Бульон пах божественно. Укроп, свежий лук, морковь, немного перчика, вот весь секрет оздоровительного блюда. Куриный бульон предназначался на первое, на второе – картофельное пюре, заправленное свежайшим сливочным маслом и такому гарниру полагалось много мяса. Медея настряпала целую гору. Отбивные, жаркое, рулька, а в качестве соуса густая подлива на шкварках. Еще была рыба. Её принесли много, разной.

Медея помнила, что прислуга тролля не прийдет сегодня, и чтобы ничего не пропало, продукты следовало приготовить и съесть. Пришлось жарить этих зеркальных карпов и щуку тоже. Хорошо, что всё было выпотрошено и почищено, кухарке оставалось только вывалять в муке и опустить в кипящее масло.

Рыбка аппетитно золотилась на блюде поджаристыми боками. То что нужно, выздоравливающему оборотню. Меди гордо поправила тарелки, расставленные на столе. Получился не завтрак, а целый пир. Только вот где они будут с ним расправляться? Хватит Церусу сил спустится вниз, или нужно отнести всё это изобилие наверх? В лечебницу? Как-то нехорошо, кушать в операционной зале.

Пожалуй, нужно пойти и уточнить. Меди с радостью развязала фартук. Перед зеркалом в прихожей поправила причёску, платье. Щеки от жара печки раскраснелись, кожа покрылась испариной. Ну и что? Так она выглядела ещё соблазнительней. Такая загнанная танцами девица. Меди хихикнула, но вспомнив ночные па, погрустнела. Совесть грызла её не переставая. Пришло время загладить вину. Гордо вскинув голову, пошла вверх по лестнице.

Церус лежал на той же кушетке, где ночью над ним колдовал тролль. Обнаженный. Остатки одежды срезали и выбросили как рассадник инфекции. Теперь огромное тело прикрывала лишь простынка, сползшая с груди в область паха. Он так красив. Меди остановилась в дверном проеме и залюбовалась совершенным телом своего хищника. Безупречен. Такой тихий сейчас, спокойный. Душу затопило нежностью. Её мужчина.

От вчерашних ран остались не совсем еще пропавшие отметины. Только другой оттенок кожи выдавал пережитые увечья.

– Церус? Как ты, милый? – он дремал, смежив веки.

От её голоса встрепенулся и приподнялся на локтях. Бледный, осунувшийся, с темными мешками под глазами. Бедняжка. Такой невозможно родной и милый.

– Мой спасите, – Медея подошла к кушетке и ласково провела по спутанным волосам двуликого. – Моя любовь, – поцеловала лоб.

– Медея, – прошептал с придыханием. – Ты восхитительна!

– Правда? – невинно похлопав ресницами, спросила девушка. Будто только что сама не любовалась на затянутую в красный бархат фигуру. Платье безумно ей шло.

– Очень, очень хороша! Ты…даже не могу подобрать слов. Как Луна, как солнышко, как цветущий водяной мак.

– Продолжай, – нежно промурлыкала и повела плечами. Белые полушария качнулись в глубоком декольте, завораживая оборотня.

– Мой мё-ё-ёд, – в голосе двуликого появились рычащие нотки, а глаза подёрнулись золотистой дымкой.

– Нравится платье?

– Это платье только подчеркивает твоё совершенство. Кстати, – во взгляде Церуса появилась настороженность. Он принюхался. – Откуда оно?

– А, – беззаботно отмахнулась Меди и провела пальчиком по его губам.

– Откуда? – настороженности стало больше.

– Эльф подарил, взамен сгоревшей одежды, – Медея ласково огладила щеки Церуса.

Кожа на них была молодой, розоватой, что сильно молодило зрелого оборотня. Розовый словно младенец. Хорошо, что не осталось шрамов. И на груди только ярко красная полоска. Длинная. Да тролль просто разворотил ему грудную клетку. Как Церус выжил после такого? Не удержалась наклонилась и поцеловала отметину. Ничего к вечеру от неё не останется и следа. Только ужасные воспоминания.

– Эльф подарил тебе платье? – оборотню явно не понравился такой поворот событий. – А я думаю, почему ты вся пропахла им?

– Пахнет? Правда? – испуганно спросила Меди и подняв руку понюхала рукав.

А ведь она старательно умылась, почистила зубы. И жарила рыбу! Разве после такого, на ней мог ещё различаться запах Рэдариэла?

