НА СЛЕДУЮЩЕЕ УТРО, едва солнце встало из-за горизонта, в мою дверь постучали.

Я бормотала что-то невнятное, выбираясь из постели, и в тот же момент зазвонил телефон.

Я схватила его и нажала на зеленую кнопку ответа.

– Мам, еще слишком рано.

– Знаю, – она усмехнулась, а затем я услышала ее глубокий вздох. – Тоня заходила вчера. Я подумала, стоит тебе сказать. Она выглядела потерянной.

Я на мгновение закрыла глаза, пытаясь отогнать эту мысль, и направилась к двери.

– Я могу ей позвонить, но она, скорее всего, не ответит.

– Знаю, – она цокнула языком. – Но вы были лучшими подругами. Энди не может отнять это у тебя. Это несправедливо.

Но жизнь несправедлива. Энди смог отнять у меня все. Он отнял у меня доверие ко всем мужчинам, мое сердце, душу, уверенность. Он разрушил мою жизнь.

Одной историей.

Он утверждал, что я сделала то же самое с ним.

И все в городе поверили ему, золотому мальчику, которого они знали, а не мне, неизвестной для них девочке, которая училась на дому. Тогда у меня, наверное, не было шансов избежать этих сплетен, но я пыталась.

Рассказанную мной историю о насилии и домогательствах на вечеринке университетского братства просто замяли. Даже те девушки, которые стали его жертвами до меня, не свидетельствовали против него. Вместо этого его семья придумала другую историю.

Сплетни расползлись, дружба рухнула, дом, который я так любила, стал для меня чужим, и моя жизнь изменилась навсегда.

Я провела рукой по подвеске, которую когда-то носила вместе с Тоней. Сейчас, я знала, она больше ее не надевает.

– Кто-то пришел. Позвоню тебе позже.

– Ты мое солнышко, Эви, – прошептала она.

– Мое единственное солнышко, мам, – ответила я и повесила трубку как раз в тот момент, когда открыла дверь Деклану.

– Ты не выглядишь так, будто уже готова, – он расплылся в яркой, подобной лучам солнца, и раздражающей, как будильник на рассвете, улыбке.

– Я говорила, что никуда с тобой сегодня не поеду. Мне нужно к Кларе, а потом на работу.

– Все это отменено.

– Я планировала…

– Планы меняются, – он пожал плечами и прошел мимо меня в дом. Я заметила в его руках стаканчик кофе – и это была единственная причина, почему я позволила ему войти. Он протянул его мне.

Он не стал ждать особого приглашения: прошел мимо гостиной и кухни и направился прямо в спальню.

– Что ты делаешь? – я запнулась и, поставив кофе на стойку, бросилась за ним.

Он открыл ящики комода, в котором я аккуратно разложила всю свою одежду на неделю по цветам, и достал голубой свитер. Сегодня я бы его точно не надела – голубой для среды.

– Наденешь это, – пробормотал он, вытащил джинсы и, черт возьми, даже нижнее белье.

– Я не надену ничего из этого, – я фыркнула и схватила свитер, чтобы запихнуть его обратно в комод.

Он перехватил мою руку и притянул к себе.

– Будешь со мной спорить, Капелька? Из-за одежды? Тебе же нравится вся твоя одежда, так?

– Конечно, мне нравится моя одежда. – Я попыталась вырвать руку, но он не отпускал.

– Тогда для тебя не будет проблемой надеть то, что мне хочется видеть на тебе во время нашей поездки.

– Я не знаю, куда ты собираешься меня отвезти, поэтому не думаю, что…

– Все под моим контролем, – он перебил меня. – Надень это. Или ты хочешь, чтобы я тебе помог?

Мои глаза ошарашенно распахнулись. Я не смогла себя сдержать, потому что он вел себя как наглый придурок.

– Ты не всегда получаешь то, что хочешь, Деклан. Я сказала, что никуда с тобой не поеду…

– Верно, – он вздохнул, будто этот разговор его раздражал. Затем он схватил мою сорочку и стащил ее через голову. – Одевать тебя, прям как ребенка, не совсем то, что я планировал делать этим утром, но, знаешь, я не против раздеть тебя.

