Однажды утром Опал и Елена решили добрести с дядей Роско до его работы в газете, а заодно и навестить летучих мышей под мостом. После этого они собирались дойти до здания городского совета и раздавать листовки тем, кто прогуливался там с важным видом – как и положено возле главного здания штата. Это была идея Елены. Она сказала Опал, что это позволит достучаться до влиятельных людей, которые занимаются политикой, а значит, принимают решения. Опал идея показалась просто отличной! И она набила рюкзак листовками, прихватив и пару экземпляров «Мышезина», завалявшихся у нее будто специально для этого случая.

Когда они добрались до моста, солнце перевалило уже за полдень и почти все летучие мыши спали. Но, едва учуяв приближение Опал, Лавака и Бразос проснулись и вылетели ей навстречу. Они последовали за Опал и Еленой на север, вверх по Конгресс-авеню к большому бежевому зданию, где располагалась администрация штата Техас. От моста до него было чуть больше мили.

Прямо перед зданием проходил большой политический митинг. Опал и Елена присоединились к толпе зевак, а Лавака и Бразос устроились на дереве неподалеку.

В этот момент все собравшиеся внимательно слушали седую даму в небесно-голубом костюме, которая стояла на трибуне. Опал видела ее впервые, но то, что говорила эта дама, ей понравилось. А говорила она о том, что женщины слишком долго были отстранены от политической жизни Техаса и что они заслуживают права принимать участие в управлении штатом. После каждой фразы выступающей дамы толпа взрывалась аплодисментами, и Опал с Еленой аплодировали вместе со всеми. Посмотрев по сторонам, они заметили несколько плакатов с надписью «Энн Ричардс в губернаторы!».

Правда, помимо возгласов одобрения, слова дамы сопровождались и нестройными хлопками. И это были отнюдь не аплодисменты, как вы могли подумать. Люди пытались прихлопнуть настырных насекомых, которые своим назойливым жужжанием мешали слушать, да еще так и норовили на них сесть.

Опал не собиралась упускать такую возможность. Она кивнула Лаваке и Бразосу, и те поспешили обратно к мосту. А через несколько минут вернулись с несколькими тысячами разбуженных друзей. По указанию Опал летучие мыши быстро расправились со всеми москитами. Закончив с этим, они внезапно взлетели и начали кружить вокруг самого здания администрации. Хорошенько его исследовав, они тут же у всех на глазах приступили к ликвидации колонии термитов, которую обнаружили внутри величественного купола.

Энн Ричардс была так благодарна летучим мышам, что попросила всех своих сторонников им поаплодировать. И они это сделали! Это были оглушительные аплодисменты! А затем она продолжила говорить.

– Именно об этом я и хотела сказать, – обратилась Энн Ричардс к собравшимся. – Будьте смелее, и могущественные силы придут вам на помощь!

Опал услышала это выражение впервые, и оно ей очень понравилось. Она даже достала из рюкзака свой черковик, чтобы записать фразу на память. Покончив с черковиком, Опал огляделась и чуть позади себя заметила невероятно высокую рыжеволосую леди. Она выглядела очень круто! На ней была желтая футболка с надписью «Королева острого соуса». Леди внимательно слушала выступление, окидывала цепким взглядом собравшихся и тоже что-то быстро записывала в свой блокнот. Судя по всему, она была кем-то вроде репортера, и при этом смеялась и хлопала Энн Ричардс вместе со всеми. Эта женщина сразу понравилась Опал.

Когда Энн Ричардс закончила выступать и покинула сцену, толпа проводила ее бурными аплодисментами. А затем начала выстраиваться длинная очередь из желающих встретиться с кандидаткой в губернаторы лично. Опал попросила Елену занять для нее место в очереди, а сама направилась к высокой рыжеволосой даме. Она решила последовать наставлению от Энн Ричардс и быть смелой.

– Здравствуйте, – сказала Опал, подходя к женщине и протягивая ей руку. – Меня зовут Опал Бемоль.

Высокая рыжеволосая леди улыбнулась, пожала ей руку и присела на корточки, чтобы их лица оказались на одном уровне.

