/Японский желоб, 4-й сектор, внутри земной коры в несколько тысячах метрах под морским дном, правительственный особо секретный глубоководный комплекс перспективных научно-технических исследований и разработок «Рюгу»/
Необъяснимый водоворот бессвязных мыслей вырывает сознание из вязкого плена беспамятства, являя взору туманные очертания.
Окружающее пространство воспринимается заторможенным. Зрение заволакивает белесая дымка, сглаживающая контуры предметов, пока слух атакует дезориентирующий звон.
Лишенный понимания правильного направления или дальнейших действий, упускаю момент собственного падения. Осознание случившегося приходит только тогда, когда взгляд натыкается на раскинутые по поверхности ладони, облаченные в черные длинные перчатки до предплечий, почти до локтя.
Происходящее далее способно показаться невероятно причудливым, но перед глазами начинают хаотично пульсировать загадочные знаки, обретающие со временем отчетливые очертания. Математические значения причудливо переплетаются с текстовыми знаками, после чего чужеродные письмена постепенно принимают привычную форму кириллицы.
Текст, окрашенный в лазурные тона и периодически мигающий, интуитивно подсказывает возможность прямого контакта с возникающими символами, а всплывающие строки оповещают о предоставлении единичной безоплатной прокрутки, выступающей в качестве приветственного поощрения для персоны, оказавшейся в статусе визитера из альтернативной реальности.
Некоторое время озадаченно фиксирую взглядом мерцающее извещение, пока внутри квадратных скобок не проступает добавочная строка, разъясняющая простецкое условие активации, для запуска достаточно ментально воспроизвести процесс физического клика.
Исполнив необходимое действие, созерцаю, как на «внутреннем анатомическом дисплее» кристаллизуется стилизованный угольный диск с белоснежным указателем, секторы которого напоминают классическое колесо фортуны, размеченное треугольными долями, ячейки помечены загадочными вопросительными знаками.
Подчиняясь прежнему принципу мысленного контакта, механизм мгновенно развивает стремительное вращение. Процесс сопровождается характерным шуршанием крутящегося барабана, а также, к моему изумлению, зловещим музыкальным сопровождением, транслирующим мотивы гнетущей атмосферы.
Острый указатель, совершив еще несколько финальных оборотов с проступающим замедлением, останавливается на совершенно непредсказуемом секторе. Графический символ вопроса, интенсивно вибрируя, внезапно взрывается и рассыпается на мириады микроскопических точек, обнажая скрытое содержимое ячейки, где контурными линиями проступает силуэт пистолета.
Текущие события напоминают фантасмагорию или сон заядлого игрока при субфебрильной температуре, но в подлинность разворачивающегося кошмара заставляют поверить осязаемые факты, ладонь почувствовала тяжесть внезапно материализовавшегося из пустоты серебристого пистолета Colt M1911.
«У-у-у-у-у-у-у-у-у-у, прямо с завода? Аж блестит!»
В области личного виртуального дисплея всплывает полупрозрачное диалоговое окно, уведомляющее о получении огнестрельного оружия в качестве первого приза. Процесс поразительно копирует ситуацию, когда неопытный пользователь впервые надевает наушники и запускает компьютерную видеоигру, приступая к ознакомительному этапу ради освоения базовых механик.
Обретенный ствол, согласно описанию, наделен уникальными свойствами, обеспечивающими неиссякаемый боезапас, требующий лишь своевременного извлечения обоймы после совершения восьми выстрелов, вместо которой из ниоткуда формируется новая, тогда как опустевший магазин бесследно растворяется. Одновременно строки извещают, что ради пресловутого «баланса» специфические баллы, начисляемые за ликвидацию враждебных целей, станут урезаться ровно наполовину.
После подробного ознакомления с описанием, в нижнем правом углу возникает периодически мерцающий и практически бесцветный вытянутый прямоугольник, содержащий внутри цифру ноль.
Окончательно стабилизировавшись и обретя четкую видимость, геометрическая фигура проливает свет на очередной компонент визуального поля, являющийся тем самым индикатором набранных баллов. При возникновении ментального импульса указанный маркер способен бесследно исчезать или, напротив, мгновенно проступать на периферии взора.
Посредством мысленного удаления этой вводной информации передо мной появляется финальное напутствие, адресованное пользователю в моем лице.
Суть лаконичной объяснялки сводится к тому, что повторный запуск барабана станет доступен сразу после аккумулирования одной тысячи единиц очков, причем требуемая сумма будет варьироваться под влиянием пока не озвученных факторов, информация о которых раскроется значительно позже, в строго определенный момент.
Нынешняя ситуация диктует мне предельно конкретную миссию, требуется в кратчайшие сроки выиграть на колесе фортуны «спасительное пространственное перемещение», способное моментально эвакуировать мое тело в условно безопасную локацию. Дополнительно сообщается, что заветную путевку на волю возможно приобрести напрямую, но установленный ценник выглядит откровенно грабительским, поскольку мгновенная телепортация оценивается в колоссальные пятьсот тысяч баллов, тогда как стоимость одиночной случайной попытки выглядит несоизмеримо скромнее.
Поднявшись на ноги и принимаясь детально изучать свежеобретенный пистолет в ладони, как персонажу из киберспортивного шутера, осматривающему вооружение после активации специальной клавиши на клавиатуре, внезапно замираю из-за раскатистого клоунского смеха. Этот карнавальный хохот циркового паяца звучит приглушенно, но воспринимается чересчур дурашливым и одновременно жутким. Возникает стойкое ощущение присутствия невидимого конферансье, шумно объявляющего начало кровавого представления.
Отсутствие искусственного освещения погружает мир в кромешную тьму, но благодаря специфической природе интерьера и фактуре отделочных материалов приходит осознание своего местонахождения внутри лабораторного бокса.
Пальцы, скользящие по гладким стеновым панелям из нержавеющей стали, подошвы обуви, контактирующие с бесшовным полимерным наливным полом, безошибочно указывают на высокотехнологичную стерильную зону. Сквозь толщу мрака угадываются очертания массивных герметичных дверей и контуры вентиляционных модулей, характерных исключительно для передовых исследовательских секторов.
Слух улавливает противоестественные звуки приближения потенциальной угрозы. Приходит отчетливое понимание того, что гипотетический противник проникнет внутрь через деформированные вентиляционные люки и шахты, а также сквозь правую, не до конца сомкнувшуюся автоматическую металлическую дверь. Через образовавшийся проем способен беспрепятственно протиснуться человек весьма тучной комплекции.
Само помещение, где нахожусь прямо сейчас, обставлено множеством длинных и массивных столов с разнообразным оборудованием. Позади меня располагаются две лестницы, размещенные в противоположных углах комнаты и ведущие на ярус повыше.
Из вентиляционной шахты со скрежетом резко вылетает искореженная металлическая решетка, после чего наружу, шумно шлепаясь на наливной пол, вываливается первое существо, частично скрываемое теменью.
Анатомическое безумие этой ожившей биомассы заставляет ее туловище беспорядочно пульсировать, пока вывернутые в обратную сторону суставы сломанных конечностей с сухим хрустом перемалывают собственные связки ради совершения очередного рывка. Разорванный до основания шеи зев, усаженный рядами острых костяных игл вместо зубов, источает обильную маслянистую слизь, а проросшие сквозь лопнувшую кожу грудины крошечные недоразвитые пальцы судорожно сжимают и разжимают пустоту, устремляясь в мою сторону.