– Ты с ума сошел? – Я попыталась сопротивляться, но Деклан мастерски пресек все мои попытки и натянул на меня свитер, забыв при этом о лифчике. – Знаешь что? Ладно. Я надену то, что ты хочешь.

Я просунула руки в рукава.

– Дай мне минуту.

Уголок его рта дрогнул, показалась милая ямочка на щеке.

– Одевайся, малышка. Я подожду.

– Что? Ты думаешь, я не сделаю этого? – Я сощурилась и ткнула его в широкое плечо. На Деклане была белая майка с V-образным вырезом, которая подчеркивала рельеф его мышц, на вороте болтались очки-авиаторы. Бедра обтягивали черные шорты, а на ногах у него были мокасины.

Деловой Деклан был горяч, но повседневный Деклан – божественен.

– Думаю, ты найдешь, куда потратить свое драгоценное время. Может, составишь расписание в своей голове или распишешь все возможные сценарии этого дня? – Он хрустнул костяшками пальцев. – Я слишком нетерпелив для этого. К тому же… тебе стоит прожить хотя бы один день без лишних раздумий.

Я смотрела на него и думала о том, как же сильно этого хотела. Моя голова уже болела от мыслей об утреннем мамином звонке. Мне было интересно, сможет ли Деклан помочь забыть о нем, избавит ли от тревог и даст ли почувствовать себя в безопасности.

Я медленно скользнула ладонями по бедрам к кромке нижнего белья и подцепила ее большими пальцами.

Деклан не отвернулся. Напротив – он опустился на мягкое покрывало, которое лежало на моей кровати, и откинулся назад. Его глаза жадно наблюдали за мной.

– Не хочешь отвернуться?

– Зачем? Люди платят миллионы, чтобы купить шедевры искусства в свои дома. Любуются ими, прячут от чужих глаз. А ты передо мной – настоящий шедевр. И я не собираюсь упускать возможность еще раз полюбоваться тобой, малышка.

Белье упало на пол, кружевная ткань, проскользившая по ногам, вызвала стаю мурашек. Тело отреагировало на Деклана моментально – я чувствовала, что намокла. Он завладел тем, что я не хотела отдавать ни одному мужчине.

Моим желанием.

Моей страстью.

И мое доверие к нему росло. Пропорционально. Опасно.

Деклан ждал меня, непринужденно уговаривал, убеждал, находя нужные слова. Он приказывал, но вместе с тем щедро хвалил. И если бы я захотела отказаться, он бы дал мне произнести стоп-слово и уйти.

Он протянул джинсы, которые сам выбрал, и я медленно натянула их.

Никаких слов не было сказано. Они нам были не нужны. Его проницательный, изучающий взгляд скользил по моему телу.

К моменту, когда я была уже полностью одета, мне захотелось снова раздеться.

– Готова? – Он хлопнул в ладоши, будто мы просто собирались провести день как обычно.

Мне хотелось закричать, а ведь еще ничего не произошло.

– Куда мы едем? – Я повернулась к зеркалу и поправила кудри.

Он ходил по комнате и рассматривал все вокруг.

– В одно местечко – до него ехать минут двадцать отсюда. – Он остановился и взял несколько резинок для волос, которые лежали в маленькой баночке на моем комоде. Он надевал их одну за другой на свое запястье.

Я нанесла тушь и собиралась нанести блеск для губ, но остановилась и указала аппликатором на его запястье.

– Что ты делаешь?

– Ты всегда забываешь эти штуки. – Он беззаботно пожал плечами, а мое сердце бешено застучало.

– Я могла бы сама взять их, Деклан.

– Могла бы, но я сделаю это вместо тебя. – Он кивнул в сторону моей косметики: – Тебе все это не нужно. Твое лицо и так прекрасно.

– Мое лицо и так прекрасно? – я усмехнулась и повернулась, чтобы нанести еще один слой блеска.