– Ну здравствуй, Опал Бемоль! – ответила она весело. – А я Молли Айвинс. Приятно познакомиться.

– Взаимно, Молли, – сказала Опал. – Сейчас вы, наверное, работаете и заняты, и я не стала бы вас зря беспокоить. Просто хотела передать вам вот это… – И с этими словами она протянула Молли листовку о летучих мышах, а затем показала ей четыре буквы «М», которые синим маркером нарисовала на костяшках пальцев еще утром. – Миру – мир, мышам – мост! – проскандировала Опал.

– Им правда там так хорошо? – спросила Молли, просматривая список фактов внизу листовки. – Слышала, этот наглец из городского совета, Мукерно, пытается от них избавиться.

– Знаю, – кивнула Опал. – И я делаю все, что в моих силах, чтобы его остановить. Эти летучие мыши – мои друзья. Раньше они жили в пещере рядом с нашей семейной фермой на границе Комфорта, но потом пришли люди из «Известняка Мукерно» и взорвали ее, чтобы устроить на этом месте карьер. Теперь летучие мыши обрели новый дом под мостом, но советник Мукерно снова пытается их выгнать, как раньше это сделала его компания. Я просто не понимаю, за что он так сильно ненавидит летучих мышей!

Молли кивнула. Она слушала Опал со все возрастающим интересом. Затем взяла свой блокнот и начала записывать ее рассказ.

– Да уж, от всего ее семейства разит хуже, чем от помойного пса, – прищурившись, сказала Молли. – У них есть еще одна компания, «Мукерно-Хим», она производит сельскохозяйственные пестициды против насекомых, поедающих посевы. А в твоей листовке написано, что этих насекомых едят летучие мыши, а значит, фермерам, рядом с которыми они живут, пестициды ни к чему. Может, поэтому Мукерно и хочет избавиться от летучих мышей и сделать так, чтобы люди их боялись? Они подрывают его семейный бизнес…

Опал достала из рюкзака экземпляр своего «Мышезина» и протянула его Молли.

– Вся история описана в этом зине. Мы его сделали вместе с подругой, – сказала Опал.

– Ого, спасибо, милая! – Молли тут же принялась листать страницы. – Обязательно почитаю, как буду дома.

– Надеюсь, вы его зацените, – сказала Опал с гордостью. – Пожалуйста, помогите нам распространить эту информацию. Если получится, – добавила она умоляюще и с надеждой посмотрела на журналистку.

Молли улыбнулась и кивнула.

– Посмотрим, что можно сделать, – ответила она и выпрямилась, снова по-взрослому возвышаясь над Опал.

– Спасибо, Молли! – Опал помахала женщине на прощание и побежала обратно к Елене, чтобы присоединиться к длинной очереди желающих лично встретиться с мисс Ричардс и пожать ей руку. Они были уже совсем близко, и Опал вдруг что-то разнервничалась, – но, согласитесь, так бывает, когда приходится слишком долго ждать перед чем-то очень-очень для нас важным. Однако наконец пришел ее черед. Опал вдохнула поглубже, собралась с духом, подошла к будущему губернатору Техаса и протянула ей руку. Энн Ричардс широко улыбнулась и пожала ее.

– Здравствуйте, юная леди! – сказала она. – Очень рада вас здесь видеть. Меня зовут Энн. А вас?

– Я Опал, – представилась девочка. – Для меня большая честь с вами познакомиться! Ваша речь была очень вдохновляющей! – выпалила она залпом.

– Приятно это слышать, Опал, – ответила Энн. – Для меня тоже большая честь с тобой познакомиться. Спасибо, что пришла поддержать меня сегодня.

– Не за что, Энн, – ответила Опал, а затем продолжила почти скороговоркой, боясь, что ее остановят. – Я попросила своих друзей летучих мышей, живущих под мостом, тоже прилететь сюда и съесть всех москитов, чтобы собравшиеся могли спокойно слушать ваше выступление.

Опал допускала, что Энн просто посмеется над ее словами. Но вместо этого женщина крепко ее обняла.

