коснулся.

Я перестала водить еду по тарелке.

— Я запуталась не меньше вашего.

Он прищурился, глядя на меня, а затем улыбнулся.

— Ты права. Извини. Просто я совершенно не доверяю Командиру.

— Почему? — спросила я.

Трев постукивал пальцами по столу, глядя куда-то вдаль. Я даже не была уверена, что он меня услышал.

— Здесь не всё так, как кажется. Посмотри на всех этих ребят.

Мы неспешно оглядели столовую. Все сидели своими небольшими компаниями, смеялись и разговаривали. Музыканты начали играть, и студенты потянулись к танцполу.

— И что именно мы должны увидеть? — спросила я.

— Они все так счастливы быть здесь. Они считают, что им повезло иметь в себе хоть частицу ангела. Они ничего не понимают. Мы все всего лишь пешки.

Мы с Ханной переглянулись. Она выглядела такой же озадаченной, как и я. Из своих снов я уже знала, что это место не такое прекрасное, каким кажется, но что именно знал Трев и откуда он это знал?

— Что ты пытаешься сказать?

Он устало провёл рукой по лицу.

— Забудь.

Он отодвинулся от стола и протянул мне руку.

— Потанцуешь со мной?

— Эм…

Его глаза заблестели.

— Ну же. Ты так нарядилась, играет музыка. Потанцуй со мной.

Я вложила свою руку в его, и Ханна поиграла бровями, отчего я рассмеялась. Я последовала за ним сквозь толпу на танцпол, где он обнял меня и притянул ближе, когда быстрый ритм сменился мягкой меланхоличной мелодией. Некоторое время мы оба молчали.

Наконец он нарушил тишину.

— Ты всегда красивая, но сегодня вечером выглядишь сногсшибательно.

Я опустила голову, скрывая румянец.

— Спасибо.

— Ты ведь знаешь, что можешь рассказать мне всё что угодно, правда?

Я кивнула.

— Да. И ты тоже. Например, что происходит между тобой и Командиром и почему ты на самом деле здесь.

Он вздохнул.

— Нет. Я отказываюсь портить этот вечер.

Когда песня закончилась, он спросил:

— Хочешь пунша?

— Конечно.

Пока я смотрела, как он пробирается через толпу, моё сердце забилось быстрее, и я поняла, кто подошёл ко мне со спины.

Не оборачиваясь, я сказала:

— Здравствуйте, Командир.

— Хочешь потанцевать?

От этих слов я резко повернула голову. Мой взгляд скользнул по его широкой груди, где из-под воротника смокинга выглядывала татуировка. Затем я медленно подняла глаза к его лицу. В ответ он наградил меня понимающей ухмылкой.

Внутри всё сжалось от желания. Никто не должен иметь права быть настолько привлекательным. Это был грех. И не было ни единого шанса, что я смогу прижаться к нему в танце, сохранить здравый смысл или уйти после этого, не выглядя полной дурочкой.

— Нет, думаю, мне и так хорошо.

Его улыбка стала шире.

— Могу пообещать, что танцую я тоже лучше него.

Я закатила глаза.

— Всё обязательно должно быть соревнованием?

— Только когда приз того стоит.

— Разве нет каких-нибудь правил, запрещающих преподавателям приглашать студентов на танец?

Его глаза блестели. Я была почти уверена, что он изо всех сил старается не рассмеяться.

— Если бы я не был бессмертным, технически мы были бы почти одного возраста. К тому же мы ведём войну против демонов и даркенов. Жизнь может оказаться короткой. Почему бы не наслаждаться каждым моментом, пока есть возможность?

В его словах был смысл.

Смысл, который я решила проигнорировать.

— Вы собираетесь объяснить мне, как получилось, что меня коснулся не один ангел?

Он поморщился.

— Всё сложно. Я постараюсь объяснить столько, сколько смогу. Но завтра. Сегодня мы празднуем.

— Что ж, в таком случае мне нужен свежий воздух.

Он схватил меня за локоть прежде, чем я успела уйти.

— Скажи, тебе снятся сны?

Когда я была младше, мне впервые приснилась Академия. Я хорошо это помнила, потому что это был кошмар. Подростки убивали подростков, чтобы те не стали бессмертными. Я не помнила самих студентов, но помнила кровь. Она текла по коридорам рекой.

Депрессия, которую я почувствовала после того сна, накрыла меня словно крышка гроба. Неделями меня не покидала печаль из-за отсутствия человечности, потому что где-то глубоко внутри я знала, что тот сон был настоящим.

Я кивнула.

— Достаточно, чтобы понять, что здесь я не в безопасности.

Его глаза сузились.

— Я хотел бы узнать больше об этих снах.

Вернув ему его же слова, я сказала:

— Возможно, завтра. Сегодня мы празднуем.