– Ты красива. – Он внезапно оказался у меня за спиной. Его взгляд изучал меня. А через мгновение Деклан наклонился и уткнулся мне в шею. – Макияж не изменит завораживающую синеву твоих глаз, которые не уступают красоте моря, Капелька. И того, что твои губы созданы для того, чтобы их целовали мои.

Почему мои бедра мгновенно задрожали от его слов? Я сглотнула и сказала:

– Ладно. Думаю, сегодня ты получишь только это, раз уж ты меня торопишь.

Он без колебаний обвил мою шею рукой, отбросил кудри с плеча и провел языком чуть ниже моего уха.

– Этот блеск и твой образ… будто ты только что встала с кровати… заставляют меня думать только о том, как уложить тебя обратно.

– Я…

Его губы тут же накрыли мои, будто ему было все равно на последствия. Его стояк упирался мне в живот напоминанием о том, насколько Деклан Харди был великолепным мужчиной. Я не могла отказать ему в этом поцелуе, несмотря на то что мы не должны были поддаваться этому порыву. Он опустил ладони на мои ягодицы, поднял меня так, чтобы я обвила его ногами, и посадил на туалетный столик. Я вцепилась в его спину, притянула ближе к себе и активно отвечала на каждое его действие.

– Черт, – прошептал он, отстранившись на секунду. – Забудь о планах на утро. Давай останемся здесь.

Я наконец заставила себя оттолкнуть его.

– Я не собираюсь пропускать работу и менять свои планы только потому, что ты решил отменить то, на чем настаивал несколько минут назад, и остаться в постели. – Я спрыгнула со столика. – Поехали.

Он проворчал, поправил брюки и дал понять, как сильно недоволен происходящим. На что я только усмехнулась, взяла кофе со стойки и направилась к его Bugatti.

– Сегодня сам за рулем?

– Люблю водить, когда есть возможность, – он пожал плечами. – Слишком рано для папарацци. Почему бы не насладиться поездкой.

Я кивнула и глубоко вдохнула. Таким был Деклан. Он мгновенно принимал решения и следовал своей интуиции. Но что, если папарацци нас все же заметят? Что мы будем делать?

– Эверли. – Он постучал пальцем по моему виску. Мы стояли перед его машиной, а я никак не могла решиться сесть в нее. – Перестань думать.

– Мне это сложно. Мой мозг привык работать на пределе.

– Не хочешь рассказать почему? – спросил он, пока мы стояли на его огромной подъездной дорожке.

Что я могла сказать? Я взглянула на него, мой взгляд приковал его сильный подбородок. Деклан не давил, понимая, как это важно сейчас. Он всегда умел находить ко мне подход: был бережен, когда нужно, и груб, когда я этого хотела.

– Я должна тебе рассказать, – выдохнула я и сжимала кулаки. – Я расскажу. Тебе нужно знать, если папарацци начнут копаться в моем прошлом…

Его брови внезапно нахмурились, и он перебил меня:

– Расскажешь, когда будешь готова. Я не позволю СМИ заставлять нас раскрывать свои секреты раньше времени. Мне приходилось делать это слишком часто. Я хочу, чтобы ты была здесь. – Он указал на землю. – В настоящем, со мной. Позволь мне позаботиться о тебе сегодня.

– Что ты имеешь в виду? – прошептала я.

Он шагнул ближе, его рука легла на мою шею, и он начал водить большим пальцем вверх-вниз, вверх-вниз.

– Просто позволь мне позаботиться о тебе сегодня. Позволь мне укротить твою тревожность, Капелька. Позволь хвалить и наказывать тебя за послушание и непослушание сегодня. – Я сглотнула, почувствовав его теплую ладонь на своем горле. – Думаю, кто-то подорвал твое доверие. Но я хочу тебе помочь восстановить его. У меня есть шанс. Так что сегодня я беру контроль, а ты не думаешь ни о чем. Ты будешь просто слушаться. Поняла?

Еще десять месяцев с ним. Десять. Нам придется работать вместе, появляться вместе на публике, многое пережить вместе. Я должна довериться ему.

Это к лучшему.

– Ладно, – кивнула я. – Я смогу.

Его челюсть напряглась.

