– Вот это караван получился. Нам позавидуют даже орки, с их кочевыми кибитками, – усмехнулся Церус оглядывая вереницу телег, выстроившихся во дворе. Все с высокими непромокаемыми пологами, а те, в которых разместились растения, задернуты наполовину.

На улице только-только расцветало и гномы, впрягавшие в телеги лошадей, дружно зевали и потягивались. Чесали свои лохматые бороды.

Для переезда в сторожевую крепость, Церус нанял одного торговца, перевозившего свои товары по обоим берегам. У него имелось достаточное количество телег и возчиков. Все знакомы и слажены долгими переходами. Опытные и шустрые ребята, то, что нужно им с Медеей.

Поездка предстояла не простая, потому выехать решили как можно раньше. Теперь Медея и Церус не могли двигаться так свободно как в первый раз. Придётся подстраиваться под общий ритм и ехать по проторенным дорогам. Путь домой будет длиннее и дольше раза в два.

Медея тяжело вздохнула и оглядела особняк, распахнутые настежь ворота. Тут словно прошёл ураган. Вокруг все переворошили и раскурочили. Ну теперь ей нет до этого никакого дела, новые хозяева наверняка все переделают под себя.

– Переживаешь? Расстроена? – Церус прислонил кончик своего носа к ее, чуть вздернутому носику своей пары. – Понимаю, трудно покинуть родной дом.

Церус говорил, что понимает, но обманывал. Он мог только представить каково это, покинуть истинно родной дом. У него никогда раньше не было такого. Самое милое его сердцу место, это сторожевая крепость. Туда сейчас тянуло оборотня с неимоверной силой. Ноги так и притопывали, торопили в седло.

– Не расстроена, – мотнула головой Медея. – Ты знаешь, я много думала об этом и… этот дом, он больше не родной мне.

– Успела всё-таки отвыкнуть за эти годы?

– Не совсем. Я поняла, что значит по-настоящему родной дом.

– Откроешь мне этот секрет?

– Дом, это место, где находится родные тебе люди. Семья, друзья, дети. Там, где твоя любовь. Место, где живет твое счастье.

– И где это? Где твой дом, принцесса? – спросил, но уже догадался каким будет ответ.

Нечто подобное уже слышал от Гелиодора. У альфы дом нашёлся у озёр Бёрк. Вожак послушал своё сердце и обрел счастье. Но что скажет Медея?

– Рядом с тобой, потому что мое счастье – вот здесь, – Медея положила свою руку на грудь Церуса. – Там, где живёт моя любовь. Где бьется половина моего сердца. Ведь я отдала его тебе, Церус.

– Значит, ты будешь счастлива со мной? И не будешь думать про это место? – оборотень обвел рукой особняк. – Оно красивое. И город Встреч.

– Я буду счастлива рядом с тобой и со своей семьёй, – Меди обняла его за плечи и откинув голову мечтательно посмотрела на небо. —Я та-а-а-к соскучилась по ним. Особенно по Сфеносу.

– Я ревную.

– Обожаю его!

– Очень ревную!

– Он так вырос и стал таким забавным. Ты видел, как они танцевали с Доти?

– Все видели, это просто умора. Бёрк назвала то представление – крысиная пляска.

– Я соскучилась, соскучилась! – зажмурилась Меди. – И по девчонкам тоже. Подумать только мы навиделись всего пару недель, а будто пол жизни прошло. Церус! Никогда не думала что скажу такое, но, милый, я хочу вернуться на болота! Хочу в обиталище проклятушек!

– Я думал ты скажешь в сторожевую крепость, – немного обиделся Цер.

– И в крепость. По твоей суровой братии я тоже скучаю.

– Хвала Луне! А то я решил, что поселишься в той развалине у озера и будешь пускать меня в гости только по праздникам. Как тут говорят..? На чаепитие?

– Нет. Я обоснуюсь в твоей башне. Готов подвинуться? У меня столько вещей.

– Забирай хоть всю крепость. Только чур, за мной остается правая половина кровати. Никому не отдавай её, принцесса.

