После того ужина мне была необходима неделя отпуска. Об этом я смело и безапелляционно заявила мистеру Медведю прямо по смс-ке, ровно как мой бывший, который опер, который расстался со мной в вКонтакте. Не хотела, чтобы он видел моё опухшее от слёз лицо.

Первые три дня я слонялась по квартире из угла в угол абсолютно не понимаю, от чего я вообще рыдаю. Мне никто ничего не обещал. Ну, подумаешь, сказал и передумал. Это же мужчины, что с них взять? Всё остальное – мои иллюзии и ожидания, а, значит, мои проблемы.

– «К чёрту соответствия, Мила. Вы удивительная», – передразнивала я его в процессе хождения.

На четвертый день мне позвонила Вика, а на пятый они с Наташей поставили меня перед фактом. Я иду на свидание вслепую. Ох, не стоило мне рыдать тогда в трубку… Мне было лень сопротивляться. Апатия – это худшее, что со мной обычно происходит, поэтому я безропотно надеваю джинсы, балетки, и иду пешком в кофейню через квартал. Тёплый летний ветерок развевает мне волосы, я иду и щурюсь солнцу, пряча глаза за тёмными стёклами. Не так уж всё и ужасно за стенами квартиры, надо чаще выбираться. Запишусь-ка на йогу, мама давно уже соблазняет. Жизнь-то не заканчивается.

Восьмой столик у окна. Искомый молодой человек сидит спиной ко входу, вижу широкую спину в вязаном кардигане, аккуратную стрижку, чашку кофе в широкой ладони с тонкими длинными пальцами. Он поворачивает голову к окну, и я вижу его профиль. Хм! А он вполне себе ничего! Надо было хоть платье надеть…

– Привет, я Максим.

И в анфас он вполне неплох. И стульчик мне отодвинул.

– Мила. Приятно познакомиться. Чем вы занимаетесь, Максим?

– Я врач-педиатр. – Ох, какая прелесть! Мужчины и дети – это просто наповал. Слушаю внимательнее, пью кофе медленнее. Вообще, медики полезные ребята, не то, что тупые качки и, тем более, мотоциклисты…

Или миллиардеры.

Кофейня за углом, это тебе не ресторан в башне Федерации. Эх… Отмахиваюсь от дурацких воспоминаний, и возвращаюсь к настоящему. Этот Максим, оказывается, кандидат медицинских наук, и даже при этом не зануда. Живёт недалеко. Стоит рассмотреть вариант. И восстановиться в университете, а то «Здравствуйте, я – Мила, недожурналист» звучит как-то неубедительно.

А через два дня я уже собиралась на работу в качестве личного ассистента Великого и Ужасного Руслана Медведева. Груз ответственности заставил меня накануне пробежаться по магазинам и урвать на распродаже пару стильных брючных костюмов, блузок и платье-футляр. Платье я выбрала красное и строгое. Я себя в нём чувствую ну очень деловой. Огненно-деловой. Удобные бежевые лодочки с острыми носами занимают место стоптанных балеток. На смену прикупаю еще и чёрные. Всё-таки у меня целая куча денег, могу себе позволить. И у меня теперь есть работа. Позитивное мышление, чтоб его. О том, что я буду чувствовать, увидев Медведева после отпуска, стараюсь не думать.

Рано утром, за чисткой зубов меня застает сообщение в мессенджере.

«Доброе утро, Мила! Я подвезу тебя на работу, ты не против?».

Это было бы прекрасно, потому что я вся такая красивая впервые и боюсь помяться в метро. На мне моё новое красное платье и лодочки – надела всю лучшее сразу. Ну, а что? Синдром отложенной жизни явно не про меня.

Макс рассыпается в комплиментах и явно рад меня видеть. Что ж, льстит. Да и сорок минут в пробке пролетают незаметно под непринуждённую болтовню. Мне с ним легко и комфортно, и даже про Медведева я не вспоминала ни секунды. Наконец, Макс останавливается возле высотки «Инвестиционных технологий», куда теперь мне предстоит ездить (бедный наш маленький журнал, прощай), и тут же позади слышу нервное гудение клаксона. Надо же, помешали проехать какой-то важной шишке. Макс торопливо открывает мне дверь в машине, в спешке не растеряв галантности, я целомудренно целую его в щёку и желаю хорошего дня. «Форд» Максима исчезает в потоке машин, а на его место в ту же секунду прибывает белый «Мерседес». Действительно, важная шишка.