– Ужасно! Ужасно пахнет эльфом. Нужно это исправить, – взволнованно забормотал Церус.

– Как? – не поняла Медея. Видимо придётся немедленно отправится за новым платьем.

– Нужно сейчас же его снять. Иди сюда, – ловко поймав её за талию, Церус стянул с плеча девушки правый рукав и жарко поцеловал точеное плечико. – Люблю! Говорил уже?

– Кажется, да, – хихикая она пыталась отбиться от наглых рук.

– А сегодня? – стянул левый рукав и корсет сполз ещё ниже. В декольте стали видны тёмные ореолы сосков.

– Сегодня ещё нет, – и откинула голову назад, позволяя целовать шею.

Поцелуи становились все жарче, спускались всё ниже. А оборотень не так уж и обессилен. Вон какой прыткий. А наглые руки уже забрались под ткань.

– Люблю! – добрался до груди и нежно куснул белую кожу.

– И я! Я люблю тебя. – Меди обхватила его за плечи и с нежностью провела ладонями вниз. – По настоящему люблю. Думала, что знаю каково это… любить. Оказалось нет. Представляешь, я только вчера поняла как это чувствуется, когда по настоящему, – девушка завороженно потянулась к губам оборотня. – Люблю ТЕБЯ!

– Я польщён, – Церус радостно улыбнулся и забыв о декольте, прильнул к губам девушки.

Его поцелуй он… Потрясающий! Сразу вскипает кровь и выгорают остатки сожалений.

Сожалений что целовалась ночью с эльфом. Хорошо, что согласилась на уговоры, хорошо, что Рэдариэл соблазнил коснуться его губ. Хорошо, что предательский поцелуй был.

Поцелуи мужа – это так давно. Там больше имелось волнение, юношеская неуверенность. Они забылись, не с чем было сравнивать. А вот эльф. Теперь Медея понимала, что запретный поцелуй был мертвым. Не вызывавшим никаких эмоций, не оставивший после себя ничего кроме сожаления. Ни-че-го. А губы Церуса… Прильнув к ним Меди смогла в полной мере оценить силу притяжения своего оборотня. Куда там эльфийскому принцу, Рэдариэл не мог соперничать с Церусом даже со всем своим волшебством. Без вариантов. Никто не мог. Ни один мужчина на свете. Только Церус. Только её любовь.

– Я хорош? – двуликий с трудом оторвался от губ девушки и тяжело дыша заглянул ей в глаза.

Ах он зубастый гордец. Значит любит похвалу? Как она раньше не заметила?

– Великолепный, – Медея лизнула пухлые губы двуликого и игриво куснула. – Мой зверь.

– Тут ты права.

Медею резко крутанули и вот уже оборотень нависает над ней. А красный подол платья неприлично задран к талии. Руки двуликого жадно оглаживают чулки, подвязки. Кружева панталончиков…

– Цер, – простонала стараясь оторваться от его губ. – Нет. Не здесь, – а сама не менее нагло ощупывает его мускулистую спину, упругую задницу.

– Верно, верно, – заверил голос тролля из-за ширмы. – Медицинская кушетка не подходящее место для зачатия потомства. Вам нужно поискать что-то поудобней.

Меди покраснела от стыда. Её щеки стали одного оттенка с платьем. Почти в тон ему.

– Какая срамота, – Медея с силой оттолкнула оборотня-совратителя и вскочив стала поправлять платье.

– Оно очень тебе идёт, – заверил Церус, старательно помогая поправить подол. Не удержался и ущипнул за попку.

– Прекрати, – строго шикнула Меди и оттолкнула слишком рьяного помощника.

– Кстати о зачатии, – Церус вальяжно обмотал простынь вокруг бедер и отодвинул ширму. – Доктор Родок, не могли бы вы проверить мою пару на кристалле душ?

– О! – радостно потер руки тролль. Он переоделся, сменив спальный колпак на вполне себе приличный костюм. – Интересно, интересно. Вот что подозреваете? Возможно, возможно, с вашим-то рвением, – тролль стал копаться в своем шкафу. – У меня есть эта штука. Редко пользуюсь, но…

– Что это? – настороженно спросила Медея. – Что ещё за кристалл душ? – может Церус решил проверить её на факт измены? Насколько чиста её лживая душонка.

– Сейчас узнаешь, – Церус притянул её к себе и поцеловал. – У меня есть некоторые подозрения… относительно тебя. Но что гадать? Сейчас узнаем точно.

