Бэнкс и Bиггинс были выведены из покоев короля на встречу рассвету. Король направился налево. Их повели направо, на площадку, с которой открывался вид на что-то похожее на лабиринт узких улочек с домами без крыш, построенными во впадине - меньшем кратере на внешнем краю более крупного кратера, расположенного за ним. Стены были высечены в виде ярусов сидений. Жители города - по оценке Бэнкса, около тысячи человек - занимали нижние ряды сидений; когда-то, если бы это место было заполнено до отказа, оно могло бы вместить до десяти тысяч человек.

При появлении двух мужчин по всей этой природной арене раздался ликующий крик, а затем - еще громче, когда все головы повернулись, чтобы посмотреть выше, за спинами Бэнкса и Bиггинса. Король вышел на высокий балкон, на котором стоял еще один из тех впечатляющих каменных тронов. На голове у него был высокий головной убор из разноцветных перьев, а на плечи был накинут плащ из того же материала, спускавшийся до самой земли вокруг него.

Он поднял руки и обратился к народу на их родном языке; его голос легко разносился по этому естественному резонатору. Раздались громкие возгласы.

- Ну и что теперь? - спросил Bиггинс, стоя рядом с Бэнксом.

Внимание Бэнкса переключилось с толпы на лабиринт улиц внизу. На всем пространстве арены не было ни души, и когда взгляд Бэнкса скользнул от одного конца до другого, он понял, на что смотрит.

- Чертовы минойцы, точно, - пробормотал он.

- Что ты сказал, капитан?

Бэнкс махнул рукой, обозначив арену.

- Вот и наше испытание, Вигго. Это чертов лабиринт. И, по-моему, они ожидают, что мы, как крысы, пробежим его.

Его догадка подтвердилась, когда король обратился к ним напрямую, по-английски. Он окликнул Бэнкса сверху.

- Вы догадались, в чем суть испытания, капитан?

Бэнкс махнул рукой в сторону лабиринта внизу.

- Мы должны пробежать его, верно?

- Верно.

- И если мы доберемся до конца, нас отпустят?

Король рассмеялся, и толпа рассмеялась вместе с ним, хотя было ясно, что никто из них не понимал происходящего разговора.

- Нет, сэр. Если вы доберетесь до конца, вы присоединитесь к племени. Думаю, вы станете отличными членами моей гвардии. Но не беспокойтесь по этому поводу. Никто еще никогда не проходил это испытание до конца.

- Это чертов лабиринт. Насколько это может быть сложно? - сказал Bиггинс.

Бэнкс слабо улыбнулся.

- Не думаю, что мы будем там одни, - сказал он. - Как и Тесей, нам придется сразиться с чудовищем.

Король радостно хлопнул в ладоши.

- Мне нравятся образованные люди. И вы правы.

Он снова хлопнул в ладоши, на этот раз громче, и раздался грохот шестеренок и механизмов. Бэнкс посмотрел в сторону звука и увидел раптора, стоящего за воротами, которые нужно было поднять всего на несколько футов, чтобы он мог пройти в лабиринт. На его спине высоко сидел молодой всадник, вооруженный длинным копьем.

Толпа бурно ликовала, когда юноша поднял копье над головой.

- Как испытывают вас, так испытывают и нас, - сказал король. - Молодым предстоит заслужить свои перья.

- Оружие? - спросил Бэнкс. - Дайте нам одну из наших винтовок, и мы скоро увидим, сколько перьев полетит.

- У вас есть ум. Этого должно хватить.

Солнце поднялось над краем кратера, и это, по-видимому, стало сигналом к началу игр. Шесть копьеносцев погнали Бэнкса и Bиггинса вперед к краю платформы, где узкая лестница вела вниз, в тени лабиринта. Где-то позади короля раздался барабанный бой. Толпа в ответ кричала и ликовала.

- Ворота откроются на десятый удар, - крикнул король вниз. - Лучше поторопитесь, сэр.

Они двинулись в путь.

Второй удар барабана эхом разнесся по лабиринту, когда они достигли нижней ступеньки и направились в запутанный лабиринт стен.

- Куда идти, Кэп?

Ворота, за которыми находился раптор, были справа от них. Впереди, слева, простирался темный переулок.

- Давай изменим шансы и пойдем по короткому пути, - ответил Бэнкс и указал на стену слева от себя, верхняя часть которой находилась примерно на четыре фута выше их голов. - Прямо как на полигоне, Вигго. Думаешь, мы вдвоем сможем затащить твою жирную задницу туда?

- А, блядь, я всегда был никудышным в этой игре, - ответил Bиггинс.