– Я очень ценю твою помощь, Опал, – сказала она. – Как и помощь твоих крылатых друзей. Пожалуйста, приглашай их на все мои будущие митинги. Мне бы не помешали дополнительная поддержка и маленькое чудо!

Глаза Опал расширились от удивления.

– Можете на нас рассчитывать! – почти отрапортовала она. – У нас еще много моджо!

Когда вечером дядя Роско вернулся с работы, Опал сразу же бросилась рассказывать ему о том, что произошло на митинге Энн Ричардс. Но дядя Роско сказал, что уже слышал об этом от Уайли Вудберна из газеты. Оказывается, они подружились после того, как дядя Роско научил его пользоваться новым программным обеспечением для обработки текстов, которое он установил на компьютеры в их редакции.

– Уайли на самом деле нормальный парень, – сказал дядя Роско. – Просто его дезинформировали. И еще он всерьез боится летучих мышей. Прямо настоящая фобия, не поверишь! Он рассказал мне, что однажды в детстве летучая мышь залетела к нему в спальню и напугала его до смерти – так все и началось. Думаю, он потому и написал ту мерзкую статью. Страх – штука прилипчивая, – вздохнул дядя.

– Боялся? – переспросила Опал. – Но больше он их не боится?

Дядя Роско широко улыбнулся и кивнул.

– Уайли сегодня тоже был на выступлении Энн Ричардс, – сказал он, – как репортер. Он рассказал мне, что когда все эти летучие мыши внезапно появились перед зданием администрации, он застыл от ужаса. Буквально шелохнуться не мог. А затем вместе с остальными собравшимися увидел, как эти малышки за считаные минуты сожрали всех этих москитов и термитов, после чего сразу же улетели. Не причинив никому вреда и не заразив бешенством.

– Ух ты! – Опал не сдержала широкой улыбки.

– А еще Уайли рассказал, что он и другие репортеры слышали много чего хорошего о летучих мышах от самых разных людей по всему городу, – продолжил дядя Роско. – И знаешь что? Он наконец-то прочитал твой «Мышезин»! Я дал ему экземпляр, и ему понравилось! Уайли сказал, что это полностью изменило его мнение о летучих мышах, и он уже работает над новой статьей, чтобы все прояснить. Для чего… – Тут дядя сделал паузу и загадочно посмотрел на Опал. – Он хочет взять у тебя интервью! И хотел бы получить твое разрешение на использование некоторых отрывков из твоего зина, в том числе рисунков Вверх-тормышек.

Опал ахнула.

– Без шуток? Мои рисунки? В газете?

– Без шуток. Твои рисунки. В газете. – Дядя Роско понял, что сейчас произойдет, и быстро заткнул уши, чтобы уберечь барабанные перепонки… По комнате промчался пронзительный визг Опал с последовавшей канонадой восторженных выкриков.

Вот так с помощью Опал и дяди Роско летучие мыши начали покорять местные СМИ. И так Опал и летучие мыши подружились с Энн Ричардс, одной из самых влиятельных политиков Остина, и стали ее верными союзниками…

Теперь летучие мыши появлялись на каждом митинге, который Энн Ричардс проводила на открытом воздухе. Они очищали территорию от москитов, ос, мух и других насекомых и следили за тем, чтобы на выступлениях Энн больше никого не беспокоили, не кусали и не жалили. Это повысило посещаемость митингов и помогло Энн завоевать больше избирателей.

В благодарность за это Энн всегда упоминала летучих мышей в своих речах и непременно отмечала их пользу для окружающей среды и общества. Затем она цитировала слоган Опал и просила собравшихся его повторить.

– Миру – мир, мышам – мост! – кричала Энн Ричардс, и люди ей вторили.

Так добрые слова о летучих мышах распространялись все шире, и ситуация начала меняться в лучшую сторону.

Пару дней спустя Опал увидела по телевизору рекламу под названием «Пикник Вилли Нельсона в честь Дня независимости». Дядя Роско рассказал ей, что это бесплатный концерт, который Вилли каждый год проводит для своих поклонников на большом старом ранчо прямо за городом. Люди съезжаются со всего мира, и с каждым годом число участников становилось все больше.

