«И услышать должен каждый — молвлю я, Граттес Чудоликий. Непозволительно, коль обманетесь вы на благотворный свиду лик чудища, и снизойдете дабы помочь ему, ибо сие есть грех. Каждому охотнику знать положено, что доброе чудище — есть только в могиле, и разрубленное начасти, и никак иначе! — Цитата из священного трактата Граттеса Чудоликого — Молот Исчадий, первое правило охотничьего устава»

На следующее утро, после попойки, охотники проснулись, испытывая сильные боли, в области всего тела. Умылись водой с бадьи, и собрались в гостевом зале. Хуже всего пришлось Бетфорду, Фоллару, и Ренифату, так как они выпили больше всех остальных. У них гудела голова, как колокола на рассвете, вдобавок к тому же они испытывали рвотные позывы, а руки и ноги были вялыми, и почти их не слушались. Корчмарь Томир, поднес им несколько кубков с пивом, чтобы те похмелелись, но Ренифату было тошно даже ощущать приторный запах пива. Клиффорд в это время находился у стойки корчмаря, и ждал, пока корчмарь к нему подойдет. Тот взглянул на охотника, зашел за стойку, и сказал:

— Господин, охотник — сказал Томир — вы с вашими коллегами по цеху, случаем работы не ищете?

— Может и ищем — сказал Клиффорд — а что, есть что предложить?

— В том то и дело, что есть! — слегка повысил тон корчмарь — хотя, по правде говоря, лучше бы не было…

— Выкладывай, в чем дело — ответил Клиффорд, испытывая головную боль, после вчерашней попойки. Ему было не до долгих разговоров.

— Ну слушайте значится… — сказал Томир, глядя на сердитое лицо Клиффорда, который потирал веки — уж не помню, когда точно эта скотина объявилась… Но если голова правильно помнит, где-то уж больше года как! Оно объявляется по ночам, и ворует у здешних жителей скотину… Сначала тамошние жители, включая старосту, спихивали всё на волков… И хотели значится позвать охотника с соседней деревни, чтобы тот этот зверье извел… Но вышло так, что одной ночью староста увидал это чудище воочию! Всех примет я вам не упомню… Но было оно громадное, походило на человекоподобного волка! Вот все и решили, что эта нечисть это самое, как его… Волкодав, что ли? — корчмарь задумчиво почесал затылок, пытаясь вспомнить, как зовут чудовище.

— Волколак — ответил Клиффорд, тяжело вздохнув — хорошо… Если это так, значит мы беремся за работу… Где эта деревня находится?

— А… — ответил Томир, и недолго думая сказал — так отсюда недалеко… Ехать до туда недолго, в направлении востока, значится…

— А как деревня называется? — уточнил Клиффорд.

— Деревня скотоводов… — сходу ответил Томир.

— Оригинальное название… — буркнул Клиффорд, а затем отошел от стойки, и двинулся в сторону конца зала, и подошел ко столу, за которым уселись охотники, попивая пиво.

— А вот и ты… — сказал Бетфорд, на секунду обернувшись в сторону Клиффорда — что ты там терся у стойки корчмаря… Небось любовные романы за спиной водишь? — усмехнулся Бетфорд, он шутил, чтобы немного отвлечься от головной боли. В отличии от других охотников, он имел выдержку к алкоголю, а поэтому, к ней уже привык.

Клиффорд молча уставился на него испепеляющим взглядом, а затем уселся за один стол, вместе с охотниками.

— Намек понят — ответил Бетфорд, ухмыльнувшись, а затем сделал глоток свежого пива из кубка. — Так, а если серьезно, о чем вы болтали? Я слышал, ты упоминал слово «Волколак»?

— Да — коротко ответил Клиффорд — нам подвернулся заказ на чертовщину, поселившуюся в округе… Судя по описанию, это действительно волколак… Он наведывается в деревню каждую ночь, покуда жители спят, и ворует оттуда скотину, чтобы ею поживиться.

— А разве волколаки так делают? — спросил Ренифат — я думал, они едят всех без разбору… И не избирательны в выборе еды.

— Так-то оно так — вставил свое слово Бетфорд — но, как я и говорил раннее, все волколаки это бывшие люди, обращенные в звериное обличье по вине проклятия… Некоторые из них поддаются своей звериной натуре, и господствуют в лесах… Едят животных, грибников, и других зашедших на их территорию путников… А некоторые, гуманные, людей не едят, а находят в этом замену в виде других животных.

— Выходит, нам именно гуманная особь попалась? — поинтересовался Фоллар.

