Я вскинул винтовку, пытаясь навести ее на подрагивающую голограмму богомола. Массивный ствол ходил ходуном, никак не желая успокаиваться в моих неумелых руках. Палец судорожно скользнул на спусковой крючок.

— Куда жмешь, недоумок?! — взревел «Папа», чуть не подпрыгивая от негодования. — Сначала предохранитель сними, а потом уж стреляй.

Я судорожно зашарил глазами по затвору, пытаясь сообразить, где там этот чертов предохранитель.

— На правой стороне ствольной коробки кнопка, — вздохнул Рычков, теряя терпение. — Боже, откуда вас только таких берут?!

Ага, вот она! Я нажал на кнопку и снова вскинул винтовку, прижав приклад к плечу. Спасибо экзоскелету, он взял нагрузку на себя. Зловещий красный прицел по-прежнему скакал на груди голографического насекомого, никак не желая успокаиваться.

— А теперь плавно жми на спуск, — скомандовал сержант. — Помни, это тебе не барышню в клубе за задницу щупать. Тут аккуратность нужна.

Я глубоко вдохнул, затаил дыхание и мягко потянул крючок. Грохот выстрела едва не оглушил, плечо дернулось от отдачи. Но, о чудо! Разрывная пуля врезалась точно в грудь насекомого, расплескав ошметки плоти и брызги ядовитой крови. Обломки хитина голографическим веером разлетелись в стороны.

— Недурственно, мажор, — процедил сквозь зубы Рычков. — С первого раза почти в молоко. Еще 99 таких попаданий и, глядишь, из тебя выйдет толк.

Я с облегчением опустил винтовку, чувствуя, как взмокли ладони. На боку приклада тут же вспыхнул индикатор, отобразив оставшийся боезапас и режим ведения огня. Забавная штучка.

— Так, болезный, теперь слушай, — сразу же отобрал у меня оружие Папа. — Эта игрушка у нас зовется ШАВС-5 — штурмовая автоматическая винтовка Сормова. Малышка с компьютерным прицелом, лазерным дальномером и системой корректировки траектории пули. Основное стрелковое оружие наших доблестных ВКС и армии планетарной обороны.

Рычков вздохнул и любовно провел ладонью по стволу, и в его глазах вспыхнули ностальгические искорки воспоминаний.

— Сто выстрелов в магазине, калибр — 5,45 мм. Начальная скорость пули — 1070 метров в секунду, убойная дальность — два километра, предельная — четыре с половиной! При стрельбе короткими очередями не дает осечек даже в полной грязи и пыли. В общем, наша гордость! Правда, в руках таких вот недоносков как ты может превратиться в опасную игрушку… Поэтому слушай внимательно!

Инструктор подошел вплотную и ткнул пальцем в затвор:

— Вот эта кнопка, как ты уже, наверное, хотя я не уверен, понял, переводит режимы стрельбы. Одиночным — пристрелочным, короткими очередями по 3-10 патронов, количество выбираешь сам, и наконец, непрерывным огнем. Учти, в последнем случае ты за полминуты израсходуешь весь магазин! Как закончатся патроны — меняй обойму на полную. Видишь зеленый индикатор на ней — значит полная. Как только я хотя бы один патрон достаю — цвет начинает меняться на светло-зеленый, соответственно когда обойма пустая — планка будет светится красным. Наличие боезапаса также дублируется такими же цветовыми индикаторами на самом оружии. Все это сделано для таких имбицилов, как ты. Главное, чтобы ты у нас не страдал еще и дальтонизмом… И чтоб без команды огонь не открывал, понял?!

Я машинально кивнул, пытаясь ухватить поток инструкций. А Рычков уже активировал для меня следующую мишень.

— Теперь учимся метко целиться, студент! Ибо тот самый одиночный — пристрелочный выстрел очень важен, потому, как все последующие пули, если винтовка находится в режиме «Привязанный огонь», следуют строго за первым, как бы не ходил ходуном в твоих тоненьких аристократических ручках в этот момент ствол. Это не значит, что нужно поворачивать винтовку на девяносто градусов. Это так не работает, оружие и сенсорный прицел все это время должен быть направлен на цель… Огонь!

Голографическая мишень богомола в этом момент дернулась и начала прыгать то вправо, то влево. Я нажал на спусковой крючок, сумев-таки зацепить насекомое, ранив его в одну из лап.

— Оружие находится в упомянутом мной режиме? — задал вопрос «Папа».