– Почему ты не рассказал мне об этом раньше, дядя Роско? – спросила Опал, ощутимо стукнув его по плечу.

– Ай! – рассмеялся он. – Не знаю, честно! Мне как-то и в голову не приходило.

– Я просто не могу поверить нашей удаче! – воскликнула Опал. – Это же та самая возможность, которую мы так долго ждали! Неужели ты не понимаешь? Если мы завоюем расположение Вилли и всех его поклонников, то завоюем и весь город! И еще там играет Джонни Кэш! Мы не можем это пропустить!

Она упала на колени и сложила ладони вместе.

– Можно нам пойти, дядя Роско? – взмолилась Опал. – Пожа-а-алуйста!

– Можно, можно, – улыбнулся он, поднимая племянницу на ноги. Затем указал на нее пальцем и сделал серьезное лицо: – Но не умоляй. Бемоли никогда не умоляют. Это недостойно. Чтобы я больше никогда такого не видел, поняла меня, малая?

Он попытался ее пощекотать, но Опал увернулась. Затем прыгнула дяде на спину и обхватила его обеими руками за шею, делая вид, что собирается его задушить.

– Моли о пощаде! – закричала она и усилила хватку. – Моли, старик!

Он встал и начал крутиться на месте, словно в замешательстве.

– Опал? – позвал дядя Роско. – Куда же она делась? Хм. Что ж, похоже, исчезла. Надеюсь, она объявится к Дню независимости, иначе мне придется пойти на пикник Вилли без нее. В своем новом стильном шейном платке.

Дядя подошел к зеркалу и притворился, что восхищается обвившим его шею платком-Опал. Затем он сделал вид, что заметил на платке пятнышко.

– О нет, он испачкался! – воскликнул дядя Роско. – Надо срочно ополоснуть этот платок в раковине!

Четвертого июля, в День независимости, дядя Роско и Опал отправились на Пикник Вилли вместе с Марией и Еленой. Они приехали заранее, чтобы точно быть в числе первых, и привели с собой около миллиона пушистых летающих друзей. (Меллоу остался дома. Большие скопления людей его утомляли.)

Перед началом концерта Опал попросила летучих мышей облететь все вокруг и съесть всех мух и москитов, которые могли бы испортить праздник – а именно так и случалось в прошлые годы.

Благодаря Опал и летучим мышам, знаменитый пикник в День независимости прошел совершенно иначе. Ни один из присутствующих не страдал от насекомых, включая замечательных музыкантов, которые выходили на сцену вместе с Вилли. А среди них ведь был и его старый друг – легендарный Джонни Кэш!

Тринити и Колорадо, как увидели, кто выходит на сцену, так чуть на землю и не рухнули. Оба тут же позабыли о насекомых и слетели вниз, пристроившись на осветительной установке над сценой. Они оставались там до самого конца выступления, слушая и наблюдая, как Джонни Кэш исполняет их любимые песни.

Возможность лично присутствовать на таком концерте переполнило Тринити и Колорадо музыкальным моджо до самых кончиков ушей. Они озаряли своим моджо всю сцену, отчего Джонни, Вилли и остальные музыканты заиграли еще искусней, запели еще лучше, а многочисленные зрители наслаждались музыкой еще больше. В конце шоу Вилли Нельсон подошел к микрофону и заявил, что это был лучший пикник на Четвертое июля. Еще он выразил надежду, что летучие мыши, поедающие насекомых, вернутся и на следующий День независимости и потом на каждый последующий.

– Вы приглашены! Все! – крикнул он вверх. И его слова были мгновенно подхвачены громкими аплодисментами.

Так летучие мыши подружились с Вилли Нельсоном, одним из самых известных и популярных музыкантов Остина.

(И с Джонни Кэшем тоже!)

