В последний раз я был в нашей старой квартире после того, как выписался из больницы. Мне нужно было забрать свои вещи, чтобы перевезти их к дяде. После я просто не смог вернуться сюда. Но и позволить кому-то вторгнуться в это пространство, всё ещё хранящее в себе тепло моей семьи, я не смог. Дядя предлагал сделать тут ремонт или хотя бы нанять клининговую компанию, но я наотрез отказывался. Прежде я должен был сам встретиться с призраками своего прошлого. Откровенно говоря, я не думал, что это произойдёт вот так. Юля проходит в просторную гостиную и оглядывается по сторонам. Наверное, для неё это место выглядит пугающим. Занавешенные окна, укрытые плёнкой мебель и зеркала, толстый слой пыли повсюду. Я начинаю немного жалеть, что не приходил сюда раньше.

Это твой дом? — спрашивает Юля, оглядываясь на меня.

Мы жили тут раньше с родителями, когда они были живы, — отвечаю я. Мне очень жаль, — шепчет она. Глаза Юли вновь наполняются слезами. Я инстинктивно подаюсь вперёд и обнимаю её. Не расстраивайся так, пожалуйста. Их уже давно нет с нами, так что я в порядке, говорю я, гладя её по голове

Мне не по себе, когда вижу её слёзы. Однако это оказывается для меня опасной ловушкой. Я вновь ощущаю её феромоны. Она прижимается ко мне, робко гладит мою спину. От Юли исходит жар. Её дыхание тяжёлое и горячее. Все эмоции, что я испытал, вернувшись сюда, отходят на второй план. Всё, что остаётся — эта омега рядом со мной и мои чувства к ней.

Юль, надо принять таблетки. Ты вся горишь, — я заглядываю в аптечный пакет и достаю цветную коробку. — Вот держи, сейчас принесу тебе воды..

Не уходи, пожалуйста! — она цепляется за меня тонкими пальцами. Смотрит в глаза, и я понимаю, что не могу сопротивляться.

Обнимаю её за талию и склоняюсь к нежным губам. Вдыхаю её дивный запах, и дрожь проходит по телу. Я сбрасываю защитную плёнку с дивана и толкаю Юлю на него. Она беспомощно падает и смотрит на меня смущённо и немного растерянно.

Этот её взгляд заводит меня ещё больше. Накрываю её своим телом, целую и глажу охваченное жаром тело. Юля оказывается совсем неопытной. Даже целоваться толком не умеет. Это заставляет меня немного сбавить обороты. Напоминает, что я, вообще-то, собирался защищать её. Я пересиливаю себя и отстраняюсь. Юля замечает это и глядит на меня испуганно.

— Я сделала что-то не так? — спрашивает, тяжело дыша.

Не ты, — качаю головой я. — Это я всё делаю не так. Ты ведь не в себе из-за феромоновой реакции. А я пользуюсь этим... Так нельзя.

Забираю у неё упаковку с таблетками и, будто коту, вкладываю одну ей в рот. Она морщится, но глотает. Выдыхаю облегчённо.

— Но я хочу этого! — возражает Юля.

Это всё феромоны, — отвечаю я грустно. — Они заставляют тебя чувствовать влечение. — Но ты нравился мне и до того, как это началось...

Мне трудно поверить её словам. — бормочет она, отводя глаза. Я бросаю на неё напряжённый взгляд. Юля сейчас такая опасно притягательная. Её заплаканные глаза полуприкрыты. На щеках играет смущённый румянец. Под полами рубашки видны тонкие ключицы и грудь с маленькими, чуть набухшими сосками. Она тоже возбуждена. Так же сильно, как и я. — Пожалуйста, Егор... - шепчет она, касаясь меня робко.

Я смиренно вздыхаю и обнимаю её. Прижимаюсь пахом к её промежности, давая ощутить своё возбуждение. Юля вздрагивает. Её дыхание становится быстрым и взволнованным. Осознаю, что для неё подобное происходит впервые, и от этого начинаю волноваться ещё сильнее

Я не стану ничего делать. Давай просто поцелуемся, — шепчу, поглаживая её по щеке. Юля кивает и прикрывает глаза.