Волосы на затылке Медеи встали дыбом от страха. Он точно что-то подозревает. Что делать? Бежать? Спасаться бегством? Пока правда не выплыла наружу и двуликий не обозлился. Что он предпримет в качестве наказания? Что там у них оборотней полагается за измену? За один маленький поцелуйчик. Может быть, задерет ей подол и как следует отшлёпает? Вполне возможно… Не самый плохой вариант. Не смертельный.

– Вот! – радостно воскликнул тролль и поднял вверх руку со светлым камешком. – Сейчас, – он подошел к Меди и протянул ей свою находку. – Держите.

– Это обязательно? – Медея опасливо сжала ладони и спрятала руки за спину. – Что-то мне не хочется брать эту штуку. Эти камни… от одного известного камешка, в моей жизни приключилась куча бед, – да, после знакомства с цветком Каройдомуса, её жизнь свалилась в пропасть.

– Не волнуйтесь он полностью безопасен, – заверил тролль и для пущей убедительности взяв со столика белую салфетку, плеснул на неё прозрачной жидкости из колбы. В комнате запахло спиртом. Лекарь деловито обтёр камень вонючим раствором. – Вот, держите, – подал девушке загадочный артефакт.

– Меди, это не опасно, – Церус выпростал её руку из-за спины.

– Просто подержите, – ей в ладонь настойчиво сунули прозрачный камень.

– Сожми в кулаке.

Сдалась и сделала как велели. Церус убрал от неё свои руки и отошел на один шаг.

– «Вот сейчас всё и откроется», – с ужасом подумала девушка.

Сквозь её пальцы засветился насыщенный красный свет. Подстать наряду и алым от стыда щекам.

– Всё верно, – кивнул тролль. – В этом теле две души.

– Как так? – удивилась девушка. Это что была проверка на двуликость? На наличие второй ипостаси? Глупость. Она и так знала что оборотень. Тогда зачем? Проверка на враньё? Она двоедушная врушка. Да?

– Позвольте поздравить, – улыбаясь тролль пожал Церусу руку. – Очень рад. Очень.

– «Нет, с гуляшей парой так не поздравляют, значит убедились что я оборотень», – облегчённо выдохнула Медея. Но хотелось точности.

– Благодарю, – Цер лыбился во весь волчий оскал.

– Церус, – бровь Меди угрожающе приподнялась. Она тоже желала знать, с чем его поздравили. —Что. Это. Значит? – сунула под нос двуликому сжатый, светящийся кулак. Выглядело угрожающе.

– Не буду вам мешать, – тролль поднял вверх руки и тактично поспешил к выходу. – Жду за обеденным столом. Камень можете оставить тут, на столике, – и только хвост мелькнул, скрывшись на лестнице.

– Цер-р-р? – глаза Медеи зло пожелтели, зрачок сузился. – Говори. Что это за штука?

– Камень душ.

– И?

– Его используют врачеватели, прикладывают к телу, когда сомневаются есть ли в нем ещё жизнь. Так бывает, когда кто-то серьёзно ранен или ещё что. Но…

– Но?

– Есть кое-что ещё. Побочный эффект.

– Какой?

– Когда душа в теле, камень розовеет, а если он красный, то… Любимая, – Церус медленно опустился перед ней на колени и глядя в глаза прошептал. —В твоем теле две души.

– Я оборотень, – понимающе кивнула Медея. – Знаю.

– Две души, – покачал головой Церус. – Не о сущностях сейчас речь, не о ипостасях. Души, – притянув к себе поцеловал её живот. – Медея, любимая, ты беременна. У нас будет ребёнок!

Ребенок!!! Медея жадно набросилась на рыбу. Можно было догадаться еще когда жарила её. Только во время беременности, при виде рыбы у неё обильно выделялась слюна. А вовремя сегодняшней готовки… она с трудом сдержалась чтоб не слопать щуку еще сырой.

– Ты счастлива? – Церус смотрел на её обжорства с лукавой улыбкой.

– М-м-м, очень! – с набитым ртом ответила девушка. – Я мечтала об этом.

– Так любишь рыбу? – ну конечно он шутил. Поддевал, прекрасно понимая, что счастлива, думая о их ребёнке.

– Очень. Спасибо! – блеснула на него своими восхитительными, медовыми глазами.

– Пожалуйста, – благодарность принял с гордым видом. – Без меня бы ничего не вышло.

