Добежав до озера, я укрылась в тени широкого клёна и наконец позволила себе облегчённо вздохнуть. По парку неслись весёлый визг и хохот служанок. Они перекликались, пытаясь водить за нос одну из своих подруг, что ловила их с завязанными глазами.

Амелин было скучно, и она решила поиграть. Мне же хотелось тишины, и я совсем не сопротивлялась, когда она меня втянула в их круг. Это был шанс сбежать, и я им воспользовалась.

Я устала от всей этой возни. От шуток, внимания Амелин, заискивания её служанок и компаньонок. Я устала ждать новостей от Рафаэля и подлости от Теодора.

Прошло пять дней с той памятной ночи, и ни один из принцев не появлялся на горизонте.

Глубоко вздохнув, я побрела к берегу, приподняв юбки, чтобы не путались в невысокой траве. Моё платье было пышным, тяжёлым и совсем не было похоже на те, что я носила на Юге. Простые, свободные, легкие.

Те, которые покупал мне Вейн.

При упоминании названого брата моё настроение ещё больше ухудшилось. Как быстро он понял, что я пропала? Как скоро начнёт поиски и сколько у него займёт времени понять, что все последние полтора года я его просто обманывала?

Я поступила с ним... не очень хорошо и не уверена, что смогу рассчитывать на его прощение когда-либо.

Перед глазами встал образ Вейна. Его мощная фигура, его открытое, честное лицо, его раскатистый смех.

Мне вдруг стало душно и стыдно, и, чтобы отвлечься, я пнула камешек ногой.

С глухим звуком он ударился о водную гладь и скрылся в глубине, унося на себе следы моей досады.

Солнце грело всё сильнее, и жара в этом платье становилась невыносимой.

Кожа на шее покраснела, а по спине бежали бисеринки пота.

Не могу больше.

Забив на этикет и благородное происхождение, я сдёрнула кружевной воротник, неприлично открывая плечи и немного декольте.

Пусть! Здесь всё равно никто посторонний не появится. Возможно, стража и следит за мной, но она далеко.

Да и плевать. Кто меня подвергнет остракизму? Двор? Насмешили. Один недовольный взгляд любимицы Теодора — и они все в опале. А то и вовсе без головы.

Да, в благосклонности Амелин есть свои плюсы.

С этими мыслями я пошла дальше, нарушая этикет, и вытащила шпильку из волос, распуская свою пышную копну, что уже успела отрасти.

Амелин не позволяла мне подстригать волосы и с каким-то непередаваемым блаженством обожала копошиться в них, мотивируя это тем, что учится делать причёски.

Я лишь криво улыбалась. Она пытается получить место горничной?

Но свои язвительные мысли я старалась оставлять при себе, лишь изредка отпуская ироничные комментарии.

Да и постепенно эта добродушная лиса начинала брать мою крепость измором. Та забота, доброта, щедрость и теплота, которой она меня окружила, просто не могли не тронуть сердце.

Но я держалась!

И буду держаться до конца. Привязанности — не то, чем стоит обзаводиться в моих обстоятельствах.

Намеренно растрепав волосы и почувствовав при этом облегчение, я, придерживая юбки, присела у кромки воды.

Озеро было небольшим, чистым и прозрачным. Волны лениво бились о небольшую полосу берега, укрытого мелкими круглыми камешками всех оттенков кремового, белого и рыжего цветов.

Протянув пальцы, я коснулась воды. Прохладная! То что нужно!

Зачерпнув небольшую горсть, я обтёрла лицо. Фух!

Стало немного легче. Здесь, в центре королевства, жара ощущалась намного тяжелее, чем на благодатном Юге. Где воздух не кусал, а обволакивал, как мягкое тёплое одеяло.

Мои пальцы снова потянулись за водой, но рука застыла, так и не посмев тронуть ровную гладь.

Там, словно в зеркале, отразилось то, что заставило меня замереть, как испуганного кролика.