На макушке мутанта покоится некое подобие плавательного головного убора, но фактура аксессуара воспроизводит лоскуты кожи, содранной с головы другого человека. Облик чудовища, определенно вдохновленный шизофреническими фантазиями аниматора Якова Бурова, выдаваемыми за творчество, дополняется присутствием у твари трех молочных желез приблизительно четвертого размера, причем указанная грудь при беглом анализе тотально поражена запущенным жировым некрозом. Дифференцировать гендерную принадлежность объекта практически невозможно, поскольку выраженные женские вторичные половые признаки парадоксально сочетаются с грубым мужским лицом, а вместо привычных пальцев на деформированных конечностях копошатся разнокалиберные фаллосы.
— Восхищен тем, кто тебя создал, но то, с каким гастрономическим интересом ты смотришь на мое сердце, мне не по душе! — заняв классическую стойку стрелка, наставил ствол «Кольта» непосредственно в область расположения головного мозга противника, пока этот шедевр неестественного отбора с булькающим хрипом шагает в моем направлении. — БОЙСЯ МЕНЯ! — выкрикнул с визгливой ноткой и просвечивающимся немецким акцентом, нажав на спусковой крючок.
Вспышка порохового газа на долю секунды озаряет царство тьмы, демонстрируя, как пуля сорок пятого калибра вонзается в раздутый кожистый нарост, провоцируя мощнейший гидродинамический удар.
Гроздь безумно вращающихся, как у страдающего запущенным нистагмом пациента, глазных яблок мгновенно лопается, орошая окружение мутной жижей и венозной кровью.
«Трехгрудый» мутант, конвульсивно содрогаясь и издавая предсмертные хлюпающие хрипы, преодолевает по инерции еще несколько сантиметров, после чего грузно валится на настил, окончательно отправляясь в монструозный рай.
Цифровой индикатор автоматически активируется, увеличивая текущее значение ровно на пять очков. Очевидно, при ликвидации указанного объекта без использования огнестрела на личный счет зачислилась бы полноценная десяточка.
Весьма своевременно из дисплея проступает системное уведомление, информирующее о том, что уничтожение враждебных целей посредством холодного оружия гарантирует получение десяти дополнительных очков.
Приняв к сведению поступившие знания, мысленно удаляю строку, заставляя подсказку бесследно раствориться.
Вскоре на смену покойнику явилась пара иных созданий, причем отдельный новоприбывший выглядел омерзительнее предыдущего.
Первый обладал изувеченным плотским сосудом, некогда составлявшим суть восьмидесятилетнего старика, отягощенным всеми сопутствующими признаками биологического увядания, которые дополнительно выделялись патологическим истощением и ужасающим видом обвисшей кожи. Череп чудовища венчали своеобразные отростки, представлявшие собой в действительности то ли проросшие сквозь кость, то ли прикрепленные примитивным способом людские кисти, имитирующие ветвистые панты.
Очертания носа выдавали сходство с породистым профилем английского аристократа поздней эпохи семнадцатого столетия, отличавшегося чрезмерным пристрастием к прекрасному полу. Веки у монстра отсутствовали по причине иссечения, показывая гипертрофированные глазные яблоки, напоминавшие глаза рисованных персонажей японской мультипликации, а челюсти раскрывались до такой степени широко, что жуткий оскал, тянувшийся до самых раковин ушей, воскресил в моей памяти безумные лица обитателей пригорода из музыкального видеоклипа на композицию «Black Hole Sun» рок-коллектива «Soundgarden». Мускулистый орган в этой пасти оказался раздвоенным, тварь безостановочно выставляла его наружу, подражая повадкам пресмыкающегося.
Второй визитер утратил остатки человеческой природы, представляя собой противоестественный гибрид антропоморфного кошмара и скотского уродства. Центральную часть деформированного лица занимал огромный и сочащийся слизью свиной пятачок, покрытый жесткой щетиной и постоянно раздувающийся от свистящего дыхания. Кожа вокруг этого животного рыла имела синюшный трупный оттенок, покрываясь глубокими гноящимися трещинами.
Вместо ушей по бокам бугристого черепа свисали кровоточащие лоскуты плоти, напоминающие куски сырого мяса, обглоданные дикими зверями. Существо издавало утробное похрюкивание, перемежающееся скрежетом обнаженных желтых клыков, которые выпирали наружу, пронзая нижнюю губу и пачкая подбородок пеной.
Правая верхняя конечность чудовища оканчивалась свиным копытом, способным одним ударом раздробить человеческие кости. Из середины изуродованной грудной клетки, разрывая ребра и мышечную ткань, торчала вторая живая уродливая голова, которая слепо вращала мутными бельмами, резко дергалась и издавала надрывный плач.
Чтобы заработать необходимое количество очков, начисляемое тысячью, придется убить приблизительно две сотни омерзительных порождений хаоса.
Такой исход возможен исключительно при регулярном совершении попаданий в голову, именуемых в среде любителей компьютерных забав «хедшотами». Это обстоятельство ставит мою персону в смертельно опасную позицию, требуется сиюминутно найти выход из сложившейся ситуации, ввиду того что в противном случае существует огромная вероятность превратиться в праздничное угощение для здешних обитателей.
Старый добрый «Кольт» приведен в полную боевую готовность, но первоочередной мишенью станет отнюдь не головушка, а зона значительно ниже, чтобы избежать мгновенного летального исхода для цели.
Нападающие передвигаются неторопливо, напоминая оживших собратьев из кинокартины Джорджа Ромеро, благодаря чему появляется отличная возможность произвести выстрел в мышечные волокна примерно на восемь сантиметров выше коленного сустава. Снаряд должен войти аккурат в нижнюю треть бедра, чуть повыше коленной чашечки, именуемой в медицине надколенником.
Задумка увенчалась успехом. Два хлопка принесли в общую копилку заветные десять очков, установив пару удачных попаданий.
У первого уродца, обладавшего широким оскалом, вследствие проведенного эксперимента в районе нижних конечностей страшно обнажились волокна живой плоти.
Пришлось незамедлительно продублировать процесс утилизации патронов, направив свинец уже в правую ногу нападающего.
Сохраняя заданную скорость, очередной выстрел посылаю в тыльную сторону средней трети предплечья, строго посередине между локтевым сгибом и запястьем, тем самым полностью опустошив магазин.
Истерзанное создание не выдерживает столь мощного металлического шквала. На манер профессионального трюкача, имитирующего падение от пулевого ранения, монстр рушится наземь и отправляется прямиком к ранее уничтоженному «трехгрудому» первопроходцу, чтобы поделиться посмертными воспоминаниями о нашей рандеву. Итоговый баланс пополнился сразу на сорок очков за одно убитое существо, ведь смертельный урон был нанесен далеко не сразу.
Перезарядка заняла ничтожную долю секунды. Резким взмахом руки ствол взметнулся слегка вверх, увлекая за собой опустевший металлический блок. Освобожденный коробчатый магазин вылетел из основания рукояти, но, не успев коснуться земли, эффектно растворился, обратившись в ничто.