– Да, могу подтвердить это как специалист в медицине. Зачатие у оборотней возможно только при наличии самца и самки этого вида. – кивнул тролль, уминавший картофельное пюре с отбивными. – А откуда вы раздобыли столько продуктов?

Они втроем сидели за обильно заставлены столом и с аппетитом завтракали.

– Так доставка… – растерянно посмотрела на него Медея. – Всё принесли ваши родичи. Доставка.

– Надо же, – восхитился лекарь. – А мне обычно приносят только молоко и хлеб.

– Странно, продукты приносили всё утро. И рыбу и фрукты и торт, – Медея посмотрела на шоколадный шедевр стоявший на подоконнике. К горлу подкатила кислота. Кажется теперь у неё аллергия на десерты.

– Должно быть это всё из любопытства, – догадался тролль. – У нас тут новости расходятся быстро.

– Я уже догадалась, – вздохнула Медея. Каждый доставщик пялился на неё, как на редкого зверька.

– Мои соседи всегда на стороже, – словно извиняясь рассказывал Свид Родок. – Чуть малейший шум, сразу выглядывают из окон. Вас вчера тоже рассмотрели. Но что поделать, в наших краях вы редкость. Ещё и пара.

– Мы и в своих краях собираем толпы зевак, – усмехнулся Церус. – Стоит только заехать в городок на отшибе, как народ сбегается посмотреть.

– Правда? – удивилась Медея. – Я думала оборотни диковинка только тут.

– В теперешние времена двуликие редкость. Особенно самки. Потому мы и ехали мимо городов. Лишнее внимание, часто тяготит. Но бывают и плюсы, как сегодня, – Церус поддел жирную отбивную и откусил большой кусок.

В дверь громко постучали. Теперь в главную, ту, что вела на улицу.

– Опять доставка? – растерялась Медея. Она думала поток троллей наконец-то иссяк.

– Нет, скорее кто-то из страждущих. Сидите я открою сам, – кряхтя врачеватель выбрался из-за стола. – Возможно на перевязку или наложить швы.

Это был Рэдариэл. Красивый, свежий и безупречно одетый. Как всегда. Кислота к горлу Медеи подступила новой волной. Похоже у неё развилась непереносимость тортов и эльфов. Хотя возможно это токсикоз.

– «Изменоксикоз», – едко уточнила совесть.

– Здравствуйте, друзья мои. Рад вас видеть, – слишком радостно поприветствовал собравшихся эльф. – Как ваше здоровье? – обратился к Церусу.

– «Узнай он, чем мы с тобой занимались ночью, пришлось бы волноваться о твоём здоровье», – иронично решила Меди.

– Отлично, – не особо приветливо ответил оборотень. Будто чувствовал в эльфе коварный подвох. – А как вы?

– Замечательно! Прекрасное день. Позвольте присоединится к вашей трапезе? Всё утро посвятил делам насущным, некогда было и позавтракать. – сетовал эльф.

– «Бедняжка. Ах как тебя жаль», – сморщила нос Меди. И в этот момент почувствовала, как по её голой спине пробежались пальцы проходившего мимо принца.

Сделал это украдкой, чтоб никто не увидел. Вот наглец. Явно любит риск.

– «Надеюсь ты подавишься», – с жаром пожелала ему девушка и с особой жестокостью набросилась на кусок рыбы.

– Присоединяйтесь. Медея столько всего наготовила, нам самим не съесть, – тролль радушно поставил перед принцем тарелку и положил приборы. – Только у нас все по простому.

– Обожаю когда так, по-домашнему, – улыбнулся принц. – А о кулинарных способностях Медеи наслышан. Даже пробовал в Жар-городе. Она всегда на высоте.

– «Вот негодяй-негодяем, а какой обаятельный, – вздохнула Медея, – Невозможно долго злится на него», – и улыбнулась в ответ на комплимент.

– А у меня для вас хорошие новости, – эльф поймал её взгляд и улыбнулся шире.

– У нас для вас тоже. Меди беременна. У нас будет ребенок, – опередил с новостями оборотень.

– Да?! – во взгляде эльфа промелькнуло столько всего.

Горечь, тоска, сожаление, разочарование и даже отчаянье. Эльф тяжко вздохнул и пустил вилку. Видно, от такой новости у него пропал аппетит. Но принц быстро опомнился. Лицо Рэдариэла посетило смирение. Словно эльф понял, что от судьбы не уйдешь и принял это. И искренне порадовался за двуликую пару.

