Лера

В тот день в дом советника Шим Она пришли уже известные Валерии подруги Со Хён и упросили госпожу Сун Хын отпустить с ними дочь – Бо Ра якобы услышала от своей тетушки, сестры отца, что в одну из лавочек в торговом квартале привезли чудесные шелка из империи Чин. И теперь подружки загорелись желанием посмотреть на эти ткани и, возможно, выбрать отрезы на новые наряды. Ми До вторила ей, щебеча, как птичка, что в городе поселилась некая госпожа Чон, приехавшая издалека, но уже снискавшая и в Ёнджу славу искусной швеи. Созданные ею ханбоки отличались изящной вышивкой и делали дам, носивших их, настоящими красавицами.

Лера про себя хмыкала, слушая трескотню девчонок, но кивала и улыбалась. Это была прекрасная причина выбраться в город – вполне легальная, если матушки смилостивится и отпустит ее. Так, в конечном итоге, и случилось. Но, конечно же, верная Ха Юль должна была сопровождать свою госпожу. Так же, как и еще две девушки – служанки подружек.

Итак, довольно большой компанией девушки вышли из ворот усадьбы и не торопясь пошли по улице. Молодые аристократки непринужденно болтали, а служанки следовали за ними на расстоянии нескольких шагов.

Вскоре они достигли торгового квартала, раскинувшегося на весьма обширной территории. Девушки уверенно шли к нужной лавке, и Бо Ра, наконец, сказала:

- Это здесь! Идемте внутрь!

Магазин был довольно большим и явно недешевым. Просторное помещение уставлено деревянными стеллажами, на полках которых покоились рулоны самых разнообразных тканей. Чего тут только не было! У Леры глаза разбежались, а из глубины лавки им навстречу уже выходил невысокий полноватый мужчина – по всей видимости, сам хозяин.

Увидев богато одетых девушек, он поклонился и расплылся в приветливой улыбке:

- Чего желают юные госпожи?

Бо Ра, более бойкая, произнесла:

- Нам сказали, что недавно у вас появились новые шелка из самой империи Чин. Мы хотим видеть их!

- Конечно, юная госпожа! Все мои товары – к вашим услугам! Позвольте для начала предложить Вам по чашечке ароматного чинского чая! Сегодня с самого утра стоит жара, а этот прекрасный напиток освежает и хорошо утоляет жажду.

Он взял серебряный колокольчик, стоявший на небольшой высокой конторке, и позвонил. На мелодичный звук вышла женщина средних лет, одетая опрятно и скромно. Увидев посетительниц, она тоже поклонилась потенциальным покупательницам, а мужчина сказал:

- Принеси юным госпожам чинского чаю!

Женщина удалилась, хозяин же пригласил их присесть на неширокие банкетки в глубине помещения, стоящие у низкого столика. Начал говорить о последнем путешествии в Чин, о том, что торговые пути стали небезопасны, и приходится нанимать охрану в караван.

Девушки слушали и кивали. Женщина принесла круглый поднос с пузатым чайничком и тремя крошечными чашечками, разлила чай и подала каждой из посетительниц.

Бо Ра и Ми До активно поддерживали беседу с торговцем, Лера больше отмалчивалась, впитывая информацию. Маленькие чашечки быстро опустели, и хозяин лавки предложил дамам показать товар. Девушки оживились, чинно поблагодарили за чай и двинулись вдоль стеллажей.

Лера внезапно почувствовала головокружение – духота ли была тому причиной или несмолкаемая болтовня подружек, но она не стала отвлекать их, полностью погрузившихся в любование чудесными тканями и сопровождавших рассказ торговца восторженными ахами и вздохами, а просто пошла потихоньку в сторону выхода. Поймала вопросительный взгляд своей служанки, но отрицательно покачала головой, давая понять, что не нужно идти за ней.