– И…

– Что ещё?

– Нашему замку нужно дать имя. Я устала каждый раз говорить: сторожевая крепость.

– Согласен. Что-то емкое и короткое. Пика. Нет… Меч!

– Как-то слишком просто.

– Тогда стрела?

– Ну… нет, – покачала головой Медея. – Это слишком тонко для такой махины.

– Может громада?

– И это не подходит. Знаешь, лучше обсудим этот вопрос, когда вернемся домой, со всеми. Пусть другие тоже предложат варианты, а то с фантазией у тебя не очень, – улыбнулась и чтоб слова не были обидными, поцеловала. – И у меня тоже.

– Как скажешь, принцесса.

– Церус?

– Да?

– У меня к тебе просьба, – Медея обняла Церуса за шею и заглянула в глаза.

– Что желает моя принцесса? Готов выполнить любой каприз.

– Она желает, чтоб её так больше не называли. Цер, я вовсе не принцесса. Это как-то слишком…слишком пафосно, капризно и по-детски.

– Хорошо, как скажешь, моя королева.

Медея расхохоталась, от грустных мыслей не осталось и следа.

–Всё готово, мистер Киф, – окликнул Церуса гном-возчик, что был назначен главным в обозе. – Можно отправляться.

– Я тоже готова, – Марта в новом синем платье, красиво оттенявшем её веснушки и волосы, стояла на пороге с корзиной в руках. – Вот собрала нам в дорогу чем подкрепится, – махнула корзинкой.

– Не стоило беспокоится, – Церус повел Медея к красивому экипажу и помог устроится на сиденье. – Мы будем останавливаться в придорожных кормильнях, а там с харчами все отлично налажено.

Церус легко подхватил девочку вместе с корзинкой и усадил её рядом с Медеей. Девушки поедут в удобном экипаже. Так решил Церус, больше никаких мужских седел и штанов в обтяжку, ну хотя бы до появления на свет малыша. Сам оборотень поедет верхом, на своем коне. Он будет рядом и в то же время, не будет мешать девчачьим разговорам.

– А между кормильнями? Они поди не на каждом шагу размешены.

– Между ними можно и потерпеть, – пожал плечами Церус.

Первая повозка выехала из ворот, за ней вереницей потянулись остальные.

– Вы можете и потерпеть, а мы с хозяйкой не откажемся от пирожочков с малиной, – девчонка важно установила в ногах корзинку и взялась за возжи.

Мимо них проехала телега, наполовину заставленная цветочными кадками. Вторую часть занимала клетка с деревянной будочкой внутри. Её купили специально для собачей семьи. Проныру и Пешку Медея оставила доктору, который сильно свыкся с собаками, а вот с Жужей девушка расстаться не смогла. Папенькина любимица отправится с ней в замок оборотней. Они с Церусом всё равно собирались завести собак. И то, что старушка Жужа ощенилась, было очень удачным подарком судьбы. Не пришлось спорить о породе собак, тратится и выбирать. Бассеты такие универсальные, годятся и для охоты, и для любви.

– Пирожки с малиной говоришь, – Церус внимательно глянул на корзинку словно примечая местечко, где её поставили. – Пожалуй с терпением у меня плоховато. Тоже захочу перекусить по дороге.

Последняя повозка выехала из ворот и Марта стала понукать лошадку, впряженную в их экипаж. Пока дорога будет мощеная, девушки поедут позади, а когда выедут за город, обгонят караван и встанут во главе процессии. Чтоб не дышать пылью. Замыкал всю эту длинную вереницу Церус. Он закрыл ворота и вручил ключи секретарю, присланному из ратуши.

– Счастливо оставаться, – хлопнул по плечу молодого парня.

Тот присел. Не от силы удара, от страха. Его коснулся оборотень, что могло быть убийственней?

– А вам счастливой дороги, – пробормотал бедняга и поспешил прочь от особняка.