– Поздравляю, – он крепко пожал Церусу руку. – Рад за тебя. Действительно рад, – он искоса взглянул на Меди, вздохнул и, кажется, потерял к ней всякий интерес. Так глядят на надоевшую игрушку.

– «Хвала небесам, – выдохнула Медея. – Какое счастье, что эльфов не интересуют дамы в положении. Иначе мог бы получится конфликт».

Даже если Церус не узнал бы о их интрижке, Медея сама, рано или поздно навешала бы остроухому оплеух.

– А что у вас? – поинтересовался Церус. Теперь он поглядывал на эльфа с чувством превосходства.

– Много всего, – аппетит вернулся к принцу и он принялся наполнять свою тарелку. – Во-первых: Медея, ваше наследство официально оформлено.

– Уже? – хором спросили двуликие.

– Да. Пришлось надавить на некоторые рычаги…но всё улажено, – отрезав кусок отбивной, Рэдариэл обмакнул его в подливу и положил в рот. Зажмурился от удовольствия.

Судя по хитрому лицу эльфа, без угроз и ворожбы это дело не обошлось.

– Во-вторых я решил вопрос с погребение вашего супруга.

– Как? – встрепенулась девушка.

– Переместил всё пожарище из особняка Фалин на пустырь у кладбища. Там и прах этой пары и остатки древесины. Клетки. Если решите когда-нибудь соорудить мемориал в честь известных нам событий…

– Нет, – отчеканила Медея.

– Тогда пусть всё так и остаётся. Довольно заметное напоминание человеческой глупости, скажу я вам, – эльф доел пюре и облизнув вилку, посмотрел на горку блинчиков. – А место во дворе особняка теперь свободно. Правда нужно заново отстроить конюшни и… что там у вас ещё было?

– Псарня, – задумчиво напомнила Медея и щедро пододвинула тарелку с блинами к Рэдариэлу.

– Точно, псарня, – свернув верхний блин в трубочку, принц обмакнул его в тарелку со сметаной. – Но я бы рекомендовал вам всё продать, – с набитым ртом, посоветовал Медее. – Пока предлагают хорошую цену.

– Что? Цену? – удивилась Меди. – На дом уже нашёлся покупатель?

– Да. Ваш особняк хочет купить мер города. Представляете? – принц доел блин и потянулся за новым. В это время тролль пододвинул ему чашку с чаем. – Человек занимает такой высокий пост и так легко поддается гипнозу, – жуя пробормотал себе под нос эльф и отхлебнул напиток.

Принц применил свои чары не просто так. Чтоб у Медеи не было желания остаться здесь или в дальнейшем навещать этот город, родовой дом следовало либо уничтожить, либо отдать другим людям. Уничтожать поздно, нужно было делать это вчера, пока горел огонь. Рэдариэл упустил этот шанс пожалев красивый особняк, наполненный дорогими вещами. Осталось только убедить девушку распродать имущество по выгодной цене. Жаль эльфийский гипноз не действовал на оборотней. Очень жаль.

– Но я пока не собиралась его продавать, – возмутилась Медея. – Я вообще ещё не думала о этом.

– Так поторопитесь, думайте побыстрее, иначе упустите выгодное предложение. А других может не последовать.

Мер опомнится в течении пары дней. И тогда в его голове появятся вопросы. Зачем городу такая дорогая недвижимость? Почему он, мер, должен оплачивать её из своего кармана? И много других зачем и почему. Тогда принцу заново придётся тратить на человечка свою силу.

– Может и вправду продашь? – Церус ласково положил руку на ладонь Медее. – Зачем он тебе?

– Зачем? – удивленно уставилась на Церуса девушка. – Это мой дом! Мой. Дом.

– Мне казалось… – Церус выглядел обиженным. Его пальцы соскользнули с руки девушки. – Я надеялся что теперь для нас нет слов «мой» и «я». Есть только «мы». Разве нет? Для меня это так, – он внимательно посмотрел на Медею. – Не подумай, я сейчас не о деньгах говорю. Это вообще не вопрос. Твоё наследство и распоряжаться им должна только ты. Я говорю сейчас о доме. О нашем общем доме. Подумай, разве мы можем жить раздельно?

– Почему раздельно? – пустота оставшаяся после того как Церус убрал руку, напугала девушку. Она словно осталась без защиты. – Вместе. Только вместе. И мой дом, он и твой тоже.

