– Правда любишь? – чуть слышно прошептал Церус. – Повтори ещё.

– Ты жив, – радостно воскликнула Медея. – Церус! – и принялась целовать его.

– Оборотня не так легко убить, – улыбнулся Цер и с трудом приоткрыл глаза. Его лицо было обезображено, кожа превратилась в обожжённую корку.

– Так ты что же, притворялся мертвым? Чтоб я тебя пожалела?

– Нет, я не нарочно, – он со стоном пошевелил руками. – Действительно был в отключьке. Сейчас регенерация немного восстановила мои силы, – Церус привстал, опираясь на руки и закашлялся. На губах выступила кровь. Теперь кроме сгоревшей шкуры и поврежденной руки, у него было ещё и пробитое легкое. – Кажется мне нужен лекарь.

– Нам нужно уходить отсюда немедленно, Церус! Сбей замок, – Медея видела с каким трудом двуликий поднимается на ноги, но сидя в клетке помочь не могла. – Найди что-нибудь…палку или может метлу? – указала на инвентарь, висевший на стене. – Что угодно, только сбей замок чтобы я могла выбраться отсюда. Пожалуйста. Побыстрее!

– Один момент, – Церус оглядел себя и скривился, поняв в каком плачевном состоянии находится. – Только не пугайся, хорошо? – кажется, он не собирался искать инструменты для взлома. Задумал что-то другое.

Точно, тело Церуса оплыв дымкой, быстро изменилось. То чудовище что Медея видела у реки, при первой их встрече… оно было довольно милым по сравнению с полной боевой формой. Мышцы, покрытые шерстью, огромные руки-лапы, длинные черные когти, здоровенные клыки. Это существо совсем отдаленно походило на волка или человека. Огромный гибрид, созданный природой чтобы убивать.

– О небеса, – ошеломленно прошептала девушка и завороженно уставилась на громадину. О её Церусе напоминали только хвостовики стрел, торчавшие из лохматого тела.

Да, такой штуке не нужна палка или лом, один удар когтистой лапы и замок слетел.

– Ого! она радостно хлопнула в ладоши. – Теперь бежим.

Медея резко встала на ноги и сразу пошатнулась от нехватки воздуха. Сидя на полу дышать, было легче. Из-за огненного жара, пышущего от горящего потолка, волосы на голове девушки начали дымится. До двери, что отделяла их от свободы, нужно ещё добраться. Медеу охватила паника.

– Обе-ер-р-рнись, – прорычал двуликий. Звериная пасть выговаривала слова смазано, нечётко. Меди не сразу поняла, что он хотел от неё. – Во-о-олк! – раздраженно взвыл Церус.

Вторая ипостась! Точно! Она же сильнее, выносливей и ниже ростом. Как там нужно делать? Представить себя оборотнем. Меди сосредоточилась на образе волчицы и не сразу поняла, что стоит уже на четырех лапах.

– У-у-хо-ди-и-и, – взвыл Цурус и указал ей на выход из псарни.

Меди толкнулась в решетчатую дверь клетки и легко открыла её. Радостно взвизгнув, выскочила из своей тюрьмы и бросилась к выходу. А что с Церусом? Где её любимый? Обернулась.

Он спасает принца. Двуликий взвалил на себя эльфа, сразу сгорбился от его веса и упадка собственных сил. Бедняга, от ран он еле стоит на ногах. Пошатываясь и недовольно рыча, Церус пошел следом за волчицей. Она уже у выхода. Встала на задние лапы и толкнулась в двери. Тщетно. Их заперли. Зло взвыла, заскребла когтями по доскам, что не пускали наружу. Но её лапы не настолько сильны, коготочки двуликой не могли процарапать преграду. И зубы не справятся. Будь она одна, погибла бы.

– Убь-ю-ю-ю, – разъярённо взвыл Церус видя, как пара бьется в попытке выбраться.

Медная шкурка любимой покрылась подпалинами от падавших сверху искр. Конечно, угроза предназначалась не её. Обидчикам, что обрекли их на смерть.

– Ото-о-ойди-и-и,– прорычал волчице и левым плечом, то что без стрелы, на котором висел эльф, выбил двери. Легко. Вот это силища!