– Посмотрим.

И даже когда он открыл мне дверь, я не смогла удержаться от вопроса:

– Ты хотя бы намекнешь, куда мы едем?

Он улыбнулся, когда нажимал кнопку открытия ворот, которая была установлена между козырьками машины. Другая его ладонь лежала на моем бедре. Он наклонился ко мне и рисовал круги на моей коже через дырку в джинсах.

– Конечно, я дам тебе подсказку, малышка.

Затем он захлопнул дверь прямо у меня перед носом и, проведя пальцем по гладкому металлу, обошел машину спереди. Уголок его рта приподнялся в дьявольской усмешке. Я покраснела. Когда он сел в машину и нажал кнопку запуска двигателя, бесстыдно прошептал:

– Стеснение тебе к лицу, Эверли.

Прежде чем я успела ответить, он переключил передачу и рванул с места. Я вцепилась в приборную панель и вскрикнула, когда он пронесся мимо ворот, а затем убрал ногу с педали газа.

– Вот тебе подсказка.

Я задумчиво прищурилась, но не успела ответить, потому что мне написала Клара.

Клара:

Я еду только потому, что ты едешь… И потому, что Деклан попросил меня поехать из-за тебя. Еще Деклан сказал, что мне не стоит говорить об этом Анастасии, мол, места не хватит.

– Ты пригласил Клару? – спросила я, уставившись на телефон.

Он кивнул и надел свои очки-авиаторы.

– Зачем?

– А почему бы и нет? – он пожал плечами. – Ты собиралась к ней в пекарню. Я подумал, что это хороший вариант.

– Лучше, чем нам всем пойти на работу? – я усмехнулась. – И что она скажет, увидев нас вместе?

– Что я пытаюсь сделать что-то хорошее для дочери Карла, с которой он был в ссоре? Ты была на нервах с тех пор, как он умер, и чувствовала себя одиноко.

– Это то, что ты ей сказал? – Я ковыряла ноготь, не зная, обижаться или облегченно вздохнуть. – Ну, это хорошо, что ты так сделал. Мы не можем рассказывать людям что-то еще, ну, кроме того, что я живу в твоем гостевом доме. Не уверена, что им вообще стоит знать, что мы общаемся.

Он пожал плечами и уставился на меня своими зелеными глазами.

– Разве это странно, Капелька? Я каждый день отвожу тебя на работу. Они знают, что мы общаемся. – Мы, честно говоря, почти никогда так много не разговаривали в машине. – Она не знает, что я трахал тебя, но с радостью расскажу ей и об этом, если хочешь.

– Нет, – резко ответила я. – Конечно, нет.

Он хмыкнул, а затем сделал еще один поворот, его хватка на руле, казалось, стала крепче.

Я ответила Кларе.

Куда мы вообще едем? Деклан мне ничего не говорит.

Клара:

Он сказал, ты узнаешь, когда приедешь. Я рада, что мы это делаем.

– Ты сказал ей ничего не говорить мне, придумал план, как меня вовлечь во все это, но при этом хочешь, чтобы я просто расслабилась и получала удовольствие? – я недоверчиво фыркнула.

Он усмехнулся и несколько раз повернул.

Клара:

Будет круто сделать что-то, что Карл хотел бы, чтобы мы сделали вместе.

Когда я увидела трек, активно замотала головой.

– Я не сяду в гоночную машину и не буду гонять, Деклан, – сразу выпалила я. – Ты почти не соблюдаешь скоростной режим, и…

– Капелька, – сказал он и положил руку на мое бедро, сжав так, что остановил весь мой поток причин, почему это плохая идея. – Я забочусь о тебе сейчас. Я же сказал – не переживай.

Я вздохнула, когда мы подъехали к входу. На площадке стояло около пяти машин, и я сразу узнала Кларину – ярко-красную на фоне черных авто, выстроившихся в ряд. Она выпрыгнула из машины с вишнево-красной улыбкой, которая идеально сочеталась с красными розами на ее комбинезоне. Она энергично помахала нам – я поспешила открыть дверь прежде, чем это сделал Деклан.