На улице было жарко, но все равно свежее, чем в лавке. Девушка прошла вдоль стены здания, дойдя до угла, и внезапно кто-то грубо ухватил ее за руку и буквально затащил в узкий простенок между двумя глухими стенами соседних лавок.

Девушка вскрикнула больше от неожиданности, чем от страха, а потом увидела напавшего на нее. Это был тот самый здоровяк, которого она уже видела в городе и знала, что он связан каким-то образом с Юн Хо. А великан в надвинутой на глаза конусообразной плетеной шляпе толкнул ее к стене и, схватив за шею, грубо сжал пальцы. Лера судорожно ухватилась обеими ладонями за здоровенную пятерню мужчины, испугавшись, что он задушит ее, и попыталась освободиться. Но куда ей было тягаться со здоровым сильным мужиком. А тот, нависнув над девушкой, которая не достигала ему и до плеча, прошипел с ненавистью:

- Оставь его в покое, девчонка! Из-за тебя он попадет в беду! Что ты к нему присосалась, как пиявка?! Отстань от него, ведьма, по-хорошему говорю! – и тряхнул девушку за плечо, продолжая держать другой рукой ее шею.

- Ты спятил! Отпусти меня! – прохрипела она, безуспешно стараясь разжать его пальцы. – Задушишь!

- Я еще тогда говорил ему, что надо было оставить тебя подыхать там, в паланкине! Так нет же, он упёрся, как баран!

- Так ты поэтому подстрелил меня?! – процедила девушка сквозь зубы.

- Жалею только о том, что промахнулся!

- Извини уж, но благодарить тебя за это не буду! – разозлилась Лера.

- Если ты хоть чем-то навредишь ему – я не пощажу тебя и доведу начатое до конца! Запомни одно, девчонка! Запомни хорошенько! Если ты только посмеешь сделать что-то, что навредит моему брату – тот день, когда это случится, станет твоим последним! – он с силой ударил девушку спиной о стену и, наконец, разжал пальцы, с какой-то брезгливостью вытерев ладонь об одежду, словно Лера была мерзким насекомым.

А она, кашляя и держась за горло, осела вниз по стене – ноги совсем не держали. Но все же не смолчала:

- Ты совсем сбрендил, если думаешь, что я могу навредить тому, кого люблю!..

Он издевательски захохотал:

- Это так теперь называется?! Бесстыжая девка! Дерзкая и бесстыжая! Куда только смотрят твои родители?

- А вот это не твое дело! – все еще продолжая сидеть на земле, бросила она, растирая ладонью саднившее горло. – И не надо считать меня избалованной пустой куклой! Думаешь, Юн Хо полюбил бы такую?!

- Да он просто заблуждается! Повёлся на смазливую мордашку!

- А ты не допускаешь, что заблуждаться можешь как раз именно ты? – тихо спросила она.

- Да ты знаешь, глупая девка, что это твой ублюдочный отец убил отца Юн Хо?! – вдруг выплюнул разбойник с ненавистью, кривя губы.

Лера похолодела:

- Что?.. Ч-что ты сказал?.. – и, держась за стену, с некоторым усилием поднялась на ноги. – Ты лжешь!

- Да с чего бы! – в его голосе послышалось злорадство. А потом здоровяк ухмыльнулся, заметив, как побледнело личико маленькой аристократки. – Проклятый советник убил отца Юн Хо, когда парню было лишь тринадцать… Да он ненавидит твоего папашу всеми фибрами души!

- Но… Почему тогда он… Он знает, кто я? – пролепетала девушка.

- Конечно!

- Я тебе не верю! – замотала она головой. – Ты специально это говоришь!

- Тогда спроси его самого! – равнодушно сказал разбойник.

- И спрошу!

- Давай-давай! Может, хоть тогда мой друг прозреет!.. В общем, я тебя предупредил: лучше держись от него подальше! Или королевский советник лишится своей любимой дочурки! – и после этих слов здоровяк развернулся и покинул простенок.