Кажется, принц немного пострадал от этого маневра, возможно, ему даже что-то поломали. Бедный Редариэл. Медея мысленно пожелала эльфу благоразумия, когда очнется. Чтобы он понимал необходимость такого обращения и был благодарен за спасение. Иначе… Редариэл превратит их с Церусом во что-нибудь нехорошее. В жаб, например, или кровавое месиво. Мало ли, какое колдовство припасено у остроухого.

Выход свободен. Вывалились в него одновременно и отбежали от пылающего сарая. Воздух. Свежий, прохладный, ночной воздух. Темное небо с пятнышками звезд. Свобода. Медея радостно заскулила, лизнула ногу своего спасителя и упала на клумбу. Словно несмышлёный щенок, стала кувыркаться по ней, сминая траву и радостно помахивая хвостом. С восторгом схватила в пасть какой-то цветок. Горький.

– Ту-у-да, – прорычали сзади и… он что дал её пинка? Увесистого такого, что не удивительно с такими размерами.

Рыжая волчица оглянулась и недовольно рыкнула на огромного зверя. Что он себе позволяет? Решил, что если спас, может ноги об неё теперь вытирать? Пригнула голову к траве и оскалив клыки, зарычала. Она не боится громадину что топтался рядом на двух лапах. Почему он не может порадоваться вместе с ней? Лечь на травку, тут так хорошо.

– Ту-у-у-да, – настойчиво оскалился он в ответ оборотень.

Показывал на ворота. Дверь в них была искорежена и выбита из пазов. Вот как он вошел в особняк. Разломал кованную калитку. Ну и силища. Меди уважительно тявкнула на своего спасителя.

– Ле-е-екарь, – прорычал огромный хищник.

Точно, как она могла забыть? Это ей хорошо и весело, а Церус страдает от ран. Скорее, вперед. Великан потопал следом.

Идя следом за ней, Церус лапой похлопывал перекинутого через плечо эльфа. Так тушил маленькие возгорания на его костюме. Бедный принц! Меди понадеялась, что у эльфов было что-то вроде регенерации. Иначе на теле Рэдариэла останутся шрамы от ожогов. Огонь успел добраться и до него.

За оградой особняка уже толпились люди. Они суетились в зареве пожара как растревоженные пчелы.

– Оборотень, – завизжала самая близкая к воротам тетка, увидев странную компанию, вышедшую из особняка.

– Оборотни! – подхватили другие голоса. И как узнали? Должно быть по хвостам.

Люди в страхе шарахнулись в стороны.

– Убийцы, – вырешал тонкий голос из толпы. Ну вот, начинается.

– Людоеды! – кричали зеваки с ведрами. Они пришли тушить пожар и, к счастью, не захватили с собой оружия.

– Поджигатели, – вторили им. Конечно, если рядом оборотень, можно валить на него все беды.

– Не-е-ет, – обиженно прорычал огромный зверь, шедший на двух ногах. Но его рычание мало кто разобрал.

Меди бежавшая рядом с Церусом, жалобно заскулила. Ей стало страшно. Вот сейчас возьмут и начнут стрелять в них из арбалетов. Хорошо, что мост на Красный берег совсем рядом. Вот они уже ступают по нейтральной полосе, соединявшей две половины города. Тут уже никто не посмеет напасть на них. Тут нельзя.

– Ле-е-екарь, – прорычал Церус указывая на двухэтажный дом.

На вывеске нарисована пробирка с красной жидкостью, ножницы и иголка. «Лечение ран» гласила пояснительная надпись. То, что им нужно сейчас. Оборотень настойчиво забарабанил в дверь. Так усердно что она едва удержалась на петлях.

– Иду, – закричали в ответ. – Не нужно так сильно бить мою дверь, она итак очень пострадала за годы своего служения, – замок щелкнул и дверь распахнули.

– Тролль, – радостно воскликнула Медея. Она успела вернуться в привычную форму.

– Да, я тролль, – не стал отпираться и признал очевидный факт старенький лекарь.

Намного, намного старше дядюшки Варди. Весь седой, сморщенный и немного другой. Уши у него более короткие, шире чем у знакомого лавочника и без татуировок. Зато пятнистые, серо-белые. Глазки такие маленькие, что не видны из-под нависших кустистых бровей. Усы короткие, переходят в седую козлиную бородку. Одет в белый балахон и длинный колпак с кисточкой. Это видно его одежда для сна. Старичок спал, когда они стали ломится в его дом.