Он бросил на меня недовольный взгляд и пробормотал:

– Раз.

Не поняв, что он имел в виду, я отмахнулась и повернулась к Кларе.

– Ты правда это делаешь?

Она засмеялась, полная энтузиазма.

– Отец просто сиял, когда узнал, что Деклан тестирует машины. Кстати, разве твоя сестра с мужем не должны были приехать, Дек?

Он кивнул.

– Они уже здесь.

Клара подпрыгнула от восторга.

– Я просто без ума от Кейда Арманелли. Ну, знаешь, я, конечно, уважаю твою сестру, но…

– Погоди, – перебила я Клару. – Ты знаешь Кейда Арманелли? – мой голос сорвался на шепот, сердце бешено колотилось, а ладони покрылись потом. Арманелли были легендами, хитроумными бизнесменами, которых закон никогда не мог достать. Их можно было назвать крестными отцами нашего времени.

– Ты знаешь, кто он такой, но не знала меня? – Деклан выглядел обиженным. – Ты же говорила, что не смотришь телевизор.

– Я и не смотрю, но у меня есть телефон, и я читаю новости. Арманелли умудряются обходить закон, а потом используют его как оружие. Они известны по всему миру, а Кейд… – Я запнулась.

– Сексуален! – вскрикнула Клара. – И чертовски умен. Боже мой. Пожалуйста, ударь меня, если я начну вести себя как дура рядом с ним.

– Я, наверное, буду не лучше. Мы с ним встретимся? Его же… никто никогда не встречался с ним, – заикаясь, пробормотала я, пока мы направлялись к входу. – Вы с ним знакомы?

– Он настроил машину, которую мы тестируем, и женился на моей сестре, – проворчал Деклан, словно сама мысль об этом вызывала у него отвращение. – Короче, мне нужно убедиться, что она сможет разогнаться до двухсот километров в час – это нужно для сотрудничества с одним брендом на следующей неделе.

Клара в этот момент уже едва сдерживала восторг, и я ее совершенно не винила. Но она вдруг замерла на месте, чуть не споткнувшись, когда увидела, как к нам подъезжает еще один черный автомобиль. Он выглядел столь же роскошно, как Bugatti, а мужчина, вышедший из него, был не менее привлекательным, чем Деклан.

Солнечные очки скрывали выражение лица Дома, пока он шел в нашу сторону.

– Ты привел женщин? Зачем? – он бросил на нас недовольный взгляд. Глаза Клары расширились.

– О, не знаю. Может, чтобы стало немного повеселее, – язвительно ответила она, щелкнув пальцами перед собой, словно Дому нужно было наглядно показать, что такое веселье.

Деклан прикусил щеку, стараясь сдержать смех и не заржать Дому прямо в лицо.

– Да, Дом. Ради веселья.

С этими словами он взял меня под руку, и мы направились внутрь. До меня донеслось, как Клара послала Дома куда подальше. Но я не обернулась, чтобы выяснить, почему они так злятся друг на друга. Очевидно, они были знакомы задолго до того, как я появилась в их жизни.

Вместо этого я сосредоточилась на треке, где все казалось ярче, быстрее и насыщеннее. Мой взгляд упал на белую машину, которая мчалась по дороге – она выглядела как новый вид электрокара. Я вдохнула запах резины и пыли, затем взглянула на Деклана.

– Ты часто этим занимаешься?

– Достаточно часто, Капелька, – кивнул он, и его глаза заблестели. Он перевел взгляд на машину, которая проносилась мимо, как комета.

Я не успела задать еще один вопрос: мое внимание привлекла пара, которая стояла возле стильного автомобиля. Они могли затмить солнце своим напором, напряжением и тем, что с первого взгляда выглядело как ненависть друг к другу. Пока мы шли к ним, они все это время спорили между собой.

Кейд и его жена. Ее, судя по всему, старались не показывать в новостях. Большинство репортажей фокусировались не на нем, а на его брате, Себастьяне Арманелли.