— Гуманная, или нет… — сказал Клиффорд — её надо завалить, пока она вдруг не перешла на человеческое мясо.

— Да, исключений в нашем ремесле делать не стоит… — сказал Бетфорд — ведь на первый взгляд чудище может казаться гуманным, и добрым… А уже совсем скоро, загрызть человека живьем.

— Угу — ответил Клиффорд — ну да ладно, хватит болтать… Седлайте коней, и отправляемся в сторону деревни, чтобы взять заказ.

Ренифат внимательно слушал разговор старших охотников, но в его голову ещё тогда закрались сомнения, касаемо того, что добрых чудовищ не существует, особенно вспоминая недавнее убийство волколака Бертрама, который был простым парнем из деревни, дровосеком… До тех пор, пока не стал жертвой ликантропии. Однако тогда, Ренифат предпочел обо всем этом не думать. Он встал со стола, как и все другие охотники, и вместе с ними отправился в сторону главной двери гостевого зала, выйдя через нее, они оказались на подворье корчмы. На улице в это время была на редкость благоприятная погода, лучи солнца ярко освещали округу, обдувал легкий ветерок, а небо было безооблачным. Словом, идеальная погода, для того чтобы передохнуть, или искупаться в какой-нибудь окрестной речке. Но, охотникам было не до того. Если был заказ, значит его надлежало выполнить. Всё таки, им ведь надо было на что-то жить, покупать провиант, чинить мечи и броню… А после недавней попойки, их карманы заметно попустели. Оседлав коней, они двинулись в направлении востока, в деревню скотоводов, до которой предстояло всего около часа пути.

Наконец, они стали к ней подъезжать. Сама деревня была небольшая, её хижины были сделаны из простых дубовых брёвен, и соломенных крыш. Всего в ней жило несколько десятков жителей, включая детей, женщин, мужчин, и стариков. В самом центре деревни располагалась небольшая хижина, которая ничем не отличалась от других, кроме того, что рядом с ней росли ромашки, и тюльпаны. Возле этой хижины располагалась высеченная дубовая скамейка, на которой сидел сам староста деревни, в соломянной шляпе, его лицо было морщинистым, а борода серой и густой. Он держал в руках клёновую трубку, набитую сушенными травами и зверобоем, из которой исходил протяжный белый дым. Охотники медленно подъехали на своих лошадях в самый конец деревни, затем высадились, и привязали их к ближайшим деревьям. Затем они подошли к хижине старосты, и обратились к нему.

— Здравствуй, отец — сказал Бетфорд, обратившись к старосте — тот, завидев на пороге своей хижины охотников, отложил клёновую трубку, и ответил:

— Здравствуйте, господа охотники — ответил староста, горько улыбнувшись — рады видеть вас в нашей деревне… Не уж то наконец-то нашлись бравые ребята, которые избавят нас от этого лесного чудища!

— Да, мы здесь как раз по этому поводу — ответил Бетфорд — но нам нужны подробности, что за чудовище это было… Как оно выглядело, какие у него были повадки, шерсть, рост… Длинные и острые ли у него были когти… Любые детали важны.

— Ох… — задумался староста — ну… Слушайте, стало быть… Это чудище объявилось в нашей деревне почитай со дня Трех избавителей… Мы как раз в тот день всей деревней его отмечали… Собрались значится прям в самом центре… Устроили ярмарку, водили хороводы, пели песни, о великих избавителях… В общем-то, всё шло как надо! Однако… Коль праздник закончился, и все жители разошлись по домам, я как обычно уселся на лавке у своей хижины, и стал глядеть на звёзды! Красивые они были, скажу я вам…

Клиффорд нетерпеливо взглянул на старосту, в его взгляде читалась нарастающая злость.

— Послушай, дед… — вставил свое слово Ренифат — ты уж как нибудь покороче, ладно? А то некоторые из нас тут особенно нетерпеливы…

— Ну и вот… — сказал староста — уселся я значит на своей скамье, взял в руки свою любимую клёновую трубку… И краем уха услыхал, как прямиком из нашего хлева стали доноситься какие-то странные звуки… Ну, я значится сделал последнюю затяжку, отложил трубку… И бегом в сторону хлева… Как только я дошел, ворота хлева тут же распахнулись, и передо мной показалось то самое чудище! Огромное, здоровое, что твой бык… Его очи светились жёлтым, а тело было покрыто густой волчьей шерстью… Но что удивило меня тогда больше всего, так это то, што у него эт самое… Шот наподобии дорогой шляпы с пером было… Ну знаете, такая которую всякая знать носит… Ну и вот, стоило мне только его увидать, как я прям там чуть в портки не наложил! Оно сначало меня не приметило… Стало волочить за собой тушу только что убиённой коровы! И вот оно обернулось, и уставилось на меня, как на истукана! Рыкнуло на меня, но так, знаете, как будто не злобно, а чтоб просто припугнуть… Ну я не стал значится проверять, што у этого зверья в голове, и бросился на утёк! А больше я ничего не знаю!