В тот же момент внутри полого канала пистолетной рукоятки таинственным образом соткалась новая, а ещё до отказа заполненная свинцом «кассета». Палец левой руки агрессивно вдавил рычаг затворной задержки, заставив раму с лязгом сорваться вперед и дослать патрон в ствол.
Против «Пятачка» пришлось применить абсолютно идентичную тактику «кругового обстрела», распределяя наносимый урон по разным участкам и сознательно избегая наиболее уязвимой зоны ради максимальной выгоды.
— Моё экспертное мнение: ТЫ НЕЖИЛЕЦ! — в результате проведенной стрелковой сессии копилка пополнилась заветными очками, ставшими достойной наградой.
Переступив через изувеченные трупы, быстро направился к чуть-чуть приоткрытому дверному проему.
Створки остановилось в промежуточном положении, оставляя зазор, сквозь который вполне реально протиснуться наружу и покинуть это помещение, но продвижение вперед заблокировало появление очередного претендента на антипремию Дарвина, вальяжно двигавшегося к дверям.
Компанию новоприбывшему составляли многочисленные коллеги по ремеслу. Точно так же, как происходило ранее, внешний вид порождений совершенно не поддавался разумному описанию. Скопление анатомических аномалий и запущенных стадий гниения выглядело настолько неописуемо, что преданные последователи дедушки Нургла на фоне местных экземпляров показались бы утонченными манекенщиками, дефилирующими на престижной неделе высокой моды в Милане.
Немертвая семерка, не считая того кандидата, ринулась в зазор, вознамерившись разорвать доктора на мельчайшие кусочки, но у меня имелись совершенно иные соображения на этот счет.
Палец в перчатке хищно утопил спусковой крючок, запуская выверенную схему веерного поражения целей.
Ведущий претендент на премию Дарвина принял на себя все последствия первого магазина. Свинец вгрызался в его бедра, предплечья и голени, заставляя разлагающуюся массу конвульсивно содрогаться, пока финальный восьмой выстрел окончательно не обрушил тварь на пол.
— Не бойтесь смерти, бойтесь доктора! — отработанная емкость для патронов вылетела из основания рукоятки и красиво дематериализовалась в пустоте, уступая место свежему снаряженному блоку.
Следующую пару противников постигла аналогичная участь. Щедро нашпиговал травмированные конечности атакующих смертоносным металлом, расходуя ровно по семь патронов на каждую особь и дважды активируя смену магазина.
Оставшийся квартет намертво увяз в проеме, превратившись в удобную мишень.
Хладнокровно опустошал емкость за емкостью, целясь исключительно в плотные мышечные волокна рук и ног. Громкие хлопки пистолета слились в единый непрерывный ритм, прерывающийся на мимолетные нажатия затворной задержки, когда новые патроны загонялись в ствол.
Когда последняя тварь повалилась на груду копошащихся тел, воздух пропитался гарью.
«Весьма интересная позиция, стоишь себе и отстреливаешься, не опасаясь, что тебя схватят», — подумалось мне, но оказалась куда сложнее.
Стоило предположить, что опасность миновала, как сверху по двум лестничным пролетам начали спускаться четыре твари, разделившиеся поровну на свой марш.
Разворачиваясь в сторону новой угрозы, заметил, как в отдалении, прямо за дверным проемом, показалась следующая группа монстров.
Тяжело вздохнув, приступил к стандартной процедуре заработка сорока очков.
Цифры на счётчике увеличились благодаря чудовищу с уникальной головой, башка эта напоминала жуткую картину, которую рискует лицезреть медик скорой помощи где-нибудь в индийской провинции, когда разъяренный тигр атакует ни в чем не повинного бедолагу, превращая мужскую в физиономию в разорванное и изуродованное, но каким-то чудом дышащее кровавое месиво.
Второго экземпляра тоже щедро угостил содержимым целого магазина. Данный противник выделялся тем, что вместо обычных глазных впадин и рта обладал странными анатомическими отверстиями, подозрительно напоминающими женские гениталии.
— Вы делаете большую ошибку, сражаясь против меня! — старина «Кольт» смотрел на следующую жертву. — УМРИ!
Семь последовательных выстрелов сотрясли темноту.
Необычная тварь, ступив на последнюю ступеньку, потеряла равновесие и рухнула вниз грузным мешком. Монстр походил на туго стянутое кожаными ремнями туловище с неестественно отвисшей челюстью. Левая конечность мутанта значительно превосходила по размерам правую, оканчиваясь длинными острыми когтями. Выпученные глаза рептильной формы располагались преимущественно по бокам, показывая странные прямоугольные зрачки. На противоположной же руке кисть отсутствовала вовсе.
Последний представитель вражеского лагеря решил не оставлять погибшего товарища в одиночестве и потопал следом. Торс четвертого противника был плотно облеплен металлическими пластинами, приколоченными прямо к обнаженной плоти, хотя спина оставалась незащищенной. Череп существа казался буквально распахнутым, полностью оголяя частокол зубов. Вместо левой кисти у создания виднелось нечто, сильно смахивавшее на острое лезвие резака
Монстры из первой точки не успели подобраться ко мне вплотную, именно по этой причине приблизительно за пятьдесят секунд напряженного сражения и тактической смены магазинов все десять безмозглых кретинов оказались выброшены в топку.
«Активировал» виртуальную панель, вознамерившись совершить одну-единственную прокрутку, благо за двадцать пять уничтоженных тварей мне как раз удалось накопить ровно тысячу очков.
Знакомое колесо завертелось, увлекая за собой калейдоскоп символов, но постепенно его бег начал замедляться, пока движение не стало совсем ленивым и тягучим.
Наконец, указатель приостановил свой ход на предсказуемой иконке с изображением вопросительного знака. Системное окно озарилось уведомлением о получении пассивной способности, дающей трехпроцентную прибавку к силе на подъем и мощности удара.
«Это не телепорт», — буркнул про себя, недовольный оскорбительным итогом. — «Возмутительно!»
Жестяной скрежет возвестил о том, что вентиляционные шахты сверху стали опасны. Из решёток валились новые мутанты, одновременно с этим обе лестницы впереди заполнились сплошным потоком гниющей плоти.
Твари новой волны напирали слабо организованной толпой, абсолютно игнорируя тела своих погибших собратьев.
Главной тактической задачей стало удержание безопасной дистанции, подпускать к себе ходячих трупов на расстояние удара не очень здравая затея.
Начал непрерывно контролировать периметр, грамотно перемещаясь и удерживая огневой рубеж на значительном удалении от наступающей силы врага.
Мой пистолет работал без остановки, беспрерывно вколачивал пули в туловища монстров еще на дальних подступах, срезая прямо на лестничных маршах и под вентиляционными отверстиями.
Когда один из выбравшихся из потолочного короба мертвецов все же сумел совершить резкий рывок, угрожая нарушить мой безопасный радиус, пришлось действовать незамедлительно.
— Швайнехунд! — сработал рефлекс ближнего боя. — ПОЛУЧАЙ, БОЛВАН! — ударом ноги наотмашь отбросил гнилое тельце назад, почувствовав ту самую трехпроцентную прибавку.
Сильный толчок заставил мутанта отлететь обратно в гущу нападающих, что позволило мне восстановить необходимый разрыв и продолжить дальний обстрел.