После этого все стало еще чуднее. Словно Вилли наложил на Опал и летучих мышей какое-то чудесное заклятие или даровал им благословение. А может, это все та порция моджо, которой он поделился с ними в тот день, помогла достичь некой критической массы и распространить уже их общее моджо по всему городу? Кто знает? Но, так или иначе, в последующие дни и недели судьба творила свое собственное таинственное моджо, сводя Опал и летучих мышей с нужными остинцами в нужное время.

Например, как-то днем Опал прогуливалась, наслаждаясь видами и звуками города и раздавая листовки, и тут заметила небольшую группу людей перед кофейней «Квакенбуш» (полное название: «Межгалактическая кондитерская и эспрессо кафе капитана Квакенбуша»). Они только что закончили укладывать вдоль участка тротуара что-то похожее на миниатюрные рельсы и теперь катали по ним вверх и вниз какое-то громоздкое устройство.

Подойдя поближе, Опал догадалась, что это кинокамера, а люди, собравшиеся вокруг нее, – съемочная группа. Некоторых из них Опал часто встречала в «Друзьях». А еще там были двое ее соседей. Парни, стоящие за камерой, Рик и Ли, жили неподалеку от Опал и дяди Роско в доме, прозванном «Пальчиковой хижиной» – на его стене был нарисован большой указующий палец.

Опал знала, что Рик, Ли и их друзья снимают независимый фильм под названием «Бездельник». Ей об этом рассказала Мария, к тому же Опал и сама видела листовки-приглашения на прослушивание в их фильме, расклеенные вдоль улицы.

Опал некоторое время понаблюдала за съемками и тут заметила, что перед объективом камеры постоянно маячит стайка мух. Эта же назойливая стайка жужжала и вокруг актеров, раз за разом портя сцену, над которой они работали. Все это явно расстраивало Рика и Ли: им приходилось постоянно начинать все сначала и снимать одно и то же снова и снова. Получалось, что они тратят впустую много пленки, и это было плохо, потому что бюджет у них был крайне ограничен.

Но уж кто-кто, а Опал точно знала, что делать. Она срочно вызвала спасательную команду в составе Лаваки, Бразоса и остальных Вверх-тормышек и попросила их следовать за Риком и Ли, уничтожая всех насекомых, которые мешают съемкам. Работа съемочной группы немедленно наладилась.

Опал представилась Рику (который был режиссером) и Ли (который был оператором) и объяснила, что произошло. В знак признательности Рик сразу пригласил ее в массовку на роль продавщицы газировки. А еще он предложил отметить ее в титрах как официального дрессировщика летучих мышей для фильма. Опал согласилась, но только при условии, что он укажет и Вверх-тормышек, как официальных борцов с насекомыми на съемках.

Так Опал и летучие мыши подружились с Ричардом Линклейтером и Ли Дэниелом и помогли съемочной группе «Бездельника» – а это, надо вам сказать, один из лучших фильмов, когда-либо снятых об Остине и тех, кто в нем живет.

В другой раз во время прогулки Опал проходила мимо одной витрины, которая раньше была полностью заколочена досками. Но теперь доски были сняты, и помещение выглядело прибранным. К витрине была приклеена табличка с надписью: «Мороженое от Эми. Скоро открытие».

Опал заглянула через приокрытую дверь внутрь и увидела женщину, которая, пританцовывая, подметала пол. Опал пришла идея попросить разрешения повесить свою листовку на витрину. Она вошла в магазин, но женщина продолжала танцевать под музыку, доносящуюся из радио, явно ничего не замечая.

– Кхе, кхе, – откашлялась Опал, давая знать о своем присутствии.

Женщина вскрикнула от неожиданности и, увидев Опал, представьте себе, ни капельки не разозлилась. Напротив, она расплылась в одной из самых дружелюбных улыбок, которые Опал когда-либо видела.

– Извини, – сказала женщина, отдышавшись. – Я тебя не заметила! – И она протянула руку для пожатия. – Я Эми.

– Привет, Эми! Я Опал.

– Приятно познакомиться, – сказала Эми. – Но, боюсь, мы откроемся только на следующей неделе.