— Интересно — сказал Ренифат — чудовище дворянин какой-то…

— Надо же… — вставил свое слово Бетфорд — что-то необычное… Возможно, этот волколак действительно был дворянином, в своем прежнем облике… Но как бы там ни было, это не важно… Мы от него избавимся.

— Спасибо вам, ребята! — обрадовался староста — с того момента, как это чудище в нашей деревне объявилось, в хлеву всего две хилых коровы осталось… Тогда как прошлым летом было целых десять! Представляете? Ещё бы немного, и мы бы здесь все с голоду передохли!

— Ну, теперь то вам не о чем беспокоиться — сказал Бетфорд — ладно, поговорили и хватит. Перед тем как мы возьмемся за это дело, нам нужно знать, сколько золота ты нам заплатишь.

— Хм… — задумался староста, проведя рукой по своей бороде — а сколько вы хотите?

— Ну… — сказал Бетфорд — судя по тому, что мы от тебя услышали, чудовище это не совсем обычное… И скорее всего сильное, и опасное… А поэтому, три сотни гриссов будут разумной платой за наши услуги.

— Ух, ничего себе! — удивился староста — я с роду такой суммы не видал! И боюсь, нам, простым скотоводам неоткуда столько взять… Может, сжалитесь над нами?

— Эх, ладно… — смягчился Бетфорд — только по тому, что у вас беда… Две сотни, иначе за дело браться нет смысла.

— Многовато, смотря на наше бедственное положение… — сказал староста, опустив голову — но, что уж там… Заплатим, куда нам деваться…

— Добро — ответил Бетфорд — а теперь веди нас в хлев, нам нужно там осмотреться… А заодно устроить засаду на это чудовище.

— Как скажите! — воскликнул староста — затем медленно привстал со скамьи, держась за спину, и ведя охотников, направился в сторону деревенского хлева, который находился скраю, по правую сторону. Сам хлев был широким, и длинным, с обыкновенной соломянной крышей. По центру хлева располагались большие деревянные ворота, на которых отсутствовал замок. Староста подошел поближе к хлеву, а затем схватился за одну из дверей, и потянул её на себя, тем самым открыв, и вошел внутрь. Вместе с ним вошли и остальные охотники, которые стали осматриваться. Внутри был загон для скота, с десятком стойл для содержания коров. Однако, от былого количества скота, осталось всего две хилых коровы, которые протяжно мычали. В каждом стойле для коров лежала пшеница, и свекла, которую они поедали. Также их периодически выводили на выгул, чтобы те паслись, и ели свежую траву. Охотники стали осматриваться, идя вдоль хлева. Они подошли к одному из отсеков, рядом с которым располагалась деревянная балка. На ней виднелись следы от длинных когтей. Бетфорд подошел поближе к стойлу, открыл затворку, и оказавшись внутри, присел. Он разглядел засохшие следы крови.

— Так-так… — сказал Бетфорд — здесь явные следы борьбы… Корова упиралась, брыкалась, не хотела, чтобы её захапали… Не повезло, бедняге — заключил Бетфорд.

— Ну што-ж… — тяжело вздохнул староста — оставляю дело мастерам… Надеюсь, вы расправитесь с этим чудищем, что тащит наших бедных коровок… Мы рассчитываем на вас, люди добрые… Сильно рассчитываем — вновь опустил голову староста, а затем отправился в сторону главных ворот, и покинул хлев.

— Бедные люди… — с грустью в голосе сказал Ренифат — на две коровы тяжело прожить…

— Это уж точно — согласился Бруддо.

— Ничего, скоро мы избавимся от твари, что им досаждает — сказал Бетфорд — предлагаю устроить засаду.

— Так и поступим — вставил свое слово Клиффорд — вряд ли это чудовище видело, как мы толковали со старостой… А значит, наверняка ещё объявится… И раз оно так часто в этой деревне появляется, значит это его основной источник пропитания — подытожил Клиффорд.

