Я:

Прошло две недели, а ты все еще игнорируешь машины, которые я к тебе посылаю.

Эверли:

Откуда у вас мой номер?

Я:

Ты работаешь на меня. У меня есть номера всех сотрудников.

Эверли:

Если что, базы данных сотрудников нужны не для этого.

Я:

Я использую их так, как считаю нужным. Поезжай сегодня домой на машине.

Эверли:

Мне не нужна машина – я сама добегу до дома. Но я ценю вашу заботу.

ОНА ЦЕНИТ МОЮ ЗАБОТУ? Я бы больше оценил возможность положить ее на живот и отшлепать за то, что бросает мне вызов при каждом удобном случае. Могу я ей это написать?

Три точки внизу экрана, показывающие, что она печатает, то исчезали, то появлялись снова, прежде чем я получил новое сообщение.

Эверли:

Спасибо за дополнительные слоты на занятия с детьми. Здорово, что вы организовали занятия по самообороне по вторникам и йогу по средам.

Ей не нужно было благодарить меня за это. Я хотел, чтобы в HEAT было больше таких мероприятий, и Карл это знал. Стоило мне заговорить с ним об этом на следующий день после того, как Эверли сама подняла этот вопрос, он пробормотал, что не уверен, готова ли она.

Когда я сказал ему, что она готова, он широко улыбнулся и ответил:

– Отлично! Я рад. Видишь? Все получится.

Да, но только я не мог перестать думать о моем члене внутри нее при каждом удобном случае. Это его «все получится» казалось неосуществимым.

Когда двери лифта открылись, я поднял глаза и увидел, как Эверли улыбается ребенку у стойки администратора. Там она обычно оставляла бутылку с водой. На ней был спортивный топ на молнии.

И это в тот же момент стало настоящей проблемой, потому что я не мог отвести взгляд.

– Ты сегодня был умницей, Грейсон, – сказала она и отбила пятюню. Мальчик завертелся на месте, его мама стояла рядом. Когда он увидел меня, его глаза счастливо загорелись.

– Деклан Харди! Не может быть! – Он бросился ко мне, его каштановые волосы развевались на бегу, но вдруг он, запнувшись, замер. – Мам! У нас есть футбольный мяч?

Она широко улыбнулась, порылась в сумке и с легкостью достала маркер и кожаный мяч, словно у нее всегда все было готово на случай встречи с бывшими игроками НФЛ.

– Тебе понравилось на занятии? – спросил я, пока подписывал мяч. Мальчик энергично закивал.

– Я сделал лучшую позу «собака мордой вниз» за всю жизнь. А мисс Эверли говорит, что если я буду правильно дышать, научусь контролировать эмоции.

Когда я закончил выводить свою подпись на мяче, он обнял меня, а его мама сказала несколько слов благодарности. Потом они вышли – и в дверях появилась Пайпер. Я не смог повернуться к Эверли и поговорить с ней о том, как здорово она заботится о детях, как меняет их жизни, уча справляться с эмоциями через йогу.

Не смог, потому что моя PR-менеджер была настоящей гадюкой, которую абсолютно не интересовали мои планы на разговор с Эверли.

– Ты готов поговорить? – Пайпер отбросила свои идеально прямые, как смоль, волосы и прошла мимо стойки администратора, даже не отметившись.

Эверли тут же уткнулась в планшет – ей было не до нас. Она действительно ненавидела любое внимание – и тем более находиться в его центре. Я разочарованно вздохнул, потому что мне не удалось поймать синеву ее глаз или хотя бы слабую улыбку, которую так хотелось увидеть после двух недель наших отношений – исключительно профессиональных.

Пайпер монотонно бубнила, следуя за мной к одной из наших раздевалок. Мой брат позаботился о приватности, установив просторные кабинки и отдельные душевые, чтобы каждый чувствовал себя комфортно в общем пространстве. Пока мы шли мимо сауны к моему кабинету, я думал о том, напишет ли мне Эверли снова.

Могу ли я написать ей и поблагодарить за то, как хорошо она относится к детям? Могу ли сказать, что ценю ее?

– Ты вообще меня слушаешь? – Пайпер остановилась и скрестила руки на груди, пока я ослаблял галстук. Обычно я переодевался здесь, но, заметив, как ее взгляд скользнул вниз, а на губах появилась легкая улыбка, я замер.

Черт.

С Пайпер мы давно закончили отношения. Я давал ей это понять раз или два. А может, и три. Мы то сходились, то расходились годами, но сейчас мои мысли занимала только одна девушка, и это была не Пайпер. У той, о ком я думал, волны каштановых локонов ниспадали на изящную спину, ее синие глаза горели огнем, а сама она обладала таким самообладанием, которое, казалось, никто не сможет сломить. Но мне ужасно хотелось попробовать это сделать.

