Мне не дали времени подумать. Лишь успела шепнуть Ириле, чтобы предупредила Сальмогора. О чем думают князь и воевода? Не о моей безопасности уж точно.

Девушка сработала быстро. Друид нагнал нас у самого входа в подвал. Молчаливо пристроился позади. Кивнул мне и будто слегка подмигнул. Или мне показался намек на подмигивание. Стоило шагнуть в темные коридоров застенков главного терема, как бравада сменилась настоящим липким страхом. Поэтому иметь за спиной обученного мага было не лишним. Пусть будет и подстрахует.

Я не знала ничего о темных жрецах. Сальмогор лишь поверхностно коснулся темы темных богов прошлого. этот мир не помнил о них уже много лет. Но ясно запомнился факт того, что ракуарье стали для людей богами, когда уничтожили эту пакость. До их появления люди верили в карающего злого бога, жили в страхе и приносили человеческие жертвоприношения. Ничего подобного в огромных масштабах в земной истории никогда не упоминалось. Да, приносили кровавые жертвы. Да, но происходило это не повсеместно. История Европы имеет больше подобных фактов, связанных с еретиками и колдунами.

Сами темницы находились по канонам жанра в подвалах терема. Они сплошь состояли из каменных стен. Даже на миг подумалось, что нижние этажи укрепляли специально каменным основанием, что там до сих пор могли содержать тех самых темных жрецов. Слабое освещение, вековая паутина и склизкие потеки влаги создавали соответствующий антураж.

Когда я почувствовала, что бесконечный коридор заканчивается, замедлилась, окрикнув воеводу.

— Дальше не пойду, пока вы мне не расскажите, что меня ждет, что спрашивать, какую роль отвели.

Тот недовольно нахмурился. Взглянул на защиту за моей спиной и соизволил ответить. Пригодился-таки друид.

— Вам необходимо просто присутствовать. Он пообещал выдать часть информации о своих планах.

— Князь был прав, пытаясь узнать на деле об этих планах? У вас не получилось его разговорить, — последнее произнесла уверенным голосом, — инструкции будут? Что конкретно спрашивать? Какие провокации могут быть?

Воевода на миг отвел взгляд, подтверждая, что дела совсем плохи.

— Нужно попробовать вывести его на эмоции, тогда князь считает информацию, — слишком двояко звучали его инструкции, но потом он вдруг посмотрел в мои глаза, поймав в свои сети, — о безопасности не волнуйся. Его поместили в антимагическую темницу, там будет князь, я, двое самых сильных темников князя и друид.

Последнее произнес, словно плевался. Я что-то пропустила в виде пробежавшей мимо них черной кошки. До этого они вполне уважительно общались. Заметила на лице друида снисхождение, легкую издевку. Их конфликт касается меня? Или мне показалось?

— Это хорошо, я сама помните стремилась поучаствовать в допросе. Но сейчас поразмыслив, понимаю, что противник попался вам сильный. Раз за три дня не смогли его расколоть. Буду осторожной.

Пообещала скорее себе, чем ему. Мне есть ради кого жить в этом мире. За эти два дня я многое переосмыслила. Мужчины зло. Боги не посылают мне верного и достойного мужчину, потому что я сама не готова к новым отношениям. Но сейчас не об этом. Мне за пару минут предстояло продумать линию поведения в общении с темным жрецом. Хотя об этом должны были позаботиться мужчины, изучавшие советника эти дни.

Решила молчать, вставлять буду раздражающие реплики, вызывая того на откровенность. Остальное по ходу дела. Приказала себе собраться, успокоиться и сконцентрироваться на своем даре, как учил друид. То, что он работает и на людей мы выяснили еще в самом начале обучения. Помниться серебряные мушки с золотыми крылышками серьезно щекотали нервы. Всегда жалела, что дар не помогал читать людские мысли. Было бы легче жить, знай я о намерениях людей. Смогла бы предупредить предательство Арты и помочь ей справиться с соблазном.

В конце коридора была всего одна темница. Металлические прутья без замка. Изучив темный провал, успокоившись найдя взглядом неясный силуэт, обратила внимание на тех, кто тут присутствовал. Воины из отряда князя стояли справа от решетки, молчаливо изучая периметр темницы. Они мне были не знакомы, но на них была узнаваемая черная форма личного отряда князя. Сам князь восседал на табурете, видимо умаявшись ждать нас. Выглядел уставшим, словно не выходил отсюда все эти дни. Перевела взгляд на воеводу, теперь подмечая синяки под глазами, бледную кожу и мелкие морщинки на лице. Это могло быть игрой слабого освещения, а могло быть вселенской усталость от недосыпа. Может он и не был все это время с возлюбленной. Хотя какое мне дело до этого. Они позвали меня действительно от безнадежности, а не потому что всегда правы.