За моей спиной стоял Теодор. Высокий и стройный, в чёрном камзоле и с длинными белыми волосами, собранными в высокий хвост.

Его лицо было безупречно красиво и бесстрастно, но глаза... Глаза наводили животный ужас, заставляя меня внутренне скулить. Жадные, полные жажды и демонического желания обладать, они неотрывно смотрели на меня. Вернее, на мои открытые, обнажившиеся плечи.

Его взгляд медленно двигался от края платья по округлости плеча к основанию шеи. Я физически ощущала, как он неторопливо поглощает мое тело, пытаясь насытиться.

А потом... Теодор в отражении протянул руку, собираясь коснуться меня и тут я наконец-то отмерла, завизжала и отшатнулась.

Моё тело отпрянуло, неудачно качнувшись, и я полетела в озеро.

Пускай! Не важно!

Даже если я утону, это будет лучшей судьбой, чем...

Но он не дал мне такой роскоши. Мои ноги не успели коснуться водной поверхности, как мощный рывок поднял меня в воздух, а после сильные руки прижали меня к стальному телу, не позволяя шевелиться.

Мужская ладонь зарылась глубоко в мои распущенные волосы, оттягивая голову назад и заставляя смотреть в эти дикие, одержимые глаза.

Багряные, как кровь на поле боя.

Сердце моё сделало несколько отчаянных ударов, а потом замерло в груди. Все краски разом схлынули с лица, а губы побелели, как у покойника. Рот приоткрылся в крике ужаса, который я так и не смогла издать.

Лишь только смотрела на него. Моего палача и высшего хищника, что держал меня в руках, как хрупкую, жалкую добычу.

Не торопясь и не ослабляя хватку, он медленно склонился надо мной.

— Как же я тебя ненавижу, — яростно прошептал он почти у самых моих губ.

При этом, вопреки словам Теодора, его рука нежно и нетерпеливо блуждала по моему телу, пока вторая всё глубже зарывалась в волосы.

— Отпусти, — из моего горла наконец-то вырвалось что-то. Беспомощное и жалобное.

И я ненавидела себя за эту слабость и страх, но ничего не могла поделать.

Я боялась его до одури, до дрожи во всём теле, до заикания...

— И не надейся! — усмехнулся он и...

Я полетела вниз, оставшись совершенно без поддержки чужих жадных рук. Вода была холодной и глубокой. Гладь быстро сомкнулась над моей головой до того, как я успела издать громкий испуганный крик.

Лёгкие мгновенно наполнились жидкостью, руки беспомощно трепыхались в попытке спастись, но моё неудобное платье тут же превратилось в неподъёмный груз, что безапелляционно тянул меня ко дну. Уши затопило, но я всё же услышала приглушённые голоса, а после меня резко потянуло наверх.

Магия!!! Теодор, не скрываясь, применил магию! Он что, совсем с ума сошёл или... Додумать я не успела, так как голова моя оказалась над поверхностью, и я тут же зашлась в отчаянном, выворачивающем наизнанку кашле.

Вода неохотно покидала моё тело, желая унести с собой часть моих лёгких и почти все внутренности. Но я всё равно была счастлива возможности дышать.

В это время меня небрежно сбросили на траву, и тут же тёплые руки обвили моё посиневшее тело.

— Кори! — Амелин склонилась надо мной с паническим выражением лица. — Кори! Кори! Ты в порядке?! Ответь, пожалуйста!!

Она явно плакала, но я не могла этого увидеть. Глаза застилали слёзы от непрестанного кашля.

— Она в порядке, детка, — нас накрыла тень. Это Теодор остановился рядом. В голосе привычная холодная уверенность и морозное спокойствие. — Просто споткнулась и случайно упала в воду. Скоро придёт в себя.

Споткнулась? Случайно? Какая же ты скотина, Теодор!!!

