Алина

Солнечные лучи лениво пробиваются сквозь занавески, обжигают ресницы и перебегают по полу. В комнате тепло, пахнет кофе с кухни и лёгкой прохладой улицы, которая успела проникнуть через приоткрытое окно. Я сижу на краю кровати, тянусь, потягиваюсь, и в голове уже всплывает вчерашний вечер — поездка с ним.

Как он одевает мне шлем, как усаживает за собой на мотоцикл, лёгкое напряжение, когда мы трогаемся с места, ветер, который сносит мысли прочь, а остаётся только он и я, близко. И смех, который вырывается сам собой, когда дорога кривится, а я держусь за него крепче, чем нужно. Воспоминание словно шёлковая тень на щеках — приятно, тревожно и возбуждающе одновременно.

Я поднимаюсь, аккуратно поправляю волосы и слегка улыбаюсь. Вчерашняя ночь ещё оставила след в сердце — не знаю, как он сам воспринимает это, но мне кажется, что для меня это было… важнее, чем просто поездка.

Мама где-то рядом, хлопает в кастрюлях, готовит завтрак. Папа уже занят своими утренними делами. Всё привычно, спокойно, но при этом в груди что-то слегка дрожит от воспоминаний о нём. Вчерашняя поездка оставила след, который не смоет ни время, ни привычная рутина.

Мама в кухне хлопочет с утра. Она всегда такая — заботливая, немного строгая, с этим тихим контролем, который не раздражает, а словно обволакивает теплом. Папа тоже заглядывает на кухню, проверяет, всё ли на месте, улыбается на пару секунд, садится рядом.

Я сижу за столом, кружка тёплого чая в руках, смотрю на знакомые вещи вокруг: аккуратно расставленные баночки, полотенца, мягкие подушки на диване. Уют, который невозможно не любить. Но вместе с этим приходит ощущение ожидания.

Мама поднимает глаза на меня:

— Ты все таки решила остаться? — спрашивает она спокойно, но в голосе слышится лёгкое напряжение. — Может попробуем еще куда подать документы?

— Нет, — отвечаю, стараясь не показывать, что сердце слегка трепещет. — Думаю о рекламе, хочу остаться в городе. Здесь прекрасный университет.

Она кивает, но взгляд уходит в окно, словно проверяет, будет ли у меня всё хорошо.

— Главное, чтобы ты знала, чего хочешь, — тихо добавляет папа. — Мы просто хотим, чтобы ты была счастлива, но и чтоб не жалела потом.

Я улыбаюсь сквозь лёгкую тревогу. Они не давят, но их ожидания ощущаются в каждом слове, в каждом движении. Хочется оправдать, хочется показать, что могу сама выбирать путь, но при этом хочется их одобрения. Я выбрала этот университет и эту специальность не только из-за Макса, но и чтобы не подвести родителей. Оправдать их ожидания. Совместить как бы полезное с приятным.

— Я знаю, пап, — говорю. — Всё будет нормально.

Мама делает лёгкий вздох, садится напротив, гладит мои руки:

— Я верю. Просто будь уверена в себе.

Я смотрю на неё, ощущаю этот тихий контроль, заботу, ожидание. Они верят в меня, ждут моего успеха, но понимают, что решать буду я. И это одновременно вдохновляет и немного пугает.

Тепло дома, тепло родителей, тепло их ожиданий — всё переплетается с моими мыслями о будущем, о Максе, о выборе пути, о том, кем я хочу стать. И где-то внутри появляется решимость: я справлюсь.

Мы едем с папой молча, только радио тихо шуршит новостями, которые никто из нас не слушает. Я смотрю в окно на знакомые улицы и думаю, как странно — ещё вчера я была школьницей, а сегодня везу документы в университет. Взрослая. Почти.

Папа паркуется у здания, глушит двигатель и коротко смотрит на меня:

— Готова, студентка?

Я улыбаюсь.

— Готова.

Внутри пахнет бумагой, пылью и чем-то официальным. Очереди, абитуриенты, родители — у всех одинаково напряжённые лица. Мы только подходим к столу приёмной комиссии, как слышим голос:

— О, Олег, ты ли это?

Папа оборачивается, расплывается в улыбке. Его знакомый — высокий мужчина в светлой рубашке — жмёт ему руку и переводит взгляд на меня.

— Дочка? Уже поступает? Как дела, красавица?

— Хорошо, — отвечаю вежливо.

— Сюда решила поступать? — кивает он.

— Да, хочу заниматься рекламой.

— Это хоршо, перспективно. А что здесь? Что не уехала куда? Или с папой, мамой охото поближе, — улыбается знакомый.

— Нет, мне здесь нравится. Люблю наш город. Необязательно же куда — то уезжать, чтобы чего-то добиться, — пытаюсь оправдаться я и немного краснею. Этот мужчина совсем смутил меня.

— Правильно, что не поехала в столицу. Сейчас все туда рвутся, будто там мёдом намазано.

Я чувствую, как папа чуть горделиво выпрямляется.

— Она сама решила здесь, — говорит он.