— Разумно — кивнул головой Бетфорд — ладно, парни… Готовимся к засаде… Фоллар, изготовь взрывные и зажигательные бомбы в надлежащем количестве… Следуй строго по рецепту, который находится у тебя в сумке — сказал Бетфорд, Фоллар ему кивнул, а затем сразу принялся за работу. — Ренифат, берешь на себя изготовку масел… Нужный рецепт есть у тебя в подсумке… Бруддо, заточи клинки, и да поострее… Не хватало ещё, чтобы тупое лезвие застряло в туше волколака… Считай тогда тебя уже ничего не спасет… А также подготовь веревки, и мыло…

— Что… Зачем? — смутился Бруддо.

— Шучу, балда — усмехнулся Бетфорд, ткнув рукой в плечо Бруддо.

— Я буду высматривать появление этой твари — сказал Клиффорд — заранее обдумайте план засады, и займите наиболее укромные места, чтобы мы могли ударить волколака со всех сторон.

— Ну, за работу парни! — скомандовал Бетфорд, взмахнув руками.

— Так точно! — воскликнули охотники, выпрямившись. А затем стали выполнять порученные им указания от Бетфорда. Фоллар уселся по центру, снял с себя подсумок, достал оттуда нужные ингредиенты для бомб, и следовал четко по рецепту, наполняя пустые сосуды для бомб, взрывными веществами, и другими ингредиентами. Бруддо уместился в самом конце хлева, сел на пень, достал из под плаща оселок, и стал затачивать клинки всех охотников, включая свой. Ренифат в это время находился по центру, рядом с Фолларом. Достал с подсумка все необходимые ингредиенты для изготовки противодействующих масел, из которых были различные травы и вещества, включая зверобой, и медвежий жир, и принялся изготавливать масла, выливая все необходимые вещества и ингредиенты в пустые колбы, а затем все хорошенько размешивая. Клиффорд в это время вышел на двор, подышать свежим воздухом. Со временем, его головная боль ослабла. Он был максимально собран и сосредоточен, предвкушая грядущую битву со зверем. Бетфорд в это время установил веревочную растяжку у ворот, которая по плану должна была их захлопнуть, как только волколак появится. Прошло немного времени, подготовка к засаде прошла успешно.

Охотники собрались в центре хлева.

— Итак… — оглянул товарищей взглядом Бетфорд — вроде все необходимое для засады готово… Теперь осталось только дождаться прихода чудовища, и сразить его.

— Отлично — сказал Ренифат — вот только, не торчать же нам здесь до заката в хлеву… Может чем-нибудь займем свободное время?

— Хороший план, Ренифат — улыбнулся Бетфорд — есть идеи, парни?

— Хм… — сказал Бруддо — раньше, когда я служил телохранителем у графа, мы часто с ним играли в карты, одновременно попивая вино — а теперь мне приходится сидеть со своими коллегами по цеху в хлеву, выжидая чудовище…

— Это был просто крик души, или ты к чему-то ведешь? — ухмыльнулся Бетфорд, сложив руки.

— И то и другое — улыбнулся в ответ Бруддо — у меня на такие случаи в кармане припасена колода карт… Не хотите ли сыграть в картишки?

— С удовольствием! — эмоционально воскликнул Фоллар, оживившись — выкладывай, я тебя мигом как липку обдеру!

— Ха! — выпрямился Бруддо, топнув ногой — размечтался!

— Я бы тоже сыграл — сказал Ренифат — вот только, не выкладывать же нам карты на полу… Может есть где их разложить?

— Есть — сказал Бруддо — в конце хлева есть несколько бревен, можем стащить их в центр хлева, и поиграть.

— Отлично — ответил Ренифат — Бруддо, Фоллар, и Ренифат, подошли к концу хлева, взяли оттуда несколько бревен, и стащили их к центру хлева, разложив в виде круга. Как только всё было готово, Бруддо достал колоду карт из кармана, и разложил карты на одном из бревен. Четверо охотников, включая Бетфорда, расселись по пням, взяли в руки карты, и стали играть. Бруддо обыграл их всех, у него имелись свои тузы в рукаве. Бетфорд был удивлен его умениям.

— Ах ты подлый жук! — воскликнул Бетфорд.

— Учитесь проигрывать, господин охотник — шутливо подначивал Бруддо.

— А может я тебе поддавался? — ухмыльнулся Бетфорд.

— Судя по тому, как ты играешь — ответил Бруддо — это скорее я тебе поддавался.

— Никогда не любил карты… — хмыкнул Бетфорд — но да это не важно… Прячь карты, и тащите бревна обратно в конец хлева… Чудовище должно объявиться с минуты на минуту.