— Да, сержант, — крикнул я, скосив взгляд на информационную панель ствольной коробки.

— Тогда, короткой очередью — Огонь-огонь!

Прогремела первая короткая очередь, и голограмма богомола, несмотря на то, что я уже не прицеливался, разваливается на части под трассой пуль. Краем уха я услышал, как Рычков одобрительно хмыкнул. Вторая очередь после пристрелочного по следующей мишени — та же история. Третья по какому-то жуку-переростку, возникшему совсем рядом со мной — и пули уходят мимо, так как я от неожиданности сильно повел стволом.

— Не дергайся ты, мать твою! — тут же зарычал Папа. — Дыши ровнее! От того, насколько ты будешь хладнокровен в бою с этими тварями, зависит, скушают они тебя или нет… Плечо к прикладу плотнее прижимай! И следи за центровкой мушки в прорези прицела, это главное!

Я собрался, уже понимая, что мишени в тире могут возникнуть в любом месте, в любом виде и двигаться будут с разной скоростью. Следующие несколько серий коротких очередей разорвали их в клочья. Рычков скупо кивнул, заметив, как я начинаю входить во вкус и практически перестал делать ошибки. Я же, довольно ухмыляясь, ждал какие слова одобрения найдет старший сержант, если у него в словарном запасе они вообще существуют.

— Все, хорош, — оборвал мой энтузиазм «Папа», решив что лучшей наградой будет уже то, что он не даст мне очередную затрещину. — С винтовкой разобрались, теперь давай осваивать доспехи. Помнишь, как его активировал? Приложив большой палец к сенсору на груди. Также будешь его и снимать…

Услышав шум и возню в рядах своего взвода, сержант ненадолго отвлекся и послал матом слишком уж разговорчивых.

— А ну-ка заткнуться! Думаете, вы все знаете и умеете, бестолочи?! Инструктаж для всех, а не только для мажора…

После этого снова обернулся ко мне:

— Надевай перчатки и сферу… Все кнопки активации на нагрудной панели… Соображай быстрей, Васильков!

Тир в этот момент уже полностью был наполнен грохотом выстрелов и лязгом затворов…

— Система управления интуитивная, — бубнил Рычков. — Двигайся как обычно, сервоприводы сами распознают команды твоих мышц и усилят импульс. Пошевели для начала руками. Во, видишь, как это работает.

Бронированные манипуляторы со скрежетом приходят в движение. Я неосторожно взмахиваю рукой — и кулак проделывает стремительную дугу, едва не впечатав старшего сержанта в стену.

— Полегче, — воскликнул Папа, едва увернувшись. — Не забывай, что теперь ты намного сильнее. Так что двигайся плавно, без рывков. Ощути мощь брони, слейся с ней! Экзоскелет Ратник-200 работает как твоя вторая кожа. Считывает биотоки мышц, повторяет каждое движение. Но с многократным усилением.

Я сделал несколько уверенных шагов и взмахов. Сервомоторы мягко отозвались, двигаясь синхронно с моими конечностями. Тяжесть брони почти не ощущалась, как будто я и в самом деле облачился в какой-то фантастический силовой доспех из аниме. Признаюсь, это даже начинало затягивать!

— А как тут с защитой, сержант? — полюбопытствовал я, осмелев. — Броня-то хоть надежная?

— Пластины из нимидийской стали, — ухмыльнулся Рычков. — Бронебойные пули с близкого расстояния, конечно, не выдержат, но от когтей и жвал мелких тварей укроют. Хотя, если честно, мелких на Новгороде-4 немного, так что в любом случае верти глазами на триста шестьдесят и близко их к себе не подпускай.

Я начал шагать, а потом и вовсе бегать вдоль стены, привыкая к экзоскелету. Кроме меня никто из присутствующих, знающих о броне и много раз носивших ее на себе, моему примеру не последовал. Более того, многие усмехались и шутили, наблюдая, как я ношусь как угорелый по залу. Но я не обращал на ухмылки никакого внимания, поглощенный обучениям азам управления этой новой техникой. Ничего так, действенная вещица!

— Васильков, твою мать, прекрати играться…, — старший сержант уже было собирался вернуть меня в строй, чтобы перейти к инструктажу по гранатам и остальному вооружению и амуниции, как неожиданно дверь оружейки с шипением отъехала в сторону и на пороге появился офицер. Черные очки искусственного зрения недобро сверкнули, впившись прямо в меня. Я похолодел, мгновенно узнав в вошедшем того самого лейтенанта, с котором дерзко сцепился час назад в штабе. Вот так встреча!

