Глава 7: Райкер

У меня аж, блядь, голова кружилась от предвкушения. Я знал, что в этом дерзком котёнке с КПП было что-то особенное. Она была словно сирена, взывающая к моему члену. Мой звёздный игрок понял это сразу и с момента встречи с ней стоял до боли.

Тэлли подозревал, что она принимает подавители, поэтому её естественный запах был таким слабым. Подавители были вне закона, как и большинство ингредиентов для их изготовления. И всё же люди находили способы их достать, как и всё остальное, что запретила Арка.

Поймать омегу-дезертира было невероятной редкостью, потому что их почти не существовало. Большинство умирало при родах. Значительное число альф уклонялось от призыва — в основном преступники и бандиты, правившие городским подпольем. Из-за того, что альф было куда больше, чем омег, Арка часто закрывала глаза на дезертиров-альф. С омегами всё обстояло иначе. Арка жаждала их, прекрасно осознавая их ценность.

Омеги не рожали бет — только других омег, альф и даже, в редких случаях, оборотней. Командование поощряло стайные подразделения выслеживать и возвращать омег, предлагая награду. Любое подразделение, нашедшее омегу, получало право оставить её себе, спариваться и разводить с ней потомство. Я знал пару стай с омегами, но никогда не представлял, что в нашей появится такая.

Отец Кейда пытался свести нас с несколькими «пригодными для разведения» омегами из Тренировочного центра, но тот всегда отказывал дорогому папочке. Полагаю, одной лишь мысли о том, что генерал Грин будет собирать с нашего подразделения должки, было достаточно, чтобы наотрез отвергнуть его предложение.

Талон отошёл, чтобы позвонить Кейду и ввести его в курс нашей нынешней ситуации. Он заставил меня пообещать, что я останусь снаружи бара, пока они не закончат. Ясное дело, я этого не сделал — в первую очередь потому, что он мне не босс, а ещё потому, что ему слишком нравилось указывать мне, что делать. Он даже вплёл в свой приказ альфа-рык, словно это могло удержать меня на месте.

Я скользнул внутрь бара, растворившись в тенях и найдя столик, спрятанный за углом. Оттуда всё ещё открывался отличный вид на сцену, но полумрак и расстояние скрывали меня от глаз Роуэн. Её группа выступала на сцене, а она стояла в самом центре, впереди всех, и пела в микрофон.

Она была, блядь, неотразима.

Хорошенькая маленькая Роуэн — сплошная мягкая фарфоровая кожа и изгибы, которые так и умоляли, чтобы к ним прикоснулись. Её волосы завили мягкими волнами, и они двигались, словно клубнично-светлый океан; пряди развевались вокруг неё в танце. От той робкой девчонки, что ёрзала под моим взглядом, не осталось и следа. На её месте стояла крутая, уверенная и сияющая богиня. Каждый солдат-бета в баре пожирал её глазами и следил за покачиванием её бёдер, как мотылёк — за пламенем.

На миг я всерьёз задумался о том, чтобы вырвать глаза каждому мужику в баре, чтобы никто не смел на неё смотреть, кроме меня. Одно было ясно точно: она больше никогда не наденет эту майку на публику. Слишком глубокий вырез, слегка прозрачная ткань — я едва ли не видел очертания её лифчика. Каждый раз, когда она покачивалась в такт, её мягкие круглые груди подпрыгивали, и в моей голове вспыхнула картинка, как я скольжу своим членом между ними. Я определённо планировал проделать с ней это в ближайшее время.

— Сидеть, Мальчик, — сказал я своему звёздному игроку.

Я сжал кулаки, борясь с желанием стащить Роуэн со сцены и забрать её всю себе. Я хотел спрятать её от голодных взглядов каждого ёбаного солдата, смотревшего на неё так, будто она была создана для того, чтобы они её сожрали.

Это было не так.

Она была моей, даже если сама пока этого не знала.