Пайпер шагнула вперед, потянулась умелыми руками к моему галстуку и начала расстегивать пуговицы на рубашке.

– Теперь я понимаю, почему ты меня не слушаешь.

– Нет. – Я остановил ее, перехватив запястья девушки. – В голове столько всего, Пайпер.

– Хорошо, – прошептала она, – дай мне тебе помочь выкинуть это все из головы.

Я знал, что через секунду она опустится на колени. Но даже мысль об этом не вызвала ни малейшего отклика.

– Пайпер, я сказал, что прошлый раз был последний. Я серьезно.

Она закатила глаза и фыркнула.

– Ладно. Та обувная компания подтвердила свое спонсорство.

Снова деловой тон – она была мастером своего дела, и это мне ужасно в ней нравилось.

– HEAT Resorts нужно скорее продвигать отель на Тихоокеанском побережье. Поговори об этом с братом, – она взглянула на часы. – Я опаздываю на встречу. И да, если мы не встречаемся, тебе стоит подумать об Анастасии. Моя лучшая подруга будет хороша для пиара.

Она ушла, оставив меня еще более раздраженным, чем прежде. Я переоделся в спортивные шорты и футболку. Но мое раздражение превратилось в настоящую ярость, когда я увидел Эверли в другом конце зала, наклоняющуюся, чтобы отрегулировать высоту боксерской груши.

Для Уэса.

– Эверли, – я попытался произнести это спокойным голосом. Но я буквально только что поменял ее график, чтобы она постоянно работала на ресепшене, за исключением занятий с детьми. Она была прекрасна в общении с посетителями, и, по крайней мере, так парни не будут пялиться на ее задницу, как это делал он в данный момент.

Это было неправильно, но я и сам не сводил с нее глаз. Я видел, что каждый мужчина в зале бросает на нее взгляды. Она была в отличной форме, с идеальными изгибами, еще и эти пленительные синие глаза. Такие глубокие… казалось, будто это сапфировые сирены, завораживающие тебя, прежде чем увлечь в воду и поглотить твою душу.

К тому же она была дочерью моего партнера. Я присматривал за ней. По крайней мере, продолжал убеждать себя в этом. Так я объяснил своему брату Доминику смену графика, когда он увидел изменения в расписании во время нашей встречи.

Никто не должен был знать о той ночи и том, что случилось во внедорожнике. Хотя я не мог забыть об этом. Я держал ее самообладание, ее контроль, ее проклятую слабость в своих руках. Она отдала это все мне. И с тех пор я не был уверен, что смогу сохранить контроль над собой. Я заставил ее уйти из дома другого мужчины. И она даже не была моей. Пока что.

Я мог бы свалить все на Карла. Он позвонил и практически назначил меня ее телохранителем, но она пробудила во мне что-то другое – в самую первую встречу. Эта девушка была красивой, доброй, сдержанной, но при этом не терпела плохого отношения к себе. Большинство мужчин в зале считали ее идеальной. Я слышал эти разговоры.

Но я не мог понять: она вскружила голову всем или только мне? Я был убежден, что, даже если она младше меня и половины парней в зале, ума у нее больше, чем у нас всех вместе взятых.

– Что вы хотели, мистер Харди? – она подняла руку, чтобы остановить Уэса. Он продолжал лупить по груше, которую она держала. Одним движением Эверли вытерла пот со лба, ее дыхание было учащенным.

Я скользнул по ней взглядом. Кажется, она принципиально не надевала футболку или майку в зал. На ней были обтягивающие легинсы для йоги и ярко-красный спортивный топ – одежда так идеально подчеркивала все ее изгибы, что я не мог отвести взгляд. В этот момент я всерьез задумался о введении нового дресс-кода для сотрудников, исключительно для того, чтобы другие не пялились на нее, как это делал я.

Темные волнистые волосы она собрала в хвост – благодаря чему открывался прекрасный вид на притягивающий взгляды изящный изгиб шеи. Я знал, насколько длинны ее волосы, представлял, как они выглядят со спины или как могут полностью скрыть вздымающуюся грудь, если рассыпать их по плечам.

Меня бесило, что она проводила эти занятия в моем зале во благо нашего бизнеса, демонстрируя этим парням гибкость и силу, хотя этим ублюдкам было нужно совсем не это. Ноа, например, не нуждался в чертовых уроках йоги для баланса в НХЛ. Ему нужно было только пялиться на ее задницу.

Прямо как мне.

Черт.