Помещение заволокло пороховым дымом, гильзы умудрялись рикошетить, а сам, отсекая огнем любые попытки приблизиться, шаг за шагом сокращал популяцию кадавров.
Прикончив последнего противника и убедившись в том, что не забыл вовремя перезарядиться, одержал очередную победу. Двадцать пять поверженных покойников снова одарили своего кровавого жнеца тысячью очков. Набранный «косарь» без зазрения совести утилизируется в колесо ради еще одной прокрутки.
Запустилась анимация с прогрессирующим убыванием скорости вращения стрелки до тех пор, пока указатель не упал на треугольную долю.
Дождавшись раскрытия таинственного сектора, понял, что история повторилась, опять всё то же самое, вместо желанного телепорта мне дали еще одну пассивную способность, гарантирующую повышение на полтора процента навыка ускорения перезарядки любого оружия.
«Так и лудоманию заработать можно», — возникло в мыслях, пока бежал по лестничному маршу и поднимался на второй ярус.
Скудное освещение, вернее, полное его отсутствие, превращало эту зону в весьма мрачное место. Пусть уже немного привык к кромешной тьме, подобная адаптация не являлась панацеей от таящихся угроз. Мрак сделал новое помещение абсолютно идентичным предыдущему в своем значении и функционале. Единственным отличием было разве что количество техники, столов оказалось заметно меньше.
Вернувшись на этаж ниже, перевожу дыхание. Уничтожение первой сотни врагов льстит моему самолюбию, но глупо игнорировать очевидную проблему.
По причине того, что правая конечность без малейшей передышки задействовала пистолет, ее предплечье до предела налилось молочной кислотой, а ладонь начала крупно дрожать от непрерывной отдачи. Нажимать на спусковой крючок ведущей рукой теперь практически нереально.
Мне жизненно необходима пауза хотя бы на пять, десять, в идеальном варианте на пятнадцать или двадцать минут ради восстановления сил, но полагаться на благосклонность случая не приходится.
До моего слуха уже доносится шаги…
Ситуация складывается скверная. Вести огонь с левой руки абсолютно не приучен. Точнее, способен, но меткость упадет многократно, а мелкая моторика окажется далека от совершенства, что колоссально снизит коэффициент полезного действия. Впрочем, альтернативы у меня все равно не остается, ведь покинуть помещение ради спасения бегством уже невозможно.
Чудовища подобрались вплотную, численность новых противников значительно превышает ту, с которой пришлось столкнуться в прошлый раз.
Это заявочка на «слив», но торопиться с финальными умозаключениями не стоит. Пусть вероятность успеха резко упала, в моем арсенале все еще скрывается один козырь.
Первый же выстрел с левой руки ознаменовал промах, но со второй попытки ближайший монстр, тянувший ручонки к перилам лестничного марша, упали на ступени.
— Не смей касаться доктора! — молниеносный снаряд угодил твари в переносицу, отчего туловище опрокинулось навзничь, перегораживая проход.
Двое следующих нападающих синхронно споткнулись о труп, заваливаясь массивными тушами.
Не стал дожидаться момента, когда они сумеют подняться. Два нажатия на спуск, два падения. Стартовая баррикада готова.
Конструкция под ногами дрожала от топота десятков ног. Подошвы мертвецов непрерывно шаркали по настилу, а мерзкое сипение доносилось абсолютно со всех сторон.
Удерживая М1911, отступил к ярусу спиной вперед, не отрывая взгляда от мутантов.
Наверху по-прежнему сохранялась пустота, чего нельзя было сказать о нижнем ярусе лаборатории.
Медицинские каталки, металлические шкафы с архивными папками и закрепленные на кронштейнах мониторы остались позади.
Со стороны южного лестничного марша уже раздавались звуки неукротимого приближения. Нападающие поднимались сплоченной колонной, вслепую цепляясь за поручни.
Впереди показался очередной мертвец с полностью отрезанными ушами.
— СГИНЬ! — встретил его «хедшотом» лишь с третьей попытки.
Неживая туша повалилась на идущих следом, увлекая за собой остальных собратьев. Вся эта масса покатилась вниз, ломая кости конечностей и хрустя позвонками.
Благодаря следующему попаданию очередной преследователь осел прямо на ступенях, частично запечатывая свободный проход.
Финальные выстрелы вынудили еще одного зараженного завалиться поверх остальных. Таким образом сформировалась насыпь из плоти, которую невозможно преодолеть без остатков разума. Южная лестница оказалась надежно заблокирована.
Развернувшись, поспешно устремился к северному пролету, там уже скопилась неплохая толпа.
Мертвецы карабкались по телам павших товарищей, срывались вниз и упрямо поднимались снова.
Передний преследователь практически успел выбраться наверх, но профилактическая пуля отбросила его обратно.
Другой противник получил удачную «оплеуху» в висок, не успев сделать и шага через поверженного предшественника.
Спустя шестьдесят секунд хладнокровного истребления обе лестницы превратились в труднопроходимые завалы.
Остановившись в центре, прислушался. Снизу четко исходило ворчание, скрежет когтей о напольное покрытие и редкие удары тел об искусственные препятствия, но наверх никто больше не поднимался.
Оставшиеся внизу существа бесцельно бродили среди опрокинутых столов, натыкались друг на друга, будучи не в силах отыскать верный маршрут. Застрявшие же на ступенях зараженные окончательно затихли, нагромождение кадавров удерживало немертвых крепче любого засова.
Подойдя к краю, заглянул вниз. Примерно два десятка мертвецов все еще спонтанно перемещались по лаборатории, спотыкаясь о трупы и разбитое оборудование. Никакой опасности они сейчас не представляли, даже если бы кто-то из них сообразил приблизиться к ступеням, созданная баррикада легко выдержала бы этот натиск.
Медленно спустился, аккуратно перешагивая сквозь расстрелянные конечности и раскрытые в беззвучном крике челюсти. Тела лежат в три слоя, намертво впечатанные друг в друга.
Оставшаяся дюжина мутантов рассредоточилась по лаборатории. Кто-то застрял посреди опрокинутых столов, кто-то бесцельно колотит ладонями по стеклянным шкафам, а один, запутавшийся ногами в проводах, шевелится на месте, будучи не в силах освободиться.
Первый противник замечает мое присутствие практически сразу. Развернувшись, он, пошатываясь, направляется навстречу, вытянув вперед серые руки с обломанными ногтями.
Нажал на крючок, башка уродца резко дергается, после чего существо перестает подавать признаки жизни.
Следующие трое бредут гуськом вдоль ряда перевернутых микроскопов.
Стреляю дважды, двое передних падают одновременно.
Третий запинается о распростертое тело сородича, полностью теряет равновесие, улетая лицом вниз.
Подойдя ближе, приставил ствол к затылку, совершая финальное нажатие. Хлопок, затем воцаряется тишина.
За неработающей холодильной установкой обнаруживается еще пятерка зараженных. Они стоят кучно и без движения, повернув головы на источник недавнего шума.
Сменив позицию, обхожу эту группу с фланга, осторожно пригибаясь за высокой стойкой с пробирками.
Четыре попадания уложили четверых. Пятый разворачивается слишком поздно, получая пулю аккурат промеж глаз.