– Но ты забываешь кое-что.

– О чем ты?

– Мы оборотни. Дом оборотней Широкие земли. А если быть точнее: сторожевые крепости.

После этих слов эльф перестал жевать и с уважением посмотрел на Церуса. Видимо этот двуликий занял первое место в его списке лучших оборотней.

– Мой дом там, в крепости Поющего неба, – пригладил волосы Церус. – Я так долго искал его, Меди. Может ты еще не понимаешь, но… стая, семья… Это очень важно.

– Я понимаю.

– И наш малыш, он не сможет жить среди людей.

– Почему?

– Эти предубеждения. Всё продолжалось слишком долго. И чтобы вернуть как было, нужно время.

– Да, Меди, – кивнул эльф. – О свободном общении между людьми и двуликими, ещё рановато говорить. И о вашей безопасности на том берегу… я бы опасался удара в спину. А ребёнок…

– Я не говорила что останусь жить в доме Фалин, – возмущенно воскликнула Меди.

То, что сейчас говорили ей мужчины, это походило на заговор. Её пытались убедить, что нужно немедленно всё бросить и бежать. Нет. Так поступают только трусы. Медея упрямо поджала губы.

– Тогда продай его. Всё продай, – глаза эльфа радостно загорелись.

– Возможно я так и сделаю, – выпятив подбородок ответила девушка. – Но сначала всё обдумаю. Может оставлю его как память о предках. Это ведь родовой дом моей семьи.

– Память остаётся в сердце, – философски заметил эльф. – А если тебе будет угодно, её можно перенести на бумагу. Написать родословную, мемуары, заказать гобелен с фамильным древом. А что дом? Если он надолго останется нежилым, быстро обветшает и погибнет. Дом без жителей- место без души. Зачем вам гнилая развалюха последи города? – Рэдариэлу очень не хотелось чтобы у девушки осталась привязка к этому месту.

– Мне нужно подумать. Осмотреться, – упрямилась девушка. – Там столько вещей моей семьи.

– О! Это отлично! – встрепенулся эльф. – Можете забрать это всё с собой, в сторожевую крепость. Тамошний интерьерчик сильно обветшал за последние столетья. Вот и будет вам память и польза заодно.

– Было бы неплохо, – Церус осторожно улыбнулся девушке. – В нашей башне и правда пустовато, не хватает всех этих штук, – оборотень показал на цветную подушечку.

– Я бы хотела поклеить в спальне обои, – поделилась с ним идеей Медея. Её мысли переключились на верхнюю комнату их башни. – Я видела в Жар-городе, такие светлые, в золотой цветочек.

– Обожаю золотые цветочки, – Церус нежно поцеловал её ладошку.

– И хочу портьеры, бежевые с кисточками, – стала мечтать девушка.

– Обожаю кисточки, – послушно кивал Церус.

– Только они дорогие, – вздохнула Медея. После нищеты обители проклятых, она еще не свыклась с мыслью о своем приличном состоянии.

– Деньги вообще не препятствие. Можешь тратить сколько пожелаешь. Я получил хорошую награду за победу над гоблинами.

– А можно обустроит отдельную комнату для Доти? – радостно спросила Медея.

– Можешь обустроить комнату даже её крысе. Как там его имя?

– Саймон, – поморщилась девушка, как не старалась, а крысу полюбить у неё не выходило. – Нет, думаю его место в подвале.

– Итак всё решено? – хлопнул в ладоши эльф. – Продаёте?

– Ну… – насупилась Медея.

– Мы решим это до завтра, – уверенно кивнул принцу Церус. – Обдумает неспеша, переспим с этой мыслью, – игриво щипнул Медею за бок. – А сегодня будем отдыхать. Прогуляемся. Хотя для начала нам, наверное, нужно освободить ваш дом, – обратился Церус к лекарю. – Мы уже сверх меры пользуемся вашим гостеприимством. Давайте мы оплатим лечение и вернемся к себе в гостиницу.

– Позвольте мне оплатить ваше лечение, – вмешался принц. Вы все-таки спасли мне жизнь. Должен же я как-то отблагодарить вас.

– Хорошо, – пожал плечами Церус. – Хотя то что вы проделали с документами Медеи итак достаточная благодарность. Но деньги нам ещё понадобятся, есть ещё один неоплаченный счёт.

– Что за счёт? – поинтересовался эльф.

– Марта, – одновременно ответили Церус и Медея.