— Приоткрой рот и попробуй коснуться моего языка своим. Это намного приятнее. Юля следует моему совету. Тихий стон невольно вырывается из её гортани. Она хочет отстраниться, но я продолжаю целовать её. Никогда прежде поцелуи не были для меня столь приятными. Кажется, я схожу с ума. Я прижимаюсь к ней сильнее. Мой пах пульсирует, желает разрядки. Мои ладони ощупывают Юлины бока и грудь, сжимают и потирают соски. Она реагирует на каждое прикосновение новым стоном, заставляя меня хотеть прикасаться к ней ещё больше. Она невольно выбивается навстречу, обвивая ногами мои бёдра. Капли пота

стекают с её лба. Юля такая горячая и возбуждённая. Не передать словами, как сильно мне хочется заняться с ней любовью. Но я и так нагрешил. Даже за то, что сейчас происходит, позже мне придётся заплатить очень дорого. Я сжимаю Юлю в объятиях. Наши феромоны смешиваются в единое облако. Стоны Юли становятся всё громче, а наши поцелуи всё более неистовыми. Наконец, она вздрагивает всем телом и обмякает. Поначалу мне даже кажется, что она снова потеряла сознание. Я заглядываю ей в лицо. Она стыдливо отводит взгляд. Только что ты ведь?.. — начинаю я и останавливаюсь на полуфразе. Слово «кончила» кажется слишком пошлым и вульгарным для Юли. Кроме того, она и так смущена оттого, как это случилось. — Извини, — шепчет она еле слышно.

Не извиняйся, — отвечаю я, прижимая её к своей груди. — Всё хорошо. Тебе ведь стало полегче? — Угу, — она прячет лицо в складках моей футболки и затихает. Я понимаю, что Юля просто выбилась из сил.

Полагаю, это был тяжёлый день для неё.

Я знаю, что поступаю эгоистично. Но только на сегодня я хочу оставить Юлю себе. Я приношу из шкафа плед и ложусь рядом. Возбуждение всё ещё держит тело в напряжении. Но я словно нахожу для себя нечто большее, чем физическая разрядка. Не могу подобрать слова, чтобы описать это. Я просто счастлив, что моя истинная рядом со мной.

Я не замечаю, как засыпаю. Занавешенные окна, тишина, покой и тепло Юли убаюкивают. Когда я просыпаюсь, мои наручные часы показывают начало десятого вечера. Слышу из прихожей мелодию мобильного Юли. В сомнениях заглядываю ей в лицо. Она приоткрывает глаза и снова жмурится стыдливо. Я целую её в висок. — Ты как? — спрашиваю, поглаживая её по волосам. Она цепляется за мой ремень. — В порядке.

— Хочу сделать тебе приятно, произносит с каким-то опасным рвением. Это сводит с ума. Благо она, наконец, различает звонок телефона. — Вот чёрт! — Юля подскакивает на ноги. — Это мама...

Ты должна сказать ей, где ты, — говорю я, ощущая жгучий стыд за всё произошедшее. — Иначе она будет волноваться.

Только сейчас я осознаю, что поступил безответственно. Я ведь хотел помочь, а в итоге чуть не затащил её в постель. Юля бредёт в прихожую и нехотя отвечает на звонок. Поддавшись порыву, я подхожу к ней и забираю телефон из рук.

— Здравствуйте. Меня зовут Егор. Я одногруппник Юли. Ей стало нехорошо во время занятий, и я не знал, что делать, поэтому привёл её к себе домой,

— выдаю я на одном дыхании.

— Где ты живёшь? — произносит сурово металлический женский голос. Я, холодея, называю адрес. Юля с траурным видом уходит в ванную. Я же прикрываю лицо руками. И зачем я это сделал. Надо было сразу везти её в больницу. Даже самому себе я не хотел признаваться, что мечтал побыть с ней наедине. С тех самых пор, когда впервые почувствовал её аромат в раздевалке.

Мама Юли приезжает очень быстро. Видимо, она звонила в первый раз, когда уже была у универа. Мне стыдно смотреть ей в глаза. Но я знаю, что не должен убегать от ответственности. У вас был секс? — спрашивает она, с подозрением оглядывая квартиру. Нет, я бы не посмел взглянуть ей в глаза после этого, честно отвечаю я. Женщина как-то странно ухмыляется.

Я знаю, что ты нравишься Юле. Но я хочу, чтобы ты держался от неё подальше, произносит она холодно.

Почему?! — восклицаю я, чувствуя, как всё внутри возмущается её просьбе. Потому что если ты останешься с ней рядом, то непременно сделаешь ей больно. Почему вы в этом так уверены? Вы ведь меня даже не знаете! Я знаю, как всё устроено в этой жизни, — отвечает с грустью она. — Такие омеги, как моя дочь, всегда страдают от таких альф, как ты.

Но я люблю...

Достаточно! Нет смысла продолжать этот разговор. Я не передумаю. Спасибо, что пытался помочь ей. Дальше я сама.

Юля выходит из ванной с виноватым видом. Её мама бросает на неё сердитый взгляд, и они молча уходят.