Князь подскочил со стула, приветствуя меня.

— Арда, наконец! Ты была права. Ты нужна нам. Побеседуй с несговорчивым жрецом, вдруг его посетит откровение.

Он пытался шутить, слова звучали слишком тепло. Мол смотри какой я, всегда остаюсь выше обстоятельств. Улыбнулась ему в ответ.

— Не могу ничего обещать. Так где наш пленник?

Он поприветствовал друида, как старого знакомого. Ему князь был рад не меньше, чем мне.

— Сальмогор, встанешь рядом со мной?

Тот кивнул.

— Встану. Такова наша договоренность. Вставать за спиной при действительно страшной опасности.

— Сейчас, — князь сам отдал приказ осветить темницу, открывая зрелище на скрюченного мужчину, лежащего на узкой лавке. Пленника разместили без удобств, видимо желая сломать. Когда он начал подниматься, то стали видны следы не меньшего недосыпа, чем у воеводы с князем. Он не сразу заметил меня, будто до этого находился в прострации и не слышал звуки нашего разговора, не видел нашего прихода. Как только он вперился в меня взглядом ощутила волну липкого ужаса, было отступившего после разговора с воеводой.

Сделала шаг вперед, приказывая.

— Остановись жрец! Иначе никакого разговора не будет!

Тот почти дошел до решетки. После моего приказа остановился, впрочем не испытывая раскаяния. Он заговорил бархатным обволакивающим голосом, раскрывая секреты как влиял на Аленику.

— Не бойся, дитя. Недооценил я тебя. Исправим!

Он говорил много, описывая перспективы совместного воспитания детей, постройки нового княжества в ничейных землях в горах. Я время от времени отмечала реакцию воеводы, князя, Сальмогора. Создавалось впечатление, что они не слышат слова жреца. Вдруг он обратился ко мне напрямую, проверяя видимо как сумел обработать меня.

— Согласна, дитя? Зачем тебе эти несмышленыши? Прожить вторую жизнь можно не только красиво, но и с пользой для себя.

В ужасе застыла, пытаясь рассмотреть свой приговор на лице князя. Если до этого меня считали лишь Ардой, изменившейся в пещерах предков, то сейчас вставал вопрос моего полного поражения.

Вопреки страхам увидела удушающую картину равнодушия князя и воеводы, будто они слышали совсем другое. Это мой шанс! Или пришло время раскаяться и наконец взять судьбу в свои руки! Отъезд в горный край показался надеждой. Расправила плечи, понимая, что жрец переиграл сам себя, что ему не выгодно подставлять меня, что окружающие слышат совсем другое.

Заговорила тем самым голосом, который располагал к доверию, чтобы выяснить и другие факты. История со жрецом попахивает вселенским заговором, а тут и нити ведут к ним. Только жрецы храмов знали о сути моих детей, о том, кто такие ракуарье на самом деле. Нет, он мог использовать знания, полученные от отца и деда жреца, но догадаться использовать эти знания в своих интересах! Кто-то сильный стоял за ним. Скрюченная и внешне сломленная поза не могла обмануть. Он оттягивал свой приговор, уходя в несознанку. Кто-то должен прийти за ним.

— Допустим, я выведу вас отсюда, уеду с вами, прихватив детей, но как это поспособствует моей свободе? Откуда уверенность, что новое княжество станет великим? Вы имеете достаточно средств для того, чтобы провернуть это? Нам кто-то сильный поможет стать выше над людьми?

В его глазах заплескалось удовлетворение.

— Я знал, что ты не глупа. Мой друг не мог послать глупышку присматривать за будущим нашего княжества, — улыбнулся открыто, вызывая диссонанс. Будто я смотрела в лицо истинного друга. А потом снисходительно добавил, совершая роковую ошибку всех преступников, теряя бдительность, — храм даст нам денег, людей. Отец всегда говорил, что боги изжили себя. Давно позабыли о смертных. Нет, конечно безымянная богиня иногда показывает свою волю, но не другие. Нет среди смертных избранных, вершащих благие дела во имя богов. Они ушли из мира. А тот, кому решили служить, напоминает о том, кем родились до начала времен. Ракуарье не пришлый народ. Они остатки древних, служащих ему и предавших своего господина.