Если я не думал о том, чтобы схватить ее за волосы или упругую попу, то представлял, как провожу руками по обнаженному животу… тому самому, который сейчас блестел в свете ламп зала – освещение идеально подчеркивало ее рельефные мышцы, изящный изгиб талии и округлые ягодицы.

– Я, кажется, говорил тебе работать на ресепшене.

– Верно. У меня не было возможности сказать вам – вы ушли с Пайпер.

Ее щеки порозовели, и она прикусила губу, стараясь не сказать лишнего. Но я уловил нотку напряжения в голосе – кажется, она ревновала. Эверли кивнула на стойку администратора – там сидела одна из самых опытных сотрудниц.

– Юна взяла на себя эти обязанности, потому что Уэсу нужна была помощь в спарринге, так что… – она пожала плечами и улыбнулась Уэсу.

Тот, как настоящий мужчина, вступился за нее.

– Мне сегодня просто нужно было немного дополнительной мотивации. – Он подмигнул мне, словно я должен был понять.

О, я прекрасно понимал этого идиота.

– Мотивации? – я усмехнулся и потер подбородок, изо всех сил стараясь сдержать себя. Быть разумным. Держаться хладнокровно, как она всегда.

Эверли была сотрудницей. Дочерью моего партнера. Она должна была быть полностью вне зоны доступа и уж точно не моей.

И все же мой член реагировал каждый раз, когда она появлялась рядом. Мой разум начал кричать, что никто, кроме меня, не имеет права смотреть на нее. И мое тело, очевидно, больше не реагировало ни на кого другого. Прошло две недели с того момента во внедорожнике, и с тех пор я бесчисленное количество раз дрочил на нее.

– Деклан, – она прошептала мое имя, словно чувствовала, что во мне закипает ярость. Попытавшись меня успокоить, она мягко коснулась моего бицепса.

Но ее прикосновение только разожгло пламя ревности, которое лизало мои вены и заставило меня выпалить ту чушь, что я сказал дальше.

– Хочешь, я смотивирую тебя? Убирайся из моего зала, иначе я набью тебе морду за флирт с дочерью моего бизнес-партнера.

Охранник, находящийся поблизости, сделал шаг к нам. В НФЛ и в империи, которую я построил, я был королем. Никто не мог заявиться в HEAT Health and Fitness и злить одного из владельцев. Все, даже Уэс, знали это.

Я не собирался извиняться. Он должен был знать свое место.

– Бро, ты же знаешь, для меня ты легенда. Я до сих пор думаю, что ты можешь взять еще один Супербоул, если решишь вернуться через год или два.

Этот ублюдок знал, что я ушел из спорта и что он был одной из причин этого.

– Это не может быть настолько серьезно, чтобы ты, я и Карл не смогли пережить…

– Может, – я резко оборвал его. Уэс был змеем. Все в НФЛ знали это. Он должен быть благодарен, что вообще остался членом HEAT. Он понимал это, поэтому быстро отступил и пробормотал Эверли, что позвонит ей позже. Он не хотел, чтобы я рассказывал ей о его репутации, не хотел, чтобы я разрушил то, что, как он думал, у них было.

Чего он не понимал, так это того, что у них скоро не будет вообще ничего.

– Вы идиот? – выпалила Эверли, сжав кулачки по бокам, когда Уэс практически побежал в раздевалку. – Мы встречаемся. Вы не можете просто подойти и выгнать его.

– Твой отец хочет, чтобы я это сделал, – я пожал плечами. Черт, ее глаза становились ярко-голубыми, как кристаллы, когда она злилась. – Я говорил тебе той ночью и повторю снова: он не твой тип.

– Меня не волнует, чего хочет Карл, – выплюнула она. – Вы и мой отец – не мои надзиратели.

– Уэс – сволочь, – вырвалось у меня, хотя мне и не нужно было оправдывать свои действия перед ней. Карл Милтон ясно дал понять, что Эверли не разрешено встречаться ни с кем из команды Уэса.

Мы с ним были бизнес-партнерами. Этот человек жил и дышал моей командой. Когда я упомянул в прессе, что думаю о завершении карьеры, он нашел меня и предложил инвестировать в его империю отелей и спортзалов. Он оказался достаточно мудрым и разместил мое имя везде. Элитная Многопрофильная Команда Харди. Отели Харди. Харди то, Харди это. Мое лицо было везде, и Америка просто обожала меня.

Карл был моим другом и наставником, и я должен был сделать все, чтобы его дочь не встречалась с тем, с кем он не хочет. По крайней мере, пока что я придерживался этой версии.

– Откуда вы вообще можете это знать? Вы даже не общались с ним здесь, – заметила она.