— И правильно, — продолжает знакомый. — Этот университет тоже сильный. Умница, что выбрала с умом.

Я киваю и улыбаюсь. Да, выбрала с умом. Но и сердцем. Этим взрослым дядькам необязательно знать истинную причину моего поступления.

Они еще перекидываются паруй слов, затем прощаемся, я подаю документы сотруднице. Она проверяет бумаги, ставит печати, что-то отмечает. Всё происходит быстро, почти буднично.

— Поздравляю, — говорит она. — Вы в списках абитуриентов.

— Точно? — переживаю я.

— Даже не сомневайтесь. У вас высокий балл, считайте что уже поступили.

Мы выходим обратно на солнце. Папа кладёт руку мне на плечо:

— Горжусь тобой.

— Спасибо, пап.

Я говорю это искренне. Этот университет правда хороший. И специальность интересная. И всё логично, разумно, правильно.

Только внутри тихо шепчет другая причина — та, о которой никто не знает.

Здесь Макс. И я остаюсь.

Мы садимся в машину и город медленно проплывает за окнами. Лето, начало июня, воздух тёплый, пахнет асфальтом и цветущими деревьями. Я держу телефон в руках, перелистываю экран и вижу, что пришло новое сообщение.

Кирилл.

«Привет. Как подача документов?»

Я улыбаюсь, набирая ответ: «Всё прошло. Легко и быстро, можно сказать, что формальность.»

Он отвечает почти мгновенно: «Молодец. Должна быть довольна собой. А то вдруг расстроишься, и я буду переживать.»

Я фыркаю. Забавно, как он волнуется, хотя видим мы друг друга не так уж часто.

«Не переживай, всё нормально. Даже интересно. А ты как?»

«Всё по-старому. Дом, тренировки… скучно без твоих историй. Может плюнешь и поедешь со мной в Швецию? Ты умная, Алина, на каникулах подтянешь английский и все будет хорошо. Ты с лёгкостью поступишь»

«Нет, спасибо. Я буду учиться здесь»

«Жаль. Я буду скучать по тебе. Если передумаешь, буду рад помочь»

Я улыбаюсь сильнее, прикрывая телефон рукой. Его лёгкая забота, несмотря на расстояние и нашу непривычную близость, как всегда немного греет.

— Всё в порядке? — спрашивает папа, глядя на меня с боку.

— Да, — отвечаю, пряча телефон в сумку. — Просто переписка.

В голове тихо мелькают мысли: хорошо, что поступила здесь, в своём городе. Здесь можно быть рядом с привычным, с тем, кто важен. С тем, кто занимает мысли и сердце больше, чем это правильно.

Машина мягко катит по улицам, шум города смешивается с голосом радио, а я всё ещё улыбаюсь и тихо проверяю экран: Кирилл снова написал.

«Буду ждать твоих историй вечером. Не забывай про прогулку.»

Я слегка смеюсь, отвечаю коротко, но с теплом: «Не забуду.»

И снова смотрю в окно, на улицы, дома, на знакомый двор.

Папа высаживает меня возле дома Вики, а сам уезжает на работу.

Вика уже ждёт, держит сумку за плечо и чуть улыбается, будто знает что-то, чего я сама ещё не до конца понимаю.

— Привет, ну что? Все хорошо?

— Привет. Да приняли документы. Сказали что я уже зачислена.

.— Поздравляю. Ты умница. Я только на днях буду подавать. Мне еще не все справки сделали.

Вика молодец. Вот кто упорно идет к своей мечте. Она давно готовилась к поступлению на психолога и кто-кто, а Вика точно поступит.

— Ну что, Алина, как вчера добиралась? — сразу начинает она, и в голосе слышится едва сдерживаемое любопытство.

— Макс подвез, — говорю, стараясь не выдать, как сердце немного подскочило при этих словах. — На мотоцикле. Всё аккуратно, безопасно… и ветер, и смех, когда дорога кривилась…

Вика хихикает, глаза её блестят.

— Ну, вот видишь! Я знала! — Она слегка толкает меня в плечо. — Всё это твои мысли о нём — уже не просто «друг», пора действовать, принцесса.

Я морщу нос, смущённо улыбаюсь.

— Вика, хватит уже. Это просто поездка. Не драматизируй.

— Просто поездка? — перескакивает она, делая шаг вперёд. — Ты только что говорила, как ветер рвал волосы, как он смеялся, когда дорога кривилась… Прямо так и светилась вся!

Я стараюсь скрыть улыбку, но она её видит.

— Ладно, ладно… — шепчу я. — Но это было всего лишь… момент.

— Момент! — Вика машет руками, будто разгоняя мои сомнения. — Я знаю, что ты влюблена, и всё остальное — это уже детали. Слушай, хватит теряться, хватит думать! Время действовать!

Я качаю головой, смущённая, но внутри ощущаю тепло от её слов. Её уверенность подбадривает, как будто толчок в правильном направлении.

— А как Костя? — спрашиваю, меняя тему, чуть улыбаясь.