Раздался третий удар барабана.

- Kак насчет, если я дам тебе стимул? Залезай туда, блядь, прямо сейчас, или эта тварь съест нас на завтрак.

- То же обещание, что и в прошлый раз? Ты платишь за выпивку, а я получу сигаретку наверху?

- Договорились. А теперь шевелись, капрал.

Все прошло легче, чем надеялся Бэнкс. Он подтолкнул Bиггинса вверх, капрал наклонился, свесив половину тела через верх, протянул руку вниз, и Бэнкс смог подпрыгнуть, зацепиться за руку и, раскачиваясь, подтянуться к другому мужчине.

Раздался четвертый удар барабана.

Толпа взорвалась аплодисментами, хотя Бэнкс не знал и не заботился о том, было ли это от звука барабана или от вида двух мужчин, теперь стоящих высоко на вершине стены лабиринта. Стена была шириной в фут - достаточно места, чтобы они могли идти шагом, но страшно, если бы они решили бежать.

- Быстрее, Вигго, - сказал он. - Давай оторвемся от того чудовища, пока есть возможность.

Пятый удар барабана прозвучал, когда они тронулись с места, направляясь влево, прочь от ворот.

Они подошли к первому перекрестку, когда раздался шестой удар барабана. Бэнкс, идущий впереди, мысленно подбросил монету и повернул налево; лабиринт в том направлении казался более запутанным, и там было гораздо больше шансов оторваться от преследователя. Но уже через десять ярдов он заметил ошибку в своем рассуждении - он считал верхнюю часть стены проходом. В некотором смысле это и было так, но он забыл, что находится на вершине стены в лабиринте; в лабиринтах между стенами проходов есть промежутки, в хорошем лабиринте их много, и в них тем легче заблудиться.

Один из таких промежутков открывался прямо перед ним - шесть футов шириной между ними и следующим участком стены.

- Ладно, блядь, - сказал Bиггинс. - В этой игре я тоже полный ноль.

Прозвучал седьмой удар барабана.

Бэнкс не стал тратить время на раздумья. Он пробежал расстояние до промежутка и прыгнул. В воздухе у него был момент паники, когда он подумал, что просчитался и не допрыгнет, но затем его левая нога приземлилась на камень. Он сделал два шага, спотыкаясь, пошатнулся и тяжело присел, оседлав стену, положив ноги по обе стороны.

Он осторожно повернулся лицом к Bиггинсу.

- Для такого крепкого парня, как ты, это ерунда, Bигго, - крикнул он, похлопывая по верху стены перед собой. - Давай, я прикрою тебя.

Bиггинс перелетел через проем. Толпа взвизгнула, когда капрал, явно не рассчитав прыжок, на полном ходу врезался в Бэнкса, чуть не сбросив обоих со стены. Только благодаря силе рук капитана, схватившего Bиггинса за талию и грубо подтянувшего его, чтобы тот сел верхом на стену, им удалось удержаться наверху.

Толпа взревела от восторга, когда оба мужчины сохранили равновесие.

Прозвучал восьмой удар барабана.

- Вставай, Bигго. Мы движемся слишком медленно.

- К черту это. Мы здесь, наверху, а эта тварь внизу, в переулке. Мы в безопасности.

- Только если она не умеет лазать, - ответил Бэнкс.

- Черт возьми, капитан, тебе обязательно все испортить?.

Они встали на ноги и снова двинулись по верху стены, по-прежнему направляясь влево.

Казалось, прошло всего несколько секунд, как раздался девятый удар барабана.

Шум толпы усилился. Что-то ударилось о камень у ног Бэнкса, и он поднял глаза; они отошли достаточно далеко влево, чтобы оказаться в пределах дальности полета камней из толпы. Крупный перезрелый плод разлетелся об стену всего в нескольких дюймах от его пальцев ног. Еще один плод, на этот раз брошенный точнее, полетел по дуге из зрительской зоны. Бэнкс рассчитал его траекторию, сделал три быстрых шага вперед и одной рукой поймал его на лету. Он откусил большой кусок, передал его Bиггинсу, который откусил еще один, и оба поклонились под аплодисменты толпы.

Затем они снова двинулись в путь, и Бэнкс вел их больше вправо, чем влево, выводя из зоны досягаемости любых снарядов, более опасных, чем фрукты. Слишком быстро они подошли к очередному проходу шириной в десять футов, который было невозможно перепрыгнуть.

Прозвучал десятый удар барабана. Звук деревянных шестеренок и визжащей веревки разнесся эхом по арене, когда ворота поднялись.

Раптор зарычал, и толпа взорвалась аплодисментами.

Охота началась.