Так и хотелось сказать — тогда какой он тебе друг, но фанатичный блеск в глазах и непоколебимая уверенность в свой правоте остановили от необдуманных слов. Я покивала ему, заявив, что устала.

— Твоя магия странно влияет на меня, вызывает слабость. Пойду отдохну, соотнесу твои планы с моими и вернусь, чтобы освободить. Жди, — тихие слова разорвались бомбой. Вокруг исчезла оглушающая тишина. Разом стали слышны звуки окружающего мира, капли влаги, застывающие в черную смолу, голоса воинов и князя. Оказывается они все время вели с нами диалог. Вопрос заданный князем застиг врасплох.

— Ты же должна была вызвать его на откровение, а не рассказывать о детях. Зачем?

Улыбнулась растерянно, рассматривая спину жреца, бредущего к своей лавке.

— Я устала, проводите меня домой. Продолжим завтра.

Уже воевода растеряно подхватил оседающее тело своей еще пока жены. Не сопротивлялась, подмечая, что друид направляется за нами к выходу. Теплая волна его силы обволакивала теперь сильнее, напитывая силой. Это он! Сальмогор дал возможность противостоять темному жрецу. Поблагодарила друида мысленно, не в силах ответить князю.

— Ты хоть что-нибудь узнала? — лишь кивнула тому в ответ, заметив, как спина жреца напряглась. Он приготовился слушать мои откровения. Не услышав моих признаний легкой поступью продолжил путь к лавке. Интересно, в это время как ее называют? Помниться в современном мире такие лавки называют шконками. Не к месту вспомнившийся факт был последним перед тем, как я уплыла в спасительное беспамятство.

Очнулась резко, встретившись с взглядом воеводы и князя. Мыкнула про себя. Они охраняли мой сон или ожидают откровений. Перевела взгляд на друида, кивнув ему благодаря за поддержку.

— Освободите комнату, приведу себя в порядок и встретимся в кабинете.

Не успела назначить время, меня перебил князь.

— Тебе часа хватит? И не торопись, поешь. Жирная еда помогает не только после обильных возлияний. Магию не вернет, но придаст ил телу.

Они вышли, а я попыталась подняться, но слабость вернула к исходному положению в кровати. В комнату заглянула Ирила, всплеснув руками подражая Красаве, защебетала.

— Вот, а вы уговаривали отправиться с вами. Да меня мамка не пустит. Так подвергать себя опасности! Мужчины сами должны решать свои вопросы. Не дело слабых женщин использовать.

Пусть говорит, главное помогла подняться, отвела в баню, помогла вымыться, одеться и выдала хорошую порцию жаркого с пирогами. Я от такой еды раньше времени кони двину! Но нет, съела все о крошки, опасливо останавливаясь на третьем куске большого пирога. Вопреки опасениям, меня не потянуло в сон, а я наконец смогла идти на своих двоих не шатаясь, как медведь-валун.

Мужчины уже ждали меня в кабинете, словно следили за мной. Появившийся Ждоб перед самой дверью, покаялся.

— Не мог им не рассказать. А то пришлось бы кого посылать их собирать в кучу. Да и нечего чужакам шастать по дому.

И то верно! Как их семейство переживет наш отъезд? Мы же питаем дом магией.

— Расстояние не помеха. Только ты там не забывай о ас и не подвергай себя и детей опасности.

Тихий шепот раздался у самого уха, исчезая вдали, пряча горечь домового.

— И так господа! Я расскажу все о жреце и его планах.

Мужчины приготовились слушать длинный рассказ, оказалось, что я находилась под властью жреца два часа. Он вытягивал из меня магию, чтобы творить собственное волшебство. Князь прикрывал всех людей от его воздействия. А меня специально обошел в своей заботе. Прямо так и виделась Ирила, сетующая на то, что настоящие мужики не должны использовать слабых женщин. В этом формате отношение воеводы ко мне выглядело по-другому. Он воспринимал меня как средство, как вынужденную мать уникальных детей и никогда как обычную женщину. Что ж, получайте откровения, господа!

Предательство жрецов столичного храма, исчезновение богов, капля божественной воли безымянной богини. Пробуждение одного из темных богов, имя которого я так и не узнала. Жрец был слишком осторожен, не дав в мои руки самые главные ответы. Его планы на нас с детьми, планы на создание великого княжества. И главный вопрос дня.

