На этот раз, открыв утром глаза и увидев рядом его, я не почувствовала ни угрызений совести, ни стыда. Я была счастлива. Он мирно спал, и его ресницы иногда вздрагивали – ему что-то снилось. Тихо, чтобы не разбудить его, я выскользнула из постели, набросив на себя халат, и принялась за завтрак.

Когда мой яблочный пирог уже наполнил ароматом всю квартиру, он появился в дверях спальни, сонно потягиваясь.

– Неужели утро может быть прекраснее ночи? – спросил он с улыбкой.

– С этой ночью сложно конкурировать. – Я обвила его шею руками и нежно поцеловала. – Привет…

– Ты бросаешь мне вызов? – воскликнул он, дотрагиваясь губами до мочки уха.

– Констатирую факт, – прошептала я, чувствуя, как тело покрывается мурашками, а разум охотно отключается.

Амир прижал меня к столу и развязал пояс моего халата, стягивая его с моих плеч.

– Ты же не думаешь здесь… – начала я.

– Именно об этом я и думаю, – отрезал он, легко приподнимая меня, чтобы усадить на столешницу.

* * *

Пирог в то утро подгорел, но это никак не омрачило нашего счастья. Обрезав подсохшие края, мы с удовольствием позавтракали, но не спешили вставать из-за стола.

– Что мне сделать, чтобы проводить так каждое утро? – спросил Амир, поглаживая мое колено. – Стой, не отвечай, – прижал он мне палец ко рту. – Ты говоришь не то, что думаешь!

– Амир! Откуда ты знаешь, что я думаю? – со смехом воскликнула я.

– Я читаю по глазам, – сказал он и приблизился ко мне.

Вместо поцелуя я положила ему в рот еще один кусок яблочного пирога.

– Ладно, пока я согласен на пирог, но ты должна мне поцелуй, – сказал он с набитым ртом.

– Хорошо, будь готов сегодня в шесть! – сказала я.

Он изумленно на меня посмотрел:

– Мне стоит опасаться?

– Нисколько! – ответила я, и мы оба рассмеялись.

– Тебе нужна помощь? – предложил он.

– Не надо меня недооценивать, мистер Даниф! – возмущенно воскликнула я. – Какой же тогда это будет сюрприз?

– Просто не хочу с тобой расставаться, – примирительно улыбнулся он.

– Пожалуй, выплачу свой долг сейчас, – усмехнулась я и чмокнула его в губы.

Он недовольно поцокал:

– Нет-нет, я рассчитывал на кое-что другое.

Я поспешила отойти от него, пока мы опять не оказались в постели.

– Амир, уже почти десять, я ничего не успею!

Он поднялся и, игриво подмигнув, направился ко мне.

– Нет, – прошептала я, хотя, конечно, все мое тело уже не кричало, а просто орало: «Да!»

Наши тела так истосковались друг по другу, что мы никак не могли насытиться. Каждый раз, как он отрывался от моих губ, я снова тянулась к нему обратно; каждый раз, как его рука отпускала мою, я вновь искала ее, чтобы соприкоснуться, снова почувствовать его кожу. Я любила его и больше не испытывала сомнений. Мы были созданы друг для друга.

* * *

С трудом я выпроводила его уже после обеда и, приведя себя в порядок, направилась к Полу. Как бы я ни была счастлива, неразрешенный вопрос висел на моей шее тяжелым грузом.

«Пусть он никогда больше не захочет меня видеть, но я должна сделать все, что смогу», – повторяла я себе, пока поднималась к нему на этаж.

Когда Тереза, обрадовавшись мне, сказала, что он у себя, смелость вдруг покинула меня. Я представила печаль и разочарование в его глазах, которые стали мне столь дороги. Меня опять затошнило, в глазах потемнело. Это состояние меня уже начало пугать. Доктор отправлял меня на разные обследования, но никак не мог найти причину.

Отвлекшись на свои физические ощущения, я, как ни странно, вновь обрела уверенность и решительно постучала в его дверь.

Он сидел, как обычно, за столом, что-то печатая на компьютере. Увидев меня, он быстро поднялся. Мои глаза наполнились слезами. Я готова поклясться, что его – тоже, но я уже ничего не видела. Мы молча подошли друг к другу и обнялись. У обоих вырвался облегченный вздох.

– Пол…

Мой голос предательски дрогнул.

– Ты можешь ничего не говорить, милая, – сказал он. – Я обещал тебе, что всегда буду рядом, что бы ты ни решила.

– Пол…

Я долго настраивалась, чтобы не плакать, говоря себе, что это был мой выбор, убеждая себя, что я не должна еще больше расстраивать его. Но это было выше моих сил, слезы лились из моих глаз.

