На обратном пути вы прошли мимо кафе и вернулись в офис. В течение утра вы не раз прерывались и вставали из-за стола. На обед съели рис с чечевицей и тофу с соевым соусом. И хотя вы можете гордиться своим здоровым выбором, после еды глаза неумолимо слипаются. Сейчас бы прилечь — совсем ненадолго, минут на двадцать. Но что подумают коллеги, если вы растянетесь на диване в переговорной и захрапите? А руководство? Спать на работе? Немыслимо. Нет, исключено. Хотя… а, была не была — вы все-таки ложитесь.

Готов поспорить — через несколько страниц вам очень захочется произнести перед руководством пламенную речь о том, почему вам и всей команде нужно гораздо чаще спать днем. И почему компаниям по всему миру стоит не просто закрывать на это глаза, а активно поощрять.

Я сам давно страдаю от того, что совершенно не умею спать днем. Не знаю, что мой организм имеет против, но отключиться посреди дня у меня не получается. Мой бывший сосед по квартире — совсем другое дело. Когда я работал из дома, я каждый раз наблюдал одну и ту же картину: после обеда он закрывал дверь комнаты и ложился. Через полчаса дверь открывалась, он садился за стол и бодро продолжал работать. Р-р-р.

Но злюсь я не на соседа, а на себя. Я могу лежать, отдыхать, но заснуть днем почти никогда не получается. Если все-таки удается — наслаждаюсь каждой минутой. После дневного сна я чувствую себя заметно бодрее. И невольно задумываюсь: а может, мы вовсе не созданы для того, чтобы спать раз в сутки (в науке это называется монофазным сном)? Может, нам нужен сон несколько раз в день — полифазный сон? На самом деле многое говорит именно в пользу этого.

Послеобеденная сонливость, которая накрывает многих из нас (кому не знакомо это чувство?), по всей видимости, вовсе не связана со слишком плотным обедом — хотя один мой коллега упорно пытается убедить меня в обратном. Скорее всего, эта сонливость запрограммирована биологически. Если подключить к мозгу электроды, видно: между часом и четырьмя дня активность мозга снижается. Даже если на обед не было ни бургера, ни пиццы. Так, может, мне все-таки стоит попробовать регулярно дремать днем? Данные исследований говорят однозначно: дневной сон творит чудеса, и большинству он идет на пользу. Правда, лично мне лучше от него воздержаться. Почему — объясню чуть позже. А пока разберемся, как именно послеобеденный сон делает нас умнее и бодрее.

Есть темы, исследовать которые непросто. Взять хотя бы эффект дежавю — обман памяти, при котором кажется, что вы уже переживали нынешнюю ситуацию. Невозможно сидеть наготове с электродами и ждать, пока у человека случится дежавю: они слишком редки и непредсказуемы. С дневным сном все гораздо проще. Достаточно разделить участников на две группы: одним — спать, другим — бодрствовать. До и после — тесты. Именно так устроено большинство исследований в этой области.

Например, работа дюссельдорфской группы 2008 года. Участников эксперимента попросили запомнить список из 30 слов. Затем одна группа бодрствовала, другая ложилась и спала в среднем 25,5 минуты. Первые результаты показали, что те, кто спал, вспомнили больше слов. Но ученым этого было мало. Они хотели понять, как влияет продолжительность сна, — и пригласили третью группу, которой разрешили спать всего шесть минут. Группа сравнения спала значительно дольше — в среднем около 36 минут. Выяснилось, что даже шестиминутный сон улучшал запоминание по сравнению с бодрствованием, однако длинный сон давал еще более выраженный эффект. Так было установлено влияние кратковременного сна на память: даже недолгого сна достаточно, чтобы лучше закрепить в памяти недавно выученное. Но чем длительнее сон — тем сильнее эффект.

Впрочем, наша память — это не только списки слов. Дюссельдорфские ученые исследовали лишь один аспект декларативной памяти — части долговременной памяти, отвечающей за информацию, которую мы можем осознанно вспомнить. Именно она позволяет хранить и извлекать факты, события, понятия — потому ее и называют «памятью знаний». Но если бы она ограничивалась отдельными фактами, от нее было бы мало толку. К счастью, декларативная память хранит и связи между ними. Эту разновидность называют реляционной памятью. Именно она помогает нам ориентироваться в мире, который по большому счету и состоит из закономерностей и связей. Например: каждый раз, когда я вечером выпиваю три кружки пива, наутро болит голова. Подозрительно похоже на закономерность. Или: темные тучи — значит, скоро дождь. Звонок в дверь — скорее всего, кто-то пришел и чего-то хочет. Мир полон паттернов, и мозг отлично умеет их распознавать и запоминать. И здесь дневной сон тоже помогает: после него мы справляемся с этим лучше.

Возможно, ваш дневной сон тоже когда-нибудь выходил из-под контроля и затягивался дольше, чем вы рассчитывали. Когда такое случается со мной, я потом часами ни на что не годен. Нейробиологи Николь Ловато и Леон Лэк из австралийского Университета Флиндерса показали в обзорной работе, что эффект дневного сна напрямую зависит от его продолжительности. Короткий сон — от пяти до 15 минут — дает почти мгновенный результат: бдительность и внимание улучшаются и держатся от одного до трех часов. Более долгий сон, свыше 30 минут, поначалу может вызвать так называемую инерцию сна — то самое состояние заторможенности, когда не можешь прийти в себя, — но затем когнитивные показатели улучшаются и сохраняются на несколько часов.

Итак, краткосрочные эффекты дневного сна изучены хорошо. Но есть ли долгосрочная польза? Имеет ли значение регулярный послеобеденный сон для когнитивного здоровья в старости? Чтобы ответить на этот вопрос, японские ученые на протяжении пяти лет наблюдали за людьми старше шестидесяти пяти. В начале и в конце исследования измерялись когнитивные функции. Параллельно участники в интервью описывали свои привычки сна, включая дневной, и другие аспекты образа жизни. Главный результат: короткий дневной сон — менее 30 минут — снижал риск проблем с памятью и мышлением почти на 50% по сравнению с результатами тех, кто совсем не спал днем. Вывод исследователей однозначен: тот, кто хочет снизить риск деменции, должен спать днем.