Заходящее солнце бросает лучи света через салон левого борта на корабле. Это не тот корабль, на котором я прибыл, но он из королевского флота, и это, в общем-то, всё, что имеет значение.

Официантка приносит мне свежую миску жареного арахиса и ставит её на стол рядом со мной.

— Что-нибудь ещё, сэр? — спрашивает она.

Скоро мне понадобится кровь, если верить моим новым карманным часам, но это может подождать.

— Пока достаточно… — я запинаюсь, вспоминая её имя.

Она краснеет, сцепив руки за спиной, и отвечает:

— Миера.

— Прекрасное имя. Я могу попросить, чтобы меня обслуживали лично вы, если мне что-то понадобится?

— Конечно.

— Оставь моих слуг в покое, — говорит голос, доносящийся с балкона левого борта.

Я дёргаю запястьем, отпуская официантку, и она поспешно убегает.

Схватив пригоршню орехов, я прохожу через открытую галерею и присоединяюсь к бывшей королеве фейри у поручня. Закат позолотил её. Глаза у неё закрыты, а ветер поднимает прядь её чёрных волос, выбившуюся из длинной косы, свисающей через плечо.

— Перестань на меня пялиться, — говорит она, не открывая глаз.

— Не могу. У тебя сейчас лицо, полное экстаза, а мне это очень нравится.

— Я не буду с тобой спать, Рок.

— Глупышка. Как будто я это предлагал.

Она приоткрывает один глаз, потом смеётся. Это уже третий раз, когда я слышу этот звук. Корабль, уходящий в неизвестность, расслабил Тилли. И даже если я не предлагал ей трахаться, думаю, ей отчаянно нужно выплеснуть накопившуюся энергию.

— Сколько времени идти до Эверленда? — спрашивает она.

— У тебя есть капитан, который ведёт это судно. Вот ему и задавай эти утомительные вопросы.

Она упирается бедром в поручень и складывает руки на груди.

— Мне напомнить тебе, что это мой корабль? Я могу велеть выбросить тебя за борт за твою дерзость.

— А кто тогда будет тебя развлекать?

Бывшая королева закатывает глаза.

Я раскалываю арахисину и бросаю скорлупу в белые гребни далеко внизу, под поручнями корабля.

— К этому времени завтра мы уже будем там.

— Ты взволнован?

Взволнован ли я? Не знаю. Мне нравится охотиться за тем, что было потеряно, но меня немного тревожит то, что я могу найти вместо Венди Дарлинг.

— Я буду взволнован, как только ты применишь свой талант с пользой и залезешь кому-нибудь в голову, чтобы добыть мне ответы, которые я ищу.

Это наша сделка, которую она пообещала мне в качестве расплаты за то, что втянула меня в войну Неверленда в первую очередь.

— А что насчёт капитана Крюка? — спрашивает она.

— А что насчёт него? — я впиваюсь зубами в орех.

— Ты тоже рад увидеть его?

Я фыркаю и вдавливаю пальцы в другую скорлупу, раскалывая её. Но на вопрос не отвечаю. Не могу.

Потому что есть одна вещь, которая тревожит меня больше всего: да, я рад найти Венди, но есть один человек, которого я ещё больше хочу увидеть.

Пират с ротиком, который так и просится, и характером, который мне хочется сломать.

Я иду за тобой, капитан.

Надеюсь, ты готов быть сожранным Крокодилом.