— Справитесь со жрецами и храмами без меня?

— Справимся, — поторопился ответить князь. Вот и ладненько!

Когда князь и воевода завершили устроенный перекрестный допрос, выдохнула, желая поскорее остаться одна. Заметив, как друид уходит вместе с ними, спросила.

— Вы вернетесь?

— Обязательно, утром, как и планировали уезжаем. Не безопасно здесь оставаться.

Друид вернулся поздно, заявив, что пора спать. Происходящее и о своем вкладе в поимке темных жрецов в храме, расскажет в дороге. Путь-то долгий предстоит. Остановила на подлете свое желание знать все сейчас. Опять помчусь помогать, не думая о своей безопасности, а детям нужна здоровая мать.

Засыпала в слезах, прощаясь с этим местом. Сегодня один из домовят лично присутствовал рядом со мной и обозначил свою власть над будущим домом. Ему пора вставать на свое дежурство, вырос по словам Ждоба. А я и не против помощника. Помниться, они и строить помогают и обустраивать новый дом, за который несут ответственность.

Слезы были немного злые, припомнились мои надежды на счастливую семью, сочувствие друида.

Ничего все еще будет у меня! И семья, и безопасный дом, и дети, которые вырастут сильными и добрыми, справедливыми и умными.

Отправляясь по утру в неизвестность с небольшим обозом, состоящим из четырех возков, рассматривала свой первый дом с грустью. Когда-нибудь я вернусь сюда.

Оставшаяся Ирила вдруг вызвалась присматривать за домом. Ждоб радостно заявил, что принимает ее семью в своем доме. Мол хоть кто-то будет наводить беспорядок. Для остальных дом будет законсервирован. Ирила пообещала передать лично в руки мое послание воеводе. В нем я прощалась, заявляя, что расторгнуть наш брак в его силах. Странно подставлять мужчину, которого люблю, но он сам сделал свой выбор. Так пусть прочувствует его!

Сокольничий ехал на гнедом жеребце. Его верный сокол кружил над обозом. Друид о чем-то с ним переговаривался. А я пыталась услышать хоть часть их разговора. Напрягали увертывания друида. Он не торопился рассказывать о том, что происходит в храмах и о планах князя. Пытался защитить меня от себя самой, но мы же давно проехали столичные заставы и возвращаться было бы глупостью. Врединка отчего-то мешала подслушивать, лениво отправляя свой хвост мне на колени, что сильно отвлекало. И Тимоха вел себя странно. Всю дорогу лаял жалобно, будто что-то предсказывая. Его выпустили из обоза недавно. Такая большая тушка привлекла бы ненужное внимание, а белые пятна выдали бы в темноте обоз.

Все выяснилось через три часа, когда мы остановились на привал. Солнце давно светило, разогнав ночную хмарь, и припекало не по-осеннему жарко. Почему-то объехали небольшой городок, не заехав в таверну, остановившись в глубине небольшой березовой рощи.

Две няньки ехали со мной в одном возке. Правил им Васька. Во втором возке разместились Красава, Сургачка и Самила. Братья Тереховы управляли этим возком и третьим с нашей поклажей. Четвертый возок оккупировали два охранника и Архип. В нем мужчины отдыхали по переменке. Четыре лошадки вели в поводу, привязав их к специальным металлическим поручням. Лишь друид и сокольничий ехали верхом, будто насмехаясь над остальным. Но по перешептыванию перед поездкой, слышала, что все они планировали меняться и занимать место кучера.

Женщины высадились первыми. Они уже доставали походный котелок, сумку с припасами. Архип ухаживал за лошадьми, Каська русоволосый воин соображал костер. Покосилась на просвет между деревьями. Нас будет видно с дороги. Надо было ехать дальше и искать более безопасное место. Друид подошел со спины.

— Не бойся. Я отвел глаза от нашей стоянки. Путники проедут мимо. Пойдем. Поговорим, иначе же умрешь от любопытства.

Он как будто знал эти места, вывел к небольшой речушке. Из кустов вынырнул Свят второй воин. Он крикнул нам весело, чтобы не задерживался. Мол они настолько голодные, что оставлять их наедине с котелком не следует. Рассмеялись его шутке и ответили также весело, наблюдая как он зачерпывает воды сразу в два ведра. Видимо одно для лошадей.

Лишь когда остались одни друид рассказал чем вчера все закончилось в главном тереме.