— Бойцы — смирно, старший лейтенант Свиблов! — рявкнул Папа, вытягиваясь в струнку. — Командир 1-го штурмового взвода! Все подошли и слушать сюда!

Лейтенант неторопливо вышел на середину оружейки, сцепив руки за спиной. Обвел нас цепким, оценивающим взглядом, задержавшись на мне чуть дольше положенного. Его губы дрогнули в едва заметной усмешке, но тут же вновь сжались в жесткую линию.

— Вольно, сержант, — бросил он, небрежно отмахиваясь. — Доложите обстановку.

Рычков мгновенно отчеканил, бесстрастно глядя перед собой:

— Провожу инструктаж по штатному вооружению и снаряжению. Довожу до личного состава боевую задачу. Подготовка к выходу завершена на 70 %. Через двадцать минут взвод будет полностью экипирован и готов к выдвижению!

Свиблов молча кивнул, хищно прищурившись. Легким движением лейтенант активировал голографическую панель и, подойдя к ней вплотную, развернул в воздухе объемную карту местности. Яркие метки на ней обозначали нашу базу, окруженную периметром, а также точку предстоящей высадки.

— Значит так, бойцы, — процедил лейтенант, скупо роняя слова. — Некоторое время назад наша разведгруппа обнаружила крупное скопление богомолов в квадрате 15-А. По последним данным, там находится новое логово их матки со всем своим выводком. Наша задача — ликвидировать гнездо до того, как твари расплодятся и начнут терроризировать всю округу.

Свиблов увеличил масштаб изображения, приблизив отмеченную алым зону. Над панелью всплыла объемная голограмма кошмарного, уродливого существа — гигантской самки богомола. Плоская приплюснутая башка с фасеточными глазами, мощные зазубренные челюсти, ощетинившиеся шипами конечности и огромное, просто безразмерное брюхо. Меня аж передернуло от омерзения. Так вот ты какая, мамаша-богомол.

— Не вздумайте недооценивать этих насекомых, — продолжал между тем лейтенант Свиблов, сверля нас тяжелым взглядом из-под своих электронных очков. — Хитин толщиной с палец, жвала как ножи мясника и клешни, отрубающие конечность с легкостью секатора, которым вы ровняете кустарник в вашем загородном особняке.

Тут Свиблов осекся, усмехнувшись собственным словам. Ха-ха-ха, откуда стоящим перед ним штрафникам знать о тонкостях ландшафтного дизайна собственного загородного коттеджа. По этой ухмылке, а также по манере говорить через губу, я предположил, что этот человек не из простой семьи. Что он тогда забыл на Новгороде в штрафном батальоне? Впрочем, а я, что здесь забыл?

— Плюс скорость с которым богомолы владеют этими клешнями, — между тем продолжал говорить лейтенант. — Так что не зевать и палить на поражение! Иначе в момент распотрошат.

Свиблов ткнул пальцем в голограмму, указав на уязвимые точки.

— Бить строго в тело и голову, — отчеканил он. — Только так можно быстро завалить эту дрянь. На все остальное — отлетевшие ноги, клешни и крылья они просто чихать хотели. Ясно излагаю?

— Так точно, — ответил нестройно взвод.

— Так точно, господин лейтенант, — тут же поправил нас, «Папа». — Еще раз!

— Так точно, господин лейтенант, — повторили тридцать с лишним человек более громко и четко.

Свиблов удовлетворенно кивнул, провел ладонью над голопанелью, сворачивая изображение.

— Десант производим по стандартной схеме, — скупо бросил он, поворачиваясь к старшему сержанту и остальным командирам отделений. Какая-то стандартная схема, как будто я знал что это такое.

В это время Свиблов смерил меня долгим, многозначительным взглядом поверх черных очков. Дескать, не думай, что я забыл про нашу беседу в приемной полковника. Поквитаемся еще, птенчик. Вот это я попал! Мало того, что мне в скором времени предстоит сражаться с жуткими тварями, так еще и командует этим безумием офицер, который меня тихо ненавидит. О таком веселье я точно не мечтал.

Толик ободряюще хлопнул меня по плечу.

— Ты что это изменился в лице, друган? — подмигнул он.

— Уж больно эти электронные глазенки у нашего командира недобрые, — хмыкнул я. — Кстати, что у него за очки такие хитрые?