– Позвольте представится Свид Родок, тролль-врачеватель, – в знак приветствия лекарь поклонился и махнул хвостом. – А вы..? – он выудил откуда-то маленькие круглые очки и протерев о подол своего одеяния, нацепил их на нос. – Оборотень? – радостно взвизгнул, рассмотрев Церуса. – Давненько, давненько не вида вашего брата. Сначала решил что мне в двери ломятся орки.

– По-о-о-мошь, – прорычал Церус и указал на стрелы. Ему было не до знакомств, силы покидали тело.

– О! Раны, – тролль пальцем пошатал стрелу, от чего оборотень взвизгнул. – Моя специализация. Прошу ко мне в лечебницу, – отойдя в сторону, он указал оборотню на вход.

Церус оглядываясь по сторонам, боязливо вошел в дом. Ох и не любил он такие места. Эти лекари… еще напутает чего. Отрежет вместо стрелы хвост. Но сам не справится, не хватит духу вырвать глубоко засевшее железо, придётся доверится этому душегубу.

– А это что за чучело? – прищурившись, тролль уставился сквозь толстые стекла очков на висевшего вниз головой Рэдариэла. Обгоревшие, взлохмаченные волосы не давали возможности рассмотреть лицо спасенного. – Или это дама? – приподнял он, некогда серебристую прядь. Сейчас она была грязно-серая от копоти и гари.

– Это принц, – нервно хихикнула Медея. – Эльфийский.

– О! – восторженно охнул тролль. – Эта ночь полна сюрпризов. Ступайте сразу на второй этаж, – прокричал Церусу и обратился к Медее. – А вы, юная леди, тоже нуждаетесь в моей помощи?

– Пожалуй нет, – девушка оглядела себя. Обожжены у неё были только пальцы и то, после оборота на них уже появилась молодая розовая кожица. – Я лишь сопровождаю своего…

– Пару, – понятливо кивнул тролль. – Тогда проходите и вы, – её бережно подтолкнули внутрь. Дверь за ними закрылась, засов задвинули. Дабы никто из страждущих не смог помешать лечению.

Посреди просторного холла, сильно пахнущего спиртовыми настойками и травами, возвышалась лестница. Церус уже поднимался по ней. Медленно с отдышкой. У него снова пошла изо рта кровь и на деревянных ступеньках остались красные капли.

– Арбалетный болт? – уточнил у Медеи тролль.

– Да. Два болта, – из-за очков лекаря, Меди сомневалась в ясности его зрения.

– Пробито легкое, но сердце не задето, иначе не смог бы ходить.

– Вы много знаете о оборотнях? – с любопытством посмотрела на старичка Медея. Для города Встреч, запас сведений такого рода не очень нужен.

– Я опытный врачеватель и постоянно пополняю свои знания, – гордо заверил Свид Родок. – Для этого специально отправился на последнюю войну с гоблинами. Признаться, до этого никогда не имел дело с двуликими, а там… – тролль радостно закатил глаза. – Было столько материала для исследований. Конечно, оборотни более неохотно обращаются к докторам, очень уж самостоятельные, но и мне нашлась работа. Так что не волнуйтесь, деточка, он в надежных руках.

Поднявшись по лестнице, все оказались в широкой комнате, занимавшей весь второй этаж здания. Тут стояли кушетки, огороженные ширмами, рукомойники, множество шкафов с пробирками и микстурами, столики на колёсиках, накрытые белями салфетками. Серьёзная организация, а по наружному виду и не скажешь. Дом как дом.

– Сначала займемся эльфом, – потирая руки стал командовать тролль. – Давайте его сюда, – указал на кушетку. – Тоже стрела? Где? – низко наклонившись он стал ощупывать поджаренного принца.

– Нет, это не стрела. Яд полосатой кобры, – пояснила Медея.

– Зачем же он его выпил? Разве не понимал последствий? Паралич мог затянуться на несколько дней, – тролль осуждающе покачал головой. – Я считал эльфов народом из умных.

– Он его не пил, его укололи. Враги. На нас напали, – сбивчиво объяснила Медея. – Люди.

– Странно, странно, – тролль оставив эльфа и бормоча пошел к окнам.

– Мы тоже не думали о таком, – вздохнула Меди.