Из-за Роуэн во мне проснулся необычный территориальный инстинкт, что было на меня совсем не похоже. Обычно я не был против того, чтобы делиться, особенно с Талоном. Я не был таким собственником, как Кейд или Киллиан, предпочитая ловить кайф, пуская женщин по кругу вместе со своей стаей. Что я могу сказать? Я командный игрок. Я мог только представить, каким жадным ублюдком будет этот здоровяк с Роуэн, когда доберётся до неё, если даже меня накрывало так сильно. Киллиан ни на грамм не любил делиться.

Пока она уверенно покачивалась на сцене, я понял, что та покорность, которую она демонстрировала ранее, была лишь спектаклем. То дерзкое, мимолётное выражение, проскользнувшее по её лицу, рассказало истинную историю о том, кем на самом деле была Роуэн, и мне не терпелось принять этот вызов. Я хотел заставить её подчиниться на коленях, умоляя меня связать её узлом. Я хотел хвалить её за то, что она такая жадная до моего хуя внутри себя.

Грязные фантазии запустились. Хорошенькая, мягкая Роуэн на коленях или на спине, ноги раздвинуты, розовая пизда плачет соками.

Внезапно Талон тихо опустился на стул рядом со мной, вырывая меня из моих сладких грёз взбешённым взглядом. Ему явно не понравилось, что я его не послушал. Я огляделся, надеясь, что его появление не выдаст Роуэн наше присутствие, но он был осторожен и не привлекал к нам внимания.

Когда он этого хотел, Талон двигался как тень, беззвучный и невидимый во тьме. Это было одной из его способностей оборотня. Он размял плечи и хрустнул костяшками — верный признак того, что он изо всех сил пытается сохранить контроль. Я чувствовал, как его волк скребётся по краям, беспокойно ворочаясь под его кожей, пока он проводил рукой по своему серебристому андеркату.

Обычно он укладывал более длинные волосы на макушке с идеальным пробором посередине, чтобы они спадали гладкими волнами, обрамляя лоб. Всегда резкий, безупречный, властный. Но сегодня его взъерошенные волосы небрежно свисали набок. Его жёлтые глаза ярко и дико светились, остекленевшие от едва сдерживаемой энергии. Он не мог перестать двигаться, кожа гудела от напряжения. Зверь внутри него отчаянно рвался на свободу.

— Я велел тебе ждать меня, Райкер, — прорычал он.

Было опасно тыкать в Талона палочкой, когда он был так близок к обращению.

— Это было прекрасное предложение, Тэлли, но вместо этого я, блядь, сделал то, что хотел.

Я улыбнулся ему и послал воздушный поцелуй. Может, бесить его в таком состоянии и было опасно, но это было чертовски весело! Он уставился на меня свирепым взглядом, доставая из кармана чёрные тактические перчатки.

— Кейд дал добро. Он встретится со своим отцом, чтобы получить ордер на захват. Мы забираем девчонку. Где она? Я уже чую её и этот ужасный лосьон. Какая мерзость.

Я указал на Роуэн. Она прислонилась спиной к гитаристу, пока надрывалась в микрофон, а он наяривал на своей гитаре. Какого хуя она постоянно его трогает? Если бы это был её парень, я бы его просто убил. Проблема решена. У Арки не возникло бы вопросов по поводу его смерти, учитывая, что он укрывал омегу-дезертира.

Взгляд Талона проследовал за моим пальцем, и когда он сфокусировался на Роуэн, я понял: он тут же стал таким же одержимым, как и я. Я опустил глаза на его пах и увидел, что у него там тоже нарисовался нехилый бугор. Его рука сжалась в кулак, впиваясь ногтями в ладони в попытках сохранить остатки самообладания. Он провёл своими забитыми татуировками пальцами по волосам, пытаясь уложить их как обычно, но в итоге просто позволил им снова упасть набок.

Пока он натягивал тактические перчатки, мы обсудили наш план, как без лишнего шума запихнуть котёнка в грузовик.