— Так точно! — ответили охотники — Бруддо взял в руки все свои карты, и сложил их в колоду, поместив обратно в карман. Охотники в это время стащили дубовые пни обратно на то место, откуда они их взяли. В это самое время, раздался скрипучий деревянный звук. Это был Клиффорд.

— А вот и ты! — воскликнул Бетфорд, посмотрев на Клиффорда. Тот встал, стало бы хотел что-то сказать… Но вдруг, услыхал позади себя какой-то звук.

— Тихо! — воскликнул он, приподняв правую руку, а затем обернулся, выглянул из хлева ненадолго, увидев, как в их сторону несется волколак. — Это волколак, живо по местам!

— Что?! Мать… Занять позиции! — воскликнул Бетфорд — охотники переполошились, и разместились в разных частях хлева. Фоллар и Бруддо находились в конце, в затемнённой левой части. Клиффорд и Ренифат находились неподалеку от ворот, справа сбоку. Бетфорд в это время находился в конце, в правой части, стискивая рукоять меча, дожидаясь момента, когда пустит его в ход. Чудовище прошло через полуоткрытые ворота, оказавшись в хлеву. Оно стало медленно близиться в конец хлева, где как раз находилось две захудалых коровы. Пройдя немного дальше, он зацепил раннее установленную Бетфордом растяжку. Ворота позади него звучно захлопнулись. Волколак нахмурился, стиснув свои острые зубы, затем принюхался, охватывая своим носом одновременно все запахи, которые таились в хлеву. Один из таких запахов издавали охотники.

— Надо же… Охотники — зарычал волколак — не уж то явились по мою шкуру… Как будто без вас мне не доставляло хлопот… Что-ж… — задумался он — В кровопролитии нет нужды… Выходите, и обсудим все как разумные создания.

Охотники вышли из своих укрытий, представ перед волколаком. Они держали в своих руках мечи, смазанные противодействующим маслом, что должно было нанести дополнительный урон по волколаку, в сражении.

— Отступите — сказал волколак, стараясь говорить спокойно, при этом почти не издавая рыков — и я обещаю, что никто из вас не пострадает… Даю слово чести.

— У такой богомерзкой твари как ты, нет чести! — выкрикнул Фоллар.

— Не надо… — осадил волколак, не поддаваясь на провокации — в этом нет нужды!

— Окружить его! — воскликнул Клиффорд — охотники стали обходить волколака с двух флангов, готовясь нанести по нему одновременный удар. Волколак разочарованно покачал головой, а затем бросился в сторону охотников. Первой своей целью он выбрал Бруддо, прыгнул, расставив обе лапы, с длинными острыми когтями, и исцарапал охотника. Тот от такого удара свалился на землю, испытывая сильную боль.

— Ах, мать… — скривился Бруддо — сдерживая рукоять меча, и пытаясь встать. Волколак в это время снова замахнулся своими лапами по Бруддо, однако его спас Бетфорд, который нанес колющий удар в спину волколаку. Тот скривился, рыкнул, резко развернулся, одновременно с этим нанеся удар по Бетфорду, тот пытался парировать удар, однако удар волколака оказался сильнее, и он отлетел, приложившись спиной. Прежде чем волколак сообразил, что ему делать, в этот момент по нему одновременно замахнулись Клиффорд и Ренифат, заходя по левому и правому флангу. Удар пришелся волколаку в бока. В это время к нему также подбежал Фоллар, который ударил волколаку прямо в спину. Тот взвыл от боли, поджав при этом хвост. От многочисленных ударов охотников он испытал сильную режущую боль, затем завопел, его вопль раздался на весь хлев, выходя даже за его пределы, и будя некоторых местных жителей. Волколак нанес мощный круговый удар, задев при этом Ренифата и Клиффорда. От такой силы удара, те отлетели в сторону, однако устояли на ногах. Фоллар не попал под удар, находясь на определенной дистанции от волколака. Он, вновь бросился на волколака, замахнувшись по нему мечом, и нанеся мощный рубящий удар, который изранил брюхо волколака. Зверь завыл, ухватил Фоллара за шею, а затем метнул со всей силы в дальнюю часть хлева. Фоллар приложился спиной об стены хлева, и упал на землю, потеряв при этом сознание. Бетфорд в это время поднялся, подбежал к волколаку, подпрыгнул, замахнувшись мечом в полете, целясь в голову волколака. Тот это увидел, увернулся от удара, одновременно с этим исцарапав Бетфорда по груди. Затем он немного отошел, приблизившись к стойлу с хилой коровой, выбив при этом его затворки, обоими лапами схватился за корову, вытащив её из отсека. Та пыталась сопротивляться, одновременно с этим испуганно мыча, но не сумела вырваться. Волколак со всей силы метнул корову в сторону ошеломленного Бетфорда. Та, мыча в полёте, летела прямо в его сторону. Бетфорд сумел увернуться, но лишь от части. Корова упала, задев при этом его левую ногу, и придавив всем своим весом.