– Я говорил, ты подарила мне столько счастья, что я прошел бы через это, даже зная, что мы вместе будем только день, – сказал он.

Чувство благодарности захлестнуло меня. Как можно было не любить его?

– И спасибо, что пришла. Я не знал, как сделать это первым.

Он все гладил меня по волосам, успокаивая, как делал это раньше не раз.

– Пол… – Я вытерла слезы и улыбнулась ему. – Я хочу, чтобы ты знал: все, что я говорила тебе, все, что чувствовала, – все было правдой.

– Я знаю, – ответил он, тоже едва сдерживая слезы.

– То, что между нами было… Я не хочу этого забывать, – прошептала я, всхлипывая.

– И не надо. Эти воспоминания у нас уже никто не отнимет, – улыбнулся он, вытирая мои слезы, но это было абсолютно бесполезно – они все лились и лились.

– Я должна попросить у тебя прощения, – сказала я.

– Нет, милая, не должна, ты ни в чем не виновата, – ответил он.

– Я возвращаюсь к Амиру, – быстро выпалила я, словно боясь, что мне опять не хватит смелости все сказать ему.

– Это было лишь делом времени, – задумчиво сказал он. – Ты любишь его, а он любит тебя. Никто не может встать между вами.

– Прости.

Мое сердце рвалось на части. Мне бы так хотелось, чтобы я смогла полюбить Пола так же.

– Милая, я хочу, чтобы ты была счастлива! – Он поцеловал меня в лоб. – И у меня к тебе есть одна просьба.

– Все что угодно, – ответила я.

– Я хочу, чтобы ты каждый год собирала от сотрудников обратную связь. Еще никто не делал этого с такой душой! – проговорил он, нежно похлопав меня по плечу.

– С удовольствием! Я и сама хотела тебе предложить, – улыбнулась я. – И кстати, это Амир настоял, чтобы я пришла к тебе.

– Да? – Пол удивился не меньше меня за день до этого. – Может, я ошибался в нем…

– Ты дашь ему еще один шанс? – спросила я.

– Ради тебя – конечно.

Пол еще раз прижал меня к себе:

– Я хочу быть рядом.

– И я этого хочу, – призналась я, утыкаясь в его плечо.

Дверь отворилась. Я оглянулась и на секунду потеряла дар речи, потом закричала как сумасшедшая:

– Дэвид! Боже мой, ты вернулся!

Я стиснула его в объятиях, и, к моему счастью, он тоже обнял меня.

– Крис!

Он тоже был очень взволнован. Я отстранилась и взяла его за плечи:

– Прости меня, Дэв…

– Это ты меня прости, – грустно улыбнулся он. – Я не должен был так поступать с вами.

– Когда ты вернулся? – Мне не хотелось вспоминать нашу ссору.

– Две недели назад. – Он облизал губы: – Ты храбрее нас, спасибо, что пришла.

– Дэв, я возвращаюсь к Амиру, – прошептала я, всматриваясь в его лицо.

Мне было страшно, что мы опять поругаемся, но нет, на его лице опять появилась грустная улыбка.

– Лучше бы ты выбрала его, – махнул он головой в сторону Пола.

Я повернулась к нему и встретилась с ним взглядом. Глаза опять защипало.

– Я знаю, – только и сказала я. – Знаю…

Пол провел ладонью по лицу, наверное, тоже смахивая слезы.

– Что же… Может, тогда придешь к нам на ужин? – спросил Дэвид, чтобы прервать возникшую паузу. – Матильда спрашивает о тебе.

– Давай завтра, сегодня у меня еще дела, – попросила я.

– Амир? – спросил Дэвид, но без раздражения в голосе.

Я кивнула.

– Хорошо, давай завтра, – согласился он.

– Знаешь… – услышали мы голос Пола, все это время стоявшего молча. – Приходите завтра вместе.

Все слезы сразу высохли. Я удивленно посмотрела на него:

– Ты уверен?

– Да. Мы не должны опять совершать те же ошибки.

Он подошел и обнял нас обоих за плечи:

– Мы семья, а он твой муж. Я хочу, чтобы мы научились общаться все вместе.

– Спасибо, – одними губами прошептала я.

– Посмотрим, захочет ли он сам прийти, – недовольно пробурчал Дэвид.

– Думаю, он тоже будет рад, – ответил Пол и взглянул на меня: – Тогда увидимся завтра?

– Да, – улыбнулась я, – до завтра.