– Нет, я не про это. Что пытались сжечь оборотней, как раз вполне ожидаемо, – тролль начал одно за другим открывать окна. – Странно что отравили эльфа. Человеки очень подвержены их обаянию, ни разу не видел такого варварства раньше. Ещё и принц… надеюсь меня ждет только награда. Очень мстительный народ эти эльфы, знаете ли, – бормотал тролль, высунувшись в окно.

Наверное, врачеватель решил проветрить комнату, быстро пропитавшуюся вонью обожжённой плоти.

– Вот так-то лучше, – тролль жадно вдыхал свежий воздух. – А то вся лекарня месяц будет смердеть горелой псиной. Извините, – улыбнулся Церусу.

– Пф-ф-ф. – фыркнула двуликий и улегся на свободную кушетку. Прикрыл глаза. Видно, что держался из последних сил.

– А теперь, – тролль юркнул к шкафчикам и зазвенел пузыречками. – Приступим к лечению.

Он что-то смешивал, переливал, досыпал и не переставая бормотал непонятные слова. Медея узнала древний язык, мертвое наречие на котором изъясняются только люди из медицины, причем всех народов и на обеих берегах. Когда-то и её заставили выучить множество терминов, это входило в общий курс девичьего образования. Будущая жена и мать должна хотя бы отдаленно понимать, что говорить ей врач. Да и бабуля настаивала. Твердила что все девочки Фалин должны знать название трав на медицинском языке.

– «Зерна дудалы, сок крапивы, яд семедолы», – угадывала Медея подзабытые слова.

Работа врачевателя всегда напоминала ей колдовское таинство. Вот и тролль сейчас походил на пещерного друида. Будто готовит не противоядие, а волшебное зелье.

– Готово! – Свид Родок гордо поднес к эльфу мерный стаканчик, наполненный бурой субстанцией.

– Точно поможет? – с затаённым дыханием Медея следила как тролль вливает противоядие эльфу в рот.

Лекарь убрал пустую мензурку и взяв за подбородок, потряс голову эльфа из стороны в сторону.

– Должно… – не очень уверенно ответил тролль. – Эй! – он неучтиво похлопал Рэдариэла по щекам. – Просыпайтесь! Ваше высочество!

В стеклянных глазах принца затеплилась жизнь, он моргнул. Раз, другой. Потом сморщил нос и громко чихнул.

– Дудала, – скривившись простонал эльф и с трудом глотнул. Из его глаз выкатились две крупные слезинки.

– Да, гадость еще та, – согласно кивнул тролль. – Но что поделать? – развел руки. – Основной компонент. Уж больно сильным ядом вас отравили.

– Мерзавцы, – эльф обиженно повернулся на бок и сжался в комочек. Казалось, сейчас заплачет от обиды.

– «Такой красивый и ранимый, – сочувственно вздохнула Медея. – И наверняка больше не станет являться на зов оборотня».

Мысленно помолилась, чтобы впредь, эльфийская помощь ей не понадобилась.

– А теперь преступим к основной работе, – сразу забыв о принце, тролль направился к двуликому. – Это придётся вырезать, – указал на стрелу в центре груди Церуса, а это сейчас так уберем, – он схватился за кончик стрелы что торчала из плеча и сильно дернул. Оборотень взвыл. – Ох извините. Забыл. Сначала снотворное, – истерично хихикнул тролль и метнулся к шкафчику.

Такой прыти позавидовал бы и Варди. Наверное, лекаря напугали острые клыки, что злобно оскалились от боли.

– Хочешь я буду держать тебя за руку? – Медея села на край кушетки Церуса и белой салфеткой промокнула выступившую у него на лбу испарину. Из потревоженного плеча на пол капала кровь. Двуликий по-прежнему оставался в боевой форме. Так легче переносилась боль.

– Да-а-а, – вздохнул зверь и устало прикрыл глаза.

– И буду гладить тебя по голове во время операции? – она наклонилась и поцеловала огромный, косматый лоб.

– Да-а-а, – радостно заскулил гигант и лизнул в ответ.

– Вот это уже лишне, – вмешался тролль и без объяснений приставил к клыкастой пасти большую стеклянную колбу, странной раздутой формы. – Вы будете мне мешать.

– Нет, что вы, – возразила Медея. – Я буду тиха как мышка.