– Кейд, я буду ездить по этому чертовому треку так быстро, как захочу, и столько раз, сколько захочу, или…

– Или что? – Он шагнул к ней, сократив ее личное пространство до минимума. Татуировки на шее угрожающе напоминали о том, кем он был на самом деле.

– Или я не позволю тебе прикасаться ко мне всю эту чертову беременность.

Когда произнесла это, она заметила нас и приветливо помахала, подзывая подойти.

Эта женщина была смелой, я поняла это по тому, как она держалась рядом со своим мужчиной – так, будто была уверена, что он ни за что не посмеет причинить ей вреда.

И я видела, что он действительно не сможет сделать ей больно, – в его глазах читалась всепоглощающая любовь к ней. Тем не менее он угрожающе улыбался.

– С удовольствием посмотрю, как ты попытаешься держать дистанцию.

– Вы серьезно сейчас? – Деклан бросил на них обоих недовольный взгляд, а потом обнял ее. – Хватит обсуждать, как ты спишь с моей сестрой, Кейд. Иззи, познакомься с Эверли.

Она оглядела меня с головы до ног, а затем обняла, прошептав:

– Мне так жаль, что тебе пришлось выйти замуж за моего брата. Надеюсь, он не ведет себя как козел все время. Мы с Кейдом взломали систему, чтобы посмотреть завещание твоего отца. Мы чертовски сильно ненавидим прессу, так что не переживай, ничего не утечет.

Затем она с широкой улыбкой отстранилась.

Блестяще. Она не выглядела так, будто действительно сожалела, но ее прямолинейность не дала мне повода на нее злиться.

Все будет хорошо.

– Деклан? – прошептала я, глаза расширились от паники.

– Они в порядке, Эверли. – Деклан притянул меня к себе и обнял.

– В порядке с чем? – спросил Дом, который неожиданно возник за нами.

Взгляд Иззи бегал от Деклана к Дому. Она нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, словно собиралась начать что-то…

– Не начинай, Иззи, – прорычал Деклан и посмотрел на Клару.

– О, иди ты, Деклан. Дом и я никогда не можем вместе подколоть тебя.

Деклан взял меня за руку.

– Я сначала покатаю Эверли.

– Но я хочу сама порулить! – заныла Иззи.

– Иззи, ты не сядешь за руль. Ты беременна, – резко сказал Деклан, в тот же момент, когда Кейд произнес:

– Нет.

Она, должно быть, была на маленьком сроке беременности, потому что я не заметила живота.

– Ну и что, что я беременна? – взвизгнула сестра Деклана. – Дом, скажи Деклану и Кейду, что они идиоты. Я только в первом триместре.

– Иззи, – вздохнул Дом, словно он был голосом разума в этой семье. Его взгляд отяжелел. – Никто из вас не должен садиться в эту машину. Это опасно. И, я полагаю, никто из вас не умеет ездить на механике?

Клара прочистила горло.

– Я умею.

– Ну вот, – улыбнулся Кейд. – Она может порулить. А ты, малышка, никуда не поедешь.

– Если ты не прокатишь меня по этому треку на максимальной скорости, я, Кейд, серьезно, буду в ярости. Меня уже достало, что меня так опекают.

Кейд стоял, глядя на свою жену, будто сейчас из всех людей на планете осталась она одна, сжал кулак один раз, потом второй, прежде чем процедил:

– Один круг, женщина.

Она восторженно прыгнула на него, а он поймал ее одной рукой, словно предвидел каждое ее движение. Иззи обвила его ногами, зажав, будто в тиски.

– Почему я подвергаю себя этому, мне до сих пор непонятно, – пробормотал Дом, и Деклан закатил глаза. Очевидно, ни один из них не был в восторге от Кейда, в отличие от меня и Клары.

Она толкнула меня, и когда я посмотрела на нее, в ее глазах стояли слезы.

– Если мужчина не будет любить меня так, мне не нужен такой мужчина.

Я кивнула, соглашаясь с ней.

– Это действительно нечто невероятное.

– И редкое, – добавила Клара, ее рыжие волосы развевал ветер. Я увидела в ее глазах всепоглощающую грусть и, невольно наклонившись к ней, похлопала по плечу.

