– Давай не будем доводить до абсурда произошедшее, Май.

– Давай не будем.

Бесцветно ответила я. Чего уж тут доводить. Решение давно принято, и я приехала в этот дом не для того, чтобы налаживать отношения.

Передо мной на полу стояла огромная корзина тёмно-бордовых роз, а на столе в коробочке – гвоздь Картье. Откуда же у тебя столько денег, Игорёк? Мама с папой дали?

– Мы все совершаем ошибки. Я больше так не буду.

«Больше так не буду». Детский сад, штаны на лямках. Моё живое воображение тут же нарисовало Игорька в коротких штанах на подтяжках, стоящего в углу за разбитую мамину вазу. Только я тебе не всепрощающая мамочка, которая будет жалеть твой бедный членик, залежавшийся в трусах без дела.

– Я подумаю, Игорь.

И заодно организую себе квартирку или комнатку в коммуналке и соберу необходимые вещи. С пустыми руками, пешком и с гордо поднятой головой я отсюда не уйду. Я уйду с таким бабахом, что ты нос на улицу будешь боятся высовывать.

У меня в сумке жёсткий диск – вся подноготная интернет-гуру с Патриков. Плюс мой личный план – я собираюсь обнародовать эту измену. И подать на неё в суд. Пусть вернёт мои деньги и накинет сверху моральный ущерб. И организую такую бомбардировку в соцсетях и изданиях, что её репутации придёт конец. Благо, у меня вагон подвязок в сфере, желающие опубликовать горячий материал будут драться в очереди. Юленька, конечно, может начать бодаться за клевету или раскрытие данные, но задолбается. Особенно, если я найду единомышленников. А я найду. Ещё как найду, пусть не сомневается.

– Подумай, – утвердил Игорёк, пододвигая ко мне коробочку с гвоздём-кулоном. Откупиться решил. Думаешь, всё продаётся и покупается. Как бы ни так. – У нас в субботу мероприятие от работы. Типа корпоратив. Надо с семьями быть. Поэтому, принарядись, как следует. Кредитку мою возьми.

– Я никуда не пойду.

– Пойдёшь. Так надо, Май.

Его тон не терпел возражений. У Игоря слова «нет» в лексиконе вообще не существовало. Мне часто приходилось выбирать между «да» и «да, но позже». И как-то я не придавала этому значения, пока любимый когда-то супруг не предал меня. Сейчас всё обострилось и проявилось под другим углом. Избалованный эгоист, который плевать хотел на чувства других. Они с Шумской друг друга достойны. Может, нам махнуться мужьями? Ха-ха, смешно. Смех – лекарство от стресса, дай, Май?

– А если я там скандал устрою?

– Про бабулечку не забывай.

Игорь ушёл с кухни чувством победы. Ублюдок. Конченый.

В этом пансионате есть всё, даже реанимация. Подобных заведений в городе больше нет. Скотина. Какая же скотина. Не дотронусь ни до цветов, ни до Картье. И так слишком много на моём счету висит долгов. Пусть подавиться!

В гостевой спальне я сразу же заперлась и включила ноут. Начала копаться в файлах. Нашла фотки. Посмотрю, пожалуй. Много пустых понтов – селфаки в тачке, фотосессии в самых тупых и пошлых образах, в леопардовых лосинах, с жёлтым питоном на шее, в кружевном белье, в простыне какой-то, в шторах… Вкус «отменный». Видимо, фотосессии для блогов, я что-то такое видела у неё на страничке, сммщица её, похоже, отобрала самое удобоваримое, иначе к такой павлинихе я бы точно не обратилась. Чисто визуально полное отторжение.

Нашла фото с Олегом.

Олег с ней улыбчивый, лёгкий, открытый, какой-то другой. Иногда серьёзный. Надо бы даты проверить, когда сделаны. Майка, а ты не ревнуешь-поди? А вот и фотки со свадьбы. Они как будто даже счастливы. Вот тут с роддома, с розовым кульком в руках…

Закрыла папку. Не хочу. Не хочу смотреть.

А вот интересный файл. Называется «Мои курочки-дурочки». Ага, вот и клиентская база. Знали бы эти «курочки», как она их за глаза называет. Больная на голову.

Делаю скрин с названием файла. Сгодится.

База представляла собой обычный икселевский файл с данными, пометками и ссылками. Тыкнула по первой ссылке.

Там нашёлся видеоотзыв, где какая-то утка с губами вещала, после терапии с Юлей Шу доход её мужа вырос в три раза, потому что она «просто научилась правильно просить». И визуализировать! И манифестировать! Полагаю, без тебя – бестолкового денежного пылесоса – доход твоего мужа вырос бы не в три, а пять раз. Эта клиенточка у Юлии одна из любимейших – репостят сторисы друг друга, о чем в соответствующей графе таблицы стоит отметочка.

Фамилии, имена, телефоны, примечания. Причём, некоторые оскорбительного характера. «Нищебродка, может только сеанс в месяц». «Подбухивает». «Страшная и тупая». «Богатый муж, присмотреться. Предложить тренинг по исполнению желаний. Семейная терапия».

Ага. Понятно. Я, значит, не первая и не последняя.

Напротив «Богатый мужик, присмотреться…» дописано – «Терапия прервана». Пожалуй, по этому номеру я позвоню.