Я подняла на него ненавидящий взгляд и прошептала:

— Ублюдок...

Я собиралась высказать все, что думаю о нем, а потом разоблачить принца перед его зазнобой, но он вдруг молниеносно нагнулся и вырвал меня из рук Амелин.

Мой писк был задушен резким ударом животом о его крепкое плечо.

— Я занесу её в комнату, — всё так же спокойно сообщил он охнувшей Амелин. — Действительно, будет лучше, если доктор её осмотрит. Не переживай, дорогая, я попрошу служанок сообщить тебе о состоянии Корделии.

— Теодор, подожди!

Девушка попыталась возразить, но принц её даже не стал слушать, а просто зашагал вперёд, унося меня на плече, как мёртвого оленя.

Амелин кричала и пыталась нас догнать, но куда ей было сравниться с длинноногим Теодором, который, в отличие от неё, не был скован многочисленными юбками.

А я вот не собиралась так просто сдаваться. Как только из меня вытряхнуло всю лишнюю воду, я тут же принялась колотить по спине Теодора.

Сначала слабо и неуверенно, а потом с остервенением разъярённой женщины. С каждым ударом пружина внутри меня будто раскручивалась, а привычное чувство довлеющего страха начинало исчезать.

Чем он меня может удивить? Что сделает такого, чего я не испытывала в прошлой жизни?!

Именно эта мысль и подгоняла мои руки.

— Мерзавец! Ненавижу! Сдохни!

Шипела я святотатства, не обращая внимания на то, как белеют лица у стражи и встречных нам служанок.

— Угомонись!

Он лишь слегка меня встряхнул и потащил дальше. По лестницам, прямо в мою комнату.

Ногой открыв дверь, он под мои нарастающие крики прошёл в спальню и на секунду застыл. Будто не зная, что делать.

Но после меня спустили с плеча и рвано поставили на ноги. Я думала, что это моя возможность сбежать и оказаться как можно дальше от дракона, но не тут-то было.

Он схватил меня за запястья, притягивая к себе и прижимая обе руки, стиснутые в кулаки, к своей груди.

Не давая сдвинуться ни на сантиметр, он смотрел на меня сверху вниз, и на его губах постепенно расцветала улыбка.

Не широкая и злорадная, какой была у него в прошлой жизни, когда он меня пытал. Не нежная, которой он награждал Амелин. Не холодная, которую он берег для приёмов и придворных.

Странная, довольная, многообещающая улыбка, которую я видела впервые в жизни и от которой у меня по телу бежали мурашки.

— Я приду сегодня ночью.

Вдруг прозвучала фраза, заставившая меня застыть. Подобно грому среди ясного неба, она поразила меня в самое сердце.

— Чт... Что?

Переспросила я, надеясь, что мне просто показалось. Привиделось. Что вода всё ещё стоит у меня в ушах, и я его поняла неправильно.

— Я приду к тебе сегодня, — повторил он так, будто отдавал приказание своему секретарю переслать какую-то скучную корреспонденцию. — Жди меня.

У меня не было слов. Он что, серьёзно? Это бред, нонсенс! Мы никогда... Ни в одной из жизней.

Какого чёрта?

Я...

У него же Амелин!

Но руки его держали меня крепко, а то, как он ко мне прижимался, не оставляло сомнений. Этот чёртов дракон не шутит.

— Я не... Никогда! — я попробовала возразить, но он отпустил мою руку и крепко схватил меня за подбородок длинными пальцами.

— Сегодня, — его тон не терпел апелляций. Он приказывал с силой. — И до тех пор, пока я не решу обратное. Готовься.

С этими словами он оттолкнул меня, и я упала на кровать совершенно ошеломлённая, растерянная и сбитая с толку.

А он просто ушёл, уверенный, что ничего в этом мире не сможет помешать его планам. За ним стояла сверхъестественная сила и право высшего.

А что же было у меня?