— Ах! — крехтел от боли Бетфорд — чёрт тебя подери! Собака! — Бетфорд выпал из строя, до конца боя пролежав под коровой. У охотников не было времени, чтобы его вытащить. Корова в это время лежала на Бетфорде, не сумев встать. Однако, несмотря на причиненные ей увечья, она должна была выжить.

Волколак в это время застыл на месте, пользуясь секундой передышки. Клиффорд подбежал к лежащему на земле Бруддо, который придерживал рану на груди, и помог ему встать, подав руку, за которую тот ухватился, и вернулся обратно в строй. Все трое охотников стояли в одном ряду, но вскоре расредоточились по разным флангам.

— По моей команде! — крикнул Клиффорд, выжидая подходящий момент — как только тот наступил, он махнул рукой, и охотники все вместе бросились на волколака, окружив его с трех сторон. Тот размахивал своими лапами, изранив Клиффорда по щеке, Ренифата по плечу и бедру, а Бруддо по животу. Несмотря на это, все три охотника стерпели боль, и стали месить волколака мечами, смазанными противодействующим маслом. Масло проникало в кожу волколака, и свежие раны, отравляя его кровь. Тот испытывал сильную жгучую боль. Поняв, что он так долго не выдержит, нанес круговую атаку, сразив всех трех охотников на землю, упал на четвереньки, и бросился в сторону ворот хлева, выбив те, и проделав в них большую дыру. Волколак ринулся в сторону ближайшего леса, чтобы укрыться в нем, и зализать раны.

— Подъем, мать вашу! — крикнул Клиффорд, вставая с земли, и отряхивая себя от грязи — мы не должны упустить его из виду! Он тут же выбежал из хлева, и метнулся вслед за волколаком. Бруддо, и Ренифат также поднялись. Фоллар в это время остался лежать в хлеву, без сознания. Бетфорд выбрался из под коровы, та вскоре встала, и побежала обратно в стойло. Бетфорд увязался вслед за своими товарищами, прихрамывая на одну ногу. Волколака надлежало разыскать как можно быстрее, ведь как известно, волколаки существа, способные к регенерации. И пускай эта регенерация занимает у них время, медлить было нельзя. Клиффорд забежал в лесную чащу, находящуюся неподалеку, вслед за ним Фоллар, и Ренифат. Бетфорд отставал, но вскоре догнал своих боевых товарищей. Охотники распределились по лесу, в поисках волколака. Однако было до того темно, что они друг друга потеряли. Фоллар и Клиффорд, пошли в одну сторону, неподалеку от них шел Бетфорд. Ренифат в это время шел по другую сторону, и вскоре, попросту потерял из виду своих товарищей. Он забрел на лесную поляну, которая освещалась в свете луны, и вдруг… Услышал завывания волков. Из леса показалась целая волчья стая, которая стала приближаться к Ренифату, беря того в окружение. Ренифат стал звать своих товарищей на помощь, однако те не откликались.

— Эй, парни! — кричал Ренифат, испытывая сильный страх — мать… Парни, сюда!!! Помогите, черт вас побери! — Ренифат стиснул рукоять меча посильнее, одновременно попятившись в сторону леса, чтобы попытаться скрыться из взора волков. Обернувшись, он увидел, как сзади к нему подступает ещё трое волков, которые злобно рычали, из их пасти сочилась слюна. Ренифат тяжело вздохнул, и уже стало быть готов был ставить на себе крест, дав волкам последний бой, однако… Как вдруг, из северной части лесы высунулся тот самый волколак, на которого он вместе со своими соратниками охотился. Зверь приблизился к центру поляны, смотря прямо на Ренифата.

— Всё, это конец… — по спине Ренифата прошелся холод, его руки словно окачанели, тело покрылось множеством мурашек. Несмотря на это, Ренифат обуздал страх, встал в стойку, готовясь встретить волков и волколака, погибнув, как настоящий охотник. Однако, вдруг, случилось непредвиденное. Волколак бросился на одного из волков, исцарапав его своими длинными когтями, а затем уцепившись своими зубами ему в шею. Волк истошно завопел, а затем погиб. Остальные волки бросились на него в атаку, он стал размахивать своими лапами, убив при этом ещё нескольких волков. Остальные пятеро волков, испугались, и бросились по разные стороны, укрывшись в пуще леса. Волколак медленно приблизился к Ренифату, который по прежнему стоял в боевой стойке, отступая от волколака. Он не был уверен, что тот не загрызет его следом, а потому выставил меч, готовясь отражать удары зверя.