А Лера обессиленно прислонилась к стене и на минуту прикрыла рукой глаза.

Господи, если то, что сказал этот великан – правда… То это ужасно! Ужасно! Бедный Юн Хо! Потерять отца так рано!.. И, судя по всему, матери у него тоже давно нет. Иначе парень не подался бы в «Робин Гуды»… Но если он знал, что «Со Хён» – дочь его врага, то почему ни словом, ни жестом не дал понять этого?.. Лера почувствовала, что голова ее разламывается от боли, которая пульсировала в висках. Называется, освежилась на свежем воздухе! – хмыкнула девушка. Странно, но все то время, что они с верзилой находились в закутке, ни одна душа не заглянула туда – никому из горожан не было дела до того, что творится в неприметном простенке. И если бы разбойник убил ее – неизвестно, сколько времени пролежало там ее бездыханное тело. При этой мысли дрожь охватила все тело Леры, как будто не жаркий день стоял на дворе.

Девушка попыталась отряхнуть земляную пыль с юбки, а затем осторожно прикоснулась пальцами к шее, где наверняка уже налились багровым синяки от грубой хватки здоровяка – Лера не помнила его имени. Постаралась натянуть выше окантовку на чогори – не дай бог, девчонки, подруги Со Хён, заметят! Тогда скандала не избежать! Ей бы добраться поскорее до дома, а там замаскирует синяки чем-нибудь.

С этими мыслями девушка двинулась из узкого простенка к торговой улице и, выйдя из-за угла здания, в ту же минуту оказалась атакована вихрем по имени Ха Юль. Служанка с круглыми глазищами в пол-лица подлетела к госпоже. Она была так напугала, что, забыв о всякой субординации, вцепилась пальцами в длинные рукава госпожи и выпалила:

- Барышня Со Хён! Боги! Ну, куда же вы пропали?! Я вышла из лавки, потому что вы долго не возвращались, а вас нигде нет! Ох! Я думала, у меня сердце разорвется! Что с вами, барышня моя?!

- Не тряси меня, Ха Юль, – поморщилась Лера, придерживая у шеи горловину чогори. – Идем домой!

- А как же ваши подруги? – подняла та темные тонкие бровки.

- Я сама потом с ними объяснюсь, – и со всей прытью Лера пошла прочь от лавки, стремясь избежать встречи с девушками и нежелательных расспросов любопытных аристократок. – Не отставай! – бросила она, не оглядываясь.

- Слушаюсь, госпожа, – растерянно ответила Ха Юль и кинулась вслед за ней.

Девушки довольно быстро добрались до поместья. Однако пока шли по улицам Ёнджу, Валерии всё чудилось, что здоровяк-разбойник следует за ней. Но сколько бы она ни бросала взглядов по сторонам, не видела никого, хотя бы отдаленно напоминавшего почти двухметровую фигуру ее сегодняшнего обидчика.

Девушки беспрепятственно прошли мимо стражи, стоявшей на воротах, ведущих в усадьбу (в одном из воинов Лера узнала Бён Хёка – при виде молодой госпожи он поклонился, и едва заметная улыбка скользнула по губам молодого мужчины). Она сразу же направилась в собственные покои, приказав Ха Юль приготовить ей свежую одежду и воду для купания. Девушке нестерпимо хотелось смыть с себя грубые прикосновения пальцев соратника Юн Хо и любое воспоминание о встрече с ним.

Ха Юль, помогавшая своей барышне раздеться перед принятием ванны, испуганно вскрикнула, увидев лиловые отметины на нежной коже девичьей шеи:

- Барышня, что это?.. Кто это?.. – и Валерия увидела, как темно-карие глаза девчонки наполняются прозрачными слезами.

- Тише, Ха Юль! Не шуми так, – устало произнесла она. – Лучше дай мне зеркало, – добавила, осторожно спускаясь по ступенькам в неглубокий бассейн с приятно горячей водой. Длинно выдохнула, погрузившись в воду, откинула голову на плоскую подушечку, лежащую на бортике бассейна и наполненную ароматными травами.