— О, его довезли, — говорит Вика, чуть помедлив. — Хорошо Ян помог, я бы этого бугая точно не дотащила бы. Костя весь день в состоянии «ужасное похмелье», но дома благополучно.

Мы смеёмся, идём дальше по улице. В воздухе пахнет летом, асфальт ещё горячий, лёгкий ветер играет с волосами.

— Так, — говорит Вика, глядя на меня решительно. — Пора показать, что ты не просто мечтаешь, а делаешь.

Я сново глубоко вздыхаю.

— Сейчас лето, уйма свободного времени, вы живете в одном подъезде. У тебя все шансы. Позови его куда-нибудь, попроси сделать что-нибудь, отремонтировать. — с напором тараторит Вика.

— Ага, я когда вижу его, то все забываю. Руки трясутся и голос срывается. Да и толку что мы живем в одном подъезде. Он либо на учебе, либо на работе, либо катается где-то. Видимся редко и то в компании.

— А я тебе еще раз говорю — лето, каникулы, много свободного времени. Ты же теперь не сидишь вечерами за учебниками. Так что Алина, вдохни, возьми себя в руки и действуй!

Я киваю, сердце стучит быстрее. С Викой рядом кажется, что всё возможно.

Мы заходим в кафе. Болтаем еще немного о всяком разном. Смеемся. Затем целуем щеки и прощаемся.

Я иду по улице, сумка чуть сдавливает плечо, а мысли словно вырвались из-под контроля. Всё, что было вчера, не выходит из головы: как он одевает мне шлем, как садится на мотоцикл, лёгкое напряжение его рук, ветер, смех, когда дорога кривилась… Сердце бьётся быстрее, а мозг словно застрял в этих маленьких, но таких настоящих деталях.

Почему именно он? Я много раз прокручивала это в голове. Он же друг, сосед, и вроде бы всегда был рядом, но как будто только вчера я впервые заметила, что он может быть другим — сильным, уверенным, дерзким, даже немножко опасным. И это одновременно пугает и восхищает.

Я вспоминаю каждый изгиб его плеч, каждую лёгкую усмешку, когда он шутит с друзьями. Даже простое его движение — поворот головы, взгляд на улицу — заставляет внутри что-то дрожать.

Смешно, что раньше я и не думала о нём так. Он был просто частью компании, привычным соседом. А теперь каждая его фраза, каждый жест — как маленький магнит.

Я понимаю, что мои мысли скользят дальше: что он чувствует? Заметил ли он, что я… особенная для него? Или я всё это только себе придумываю?

Стараюсь отвлечься, но не получается. Лето, июнь, тепло, солнце, а я шагаю по улице и думаю только о нём. Смешно, как всё в голове переплетено: смех друзей, шум машин, запах асфальта … и Макс.

Кажется, что весь мир вокруг исчезает, остаётся только он и я.

Дом уже виднеется за углом улицы, знакомый подъезд, лавочки у крыльца, маленькие клумбы с цветами. Воздух тёплый и чуть влажный. Я шагаю медленно, ноги сами несут меня домой, но взгляд случайно зацепляется за фигуру на лавочке у подъезда.

Макс.

Он сидит, слегка согнувшись, курит, телефон в руках. Ветер играет с его волосами, лёгкая тень от лампы ложится на плечи. Я замедляю шаг, сердце начинает биться быстрее, но стараюсь вести себя спокойно, будто не замечаю. Он поднимает глаза, встречает мой взгляд.

— Привет, — кивает он, лёгкая улыбка появляется на губах.

— Привет, — отвечаю тихо, слегка улыбаясь. — Как день?

— Нормально, — коротко. Дела, друзья, всё как всегда. И всё же взгляд задерживается на мне чуть дольше обычного. — Когда студенкой будешь?

— Уже. Сегодня сдала документы. Прияли — улыбаюсь я.

— Молодец, — улыбается он в ответ, — другого исхода не могло и быть.

Я улыбаюсь, Макс снова возвращается к телефону. Прохожу мимо, но что-то внутри шепчет: остановись. Медленно делаю шаг назад, собираюсь с мыслями. Смелость вроде есть, а сердце колотится. Вдыхаю, набираюсь смелости.

— Слушай… — начинаю, глотая комок в горле, — может, сходим в кино?

Он не отрывает глаза от телефона, но при этом внимательно слушает.

— Да, давай, — отвечает спокойно, почти как будто это естественно. — Давно не были.

Я улыбаюсь, чувство лёгкого тепла растекается по груди.

— Отлично, тогда давай завтра, часов в двенадцать.

— Угу, — кивает, делает затяжку сигареты, взгляд снова улетает куда-то вдаль, так же увлечённо печатая в телефоне.

Я разворачиваюсь и иду в подъезд, сердце всё ещё бьётся быстрее, чем обычно. Лёгкий ветер играет с волосами, и на мгновение кажется, что мир вокруг исчезает, остаётся только мы с ним и это чувство, что лето только начинается, а впереди — новые встречи, смех и, возможно, что-то совсем необычное.

Я оглядываюсь через плечо, он слегка улыбается в ответ, и внутри тихо шепчет: «Это только начало».