Я вырвала руку из его хватки и начала пробираться через толпу, пока не столкнулась с парнем, которого смутно помнила по занятиям с оружием.

— Извини, — сказала я, когда он удержал меня от падения на пол. Чёртовы каблуки.

— Эй, ничего страшного. Вообще-то я давно хотел с тобой поговорить. Кстати, я Джейс.

Он протянул руку, и я её пожала.

— Габриэлла.

— Да, я знаю, — сказал он и покраснел.

— Так что случилось?

— Я полностью благословлённый из линии Ханиэль.

Я посмотрела на его каштаново-рыжие волосы и веснушки. Это было вполне логично.

— О, здорово. Ханна тоже.

— Да, — рассеянно ответил он. — Иногда у меня бывают видения, понимаешь. Это не значит, что они обязательно сбываются. Вообще-то я никому о них не рассказываю, потому что боюсь как-нибудь изменить будущее и сделать всё ещё хуже, но…

Он сжал рукой шею сзади и опустил взгляд на свои туфли.

Я положила руку ему на предплечье.

— Джейс, ты увидел что-то плохое, да?

Он кивнул.

— Это касалось меня, да?

— Да, сегодня раньше у меня было видение: ты была в том красном платье и вышла подышать свежим воздухом. Поэтому я и стоял у дверей. Кто-то сильно тебе навредит. — Он кашлянул в ладонь. — Ты не выживешь.

По моей спине пробежал холодок.

— Я умерла?

Он на секунду закрыл глаза и со стоном выдохнул.

— Видишь? Я только сделал всё хуже. Они увидят, что ты разговариваешь со мной. Они подмешают что-то в напиток и предложат его тебе. К утру ты будешь мертва. — Он схватил меня за руку. — Я не могу разглядеть их лица. Но их прислали сюда, чтобы уничтожить полностью благословлённых. Только это не имеет смысла, потому что ты полукровка. Мне нужно пойти рассказать Командиру. Пойдём со мной.

— Мне нужно проверить, как там Ханна.

— Ничего не пей и не отходи от неё. Я приведу Командира.

Я кивнула и побежала искать Ханну.

Внутри меня поднималась злость. Я пыталась её сдержать, но была в бешенстве. Кто-то собирался убить меня сегодня ночью?

Ханна всё ещё сидела за столом и ела лазанью так, будто решила съесть собственный вес, когда я с грохотом опустила ладонь на стол, заставив её вздрогнуть.

— Мне нужно сбежать.

Она посмотрела на меня с тревогой.

— Но, Габриэлла…

— Джейс только что увидел моё убийство, Ханна. Кто-то пытается убить меня. Если у них не получится сегодня ночью, они будут продолжать попытки. Мне нужно уйти.

Лицо Ханны стало ещё бледнее, чем обычно, и она покачала головой.

— Нет. Это безумие. Пожалуйста, не делай этого.

— Я должна.

— Тогда я пойду с тобой.

— Нет. — Я остановила её, не дав подняться, положив руку ей на плечо. — Что, если ты права и мы умрём к восемнадцати годам, потому что какой-то демон нас нашёл? Я не смогу жить с мыслью, что с тобой что-то случилось.

Её глаза наполнились слезами.

— Да ну? А я не позволю тебе идти одной. И точка. Если идёшь ты, значит, иду и я. — Она поднялась из-за стола. — Пошли. Мы можем выскользнуть через задний выход. Кажется, я догадываюсь, где находится портал. Это всего лишь догадка, но сейчас это всё, на что мы можем опираться.

Я окинула взглядом толпу в поисках Реми и не нашла её. Она будет в бешенстве, когда узнает, что я ушла, ничего ей не сказав. И всё же нутром я чувствовала, что увижу её снова. Это был мой шанс. Я должна была им воспользоваться.

— Нас никто не видел, — сказала я, следуя за ней наружу и подбирая подол платья руками.

Надо отдать должное Ханне. Несмотря на свой высокий рост и худобу, двигалась она совершенно бесшумно, пока мы направлялись к тёмному лесу.

Моё решение уже должно было быть принято в тот момент, когда та женщина, Сариэль, сказала, что меня коснулся не один архангел. Затем Командир солгал всем, заявив при этом, что делает это ради моей защиты. А теперь я пыталась сбежать от своего убийцы.

Слова Джейса отдавались во мне эхом. Я знала, что он говорит правду. Так же, как знала, что если останусь здесь этой ночью, то к утру буду мертва. Я также знала, что мои сны скоро станут реальностью.

Нет, я не могла здесь оставаться. Приближалось что-то плохое. Я это чувствовала.

Я побежала через лес ещё быстрее. Словно Ханна уловила мою тревогу, она тоже ускорилась.

Вот оно.

Сейчас или никогда.