– О, все в порядке, – сказала Опал. – Я просто хотела спросить, можно ли мне вывесить одну из моих листовок о летучих мышах в витрине вашего магазина, чтобы прохожие могли ее увидеть?

Она протянула Эми одну из копий, которую держала в руках. Эми пробежала ее глазами.

– Конечно! – ответила она и снова улыбнулась. – Пару дней назад я впервые сходила посмотреть на летучих мышей, и их полет на фоне заката был невероятно прекрасен. – Но стоило ей пробежаться по тексту листовки, и ее улыбка мгновенно угасла, а лицо помрачнело. – Что? Я и понятия не имела, что кто-то пытается от них избавиться. – Эми подняла глаза на Опал. – Мы не можем позволить им сделать это, Опал! В листовке все отлично сказано. Миру – мир, мышам – мост!

– Именно! – Теперь пришла очередь Опал широко улыбаться. – Я так рада, что вы согласились помочь с распространением информации! Спасибо большое!

– Конечно, с удовольствием! – ответила Эми, взяла листовку и скотчем приклеила на витрину своего магазина. – Если я смогу еще чем-нибудь помочь, просто дай знать. И непременно заглядывай на следующей неделе после открытия. Я подарю тебе бесплатный рожок с двумя шариками. Договорились?

– По рукам!

Вот так Опал и Эми из «Мороженого от Эми» стали союзницами. А когда Опал вернулась на следующей неделе, то обнаружила, что на всех бумажных стаканчиках и обертках для рожков Эми напечатала ее слоган, прямо под логотипом своего магазинчика: «Миру – мир, мышам – мост!» И этот лозунг был повсюду, куда ни бросишь взгляд. Перед входом стояла огромная толпа людей, наслаждающаяся мороженым, и Эми каждого из них превратила в живую рекламу в поддержку летучих мышей.

Наставление Энн Ричардс эхом отдавалось в голове Опал. «Будьте смелее, и могущественные силы придут вам на помощь».

Несколько дней спустя Опал и Елена прогуливались с Меллоу по Оттяжке и заметили впереди мужчину, который пел, аккомпанируя себе на гитаре. Поравнявшись с ним, они остановились послушать. Он играл песню «Я проживаю свои разбитые мечты», и, когда закончил, Опал и Елена сгребли из своих карманов всю мелочь и опустили ее в открытый футляр для гитары. Мужчина склонил голову в знак благодарности, затем опустился на колено, чтобы погладить Меллоу.

– Привет! – сказал он приветливо. – Как дела?

– Отлично, – ответила Елена. – Спасибо, что спросили.

– Меня зовут Дэниел Джонстон, – сказал он. – Я музыкант и автор песен. А еще работаю уборщиком в местной забегаловке.

– Рада с вами познакомиться, – ответила Опал. – Меня зовут Опал, это моя подруга Елена. А это броненосец Меллоу. – С этими словами она протянула Дэниелу листовку. – Мы пытаемся помочь летучим мышам найти свое место в городе.

– Ого! Правда? – Несколько секунд он изучал листовку, затем, прищурившись, посмотрел на ярко-голубое небо. – Но я не вижу ни одной летучей мыши.

– Большинство сейчас спит, – сказала ему Опал. – Под мостом Конгресс-авеню в центре города.

– Хорошее место, – кивнул Дэниел. – Я сам пару раз там ночевал, когда только оказался в Остине. Я приехал сюда с цирком и решил остаться.

Дэниел достал из рюкзака две кассеты и вручил по одной каждой из девочек. На этикетке была изображена странного вида лягушка и надпись «ПРИВЕТ, КАК ДЕЛА[19]».

– Тут записаны некоторые мои песни, – пояснил он. – Это бесплатно.

– Спасибо! – Опал положила кассету в карман, затем протянула Дэниелу экземпляр своего «Мышезина». – Это наш зин о летучих мышах. Он тоже бесплатный.

Дэниел взял его и поклонился в знак благодарности. Некоторое время он просто стоял, листая зин, а Опал за ним наблюдала.