— Успокойся, охотник — прорычал волколак — хотел бы тебя убить— давно бы это уже сделал… В одиночку ты не представляешь для меня весомой угрозы.

— Ты в этом уверен?! — скривился Ренифат, готовясь перейти в атаку.

— Я серьезно… — сказал волколак — я не хочу, чтобы ты погибал… Нет нужды в бессмысленном кровопролитии…

— Хм… — задумался Ренифат, мешкаясь, переходя с одной стороны в другую, затем он встал — откуда мне знать, что ты говоришь правду?

— Ниоткуда — сказал волколак — и коли ты мне не веришь… Удачи выбраться тебе из леса живым и здоровым… Своим друзьям передавай от меня привет — опрокинул волколак напоследок, а затем стал уходить.

— Нет, стой! — остановил его Ренифат — я просто до сих пор не могу поверить в то, что меня спас ты… — Ренифат прервал последние слова, словно пытаясь добавить что-то ещё.

— Ну, продолжай? — выжидательно встал волколак — ты хотел сказать чудовище… Верно?

— Ну… — честно ответил Ренифат — я думаю ты и сам понимаешь…

— Прекрасно понимаю — с некой грустью сказал волколак — ладно… Раз ты веришь моим благим намерениям, следуй за мной… Продолжим нашу занимательную беседу в моей хижине.

— Ладно, пошли… — не сразу решившись сказал Ренифат — а затем последовал прямиком за волколаком. Спустя около десяти минут, они стали подходить к хижине волколака.

— Не пойми меня неправильно, волколак — сказал Ренифат — но не опрометчиво ли с твоей стороны приводить меня в свое логово? Я ведь могу доложить о его нахождении своим коллегам по цеху.

— Ты только что прибавил мне ещё одну причину тебя убить — волколак резко развернулся, а затем пронзительно уставился на охотника. Ренифат опешил, и попятился.

— Да шучу я, остолоп — усмехнулся волколак — знаю я прекрасно, что ты можешь выдать меня… Но коль я тебя спас, значит не боюсь этого.

— Фух… — с облегчением вздохнул Ренифат — ты меня напугал… Думал, сожрешь меня прям здесь.

— А, было бы что есть — захохотал волколак — пойдем, мы уже почти пришли. Охотник и волколак приблизились к хижине, та находилась в самой чаще леса, в окружении многовековых дубов, и скрывалась в их тени. Был слышен шелест листвы, и гул легкого ветра. Также издали слышались звуки лесных сов. Охотник и волколак вошли внутрь хижины, та внутри была довольно просторной, и уютной. В такой и циклоп мог запросто ужиться, не то что волколак. По центру располагался камин, отопляемый дровами, вокруг всё было украшено различными благовонными свечами, словно создавая атмосферу нахождения у себя дома. Неподалеку от камина находился округлый стол, рядом с которым находилось несколько больших стульев, чтобы волколак мог запросто на них усесться. Волколак подошел ко столу, а затем присел за стул. Ренифат неохотно, но всё же последовал его примеру, вонзя свой меч наконец в ножны.

— Добро пожаловать, в мою обитель! — торжественно сказал волколак.

— Уютно здесь у тебя… — сказал Ренифат — здесь и человек не постыдился бы жить, не то что волколак… Не в укор тебе.

— А! — метнул лапой волколак — я не обижаюсь… Жаль у меня здесь нет самогона… В былые времена, я часто его гонял… С ним дело бы пошло намного быстрее…

— И так сойдет — ответил Ренифат — позволь я задам тебе вопрос… Кто ты, и как тебя зовут?

— Я сам предпочитаю звать себя — "lupus nobilis" — что в переводе с древне-гриссейского языка означает — благородный волк… Не слишком то скромно с моей стороны, признаю… Но это прозвище хотя бы говорит о том, кем я был… Оно, и моя дорогая шляпа, напоминают мне о моей былой жизни… Смею полагать, ты хотел бы узнать, как меня зовут на самом деле?

— Да… Раз уж на то пошло.

