Алина

К базе мы подъезжаем уже под вечер. Солнце ниже, свет мягче, воздух пахнет водой и нагретой травой. За деревянным забором — несколько домиков, беседка, мангальная зона и тропинка к пляжу.

— Наконец-то! — выдыхает Вика.

Машины останавливаются почти одновременно. Все снова вываливаются шумно, будто дорога длилась не три часа, а сутки.

Парни первым делом открывают багажники.

— Осторожно, там мясо! — кричит Костя.

— А это чьё? — Дамир поднимает чей-то пакет с чипсами.

Я подхватываю свой рюкзак, но Макс уже перехватывает его у меня из рук.

— Дай, — коротко.

— Я сама могу.

— Знаю.

Он всё равно несёт.

Дом большой, скрипучий, с широкой верандой… Скрипучая лестница, большие окна, запах дерева и солнца. Нам повезло. Решили ехать почти дикарями. Парни позвонили заранее по одному номеру и забронировали один дом из тех, что свободны у хозяйки данной локации. Здесь пять домов на одной территории, но при этом все отдельно и никто друг другу не мешает. Нам достался двухэтажный коттедж, да и еще по хорошей цене.

Мы носимся по этажам, смеемся и быстро распределяем спальные места. Дом большой, есть большой зал-хол и несколько отдельных комнат. Места всем хватит. Наша спальня с Викой и Мирой оказывается на втором этаже, с небольшим балкончиком. Одну спальню отдаем Дамиру и Лейлей а в еще одной распределятся парни.

Внутри пахнет деревом и пылью. Две кровати, диван, маленький шкаф. Мы с девочками смеёмся, спорим, кто где спит. Я кидаю рюкзак на край кровати, открываю окно — внутрь сразу врывается тёплый вечерний воздух.

С улицы доносится голос Макса:

— Кто мангал брал?

— В багажнике у Дамира!

Я выглядываю в окно.

Парни уже перетаскивают пакеты к беседке. Макс снимает футболку — просто чтобы не испачкать, наверное. И у меня внутри что-то странно замирает.

Он смеётся с Костей, ловко складывает угли, чиркает зажигалкой. Огонь вспыхивает.

— Алина, иди сюда! — зовёт Вика. — Помогай накрывать!

Стол стоит прям на большой веранде на первом этаже — длинный, деревянный, заставленный тарелками, соусами, бутылками с лимонадом. Парни крутятся у мангала, девочки смеются, кто-то уже включает музыку громче.

Соседние домики тоже оживают. Где-то играет музыка, слышен мужской смех.

Я чувствую чей-то взгляд и машинально поворачиваюсь.

У соседнего домика стоят трое парней. Один из них смотрит прямо на нас. Точнее — на меня.

Я отвожу взгляд.

Огонь в мангале разгорается ярче. Дым тянется вверх, пахнет мясом и углями.

Мы с девочками приступаем к нарезке овощей, хлеба, пару легких салатов. Смеемся над тем, как Дамир слишком серьезно маринует лук.

Через час уже шумно. Вечер тёплый, мягкий. Всё какое-то простое и настоящее.

Мы едим, перебиваем друг друга, вспоминаем школу, спорим, кто первый уснёт. Вика тянет меня танцевать прямо между столом и перилами. Я сначала отмахиваюсь, потом всё равно смеюсь и двигаюсь в такт — чуть-чуть, без пафоса, просто потому что хорошо. Пару движений, легких, свободных. Ноги сами вспоминают ритм. Плечи расслабляются.

Макс смотрит. Я чувствую это кожей.

Когда музыка стихает, я отхожу к краю веранды. Облокачиваюсь на перила, смотрю вниз во двор. Воздух пахнет дымом и травой.

Я отчитываюсь родителям что все хорошо, мы доехали, все живы и теперь ужинаем. Они желают нам хорошо провести время. Еще пишет Кирилл. Спрашивает как дела. Мы с ним немного переписываемся.

Рядом щёлкает зажигалка.

— Сбежала? — слышу голос Макса.

— От вас? Конечно, — улыбаюсь.

Он становится рядом, опирается локтями на перила. Курит. Несколько секунд молчим.

Я перевожу взгляд в сторону и замечаю движение. В соседнем доме, на балконе, трое парней. Они тоже отдыхают, пьют пиво, судя по бутылкам. Один опирается на перила и откровенно смотрит сюда. Точнее — снова на меня.