– Это очень круто! – сказал он наконец, опускаясь на колени, чтобы положить журнал в свой рюкзак. – С радостью его прочитаю, когда освобожусь. – Затем он выпрямился и широко улыбнулся обеим девочкам. – Не волнуйтесь. Остин не похож на большинство других мест. Он особенный. Если я смог здесь прижиться, то, бьюсь об заклад, и ваши летучие мыши смогут.

– Спасибо, Дэниел, – ответила Опал, улыбаясь в ответ. – Надеюсь, вы правы.

Вернувшись домой, Опал прослушала кассету Дэниела и сразу же влюбилась в его музыку. Но песни создали у нее впечатление, что их автору, Дэниелу, немного одиноко, так что она попросила Вверх-тормышек начать за ним присматривать. С тех пор всякий раз, когда летучие мыши замечали, что Дэниел в одиночестве бродит по Оттяжке, они слетались и кружили над ним, чтобы составить ему компанию. Дэниел всегда был рад их видеть, даже когда был занят или не в лучшем настроении – а такое случалось. В следующий раз, встретив Опал, он сказал, что ему нравится эта мохнатая компания, потому что их присутствие помогает ему расслабиться.

Вот так Опал и летучие мыши подружились с Дэниелом Джонстоном.

Позже, на той же неделе, у них с Еленой произошла похожая встреча с легендарным местным автором песен Блейзом Фоули. И снова на прогулке с Меллоу. Они шли вдоль шоссе, и тут у одной из машин что-то громко хлопнуло в карбюраторе, напугав броненосца. Тот дернулся в сторону с такой силой, что его самодельный ошейник порвался, и Меллоу бросился бежать вниз по улице. Большинство прохожих в ужасе от него шарахались.

Но один высокий бородатый мужчина не дрогнул и остался стоять на месте, пристально глядя на приближающегося Меллоу. Рукава его куртки были обмотаны серебристым армированным скотчем, а вместо ленты для шляпы он использовал эластичный пояс с надписью «E. T.»[20].

Он ловко схватил Меллоу за хвост и держал его так, пока не подоспели Опал и Елена. Бородач улыбнулся и передал Меллоу Елене. Затем он осмотрел сломанный ошейник, болтающийся на другом конце поводка. Почесав бороду, оторвал длинную полоску клейкой ленты от рукава своей куртки и в качестве временной меры несколько раз обмотал ею сломанный ошейник Меллоу, после чего помог Опал и Елене надеть его обратно на броненосца. Обе девочки горячо поблагодарили незнакомца, но Блейз только кивнул, приподнял шляпу и… пошел себе дальше по улице, не проронив ни слова.

Опал и Елена могли бы так и не узнать, на кого налетел их незадачливый питомец, если бы не увидели статью об их спасителе в «Остин Кроникл» несколько недель спустя. Они сразу его узнали. Просто вторых таких больше и не бывает! Опал купила кассету с его песнями, и все они ей понравились. Особенно та, что называлась «Овальный кабинет». И еще одна под названием «Не миленько ли это?».

Вот так, даже не зная об этом, Опал, Елена и Меллоу познакомились с Блейзом Фоули.

Однажды субботним вечером дядя Роско сказал Опал, что приготовил для нее нечто особенное. Он привел племянницу в кампус Техасского университета, к высокому коричневому зданию без окон, с крышей с длинными выступающими коньками. Они вошли внутрь, и дядя Роско провел ее через дверь с надписью «Студия 6А».

Опал оказалась в большом зале без окон, со множеством пустых кресел и сценой в дальнем конце. За сценой – вырезанная из картона декорация, изображающая городской пейзаж Остина. Стоило Опал ее увидеть, как она сразу поняла, где находится: это же съемочная площадка шоу «Добро пожаловать в Остин!» Именно здесь записывались все те выпуски, которые она смотрела по телевизору с мамой, дядей Роско и Вверх-тормышками. Неужели теперь она увидит один из эпизодов вживую? И не просто увидит, а возможно, и примет в нем участие, потому что дядя Роско попросил кое-кого и раздобыл для них два места в центре первого ряда! Вот это да!