— Это технозрение, — ответил Толян. — У немногих, такой гаджет, у тех, кто это может финансово себе позволить. Хитрая электроника, сканирует все вокруг, выводит данные. Очень удобно в бою. Впрочем, даже если бабки есть, хрен где достанешь…

Между тем Свиблов медленно обвел тяжелым взглядом наши напряженные, полные ожидания лица. Сделал драматическую паузу, явно наслаждаясь моментом.

— Ну что, господа бандиты, — процедил он сквозь зубы, едва шевеля губами. — Суровое испытание предстоит нам сегодня. Потащимся с вами сквозь это зеленое пекло навстречу монстрам.

Лейтенант сделал эффектную паузу и обвел нас колючим, как мне показалось, презрительным взглядом.

— Сегодня вам выпала уникальная возможность искупить свою вину перед Империей. И, если повезет, смыть позор штрафника своей доблестью! Не знаю, на что вы там рассчитываете, но имейте в виду — приказ должен быть выполнен. Либо победа, либо могила! Третьего не дано! Так что смотрите у меня… Чуть что не так — лично шкуру спущу!

Его слова вызывали во мне смутную тревогу и дурные предчувствия. Я стиснул зубы. Этот насмерть пошлет, и даже своим электронным глазом не моргнет. С такими командирами — врагов не надо, быстрее богомолов в могилу загонят.

— Ты меня услышал, боец? — прошипел Свиблов, вперившись прямо в меня немигающим взором, похоже, заметив в моих глазах ответное презрение. — Я сказал — ты сделал. Быстро и четко. Это ясно?!

— Так точно! — процедил я сквозь зубы, стискивая рукоять винтовки.

— Великолепно, — осклабился Свиблов, отворачиваясь от меня и обращаясь к Рычкову. — Продолжайте инструктаж сержант, выдавайте боеприпасы. Времени в обрез. Выступаем через сорок пять минут.

Бросив на меня последний многозначительный взгляд, лейтенант решительно развернулся и, чеканя шаг, вышел из помещения.

— Так, пошевеливаемся, бабуины! — рявкнул Папа, обводя строй тяжелым взглядом. — Слыхали, что господин лейтенант сказал?

Штрафники засуетились, торопливо рассовывая по подсумкам гранаты и обоймы. Над строем повисла напряженная, почти осязаемая аура обреченности пополам с яростным возбуждением. Бессознательно копируя остальных, я принялся судорожно запихивать магазины в разгрузку. В голове при этом вихрем проносились обрывки мыслей.

Словно вспышка в ночи меня вновь пронзила страшная догадка. Слова из письма! Те самые, что я совсем недавно расшифровал. «УБИЙЦА РЯДОМ С ТОБОЙ»! Сначала списал это на свою паранойю и действие препаратов… Но мысль об этом не отпускала. Похоже, крестный действительно пытался меня предупредить. Если это так, то кто же засланный киллер? Лейтенант Свиблов? Уж больно рьяно он меня возненавидел с первой секунды. Да и намеки его прозрачней некуда. Или сержант Рычков? Тоже вариант!

Мой взгляд лихорадочно заметался по лицам сослуживцев. Скорее всего, Стасик, которые и сейчас не сводит с меня глаз и улыбается своим беззубым ртом. Он уже пытался прирезать меня еще там на транспортнике. Тогда если бы не Толик, то миссия его уже бы была выполнена. Переводя взгляд с одного штрафника на другого я наткнулся на пустые глаза Мэри.

— Черт, может и она, — пронеслась у меня шальная мыслишка. — Почему, нет? Эта девчонка перерезала штык-ножом целое отделение. А, может и Кроха, — повернулся я к великану-новгородцу. — Этот вообще шею свернет за одну секунду… Да ну, бред! Хотя, кто его знает… Тут у каждого второго рыло в пушку. Эти отморозки за лишнюю пайку удавятся, не то что за обещанный гонорар или амнистию.

Липкий страх сдавил сердце ледяными тисками. Вот же влип! Это даже хуже джунглей с монстрами. Там хоть знаешь, откуда ждать подвоха — а тут…

— Шевелись, Васильков! — гаркнул над самым моим ухом старший сержант Рычков, вырывая меня из нервных размышлений. — Ты чего там, в облаках витаешь? А ну бегом на построение! Время, время! Все уже на плацу! Бегом идиот!

От его крика я отмер и судорожно заозирался по сторонам, пытаясь сообразить, что происходит и почему оружейка так быстро опустела.

— Есть, старший сержант! — отчеканил я, подогнанный пинком под зад Папой вылетая в коридор…