Выпрямившись, внимательно осматриваюсь. В дальнем углу, возле опрокинутой каталки, шевелятся двое последних. Один ползет, волоча перебитые нижние конечности, второй пытается подняться, судорожно держась за колесо. Подхожу тихо, без лишней спешки и суеты, стреляю сначала в ползущего, потом в повисшего на металлической конструкции. Оба окончательно затихли.
Лаборатория превратилась в ландшафт из мертвечины. Помещение буквально обратилось в подлинный курган, в котором торчащие конечности напоминают корни вывернутого леса из аналогового хоррора. Поверхность также усеяна скользкими участками из биологических жидкостей самой разной вязкости.
Единственное преимущество заключается в том, что абсолютно все выходы, включая лестницы, надежно заблокированы. Ни один новый недруг не преодолеет этот заслон. Мне же, при возникновении необходимости покинуть данную зону, придется буквально прорубать себе путь наружу.
Накопилась необходимая сумма шекелей ровно на пару прокруток. Совершенно не жалея кровно заработанные средства, спускаю все ресурсы на проклятое колесо, действуя на манер тяжело зависимого игромана.
«Вр-р-р-р-ращайте барабан!» — услужливо воскресила память незабвенную фразу Леонида Якубовича.
На сей раз колесо вращалось значительно быстрее обычного. Мне даже подумалось, что такая скорость обусловлена неким событием, но мгновенно растворившийся знак вопроса расставил все точки над «ё».
Открывшийся сектор показал стилизованное изображение белой кисти, беспардонно демонстрирующей мне средний палец.
«Услышал тебя, родной», — запустил повторный цикл.
Не станем уделять лишнего внимания анимации вращения диска, сопровождающейся жуткой мелодией, а сразу перейдем к финальному результату. На треугольной дольке красовалась карикатурная картинка с половиной человеческого лица, высунувшего язык, который был разукрашен в цвета государственного флага Японии.
Сложив два плюс два, сделал закономерный вывод, что система вознаградила меня умением изъясняться на данном наречии, но всплывшее уведомление внесло существенную ясность, уточнив, что мой характерный немецкий акцент никуда не исчезнет.
Аусгецайхнет, теперь, помимо белорусского, украинского, британского английского и немецкого, владею еще и японским. Это весьма кстати, поскольку местные надписи выполнены именно на нем. Хотя, если признаться честно, прежде не видел особой трагедии в отсутствии подобных лингвистических познаний, ведь среднестатистический обыватель владеет базовым английским на уровне, вполне достаточном для передачи ключевой информации и адекватного взаимопонимания, но к коренным жителям Японии это относится с натяжкой, они говорят на нем очень плохо.
Наплыв голопопиков не заставил себя долго ждать. Помните те шахты? Так вот, оттуда осмелилась высыпаться новая партия, но уже в меньшей группе.
Как только эти олигофрены проникли сюда, а насчитывалось таких неполноценных обмудков около десятка, им явно оказалось не по нраву, что мобильность едоков снизилась практически втрое по причине братской могилы мутантов.
Это плохо и для меня, поскольку локация ради маневра урезается наполовину. Впрочем, незаменимый М1911 с удобнейшей функцией неиссякаемого запаса, пускай и требующий секундного отвлечения на смену магазина, помог доходчиво объяснить непрошеным гостям, что они ошиблись не просто адресом, но еще и на этапе собственного перевоплощения в ходячую гниль.
Завершив перезарядку, подошёл к не до конца сомкнутым металлическим створкам и, осторожно растолкав окоченевших бестолочей, выхожу в протяженны и раскидистый в ширину коридор, заляпанный кровью.
Пять уродливых созданий неожиданно преградили путь.
Первой навстречу бросилась изломанная «многоножка», позвоночник оказался неестественно вывернут дугой назад, лицом к потолку. Из распоротого и гниющего живота каскадом росли тонкие человеческие руки без кожного покрова, заменяющие твари лапы. Чудовище мчалось с бешеной скоростью, а асинхронно перебирающие пальцы издавали щелкающие звуки.
Вслед за ней продвигался мясной кокон из сросшихся спинами близнецов. Внушительная глыба, лишенная нижних конечностей, ползла вперед, оставляя за собой широкий жирный шлейф из слегка желтоватой жидкости, выделяющейся из ранок. Из верхней части месива торчали две головы, причем одна полностью лишена кожи, а вторая, женская, рыдала, захлебываясь кровью.
Поодаль стоял слепой «перевертыш», чьи иссохшие ручонки вытянулись до невероятной длины, а сросшиеся пальцы превратились в желтые костяные спицы, скрежещущие по стенам. На месте лица зияла черная полость, заполненная шевелящимися языками.
Рядом с трудом дышало вздутое чрево, грудная клетка раздулась до размеров бочки из-за скопившихся газов, показывая сквозь натянутую синюшную оболочку копошащихся червей.
Замыкала это шествие личинка, передвигающаяся на четырех костях с вывернутыми локтями, личико оказалось затянуто содранной кожей, прибитой к черепу металлическими скобами. Вместо рева выродок издавал свистящий детский шепот.
— Вы смотрите в глаза смерти, КЛИНИЧЕСКИЕ ИМБЕЦИЛЫ! — вскинув свой верный пистолет американского производства, открыл огонь на поражение.
Первым делом пуля полетела в атакующую многоножку. Быстрый прилет раздробил хрупкие шейные позвонки, отчего клацающая челюсть бестии навсегда уткнулась в пол, а многочисленные конечности судорожно скрючились.
Не останавливаясь, перенаправил ствол на ползущих близнецов. Серия из семи попаданий разнесла оголенные мышцы первой головы и оборвала плач второй, превратив бесформенный кокон в неподвижную тушу дурно пахнущего мяса.
Слепой здоровячок с костяными спицами среагировал на грохот, резко повернув шею, но встречный «пиф-паф» угодил прямо в зияющую пустоту рта, вышибив затылок к чертям собачьим и прочим псовым.
С заплывшим газами мутантом пришлось действовать аккуратнее, чтобы не вызвать детонацию удушающей гнили.
Обойдя тушу сбоку, всадил пулю в основание краниума, заставив огромный резервуар безвредно осесть на испачканную плитку.
Последний из Магикян, издававший жуткое бормотание, попытался броситься в слепом прыжке, выставив вперед поломанные локти.
Спокойно отступив назад, дождался идеального момента и прекратил существование последнего порождения выстрелом в незащищенное горло.
Не успел преодолеть половины намеченной дистанции, как окружающий мир внезапно прорезала сработавшая иллюминация, окрасившая все вокруг в алый цвет.
— О, надо же, свет вернули! — искренне порадовался приятной новостью.
Стоило сделать еще четыре шага, как в тупике прохода раздался грохот. Нечто массивное принялось яростно вышибать преграду.
Спустя короткое время тяжелая металлическая створка со скрежетом вылетела наружу, в проем протиснулся большущий мутант. Тварь обладала негуманоидным силуэтом, напоминая своими очертаниями гориллу.
При детальном рассмотрении становилось понятно, что это чудовище появилось из растерзанных останков множества людей. Лица мертвецов с навеки застывшим выражением агонии уродливыми гроздьями проступали сквозь бугристые сочленения его тела.