Не успели они занять свои места прямо перед сценой, как начали собираться и другие зрители. Опал спросила дядю, кого пригласят на шоу в этот раз, но он не знал. И другие зрители тоже не знали.

– Покупая билет на запись «Добро пожаловать в Остин», никогда не знаешь, кто будет выступать в этот день, – сказал ей дядя Роско. – Так что остается только скрестить пальцы и надеяться, что это будет кто-то действительно хороший. Хотя нехорошие здесь и не выступают.

Он улыбнулся и скрестил пальцы. Опал улыбнулась в ответ и скрестила свои. Их разговор слышали люди, сидевшие рядом. И все они тоже улыбнулись и скрестили пальцы.

Так много скрещенных пальцев, должно быть, призвали по-настоящему огромную удачу, потому что музыкантом, который вышел на сцену в тот вечер, оказался легендарный гитарист Стиви Рэй Воган со своей группой «Double Trouble».

Опал сидела, тая от восторга. Это было лучшее шоу в ее жизни! По крайней мере, до сих пор.

Лавака, Бразос и остальные Вверх-тормышки тем временем уже вылетели на ночную охоту и пролетели над кампусом Техасского университета как раз в середине выступления. Они оказались достаточно близко к Опал, чтобы установить с ней телепатическую связь и несколько секунд читать ее мысли. Этого хватило, чтобы понять, где она находится и кого слушает… И у них случился мгновенный прилив моджо. Теперь, когда они знали, что Стиви Рэй Воган и «Double Trouble» выступают на «Добро пожаловать в Остин» в одном из зданий прямо под ними, они просто обязаны были попытаться попасть внутрь.

Бразос первым проник в здание – через вентиляцию на крыше. Лавака и остальные Вверх-тормышки – за ним. Они пролетели по нескольким воздуховодам, пока наконец не добрались до студии. Одна за другой летучие мыши протиснулись через вентиляционное отверстие, а затем повисли на осветительной установке прямо над сценой.

Опал была настолько поглощена музыкой, что даже не заметила, что ее друзья сгрудились наверху под потолком. По крайней мере, не сразу.

Вверх-тормышки знали, что им не стоит привлекать к себе внимание, но их выдержки хватило всего на пару минут. Что и понятно: от мощного заряда музыки Стиви Рэя любой бы потерял голову! Первыми завораживающему ритму блюза поддались Перл и Сабина – как и положено самым большим его поклонницам. Они сорвались с места, взлетели и начали кружить по сцене, танцуя под блюзовый рифф.

Зрители, кажется, ничего не заметили, и это придало смелости другим летучим меломанам. Один за другим они взлетали и присоединялись к Перл и Сабине, пока на осветительной установке не остались только Лавака и Бразос. Но затем и они отбросили осторожность.

До самого конца шоу моджо танцующих в полете летучих мышей заставляло публику наслаждаться музыкой еще больше, а еще заряжало энергией Стиви и его группу, благодаря чему они отыграли лучшее выступление в своей жизни.

Когда наконец отзвучала последняя песня и музыканты покинули сцену, несколько человек в зале подняли глаза и заметили стаю летучих мышей, кружащих прямо у них над головами.

– Летучие мыши! – вскрикнул кто-то… И в студии началась паника.

Люди бросились к ближайшему выходу, и Опал с дядей Роско были вынуждены последовать за ними, чтобы их не затоптали.

– Успокойтесь! – крикнул дядя Роско. – Они никому не причинят вреда. Они не опасны!

Но никто не обращал на него внимания. Перед тем, как толпа вытолкала Опал и ее дядю наружу, та успела крикнуть летучим мышам, чтобы они улетали прочь тем же путем, которым сюда проникли. Летучие мыши попытались было снова протиснуться в вентиляционное отверстие, но быстро поняли, что попасть в него с обратной стороны гораздо сложнее.

Тогда они попробовали вылететь через одну из дверей, но после того, как здание покинул последний зритель, рабочие сцены закрыли все двери, заперев незваных гостей внутри.

А затем они вызвали отряд по отлову летучих мышей.