– Доброе утро, Руслан Евгеньевич! – без тени смущения приветствую я своего нового босса.

– И вам, Мила.

Недоволен. Ну и подумаешь. Дорога не резиновая, в конце концов. И нельзя же хорошего человека нецелованным оставлять. Пожав плечами, устремляюсь в услужливо распахнутую для нас дверь. Аня-финансист обещала провести мне экскурсию по зданию.

К вечеру я уже разобралась что, где и кто, а на следующий же день уже ловко рулила своими обязанностями: планировала встречи, организовывала созвоны и конференции, забирала вещи из химчистки, искала информацию.

Обухова, каждый раз ныряя в кабинет Медведева, как акула в бухту за свежими и вкусными туристами, смотрела на меня с ненавистью. Что я ей, в конце концов сделала? Родилась? Обеды с девчонками на этой неделе отменились – у Вики случились серьёзные отношения, Наташа от скуки составила расписание свиданий с Тиндера на две недели вперёд. Зато какая экономия на обедах! Мы всё чаще ходили вместе с Аней Мироновой в кафе для сотрудников, расположенном на первом этаже здания «Инвестиционных технологий» обедать или пить кофе, когда Великий и Ужасный уезжал на какие-нибудь деловые встречи важных шишек, где, к счастью, моё присутствие пока не требовалось.

– Ты уже собрала чемодан? – в следующий же понедельник обескураживает меня она.

– Куда?!

– В Сочи, – видя, что понимания в моих глазах не добавляется, Анна поясняет. – В командировку. Вы с Медведевым улетаете в командировку через три дня, я в отделе финансового планирования узнала.

А я вот ничего не знала, странно. И вообще, Медведев ходит какой-то весь недовольный и холодный, как айсберг, будто всех этих душевных откровений и не было. Я свои обязанности исполняю идеально, это я точно знаю. Может, опять кому-то не понравилось колье от «Картье»?

– Мила, будьте любезны, оформите билеты на двадцать четвёртое августа на вечер, утром у меня коучинг в «Риц Карлтон» на Красной Поляне, пометьте себе, – сообщает мне Великий после обеда.

– Учить будете вы или вас?

– Проведу бизнес-завтрак в рамках круглого стола для местных владельцев СМИ, – поясняет он. – Вы едете со мной.

– Да не вопрос, – фыркаю я, быстренько делая пометки в блокноте карандашом. Я с этой акулой бизнеса уже выучилась быть готовой к любой движухе.

– Подготовьте пресс-релиз, просмотрите список участников и предложения от них, его пришлют в течение часа. Если нет, трубите во все колокола.

– Вас поняла, Руслан Евгеньевич. – В моей голове уже пляшут списки и щёлкает мышка, когда я разворачиваюсь, и гулко стуча лодочками, отправляюсь на рабочее место.

– И, Мила. – Но меня останавливают. – Красное платье возьмите. Оно вам к лицу. И купальник тоже. У вас будет свободное время.

Хм. Мечты сбываются. Я давно хотела к морю. Да ещё и «Риц Карлтон», ммм… О, это определенно будет роскошная командировка.

Водитель Медведева забирает меня в пять вечера прямо от подъезда моего дома. Клянусь, даже подслеповатая хозяйка Альмы прозрела и высунулась по пояс из окна, чтобы увидеть мою триумфальную посадку в это внушительного вида дитя немецкого автопрома. Я даже не думала, что Медведь уже будет в машине, поэтому вваливаюсь под боевое:

– Гони, Роман, нас ждут великие дела! Ой.

– Добрый вечер, Мила, – как всегда вежливо и сдержанно вещает босс. Хочется ответить что-то из серии «С утра здоровались», но я соблюдаю субординацию, несмотря на то что рабочий день как бы закончен.

– Добрейшего вечера, Руслан Евгеньевич! – получилось как-то не очень по-деловому, но я так рада этой командировке. Даже несмотря на то, что напротив меня моя несбывшаяся любовь. Недаром же Аня Миронова называет меня Неунывающая Мила. Какой смысл в наматывании соплей на кулак, если жизнь, в целом, весьма неплохая штука. В моём стакане всегда есть вода, и неважно, в каком она количестве.

– Это ваш парень?

– Кто? Где? – я завертела головой, думая, что белый «Мерседес» Медведя на пути в аэропорт сбил бедолагу Макса на светофоре. Да и вообще, с чего это он?