Служанка метнулась к стоящему в помещении столику, на котором стояли различные баночки с ароматными мылами, кусочками жесткой ткани, заменяющими здесь мочалку, какими-то питательными и смягчающими кожу кремами. Тут же вернулась с небольшим овальным зеркальцем на длинной, искусно украшенной ручке. Протянула Лере, с ужасом глядя на ее шею, но уже ничего не говоря, точно боялась вызвать гнев своей молодой госпожи.

Валерия повернула зеркало так, чтобы увидеть собственную шею, и выругалась сквозь зубы вполголоса: с этим срочно нужно было что-то делать! Проклятый здоровяк не церемонился, и теперь следы его жестких пальцев «красовались» на коже, причем явно выше кромки кофточки-чогори.

- Это можно будет как-то скрыть? – спросила она, все еще глядя в зеркало.

- Барышня… – начала служанка.

- Лучше молчи, Ха Юль, если ты опять собираешься жалеть меня! – оборвала ее Лера.

- Нет, я… только хотела сказать, что у вашей матушки были краски для лица… – смущенно выдавила та.

- Краски для лица?! – удивилась Валерия. Она не замечала, чтобы госпожа Сун Хын красилась – ну, может быть, если только чуть-чуть выделяла линию бровей да иногда пощипывала щеки, чтобы придать им румянец. И всё! Ничего, хотя бы отдаленно напоминавшего тональный крем из ее мира, Лера здесь не видела. Хотя, может быть, она просто не знала о его существовании. Ведь наверняка и тут женщины старались выглядеть красивее. Из истории девушка знала, что даже в Древнем Египте были краски для лица, которыми модницы активно пользовались. Пример тому – царица Клеопатра.

- Ну, или… Можно притвориться, что у вас заболело горло, и обмотать его куском шерстяной ткани… – робко высказалась Ха Юль.

- А что! Это мысль! – решила девушка. – Найдешь мне небольшой кусок. Будем «лечить горло»! А пока – давай мыться, пока вода не остыла!

Служанка взяла «мочалку» и принялась осторожно тереть ей плечи и спину Леры. И все-таки не удержалась:

- Барышня!.. Это ведь не ваш…

- Ты что, Ха Юль! Конечно, нет! – строго сказала она.

- Тогда что ж за зверь сотворил с вами такое?..

- Забудь!

- Но как же… – не унималась девчонка.

- Хватит, Ха Юль! – добавила стали в голос Лера, и та замолчала, только сопела недовольно, жалея госпожу.

Валерии удалась ее афера с «больным горлом». Матушка не заподозрила лжи в ее словах. И Лера несколько дней кутала шею в нечто вроде небольшого шарфика, пока синяки не побледнели, а потом и вовсе сошли на нет, во многом благодаря какой-то чудодейственной мази, которую служанка выпросила у одной из женщин, работавших в поместье. Соврала, что больно, до синяка, ударила коленку, когда спешила по поручению своей барышни. Женщина, убиравшаяся в господских покоях, поохала, посочувствовала служаночке и вручила ей глиняную круглую баночку, наказав наносить лекарство несколько раз в день на больные коленки. Ха Юль низко поклонилась, выражая тем свою благодарность доброй аджумме, и понесла баночку в покои Со Хён.

Понятно, что в эти дни Лера и носа из поместья не высовывала, подспудно опасаясь новой встречи с грубияном. И Юн Хо куда-то пропал по своим непонятным делам, не посылая мальчонку Кён Су с весточкой к своей возлюбленной.

А Валерия все думала над словами здоровяка и не могла сделать выбор: нужно ли ей расспрашивать любимого «Робин Гуда» о его отце или не стоит поднимать эту тему, которая вызовет неприятные воспоминания и новую боль в душе парня.