Почти все туловище бестии покрывал громоздкий и усеянный острыми шипами экзоскелет, намертво сформированный из вросших друг в друга костей и окаменевшей кожи.
Передвигался монстр на чудовищных передних конечностях, представлявших собой спрессованные колонны из сотен человеческих предплечий, оканчивающиеся зазубренными костяными наростами. В районе грудной клетки зияла глубокая полая каверна, внутри которой пульсировали кожистые полупрозрачные мешки, до краев наполненные зловонной желто-зеленой жижей. Из этой пасти непрерывно сочилась едкая слизь, с шипением разъедающая залитый кровью скользкий пол.
— Трепещи, тварь дрожащая, перед тобой венец природы и почти три миллиона лет эволюции! — процедил фразу с манерной интонацией, не заметив, как сорвался на истеричный смех.
Бестия сорвалась с места моментально, развивая бешеную скорость. Многотонная масса спрессованной человечинки и омерзительных новообразований устремилась прямо на меня. Физически уйти с траектории этого живого тарана в узком пространстве не представлялось возможным.
Осознавая, что лобовой экзоскелет пистолетным калибром не пробить, вытянул руку и открыл шквальный огонь по голове. Пульки опасно рикошетили от шипастой кости, выбивая искры.
Ослепленная пистолетным градом тварь яростно взревела. За метр до столкновения мутант инстинктивно вскинул переднюю часть туловища вверх, намереваясь ударом «ковша» превратить меня в горячую лепёшку.
Именно в это открывшееся окно со всей силы завалился на бок, уходя в силовой подкат в лучших традициях моего любимого Джима Хендрикса. Вязкая кровь мертвецов сработала идеальной смазкой, на бешеной скорости влетел прямо под брюхо чудовища.
Прочная ткань костюма уберегла кожу от нагревающего трения, но жёсткий стык плит отозвался ноющим ушибом в бедре. Кислород из легких выбило скорее от резкости маневра и убийственной близости этой смердящей горы мускулов.
Оказавшись на спине, прямо под пульсирующей утробой выродка, стальной хваткой вцепился в пистолет и до упора выжал спусковой крючок, направив ствол строго вертикально, в отвратительные каверны с желтовато-зелёными мешками.
Безостановочные выстрелы в упор принялись рвать незащищенную плоть. Шум в замкнутом пространстве под тушей ударил по барабанным перепонкам, оглушая до пронзительного звона. Отдача «Кольта» мощно толкалась в ладонь, но за счёт этого импульса получил дополнительное ускорение и благополучно выскользнул из-под хвоста бестии. Один из кожистых резервуаров с хлопком лопнул позади, окатив пол удушающей трупной гнилью.
Промахнувшись, чудовище со всей дури обрушило конечности в ту точку, где находился ранее. Поток воздуха от удара однотонных лап подтолкнул меня вперёд.
Потеряв опору на кровавой каше и получив страшные разрушения внутренних органов, огромный мутант ушёл в неконтролируемый занос. Его туша по инерции протащилась дальше, лишь вскользь задев меня по касательной массивным боком. Этот смазанный толчок попросту отбросил меня в сторону.
«Это было близко», — родилось в сознании, пока катился по полу, самортизировал удар руками и несильно приложился спиной о стену, отделавшись парой новых синяков.
С диким ревом «Зверь» боком протаранил противоположную стену, с мясом вырывая панели, кабели и круша саму структуру перегородки. Коридор заволокло ослепляющей завесой строительной пыли.
Быстро перекатился и уверенно поднялся на одно колено, как какой-то пародийный супергерой из дешманских фильмов для взрослых. Плечо и спина немного ныли от ушиба, но адреналин полностью глушил эти ощущения. В трех метрах впереди, посреди оседающей пыли, дезориентированно копошился мутант. Из его разорванного живота пульсирующими фонтанирующими струйками вытекала жидкость, массивные лапы разъезжались на скользком от крови полу, а полностью оголенные плечевые суставы со стороны спины оказались абсолютно беззащитны.
Раненый не собирался сдаваться без боя, даже будучи сильно искалеченным. Не оставляя без внимания уязвимость собственного положения и полную невозможность развернуться, монстряк предпринял отчаянную попытку защититься.
— Что такое, малыш? — ядовито поинтересовался у чудовища. — Бедненький, не получилось скрутить доктора в бараний рог? — жалобно и высоко скулил, подражая обиженному ребенку, у которого отобрали любимую игрушку, всхлипывания звучали неестественно громко и резко, переходя от наигранной паники к фальшивому рыданию, а сам плач выглядел театрально и комично одновременно.
Его незащищенный тыл оставался полностью открытым для атаки, поэтому противник прибегнул к единственному доступному средству обороны.
Опираясь на передние конечности, создание с оглушающим утробным воем резко взмахнуло массивным шипастым хвостом, стремясь вслепую снести меня горизонтальным ударом.
Острые костяные наросты прочертили длинную кривую по стене, выбивая кладку прямо над моей головой.
Опережая это, рефлекторно пригнулся, пропуская смертоносное лезвие в считанных сантиметрах от лица.
Не сумев достать меня хвостом, дезориентированная бестия в ярости принялась слепо крушить все вокруг. Бугай со всей силы впечатал лапу в полуразрушенную перегородку и вытащил тяжелую плиту с оголившейся арматурой. С жутким урчанием монстр швырнул этот увесистый обломок назад, надеясь раздавить случайным попаданием.
Крупный снаряд на огромной скорости полетел вперед, заставив меня разорвать дистанцию и совершить резкий прыжок в сторону, полностью уходя с линии огня как Макс Пэйн, но без знаменитого прищура, эффекта «буллет-тайма» и стильного плаща.
Пользуясь замешательством, сократил маршрут, сближаясь с беззащитным тылом противника. Пыль еще не успела окончательно осесть, когда запрыгнул прямо на широкую спину мутанта, надежно захватив ноги между костяными наростами экзоскелета. Монстр яростно взревел, пытаясь сбросить меня дикими ошалелыми рывками, но центробежная сила лишь сильнее прижала мое тело к его хребту.
— Я ЕСТЬ УБЕРМЕНШ! — широко оскалился и во всю глотку пронзительно рявкнул, приставив дуло «Кольта» в упор к пульсирующему ярко-желтому суставу правого плеча.
Выжал спусковой крючок. Непрерывный шквальный поток на столь близкой дистанции превратился в лазерный резак. Патроны без малейшей задержки проникали глубоко в плоть, полностью перемолов костные сочленения и сухожилия лапы.
Огромная правая щитообразная конечность отвалилась от туловища, безжизненно упав на испачканный пол. Чудовище издало полный запредельной муки рев, стремительно теряя равновесие и заваливаясь на бок.
Не давая выродку ни единого шанса на спасение, моментально перенес ствол к противоположному плечевому сочленению.
Очередная безостановочная серия аннигилировала вторую опору монстра. Оставшись без массивных передних конечностей, гора мышц бессильно рухнула мордой вниз, полностью лишившись мобильности.
Спрыгнув с дергающегося в предсмертной агонии хребта, спокойно обошел хрипящую тварь спереди и, направив пистолет прямо в ее разверстую и сочащуюся слизью пасть, совершил последний выстрел.