Я поцеловала обоих на прощание и вышла из кабинета со спокойным сердцем, зная, что отец бы сейчас очень гордился всеми нами. Мы сумели сохранить самое главное – отношения и любовь, нам всем хватило сил простить друг друга.

* * *

Амир ждал меня около машины ровно в шесть. Я вышла к нему в платье цвета айвори, в том самом, в котором была на первом свидании, и он с любовью посмотрел на меня.

– Повернись на секунду, – попросил он с улыбкой.

– Что такое?

Я попыталась понять, что упустила, и он ловким движением снял с моих волос заколку. Они рассыпались по плечам.

– В прошлый раз было так, – довольно ухмыльнулся он.

Я рассмеялась:

– Завидная память!

– Я помню каждое мгновение с тобой, – сказал он, целуя мою руку. – Мы готовы ехать?

– Да!

– Куда мы? Ты скажешь или будешь мучить меня ожиданием?

– Конечно помучаю!

Вскоре мы свернули на узкую дорожку, ведущую к вершине холма. Амир и сам все понял.

– Мы почти на месте! – сказала я, предвкушая его эмоции.

Я воссоздала все заново – деревянный домик, гирлянды и шатер для нас. Даже погода была на моей стороне, и вид на город был ровно таким же. Махмуд тоже ждал нас на своем прежнем месте.

– Я счастлив быть здесь и готовить для такой прекрасной пары! – торжественно поклонился он нам. – Смею вас заверить, что сегодня я превзошел самого себя… еще раз! Уверен, вы никогда в жизни не ели таких божественных куриных крылышек в грибном соусе!

Я попросила его изменить меню на этот раз.

– Как видишь, это самый скромный повар в мире, но уверена, что он говорит правду! – сыграла я роль Амира.

Он весело засмеялся:

– Мы словно вернулись в прошлое!

– Такой и был план, – улыбнулась я. – Мы можем начать все с начала…

Я протянула ему конверт:

– Мои юристы отправили сегодня заявление в суд, наше дело скоро закроют.

Его рука вздрогнула, как и губы. Он сглотнул и тихо произнес:

– Я так долго ждал этого… – Он крепко обнял меня. – Неужели мы сегодня поедем вместе домой?

Я кивнула, и из его груди вырвался взволнованный вздох.

В моей сумке завибрировал телефон. Было не самое подходящее время отвечать, но звонил мой доктор, а время уже было нерабочее. Внутрь закралось странное предчувствие.

– Прости, я сейчас, – извинилась я и, отойдя немного в сторону, ответила на звонок.

Через несколько секунд телефон выпал из моей руки, все вокруг начало терять очертания, я схватилась за ближайшее дерево.

Амир испуганно подхватил меня под руку:

– Что случилось, дорогая?

Я смотрела на него широко открытыми глазами и не могла вымолвить ни слова.

– Кристина! Что он сказал?! Что-то плохое? – Амиру передалось мое волнение.

Я заторможенно помотала головой, делая вдох-выдох, вдох-выдох.

– Тогда что? – Амир схватил меня за плечи.

– Я беременна, – прошептала я.

– Что?! – удивился он. – Что ты говоришь?

Он ошеломленно уставился на меня. И я его понимала: осознать это было крайне трудно.

– Я говорила, что неважно себя чувствовала последнее время. Врач сказал, что по анализу крови видно срок восемь-девять недель…

Первое потрясение уже начало сменяться неописуемой радостью. Я уже почти смеялась.

– Амир, у нас будет ребенок!

Он все еще ошарашенно молчал, будто перестал понимать мою речь.

– Амир… – позвала я, забеспокоившись.

– Я стану отцом, – пробормотал он растерянно, потом взглянул на меня и, крепко схватив в объятия, почти что подбросил в воздух. – Аллах! Этот день не мог быть еще счастливее! – закричал он, потом испугался и аккуратно вернул меня на землю, развернувшись к Махмуду:

– Махмуд, я стану отцом!

– Зухра сказала мне это еще вчера! – засмеялся наш веселый повар.

– Что? Но как? – удивилась я.

– Креветки, – объяснил Махмуд. – Вы всегда любили их. У беременных часто меняется вкус.

– Да, точно, как я сразу не понял, – пробормотал Амир, да я и сама уже не понимала, как могла все это время даже не догадываться о том, что внутри меня новая жизнь.

Амир нежно дотронулся до моего живота.

– Неужели там наш сын? – сказал он шепотом.

– Может быть, дочка, – улыбнулась я, кладя свою руку сверху.

– Я так люблю тебя!

Он крепко прижал меня к себе, и я почувствовала внутри счастье, ведь оно всегда возвращается.