— Ломиан… Меня звали Ломианом… Не хочу так сходу вступать с тобой в дружескую беседу, всё таки я ещё не забыл, как около часа тому назад, ты и твоя друзья намеревались меня убить… Но, так выходит, что я не общался с людьми долгие годы… За это время я наполнился пустотой, и пришло время её как-то заполонить… До своей волчьей жизни я был дворянином, при дворе короля Милтасса — и весьма порядочным. Я никогда не отличался особой жестокостью или надменностью к другим. Для меня не было разницы между королем, или нищим — и пускай даже последний пахнет мочевиной, а из его рта разит водкой — я придерживался принципа "Главное в человеке душа" были конечно моменты, когда меня заносило, но никто из нас не идеален… А теперь слушай дальше… У меня было много друзей, но вот только с одним человеком я не смог ужиться ни при каких условиях — графом Пильминтайном — самым гнусным человеком, что видал этот Свет. Он брал взятки, вел разгульный образ жизни, клеветал других. Как думаешь, что общего у меня могло быть с таким выродком?

— Даже не знаю…

— Мы оба питали высокую любовь к одной девице — Йоллане — и так вышло, что после моих многочисленных попыток добиться её расположения — она всё же обратила на меня внимание, и у нас были хорошие взаимоотношения, постепенно это всё переросло в пылкую любовь.

— И графу это не нравилось?

— Верно смекаешь… Этот ублюдок делал всё, чтобы она от меня ушла, однако на счастье Йоллана была умной женщиной — не велась на его уловки, и шантаж. На какое-то мгновение мне показалось, что он меня оставил, и я наконец-то вздохнул со спокойствием… Но… Этот ублюдок связался с темным магом — Эстеральдом — ещё одним подлым ублюдком, но о нем говорить желания у меня нет… Скажу только то, что промышлял он темной магией. И вот как раз Пильминтайн нанял себе этого выродка, чтобы он обратил меня в какую-нибудь зверье… Мол так Йоллана должна была наверняка меня бросить, и перейти к нему. Безмозглый был тип… По его великой задумке — он должен был обратить меня в козла, или ещё во что получше. Вот только Эстеральд этот был психом двинутым, а потому решил обратить меня в нечто поизобретательнее. Прямо во время банкета, я сидел с Йолланой за одним столом, ничего не предвещало беды, даже на небе не было ни одного грозового облачка — словом всё в тот день было идеально… Краем глаза я посмотрел на башню напротив… В ней стоял Эстеральд, в черной мантии, и с деревянным посохом в руках… А позади него маячила оранжевая шляпа… Я тогда не придал этому значения, а зря… Ведь эту самую оранжевую шляпу с пером любил носить Пильминтайн… В один момент я потянулся, чтобы поцеловать Йоллану, но именно тогда, этот ублюдок решил меня обратить в это богомерзкое обличье. В мгновение ока я обратился в lupus nobilis, я начал рвать с себя одежду, я завыл что есть сил… А затем и вовсе сошел с ума, тогда мной овладела жажда крови, я… Я… Разодрал Йоллану на мелкие куски, и множество людей вместе с ней… Почти никто ни ушел живым… На застолье сбежался целый гарнизон стражников, вооруженных алебардами, и мечами, закованными в латные нагрудники… Но я ни перед чем не останавливался… Я убивал, и убивал, покуда земля целиком не напиталась кровью… Я убил столько людей, и не смог настичь зачинщиков всего этого — Пильминтайна и Эстеральда.

— Надо же… Никогда бы не подумал, что существо навроде тебя может таить в себе столько боли, и отчужденности… Теперь я чувствую себя ещё большим выродком.

— Быть может наша беседа пойдет тебе на пользу…

— Я так понял, всё вышесказанное происходило в Грейсбурге?

— Да…

— А сколько лет прошло после этой истории?

— Несколько, а что?

— Значит твои недруги ещё живы?

— Скорее всего да. Но к чему ты это спрашиваешь?

— Обещаю, что когда буду в Грейсбурге, а я надеюсь, что это совсем скоро — я разыщу этих ублюдков, и поквитаюсь за тебя.

— Благодарю, но… В этом нет нужды, не стоит уподобляться их гнусной сущности.

— Я должен это сделать. Мне самому станет от этого легче.

— Я буду признателен тебе, друг… Ты не такой, как твои друзья… Признаюсь я даже не знал, чего ждать от нашей беседы… Думал ты попытаешься убить меня при первом же случае… Ах да, я столько всего тебе рассказал, но до сих пор не знаю твоего Имени. Как тебя зовут, друг мой?

— Ренифат — ответил тот.

— Красивое Имя, почти столь же благородное, сколь у меня — шутливо проговорил Ломиан, а затем захохотал.

— Это точно… — поддержал смехом Ренифат.