– Молодой человек, который подвозил вас недавно на работу, – терпеливо поясняет Медведев.

– Ах, да, – я нарочито небрежно машу рукой, – ухаживает за мной тут один. Вроде ничего такой. А что?

Моя вопросительная бровь резко взмывает вверх, я ставлю на него максимально серьёзный взгляд. От неожиданности мистер Великий и Ужасный мешкает. Вот и нечего тут. Ты своё счастье уже профукал, так что…

– Ничего. Просто любопытство.

– Да вы не волнуйтесь. Замуж я в ближайшие пару лет не планирую, – как бы намекаю я на положение его бывшей ассистентки, и уставляюсь в телефон, где Максим как раз желает мне счастливого пути. Дети – это большая ответственность. Я за себя-то ее порой не всегда несу.

Ура, я на море!

Ласковый морской бриз треплет мои светлые волосы. Вдоль берега гуляют парочки, играют дети, бегают фанаты спорта и ЗОЖ, которые несмотря на отпуск, ни на миг не меняют образа жизни. Я сижу по пояс в солёной океанской воде и наблюдаю красивейший закат в моей жизни. Это мой самый лучший отпуск. Точнее, самый первый из лучших. У меня теперь высокооплачиваемая работа, в следующем году по плану я, наконец, доучусь, да и Максим вызывает у меня всё больше симпатии. Все сферы моей жизни постепенно приходят в гармонию, и этому нельзя не радоваться. И господин Медведев, как волшебник, всё-таки изменил мою жизнь. Не так, как я того хотела, конечно же, но и одного этого смешного и нелепого столкновения в лифте хватило, чтобы я, наконец, оказалась на своём месте. И за это я ему буду до конца жизни благодарна. Я бросаю в пенящиеся волны камушек – выкидываю несбывшиеся надежды и иллюзии. В любом случае, я молодец.

В паре ярдов от меня тормозит кто-то из этих отчаянных бегунов по жаре, сгибается надвое, опирается ладонями о колени – запыхался, бедолага. Что ж, насильно никто не гонит.

– Добрый вечер, Мила.

Ах, вот кто это. А я даже глаз не поднимала.

– И вам того же, Руслан Евгеньевич. Что ж вы не водных лыжах? – слегка подстёбываю его.

– Прокатился на вейкборде час назад. Кажется, я уже стар для этого дерьма, – неожиданно неформально отвечает Медведь и смеется следом так по-юношески заразительно и свободно, что я от неожиданности приспускаю солнечные очки на нос и критически осматриваю его. Уж не перегрелся ли. – Вам нравится здесь?

– Весьма недурно, – хмыкаю я в ответ, чем вызываю ещё один приступ веселья.

– Вы всегда говорите, что думаете да, Мила?

– Вы имеете в виду, фильтрую ли я базар когда-нибудь? Если вы про того старого кретина с лысиной, то он сам напросился.

Сегодня днём какой-то дядечка из представителей верхушки местных СМИ подошёл ко мне и предложил составить ему компанию для прогулки на яхте. Вместо номера своего телефона я нагуглила ему адрес ближайшего дом престарелых и уверила его, что там для него найдётся подходящая компания.

– Пойдёмте прогуляемся, – Медведев подаёт мне руку, предлагая помочь встать. Сердце подпрыгивает где-то в горле, а инстинкт самосохранения врубает аларм на полную громкость. Ох, не нравится мне всё это.

Однако, спустя десять минут мы уже разгуливаем вдоль побережья, Медведев бросает по воде «блинчики», я его нещадно критикую. Я снова болтаю о всякой ерунде, Руслан Евгеньевич снова философствует. В ближайшем к побережью баре мы выпиваем по два коктейля. Всего два коктейля, и мои ноги сами идут на танцпол, и плевать мне на всяких до зелёной тоски сдержанных миллиардеров со сложной судьбой, которых распирает от желания беседовать дальше, я хочу веселиться. В следующий отпуск я полечу на Кубу, решено. Зачем-то сообщаю об этом Медведю, и только потом отмечаю, что он крутится рядом и, о боже, даже неплохо танцует!

– Простите, Мила, кажется, я серьёзно облажался. Не могу это контролировать. И не хочу больше, – он снова целует меня, как на той свадьбе, и я, глупая-преглупая, снова не сопротивляюсь.