По тревоге были подняты все восемь отрядов дружины. Они в вечер захватили столичный храм. Сопротивление им было оказано по всем правилам, но князевы воины взяли количеством. Оказалось в храме обитает посвященных магов человек десять, свой собственный отряд подготовленных воинов. Они собирались уже вызволять своего жреца. И нет, жрецы храма не поклонялись темному богу. Всего один из них имел темную ауру. Остальные готовились лишь служить ему. Прошло бы пару месяцев и столица погрязла бы в жертвоприношениях. Нашлись те, кто раскаялся и сдал ближайшие храмы и верных жрецов новой моде.

Но это не страшно. Победили в чем я не сомневалась. Так отчего же друид не торопился рассказывать?

— Воеводу ранили сильно. Вместо него по городам отправился средний сын князя. Святослав справиться. И нет, мчаться в столицу не нужно. Я его сам подлатал, восстановил насколько мог. Теперь только время излечит. Да и у постели его есть кому дежурить.

Намек без намека! Понуро опустила голову думая о превратностях судьбы. Хотелось о многом расспросить, но я спросила совсем о другом.

— Поэтому мы города объезжаем?

— Не всех темных выловили. Кто успел убежать, могли предупредить. И да, именно поэтому мы выехали до рассвета из столицы, чтобы миновать ворота, когда горд еще спит.

Это даст шанс миновать засады и темных жрецов.

— Сколько их? Ты знаешь откуда угроза?

— В каждом храме затаились те, кто сочувствует темному богу. Все храмовники давно почуяли отсутствие богов и скрывали это даже от князя.

— Это-то понятно. Кому захочется терять власть. Да и внутри храмов наверняка оставались истинные жрецы. Не удивлюсь, если у них идет своя борьба.

— Права, в горы те тоже людей отправили. По признанию жрецов там находиться поселение молодняка одаренного. Их там обучают, — покивала с понимаем, представляя базу на природе, — откуда вдруг столько одаренных? Почему ты пришла именно в этом году? Почему ракуарье отдали своих детей?

— Я выяснила лишь то, что грядет какая-то опасность. Все намекает на какую-то войну. И ящеры в туннелях просили привезти детей, когда они будут готовы на посвящение. Мол тени готовы занять нашу сторону. Не знаю, когда это будет и что. Дети перестали расти быстро, остановились на возрасте четырех лет, будто кто-то поставил цепочку событий на паузу, — взглянула на друида, спрашивая, вас же что-то привело ко мне. Какие-то предсказания? Может и надо было остановить темных жрецов?

— Всех не переловишь. Кто-то да затаиться. По моим данным грядет не война, а катастрофа, которая изменит мир до неузнаваемости.

— Но такое всегда ведет за собой передел власти. Хотя хотелось бы знать больше обо всем что предстоит. Потому что иногда богиня приводит к простым событиям, будто меняет действительность.

Друид потеребил бороду по-стариковски.

— Если все правда и осталась одна она, то ей нужно дать силу верующих.

Продолжила его мысль, не удержавшись.

— Поставить ее статуи в храмах. Жрецы проштрафились, согласятся. И храм в горах для нее.

— Поговаривают, что именно там, где хранят свои тайны тени уже есть ее храм. Думаешь она ведет нас к нему?

— Зачем такие сложности? Не проще возвести новый храм? К тому же во всей этой истории многое не сходиться. Славаля древняя богиня уж точно есть. Она как будто отгородилась мирком Славичей. Опять же безымянная богиня никуда не исчезла. Друид вдруг спросил.

— Откуда ты? Не знаешь прописных истин, что в мире существует множество богов. Каждому из них принадлежит свое.

— Оттуда, где богов давно нет. И если бы сама не столкнулась с феноменом безымянной богини и существованием магией, то посчитала бы наш разговор бредом.

— Значит будущее измениться, — сделал свои выводы друид, — и как там, княжества наши есть?

— Говорят, что в будущее заглядывать грех. Но скажу одно, что многие столетия о них никто не слышал. Лишь недавно начали находить под земной толщей свидетельства их существования.

— Значит из далекого будущего.

Я вдруг задумалась. А не могло ли мое попадание так далеко в прошлое способствовать тому, чтобы у нас в современном мире не наступило катастрофы? Из задумчивости меня вывел не друид, а лай Тимохи и жужжание стрелы, упавшей у ног. На инстинктах упала на землю, оглядываясь по сторонам, ища источник опасности.

Посмотрела в глаза друиду и увидела в них равнодушие. Он не просто так остановился на этой поляне. Он знал, что на нас могут напасть.