У бассейна тихо и хорошо.

Устраиваюсь на шезлонге, надеваю широкополую шляпу которую вчера купила у дедушки с тележкой на пляже, огромную, соломенную, с искусственным цветком сбоку.

Заворачиваюсь в парео поверх белого купальника. Лежу. Наблюдаю из-под полей как заправский шпион. Ничего интересного.

Солнце пригревает, вода в бассейне плещется. Сама не замечаю как начинаю дремать.

И тут слышу знакомый мужской голос и незнакомый визгливый женский:

— Хомячок, я знаю здесь один пляж, где можно загорать топлес!

Приоткрываю один глаз. Явились! Идут прямо на меня.

Антон в шортах, загорелый, вальяжный, вот вот лопнет от осознания собственной значимости. И рядом девица. Высокая крашеная блондинка на огромных каблуках. Антон ее обнимает за талию, она хихикает и жеманно к нему льнет.

Со злорадством отмечаю что она совсем на меня не похожа. Слишком искусственная, слишком кукольная. Типичная акула курортного разлива. Натягиваю шляпу пониже.

Они проходят мимо не заметив меня и плюхаются на соседние шезлонги.

— Антошечка, — воркует девица, — ты же мне обещал шубку. Соболью. Помнишь?

— Помню, киска, всё будет, — так легко отвечает он.

— Ты такой успешный! Я всем подружкам про тебя рассказала! Говорю, мой Антошка серьезный бизнесмен, весь такой солидный! Ты мой герой!

Зажимаю рот рукой под шляпой.

Бизнесмен? Антон который три года ноет что денег нет и у которого жена вынуждена ходить в старом пальто!

— И колечко с бриллиантом обещал, — продолжает девица, болтая ногой.

— И колечко будет, лапочка.

— И в Париж?

— И в Париж.

— И свадьба?

— И свадьба, — говорит Антон не моргнув глазом.

Тихо закипаю под своей шляпой. Значит мне фигу с маслом, а этой шуба, Париж, бриллианты. Всё нашлось! Прям залежи миллиардов!

— Хомячок, — говорит девица, — принеси мне коктейль. Освежающий. А я пока искупаюсь.

— Уже лечу, рыбка, — говорит Антон и встаёт.

Девица встает, красиво сбрасывает сарафан и спускается в бассейн, все нарочито медленно, зазывающе и я вижу как у Антона горят глаза, только что слюни не пускает. Мне становится обидно, чем я хуже? Тем, что не умею пищать, как придушенная мышь? Или кривляться извиваясь всем телом или ходить на огромных каблуках?

Антон уходит к бару.

Я встаю и пересаживаюсь на её шезлонг. Снимаю парео и лежу как ни в чем не бывало.

Антон появляется через несколько минут. В каждой руке по бокалу, идёт уверенно, улыбается. Ничего не подозревает.

— Кисонька, я принёс! Розовый с зонтиком и ещё один на всякий случай, — говорит нежно и тянет мне бокал.

Я поворачиваюсь к нему, снимаю шляпу.

— Спасибо, хомячок! — говорю я. — Давно ты такой заботливый?