— Я бы препарировал твою буйную голову, — тычу «Кольтом» в лоб, — но у меня нет под рукой ампутационных ножей и пил, — завершив тираду, пинаю череп ботинком, останавливаясь исключительно при первых признаках подступающего утомления. — Легко отделался, шпасти!
Каков текущий баланс очков? Вполне хватает для троекратного запуска рулетки.
Чуть больше трех тысяч цифровых единиц привели в быстрое движение призовой диск.
Дождавшись полной остановки вращения, наблюдаю первоначальный результат, стрелка замерла напротив вопросительного знака, трансформирующегося в пассивный навык, увеличивающий темп перемещения на ничтожные полпроцента.
Следующий заход принес умение, позволяющее щелкать пальцами, причем совершать это действие до текущего момента не умел.
Последняя попытка, как прекрасно видно по моему угасающему энтузиазму, принесла вовсе не телепорт, а изощренное издевательство в духе того самого консьержа дома образцового содержания на Фонтанке под номером тридцать шесть, обожающего устраивать «бомбежки» под дверьми жильцов.
Всплывающее системное уведомление предупредил о выдаче сомнительной награды, заблокировавшей доступ к лотерее на ближайшие три часа и отключившей на данный промежуток времени начисление бонусов за убийство противников.
«Тяжело», — лениво посмотрел вдаль взором умудренного годами человека, окончательно осознавшего упущенную в юности перспективу, — «тя-же-ло…»
Сохраняя бодрость духа, отправился к сильно развороченному дверному проему, чтобы оттуда благополучно проникнуть внутрь куда более разветвленного коридора, изобилующего сложными развилками. Досадно из-за отсутствия поблизости стенда с подробной картой или хотя бы элементарного настенного путеводителя, способного помочь сообразить, куда вообще необходимо держать путь, но грех сетовать на судьбу, рабочее освещение присутствует, пускай оно и является исключительно красным.
Внутренний монолог не о чем прервался оглушительным лязгом вывороченной вентиляционной решетки, с громыханием рухнувшей на пол. Тяжело свалившийся сверху бесформенный колоссальный конгломерат приземлился всего в паре шагов, после чего со специфическим утробным бульканьем яростно ринулся на штурм.
Отвратный облик нападающего чудовища стирал рассудок. Лишенное выраженного туловища, создание представляло собой сплавленную из сотен ободранных человеческих торсов пульсирующую массу серо-зеленого мяса, куда намертво вросли обрубленные шеи. Венчающая мясную гору воющая воронка из вывернутых наружу челюстей непрерывно исторгала черную кровь вперемешку с зубами. Вместо лап веером росли бесчисленные кисти, фрактально делящиеся на крошечные пальцы с сорванными ногтями.
Снизу волочилась раздутая газами плацентарная мембрана, сквозь которую бились синюшные эмбрионы, пытающиеся прогрызть пузырь первыми острыми наростами-клинками. Тысячи обнаженных нервных сплетений, похожих на синих червей, яростно вытягивались в мою сторону.
— Вилькоммэн, вертгешэтцтэ гэстэ! — выпалил прямо в нижнюю часть этой твари.
Свинцовый дождь практически полностью уничтожил опорное сочленение из сросшихся костей, отчего кошмарное порождение, потеряв устойчивость, с тяжелым стуком повалилось на землю, вынужденно опершись на деформированные многопалые конечности.
Повторный залп лишил омерзительную массу одного из выпирающих костяных лезвий, образованных сросшимися человеческими предплечьями. В тот же момент позади раздался сводящий с ума оглушительный шорох, напоминающий копошение миллиардов гигантских насекомых в замкнутом гробу, это было частый скрежет ногтей по твердой поверхности.
Задействовав весь имеющийся ресурс рефлексов, сместился, одновременно разворачивая корпус назад.
Очередное существо с теми же вводными, сотканное из безликих торсов и копошащихся жгутов, пытавшееся подобраться незамеченным, совершило резкий рывок, пока неподалеку с громким треском сорвался еще один заслон.
Прицельно изрешетил подкравшуюся гадину, добившись превосходного эффекта, так как безумную тушу буквально отбросило кинетической волной.
Быстро оценил положение ползущего первого противника, изрыгающего на землю обильные порции темной юшки и колотые коронки, убеждаясь, что прямо сейчас покалеченное создание представляет наименьшую опасность.
Куда более критическую угрозу нес невредимый конгломерат, только что выбравшийся из темного зева шахты и волочащий за собой плацентарный мешок с судорожно бьющимися зародышами.
Увернувшись от траектории нападающего, надежно схватил рукоять «Кольта» М1911 и встретил разворачивающееся чудовище короткой очередью.
Начальные хлопки улетели в «молоко», зато последующей попыткой удалось нанести урон, оторвав под корень выпирающее реберное острие, заставившее врага отпрянуть. Третья порция пуль сокрушила нижний костяной нарост, после чего пришлось резко развернуться навстречу новому нападающему, вновь вернувшемуся в бой, чтобы окончательно уничтожить и растерзать копошащихся на полу тварей.
Узкий коридор, свернув несколько раз, уперся в стену из бронестекла. По ту сторону можно было разглядеть ряды автоклавов, заполненных мутной фиолетовой жидкостью. Следовало идти влево вдоль стены, там находилась дверь, оставалось надеяться, что она открыта.
С другой стороны к стеклу подбежал человек. Его некогда белый халат не отличался чистотой, а лицо бедняги выражало смертельный ужас.
— Эй, — увидев меня, мужчина отчаянно замолотил руками по стеклу, — прошу вас, помогите мне! — стеклянная преграда приглушала звук, но не настолько, чтобы не пропускать его полностью. — На помощь!
— О-о-о-о, гу-у-у-те-е-ен т-а-а-аг~, — слегка подняв правую ладонь, неторопливо помахал ею, — да, сейчас, не суетитесь, — недолго думая, попытался пробить стекло оружием, но стекло, похоже, было из тех, что используется для всяких иллюминаторов или что-то очень похожее.
Быстрее открыть дверь, чем прорезать его.
Метнулся в конец коридора, всё равно придётся потратить несколько драгоценных секунд.
Послышался истошный крик.
Когда дверь открылась, практически ворвался внутрь.
Человек, которому хотел помочь, уже бился в конвульсиях на полу, под его телом быстро расползалась лужа крови. Голова у бедняги почти отсутствовала, да и на теле можно было заметить несколько ран. Убийцу не пришлось долго искать, он взгромоздился на грудь покойника и изучал меня пустым взглядом бесцветных «бусинок».
Тварь представляла собой гипертрофированный человеческий череп размером с бочонок, на котором истощенная синюшная кожа натянулась до предела, открывая вид на белые швы костных сочленений и пульсирующие извилины.
Лицевая часть существа подверглась чудовищной деформации, веки были намертво скреплены ржавой проволокой, сквозь которую непрерывно сочился мутный гнойный экссудат, а вместо носа отверзался сквозной провал, открывающий вид на пазухи.
На месте шеи радиально росли двенадцать ломаных и многосуставчатых конечностей, детально воспроизводящих лапы гигантского паука-птицееда, покрытых жестким хитиновым ворсом из человеческих волос. Из затылочной зоны, прямо из продолговатого мозга, тянулся длинный склизкий отросток серо-розового оттенка, напоминающий пуповину с кольцевидным ртом, усеянным микроскопическими крючьями.