– Ты слышала, моя королева? Нам пожелали счастливой дороги. Человечек! – пришпорив коня Цер догнал отъехавший экипаж.

– Вот и славно. В добрый путь, – Медея осенила себя обережным знаком и оглянулась, последний раз посмотрела на дом Фалин. Утерла набежавшую слезу и помахала ему рукой.

Нет, он больше не был домом Фалин. Просто дом. А Фалин… Теперь в сторожевой крепости оборотней, появится башня, носящая это имя. Башня Киф-Фалин. Её новый дом. Их дом.

P. S.

Варди всхрапнул и проснулся. Голова неприятно ныла, а во рту словно нагадили все его кошки разом. Как же это неприятно, испытывать похмелье.

Несчастный тролль пил которую неделю к ряду и гномий ром всё никак не притуплял горе, свалившееся на его голову.

– Двуликие мерзавцы, – как только глаза тролля открывались, он сразу вспоминал виновников своего несчастья и начинал костерить их последними ругательствами. – Облезлые шавки. Кобели! – выкрикнул тролль в потолок и поднялся из-за стола. Пошатнулся. Ослабевшие после сна ноги держали плохо.

Последние дни он так надирался, что был не в состоянии подняться в свою спальню. Так и засыпал сидя за грязным, запаленным пустыми бутылками и объедками столом.

– Мои девочки, —всхлипнул Варди и пошарил в шкафу в поисках гномьего рома.

Целая вереница бутылок оказалась пуста. Тролль взял последнюю и повернулся к окну. Чтоб убедится в её пустоте, посмотрел сквозь зеленое стекло на свет. Ничего. Потряс и не услышав бульканья, горько вздохнул.

– Мои глупые, наивные мышатки. Доверили себя этим проходимцам.

Потоптавшись в кухне, ставшей неуютной без женского присутствия, Варди пошел в гостиную. Эта комната была чуть чище. На столе не было тарелок с объедками, только везде, где можно, скопились горы бумаг, газет и пыли.

Тролль потянулся к книжной полке что висела над столом. Там за собранием сказок, была припрятана эльфийская настойка. Подарок принца Рэдариэла на праздник Обновления. Стратегический запас алкоголя, оставленный для какого-нибудь большого события. Вот оно грандиозное событие, ради которого стоило выпить. Предательство и похищение. Его предали девчонки-проклятушки и похитили у него Сфеноса.

Выросший за зиму живот, мешал троллю дотянутся до вожделенной бутыли.

– Гадкие оборотни, – тролль винил двуликих во всем, даже в своей теперешней неповоротливости.

Кряхтя Варди кое-как подцепил бутылку. Радостно взвизгнул и махнул хвостом. На пол полетели бумаги.

– Проклятые волки, – обозлился тролль. Откупорил бутыль и с жадностью отхлебнул.

В голове сразу прояснилось, во рту посвежело. К телу прилила сила и энергия. Захотелось сделать что-то полезное.

Продолжая ругать оборотней, Варди опустился на колени и стал собирать разбросанные бумаги. Сверху лежали документы, оставленные Медеей. Она заглянула к нему буквально на час, когда возвращалась в свой новый дом. Уведомила что больше не станет жить в его доме и приглашала в гости, в замок оборотней.

Тролль вспомнил медноволосую красавицу-кухарку. Такие вкусные пирожочки пекла девушка, такие кренделя закручивала с маком и марципанами. А сейчас некому в его доме заниматься готовкой. Этих замечательных человечек, отняли у него вероломные волки.

– Ух, оборотни… – погрозил кулаком тролль. – Вы заплатите мне.

Из его глаз полились крупные слёзы. Варди всхлипнул и смахнул их пушистым кончиком хвоста.

– У-у-у-х! Вы заплатите мне, воры! Где я ещё возьму себе таких мышаток… – покачал головой торговец и рассеяно уставился на бумаги Медеи. – Где я ещё, возьму…? – лицо Варди вдруг озарила дьявольская улыбка, слезы высохли. – Ещё себе возьму… И оборотни, мне заплатят… Золотом!