– Но не невозможное, – закончила я.

Обычно я всеми силами избегала надежды. Я знала, что лучше не ронять это семя в почву своей души. Но сегодня, возможно, совсем чуть-чуть, мы с Кларой встали на правильный путь. Мы, может, и не стали сестрами, как мне всегда того хотелось, но сейчас у нас были все шансы стать друзьями.

Нам объяснили, как вести себя в машине, а затем мы отправились переодеваться.

Кейд обсудил с Декланом ключевые моменты пробега, и они оба разобрали, что нужно для запуска этого нового автомобильного бренда.

Я не понимала ни слова.

Но Деклан сказал мне довериться ему, и когда я села в машину, а он посмотрел на меня, я увидела то, что, должно быть, привлекало в нем всю страну. Бесстрашие. Он широко улыбнулся и спросил:

– Готова прокатиться, Капелька?

У меня пересохло во рту, руки задрожали, пальцы на ногах буквально стало покалывать, но я кивнула.

– Позаботься обо мне, Деклан, – сказала я, и он нажал на газ.

Машина разогналась с нуля до шестидесяти за полторы секунды, и я поняла, что Деклан выжимал из нее максимум. Они поставили на эту машину гладкие гоночные шины вместо уличных, чтобы улучшить сцепление и достичь максимальной скорости как можно быстрее.

Я пыталась вникнуть в научное объяснение этого эффекта, но все сразу же вылетело из головы, когда мое сердце забилось так, будто готово было выпрыгнуть из груди. Мы набирали головокружительную скорость, скорость, которая казалась невозможной, скорость, которую невозможно было контролировать.

Через гарнитуру Деклан крикнул:

– Никакого контроля, Капелька. Просто наслаждайся.

Я вцепилась в свои бедра, как в последнюю надежду, когда мы приближались к повороту.

Деклан подмигнул мне, будто он чертов гонщик NASCAR, и часть меня задумалась, а не был ли он им.

Его, казалось, не волновала наша безопасность, его уверенность заставила меня перевести взгляд с дороги на него. Неудивительно, что он смог покорить мир. Он желал испытать каждый предел, выйти далеко за границы зоны комфорта, получить весь контроль. Деклан обладал уверенностью, которая помогала ему все это делать.

Я не слышала, что ему говорили через динамики, и не понимала, все ли мы делали правильно. Я растворилась в Деклане. Он запер все мои тревоги и страхи на замок, чтобы я попыталась насладиться чем-то по-настоящему. Он взял меня с собой на встречу с семьей, будто я что-то для него действительно значила.

И ради чего?

Когда мы добрались до последнего поворота, я улыбнулась, – Деклан взял его чуть резче, сердце пропустило удар, а затем успокоилось, чувствуя еще большую привязанность к человеку, который заставлял его биться.

Когда мы вышли из машины, Кейд улыбнулся, как злодей, уничтоживший все человечество.

– Моя калибровка работает идеально.

– Твоя? – Иззи закатила глаза. – Это я практически все придумала.

– Хочешь рассказать это в новостях? – Кейд дернул ее к машине.

– Нет. Абсолютно нет. Я не хочу появляться в новостях вообще, – она фыркнула, а затем улыбнулась нам. – Скоро и так будут большие новости.

– О чем вы? – Клара сузила глаза.

– Нам нужно идти. – Деклан переплел пальцы с моими. – Клара, ты можешь поехать с Домом, да?

– Я… Ох. Если он не против быть пассажиром.

Дом оглядел ее с ног до головы, и я увидела, как румянец залил ее щеки.

– Давай посмотрим, как ты водишь, Клара. У меня есть ощущение, что мне это ни капли не понравится.

Она сузила глаза.

– Ну раз вы уходите, было приятно познакомиться! – крикнула Иззи, садясь в машину. – И, Деклан, веди себя хорошо со своей женой.

Моя челюсть отвисла, когда Кейд пробормотал:

– Вот это моя девочка.

Деклан прохрипел:

– Ох, черт возьми.

А Клара выпалила:

– Что?

Вот и все, наш брак больше не секрет.