– Вы будете отвлекать меня своими обмороками. Придётся оставлять больного и приводить вас в чувство, – прозрачная жидкость, тихо булькая выливалась из колбы и исчезала в пасти двуликого.

– Никогда не падала в обмороки, – обиделась Медея.

– Так вы и разрезанное тело никогда не видели. – хмыкнул тролль. —Все девицы таковы. Сначала хорохорятся, а после валятся на пол словно пустой мешок. Нет уж, ступайте лучше к окошку. Там такой вид на пожар. Не ваш ли погребальный костер догорает на том берегу?

– Возможно наш… – Медея смотрела как глаза оборотня закрываются. Вся фигура оплыла, и он вернулся в привычную форму. – Церус? – тронула его за плечо.

– Он спит, – тролль пальцем пошатал стрелу. Реакции со стороны оборотня не последовало. Лицо продолжало оставаться безмятежным, будто ему снился приятный сон. – Крепко спит и это продолжится довольно долго. Надеюсь… Эта волчья регенерация, порой бывает не кстати. Ступайте отсюда, – махнул на Медею тролль и подкатил к кушетке столик, заставленный множеством инструментов.

Радостно потер руки. Было видно, что Свид Родок любил свою работу всей душой.

– Он будет жить? – со слезами в голосе спросила Медея. Она так волновалась за любимого, что не могла сделать шаг. Только встала с кушетки и отпустила его руку.

– Конечно, – тролля так удивил её вопрос, что он приподнял очки и посмотрел на девушку из-под них. Хотел удостоверится в её вменяемости. – Он же оборотень! А это, всего лишь железо. Вот будь в его теле серебро… тогда я бы волновался. Ну, ступайте теперь. Утешьте нашего бедного эльфа. Он явно не в себе.

Её настойчиво оттолкнули и отодвинулись ширмой. За тканевой загородкой зазвенели инструменты.

– Принц… Рэдариэл? – Меди посмотрела на пустую кушетку где совсем недавно грустил отравленный эльф. С удивлением обвела взглядом комнату.

Эльф нашелся у окна. Он растерянно смотрел то на зарево пожара за рекой, что со второго этажа видно было как на ладони, то на собственное отражение, рядом с окном стоял рукомойник с небольшим зеркалом.

– Рэдариэл? – она нерешительно шагнула к нему.

– Что произошло? – тихо спросил эльф. – Где Бёрк? – он осторожно поднимал прядки своих всклокоченных волос и осматривал обгорелые кончики.

Урон трудно было недооценить. С волосами бедняги случилась настоящая катастрофа. Как минимум половина длинны исчезла и выше тоже имелись подпалины. Принцу придётся изменить прическу. Возможно, на каре.

– Она в замке. В крепости оборотней, вместе с Гелиодором. В безопасности, – стала торопливо рассказывать Медея. – Бёрк отдала мне кольцо призыва, на всякий случай. Могла понадобится помощь вашего народа.

– Зачем это?

– Дело в том… со мной случилось такое, такое… – и сбивчиво, но старательно, подпорядку, стала излагать все что произошло с ней за последнее время. Болезнь, Каройдомус, оборотни. Всё в общих чертах, аккуратно обходя интимные подробности.

– Тери рассказала, что её семья причастна к появлению проклятия, – когда речь зашла о семейных тайнах Хордуонов, Медея перешла на чуть слышный шёпот.

Они стояли у окна и смотрели на пожар, сиявший за рекой. Так завораживающе и пугающе. Огонь уже перекинулся на конюшни и другие постройки во дворе особняка. Лошадей успели вывести, и они в испуге метались по берегу. Дом еще держался, но пламя подкрадывалось всё ближе.

– Причастны к проклятию? Это уже интересно… – принц нежно поглаживал прядки своих изувеченных волос. – Подробности. Говорите, – потребовал от девушки.

От повелительного, обманчиво спокойного тона, волоски на её коже встали дыбом. Медея торопливо рассказала всё что смогла вспомнить. В конце добавила собственные наблюдения.

– Мне пришлось вызывать вас. На помощь.

– А дальше я всё видел своими глазами, – загадочно прищурился принц. Кажется, он что-то задумал.

