После того как с лордом Алдаром разобрались окончательно и бесповоротно — его отправили в дальнее поместье с запретом заниматься магией, — в императорском дворце наступило то самое затишье, которое обычно бывает перед бурей. Но бурей на этот раз была свадьба.

И не просто свадьба, а событие, которое должно было войти в историю Дартиса. Потому что невеста — полуфея-полуведьма с божественными корнями, а жених — наследник драконьего престола. Император, узнав о том, что к нам на торжество собираются боги и полубоги (в прямом смысле!), сначала побледнел, потом позеленел, потом выпил стакан чего-то крепкого и махнул рукой: «Делайте, что хотите. Только чтобы всё было достойно».

И началось.

Фенька, которая взяла на себя роль главного координатора свадебных приготовлений (она утверждала, что у неё «талант организатора» и «чутьё на красивые скатерти»), носилась по дворцу со списками, которые были длиннее драконьего хвоста. Она проверяла меню, цветы, рассадку гостей, музыку и даже то, в какой последовательности будут подавать блюда, чтобы «никто из богов не обиделся, если его любимый пирог подадут после рыбы».

— Слушай, — сказала я, когда она в очередной раз ворвалась в мою комнату с новой пачкой бумаг, — ты уверена, что мы справимся? У меня родственники — это не просто тётушки с цветами. Это буквально существа, которые могут изменить погоду одним чихом.

— Я всё учла, — ответила Фенька, поправляя передник. — Для дедушки-бога мы поставим отдельный стул с позолотой. Для дедушки-дракона — отдельный стол, потому что он любит, чтобы было много места. Бабушке-ведьме — чтобы в меню было что-то остренькое. А твоим братьям — пиво. Много пива. Они ж с Земли, им непривычно без нормального хмельного.

— Ты гений, — сказала я искренне.

— Я знаю, — ответила она и умчалась дальше командовать слугами, которые уже начали падать в обморок от её требований.

Барсик, который в подготовке не участвовал, но активно наблюдал, сидел на подоконнике и делал вид, что ему всё равно. Однако я заметила, что он пару раз подходил к Феньке и давал «ценные советы» — например, что кроликов на свадьбе быть не должно, потому что они «могут спровоцировать его охотничий инстинкт».

Самым сложным оказалось приглашение родственников. Мама взяла на себя переговоры с бабушками — те, хоть и дулись после нашего портального побега, но всё же согласились приехать, потому что «внучка выходит замуж, и это важнее, чем наши разногласия». Серафима даже пообещала привезти с собой «специальный свадебный оберег», который, по её словам, «точно пригодится, если кто-то из богов перепьёт».

— Ты уверена, что они не устроят скандал? — спросила я маму, когда мы обсуждали список гостей.

— Кто? — уточнила она.

— Бабушки.

— Я думаю, они будут слишком заняты, чтобы ссориться. Им нужно будет показать всем, что они — самые достойные родственницы невесты. Это же соревнование.

— Они начнут соревноваться на моей свадьбе? — я даже не знала, смеяться мне или плакать.

— Конечно, — ответила мама совершенно спокойно. — Это же так интересно.

На следующий день я узнала, что дедушка-бог прислал весточку, что «будет, но если кто-то из других богов начнёт хвастаться своими дарами, он может обидеться». Дедушка-дракон, в свою очередь, пообещал «прилететь в лучшем виде и показать всем, как надо выглядеть на свадьбе».

— Они что, конкурируют? — спросила я Ричарда вечером, когда мы сидели в саду и пытались обсудить что-то не связанное с приготовлениями.

— Похоже на то, — улыбнулся он. — Но я не боюсь. У меня есть ты. И я уверен, что ты справишься с любыми родственниками, даже с богами.

— Легко тебе говорить, — вздохнула я. — Ты не видел моего дедушку, когда он решает, что его обделили вниманием.

— Тогда мы дадим ему больше внимания. И пирогов.

Я засмеялась. Чувство юмора у него никогда не подводило.

К концу недели дворец напоминал пчелиный улей: слуги переставляли мебель, Фенька командовала процессами, Барсик время от времени выходил из себя и убегал на кухню, где «успокаивал нервы» сметаной.

Императорская чета тоже включилась в подготовку — император лично утвердил список вин (он сказал, что «боги пьют только самое лучшее»), а императрица взяла на себя цветы и украшения. Она даже предложила помочь с платьем, но я решила, что платье мне сошьёт мама. Вместе с бабушкой Аделиной. Потому что фея-портниха и ведьма-дизайнер — это союз, который точно создаст что-то невероятное.

За день до прибытия родственников я стояла у окна и смотрела на закат, чувствуя, как внутри разрастается волнение. Рядом оказался Ричард. Он обнял меня сзади и поцеловал в макушку.

— Боишься?

— Немного, — призналась я. — А вдруг они поссорятся?

— Тогда мы их помирим. — Он улыбнулся. — Это же наши семьи. Они все любят тебя.

— И это самое важное, — прошептала я.

Мы стояли так, глядя на закат, и я знала: что бы ни случилось, это будет лучшая свадьба в истории Дартиса. Потому что она — наша.