Я чувствую это сразу. Взгляд неприятно скользит по коже. Хочется прикрыться чем-то. Я зябко обхватываю плечи.

— Ты сегодня другая, — говорит Макс вдруг.

— Какая? — перевожу внимние на него.

— Не знаю. Спокойная. И… — он пожимает плечом, — уверенная. То мороженное не выходит у меня из головы. — подшучивает он.

— Макс! — я толкаю его локтем и укоризненно сдвигаю брови. Самой смешно.

— С кем ты там переписываешся? — спрашивает, увлеченно заглядывая мне в телефон.

— Кирилл пишет — прикладываю я телефон к груди.

— Что ему нужно? — делает он очередную затяжку.

— Просто спрашивает как дела. Переживает как мы тут.

Он тихо усмехается. Я вновь перевожу взгляд в сторону того домика.

— Мне не нравится как они смотрят. — произношу я. Пальцы невольно сжимаются на перилах. Мне в общем-то все равно. Но их взгляды слишком мерзкие. Такое впечатление как будто меня раздели, облапали и изваляли в чем-то.

Я едва заметно киваю в сторону. Макс прослеживает мой взгляд. Оценивает. Затягивается сильнее.

— Мм.

Один из соседей что-то говорит, и все трое начинают улыбаться.

— Не обращай внимания, — говорит Макс и выдыхает дым в сторону. В голосе появляется жесткость.

— Я и не обращаю, — отвечаю я. Сама при этом теперь уже я продолжаю коситься в их сторону.

Макс делает шаг ближе ко мне. Так, что его плечо почти касается моего. Я замечаю это не сразу.

— Ты что делаешь? — тихо спрашиваю.

— Стою.

— Макс.

— Мне так удобнее.

Он не смотрит на меня, смотрит туда, на балкон напротив. Затягивается, выпускает дым медленно.

— Пусть найдут себе другое развлечение, — добавляет.

Мне вдруг становится странно тепло.

— Я сама могу справиться, — говорю всё же.

Он поворачивает голову и смотрит прямо в глаза. Тушит сигарету о край пепельницы.

— Пошли, — говорит.

И, не спрашивая, кладёт ладонь мне на поясницу, направляя обратно к столу. Ненавязчиво. Но так, что я больше не чувствую на себе чужих взглядов.

Мы возвращаемся к столу. Музыка тише, голоса громче, смех свободнее. Я сажусь ближе к краю, и Макс почти сразу занимает место рядом. Не спрашивает. Просто двигает стул и садится так, что его колено касается моего.

Через минуту его рука оказывается за спинкой моего стула. Не на мне — но почти. Пальцы лежат на деревянной перекладине, плечо слегка развёрнуто в мою сторону.

Если смотреть со стороны — он будто просто удобно устроился. Если сидеть рядом — понятно, что это не случайно.

Соседний балкон снова оживает. Я чувствую взгляд, но теперь он упирается в спину Макса. Он закрывает меня собой.

— Тебе не холодно? — спрашивает он вдруг.

— Нет.

— Если что — скажи.

Я киваю.

Мы смеёмся над очередной историей Дамира, спорим о музыке, делим последний кусок мяса. В какой-то момент я ловлю себя на том, что расслабилась. Я почти забываю про соседей, про дорогу, про всё.

Есть только стол, огни лампочек над верандой и его тёплое плечо рядом.

Часы показывают далеко заполночь, когда Вика первая зевает.

— Я всё, — заявляет она. — Если завтра пляж, я спать.

Постепенно народ начинает расходиться. Кто-то остаётся ещё сидеть с бутылкой, кто-то уходит в дом.

Я встаю тоже.

— Ты уже? — тихо спрашивает Макс.

— Угу. Спать хочу.

Он убирает руку со спинки стула, но встаёт вместе со мной.

— Закрой окно, — говорит буднично. — Ночью прохладно.

— Хорошо.

На лестнице я оборачиваюсь.

Макс снова садится за стол, смеётся с Костей, но взгляд на секунду цепляется за меня.

Я поднимаюсь наверх, в темноту комнаты. За окном ещё слышны голоса, треск углей, обрывки музыки.

Я ложусь, натягиваю плед. И засыпаю с ощущением, что он рядом. Не в комнате. Но рядом.