– Вы всё чувствовали, – понятливо кивнула Медея. Она помнила каково это, оставаться пленником своего тела. – Ужасное состояние. Мне помогла регенерация. Не знаю, что бы делала не сумей очнуться от яда. И эта девочка Марта… она такая смелая, позвала Церуса. Надеюсь, с ним будет всё в порядке? Я…так люблю его, – не удержалась и расплакалась.

Весь ужас сегодняшней ночи, вдруг обрушился на неё. Они все могли погибнуть, сгореть. И она, и Церус, и принц. Ноги девушки подкосились и она, пошатнувшись, схватилась за подоконник.

– Тише! Что вы? – принц заботливо пододвинул к ней стул и помог сесть. Взяв с соседнего столика салфетку, промокнул ей слёзы. – С ним всё будет в порядке, поверьте. Я видел его не в одной схватке, у Церуса крепкая шкура. Ну же, успокойтесь, – щёлкнул пальцами и в руках девушки оказалась крупная чайная роза. Любимый сорт её матери.

– Спасибо, вы просто волшебник, – Медея поднесла бутон к носу и жадно понюхала. Любимый с детства аромат придал ей сил.

– Это не волшебство, всего лишь перемещение, – принц стоявший рядом, снова поднял руку и щелкнул своими длинными обожжёнными пальцами.

Медея с интересом ждала нового чуда, еще розы? Или что-то другое? Но в комнате ничего не изменилось.

– Теперь всё плохое для вас позади, – улыбнулся принц. И улыбка его была такой… Медея непроизвольно поёжилась, будто от дуновения ледяного ветра.

Воздух ночи пропорол пронзительный женский крик. Он доносился с того берега. Из самого эпицентра огня, взвившегося к небу яркой вспышкой.

– Это было… – в страхе Медея посмотрела на огонь, потом на принца.

– Опять перемещение, – Рэдариэл удовлетворенно вдохнул. Полной грудью. Так, будто выполнил какое-то важное для себя дело. Справился. Отомстил.

– Териона? – в надрывном крике, что уже стихал, трудно было не узнать голос коварной подруги.

– И ваш супруг, – принц погладил её руку, нервно вцепившеюся в подоконник. – Соболезную, вы теперь вдова. Или поздравляю. Второе, по-моему, больше подходит.

– Они… – Медея глотнула. Крик резавший слух, прекратился.

– Да, – еще шире улыбнулся принц. – Погибли в огне, – его улыбка была притягательна и отвратительна одновременна. Красива и безобразна.

– «Как одна мимика, может вызывай в ответ столь разные чувства? – озадачилась Медея. – Он так прекрасен и жесток, этот принц. Или справедлив?»

Девушка посмотрела на зарево пожара, уничтожавшего её родовой особняк. Там в огне, догорали сейчас тела молодой пары. Красивой молодой пары, у которой была впереди целая жизнь. Пары, ради собственной выгода уничтожившей целое поселение. А Вейд…он трусливо убил своего ребенка и женщину которой клялся в любви. Он убил Медею Горнер. И всех Фалин. Там в огне догорали тела двух монстров. Эльф простым щелчком переместил их в самое пекло. На место, которое Горнеры отвели своим пленникам.

А ведь Меди приняла Церуса за чудовище, там на реке, когда впервые увидела его в шкуре зверя. Нет, настоящие чудовища обитали на Людожите. Они прятали свои истинные рожи под красивыми масками и пользуясь доверчивостью людей, подбирались к ним совсем близко. Как смертоносные змеи. А потом, найдя слабое место, кусали. Убивали.

– Этот… назовем это несчастный случай, – Рэдариэ снова щёлкнул пальцами и кожа на его теле очистилась и стала здоровой. – Поверьте, так будет лучше для всех. Идеально, – ещё щелчок и волосы принца стали прежними, будто и не горели в страшном пламене. – Никаких судов, никаких долгих разбирательств. Это так утомляет, судебные тяжбы. Столько бумаг… А за покушение на принца, им всё равно грозила бы смертная казнь. Так что… это был лишь вопрос времени. Так лучше.

– Пожалуй вы правы, – Медея завороженно глядела на пожар.

Пред глазами проплывали картинки из прошлого. Её семья, слуги, все те люди, что окружали их и были сейчас мертвы. Бабуля… Месть свершилась. По шекам потекли слёзы.

– Так будет лучше для всех, – уверенно кивнула сама себе. – Идеально.