Безгубая пасть, способная раскрываться на сто восемьдесят градусов, исторгала бичеподобный многослойный язык угольного цвета, покрытый бритвенно-острыми костяными шипами, способными с легкостью разрывать плоть. Изнутри черепа без умолку доносился приглушенный плач, смешанный со звуками захлёбывающегося человека.
Монстр раскрыл разорванную пасть и издал раздраженный крик.
Вскинул «Кольт», но раньше, чем успел выстрелить, мутант с неожиданным проворством перепрыгнул на ближайший автоклав и чуть ли не мгновенно скрылся из виду.
— Я что, страшный? Почему ты убегаешь от меня, мисткерль? — направил пистолет на ряды автоклавов, но тварь либо уже убралась отсюда подальше, либо затаилась.
Придется быть еще осторожнее. Может, этот мутант и не отличался крупными размерами, но, похоже, недооценивать его не стоило. Он вряд ли менее опасен, чем те же чудаки в начале, и по стенам перемещается также ловко, как и по полу.
Вдохнув, как перед прыжком в холодную воду, пошел дальше, стараясь держаться ближе к стеклу.
Прошёл до конца ряда, затем свернул в проход между автоклавами и убедился, что там никто не прячется.
Стоп, что это за тень на стене?
Когда затаившаяся тварь с визгом прыгнула, даже не успел толком среагировать, только выставил перед собой руки.
Удар заставил меня потерять равновесие и врезаться спиной в автоклав. Выбитый пистолет отлетел в сторону, щупальца изогнулись, как изготовившиеся к броску змеи.
— Не на того напал, грязный остолоп! — собрав все силы, отшвырнул гадину от себя.
Взвизгнув, мутант отлетел в сторону.
Тут же добавил ему хорошего пинка, а потом с силой опустил подошву ботинка на спину монстра возле основания щупалец. Для любителя игры в прятки на выживание этого хватило, монстр перестал дёргаться.
Подняв с пола «Кольт», поспешил зайти в лифт. К счастью, никто не бросился на меня из темноты и не вырвался из автоклавов, мимо которых проходил.
Зашел в кабину необычного вида. Первым делом взгляд выхватил детально спроектированную схему преодоленного яруса.
Изучив эту наглядную легенду, понял ошеломляющий факт, передо мной разворачивалась панорама колоссального, черт возьми, комплекса, который уходил вглубь тектонической плиты под морским дном. Над головой нависали сотни метров твердого камня, сдавленные сверху километрами океанской бездны. Локация представляла собой невероятно защищенный и технологичный бункер, способный выдержать любой катаклизм.
Сначала требовалось заблокировать автоматические двери, а потом…
Внезапно створки содрогнулись. В образовавшийся узкий зазор молниеносно протиснулись два изогнутых желтоватых отростка, напоминающих лезвия, покрытые подсохшими красно-бурыми разводами. Нападавшему существу хватало неистовой мощи, чтобы удерживать гидравлический пресс.
Успел отскочить вглубь кабины, когда проем расширился, показывая фигуру нападающего монстра. Электроника ошибочно определила, что между панелями застрял живой персонал, поэтому створки послушно разъехались в стороны.
В течение нескольких безумных микросекунд облик этого чудовищного создания запечатался в моей памяти. В проеме стояло тотальное богохульство против законов биологии. Челюсти существа разорвались до самых ушей, формируя бездонный провал, откуда рядами росли бритвенно-острые кинжальные зубы, усеивающие даже стенки глотки. Нижняя челюсть расщепилась на две судорожно дергающиеся половинки, с которых непрерывно стекала пенистая слизь. Покрытый язвами длинный язык змеей извивался между костяными клыками.
Спина твари выгнулась дугой, позвонки пробил обезображенную плоть, превратившись в окровавленный гребень, а правое плечо деформировалось в разросшийся опухолевый узел, под которым копошились гроздья полупрозрачных личинок. Руки были вывернуты локтями вперед, оканчиваясь теми самыми зазубренными костяными косами, у основания которых бились оголенные фиолетовые вены.
Из разорванного живота существа, конвульсивно дергаясь, свисали синюшные петли собственных кишечных трактов, переплетенные с тонкими паучьими лапами, отрощенными прямо из ребер.
Издав пронзительный вопль, тварь рванулась к загнанной в тупик жертве.
В тот же момент сработал аварийный механизм лифта. Пластины сошлись с необыкновенной силой, разрубая урода пополам.
Изуродованная голова вместе с куском грудной клетки и единственной конечностью со стуком рухнула на рифленый настил около моих ног.
Поспешно отпрянул к стене. Срубленные останки неподвижно лежали, перестав подавать малейшие признаки жизни.
Приблизившись к пульту управления, вдавил пальцем соседнюю клавишу. Судя по индикации, подъемник поддерживал круговое сообщение между парой точек.
Грузовая платформа тронулась, а сам привалился к сетчатой переборке. Погибший мутант лежать бесформенной массой, не думая растворяться.
Уставился на отрезанную черепушку урода. Подошел ближе, замахнулся и поддел носком ботинка эту массу.
Вопреки тяжести, первый пинок подбросил окровавленный череп вверх. Башка взлетела на уровень колена, а затем, поймав ритм, встретил ее повторным ударом.
Пользуясь зависанием «футбольного мяча» в воздухе, совершил базовый финт, ухитрился поднять ногу и, не задевая летящую голову, описал круговое движение ступней вокруг падающего черепа.
Ловко завершив этот трюк, снова поймал ботинком отрубленную голову у самого пола, аккуратно подкинув ее в четвертый раз. Пятый выпад заставил разорванную челюсть монстра щелкнуть, а шестым хлестким ударом отправил это месиво в дальний угол грузовой платформы, где оно со шлепком врезалось в прутья.
Платформа упрямо ползла вверх, унося меня прочь. На дисплее панели лифта загорелся зеленый индикатор, извещающий о скором прибытии на территорию гидросектора.
Кабина продолжала исправно выполнять свою честную работу, но автоматика тут же издала протяжный аварийный писк.
— Внимание, обнаружено критическое падение давления во внутреннем контуре охлаждения, уровень заблокирован герметичными гидрозамками, — бесстрастно отчеканил синтезированный голосовой ассистент бортовой системы, после чего панель управления закоротило от сырости.
Примечания:
I. Нистагм — быстрые и ритмичные колебательные движения глаз, которые человек не может контролировать. Глаза могут сами по себе «бегать» из стороны в сторону, вверх и вниз или по кругу.
II. А́усгецайхнет (нем. Ausgezeichnet) — великолепно, отлично, превосходно.
III. Шпа́сти (нем. Spasti, сокр. от Spastiker — страдающий спастическим параличом) — груб., прост., презр. дурак, кретин, недотепа. Аналог стигматизирующих бранных слов, образованных от медицинских диагнозов.
IV. Вилько́ммэн, ве́ртгешэтцтэ гэ́стэ (нем. Willkommen, wertgeschätzte Gäste) — букв.: «Добро пожаловать, многоуважаемые (высоко ценимые) гости».
V. Ми́сткерль (нем. Mistkerl, от Mist — навоз, дрянь и Kerl — парень, мужик) — бран. подлец, мерзавец, скотина, сволочь.