– Именно. Потому что он играет грязно: как на поле, так и в жизни. Уэс изменял каждой женщине, с которой был в отношениях. Он не твой типаж. – Я развернулся и направился к стойке администратора, но она схватила меня за руку и дернула, заставив повернуться и продолжить разговор.

– Полностью мой типаж, – парировала она, потеряв на мгновение хладнокровие.

Я наклонился ближе.

– Он был твоим типажом в тот момент, когда намокла от моих пальцев? Когда кричала мое, а не его имя, уйдя из его дома той ночью?

Ее глаза расширились от моего вопроса, а затем сузились, будто она приготовилась нападать.

– Отлично. Так вы считаете, что я хочу серьезных отношений? Что меня волнует, изменял ли он кому-то до меня? – Она наклонилась ко мне и прошептала: – Может, я просто хочу переспать с кем-то в раздевалке разок-другой, как это делали вы с Пайпер.

Ее сапфировые глаза теперь пылали голубым огнем, ревность вырывалась на поверхность, смешиваясь с моей. Две бури, готовые создать настоящий ураган. Она хотела спровоцировать меня; я видел это по тому, как она выпрямилась, но, должно быть, она сразу же поняла свою ошибку. Я чувствовал бешено колотящееся сердце, ощущал, как реагирует тело, как гнев смешивается с желанием быть тем, кто отведет ее в раздевалку и сделает именно то, что она хочет.

Она сделала шаг назад, а я – вперед, и тогда она резко развернулась и направилась к раздевалке. Эверли распустила свои длинные волосы – они рассыпались по спине, а потом… дверь за ней захлопнулась. Клянусь, она дразнила меня, звала следовать за ней, играла с моим членом в дурацкую игру, в которой я не мог выиграть. Эверли – мастер манипуляций, а я – глупец, ведомый похотью, а не разумом.

Но я последовал за ней в раздевалку, быстро свернув за угол, чтобы никто не заметил, схватил ее за локоть и толкнул в первую попавшуюся душевую кабинку, не проронив ни слова.

– Какого черта, Деклан? – Она повернулась ко мне и запрокинула голову, чтобы посмотреть на приближающегося меня. Мы слишком долго играли в эту игру. Я хотел ощутить ее вкус, запах, почувствовать каждую часть тела. Я осторожно приник к ее шее, и она выдохнула, наклонив голову, давая мне доступ к своей коже.

И хоть она хотела переспать с кем-то другим.

И была на десять лет младше меня.

И была дочерью моего бизнес-партнера.

Но в тот момент Эверли принадлежала только мне.

– Если ты собираешься трахаться в моем зале, детка, будь уверена, твоим партнером буду я.

Она покачала головой и пролепетала:

– Я не говорила, что собираюсь делать что-то с вами здесь.

– Если ты говоришь о сексе, то лучше, чтобы это был только я, Капелька. – Я медленно провел губами по ее шее, одновременно ведя коленом вверх между ее разведенных ног. Она сразу же простонала в ответ, когда мое бедро с нажимом надавило на ее киску через ткань.

– Мы на работе. – Она посмотрела на меня, и я увидел похоть в ее глазах. А затем она облизнула губы. – И несмотря на то что я сказала раньше, я не трахаюсь на работе, как некоторые…

– Пайпер занимается моим пиаром. Она просто вводила меня в курс дела. Мы не…

– Это неважно. – Она отвела глаза и потянулась одной рукой к ожерелью на шее. Играя с ним, Эверли провела зубами по нижней губе. Она заблестела так, что я не смог удержаться и наклонился, чтобы ощутить ее вкус. Ощутить ее.

Я впился в ее губы поцелуем – и она сразу же приоткрыла рот. Эверли отвечала мне с таким же напором, с каким я поцеловал ее. Она брала от этого поцелуя то, что хотела, словно он ей был нужен так же сильно, как и мне.

Моя рука скользнула на ее грудь, и я почувствовал под пальцами затвердевший сосок, но Эверли, тяжело дыша, тут же оттолкнула меня.

– Мы на работе. В спортзале моего отца. Вашем спортзале. Я с трудом могу назвать себя частью сообщества. Я не хочу раскачивать лодку, трахаясь с королем этого места. Особенно если учесть, что этот король – друг моего отца.

С этими словами она ушла.

Я окликнул ее, но она не остановилась.

И она не ответила на мое сообщение, которое я отправил ранее, о том, чтобы она поехала домой на машине.

Я не написал ей об этом снова. Не смог. Вместо этого лишь попытался отпустить ее, потому что знал, что все, что сказала Эверли, было правдой.

Прошло немного времени, и я осознал, что нам будет сложно игнорировать это неправильное притяжение между нами.