Первый клиент должен прийти в одиннадцать.
Я знаю об этом с прошлой пятницы и с прошлой пятницы не могу нормально спать. Это глупо. Я работала в турагентстве долго, видела тысячи клиентов, умею разговаривать с людьми.
Но это другое. Это мой офис. Моя табличка на двери. Моя мечта которая стала реальностью и теперь находится на третьем этаже старого красивого дома.
Прихожу в половину десятого. За полтора часа, на всякий случай.
Хожу по офису и проверяю всё по третьему разу. Бумаги на столе разложены ровно. Визитки в подставке. Кофемашина работает. Цветы на подоконнике, живые, яркие, я поставила их вчера специально. На стене карта мира, большая, красивая, я купила её в первый же день и повесила сама, немного криво, потом переделала.
Смотрю на себя в маленькое зеркало у входа. Светлое платье, волосы убраны аккуратно, помада та самая, для особых случаев. Нормально. Вполне нормально.
Смотрю на часы. Без двадцати одиннадцать.
Сажусь за стол. Встаю. Снова хожу. Поправляю визитки которые и так стоят ровно. Сдуваю прядь со лба.
Взрослая женщина, собственный бизнес, всё серьёзно. Нечего бегать по офису как школьница перед экзаменом.
Без пяти одиннадцать.
Стук в дверь.
— Войдите, — говорю я и выпрямляюсь.
Дверь открывается.
Я застываю.
Краснов стоит на пороге. В светлых брюках и простой летней рубашке, никакого костюма, никакой деловой строгости. Волосы чуть растрепаны, как будто шёл быстро и ветер потрепал. В руках букет, яркий, летний, пёстрый, совсем не такой как те строгие белые цветы которые он приносил раньше.
Он совсем как тогда. Как на курорте. Живой, лёгкий, с этой еле заметной улыбкой в уголках глаз которую я запомнила ещё там, у бассейна, на катере, за ужином на скале.
Сердце у меня екает. Потом еще раз.
— Здравствуй, — говорит он.
— Роман Игоревич, — говорю я холодно, — зачем вы пришли. Я вас не звала!
— Я твой первый клиент, — говорит он совершенно невозмутимо. — Мы договаривались на одиннадцать.
— Мы не договаривались, — говорю я. — Я бы вас узнала. И вообще, я с женщиной разговаривала!
— Звонил не я лично, — говорит он. — Моя помощница.
Я вспоминаю. Приятный деловой женский голос. Я ещё обрадовалась, серьезный клиент, с первого же дня.
— Это нечестно, — говорю я.
— Возможно, — соглашается он легко. — Но я здесь. И у меня есть для тебя кое-что важное.
Он кладет на стол папку.
— Взгляни, — говорит он и кивает на папку.
Я смотрю на него. Потом на папку. Открываю.
Сверху лежит документ.
Свидетельство о расторжении брака.
Я читаю его дважды. Медленно. Поднимаю взгляд.
— Ты развёлся? — говорю я.
— Развёлся, — говорит он.
— Из-за меня?
— Нет, — говорит он спокойно. — Это нужно было сделать давно. Задолго до тебя. Всё было именно так как я говорил, мы с Марго давно не жили как муж и жена. Это не слова и не оправдания, это факт который могут подтвердить все кто знает. Я просто откладывал потому что не любил заниматься такими вещами. А надо было раньше.
Я молчу. Смотрю на свидетельство.
— Листай дальше, — говорит он.
Под свидетельством лежат распечатки. Фотографии. Маленький остров в Средиземном море — старая деревушка на склоне холма, белые домики, узкие улочки, оливковые рощи, маленькие таверны прямо над водой.
Туристов почти нет, несколько маленьких отелей, тихо, спокойно, живо. Не то место куда едут за шумными вечеринками и аниматорами. Совсем другое.
— Что это? — говорю я.
— Место которое ты должна увидеть, — говорит он. — Я нашёл его три года назад совершенно случайно. Там нет толп, нет огромных отелей, нет туристических автобусов с флажками. Есть море, оливки, хорошая еда и люди которые живут медленно и с удовольствием. — Пауза. — Твои клиенты будут в восторге. Те которые ищут не пляжный отдых а что-то настоящее. Ты должна это увидеть! Я уже купил билет.
— Роман, — говорю я, — я не могу никуда ехать. У меня только что открылся офис. Я оплатила первый месяц аренды и у меня еще одиннадцать впереди и я не знаю как их потяну и мне сейчас нужно работать, а не...
— Аренда оплачена на год, — говорит он.
Я замолкаю.
— Что?
— Аренда, — повторяет он. — На год вперёд. Уже оплачена.
Я смотрю на него.
— Я оплачивала только первый месяц, — говорю я медленно.
— Я знаю, — говорит он.
— Роман. Ты оплатил мою аренду?
— Да.
— Как ты вообще узнал что я хочу именно этот офис? Я никому не говорила кроме… Таньки. Танька! Вот предательница!
— Не ругай ее, она действительно волнуется за тебя, и желает тебе только счастья! Мне больших трудов стоило ее уговорить. Я знал что место свободно, — говорит он. — И что тебе подойдет.
— Роман Игоревич, — возмущенно говорю я, — это не правильно!
— Я нашёл тебе хорошего первого клиента, — говорит он. — Платежеспособного. С интересным запросом. Что здесь такого?
— Это ты хороший первый клиент?!
— Ну, — говорит он, — в каком-то смысле…
Я открываю рот, но не нахожу что ответить! Смотрю в его совершенно невозмутимое лицо, в серые глаза в которых прячется улыбка.
— Значит ты всё это время, — говорю я, — пока я думала что сама всего добилась...
— Ты сама всего добилась, — говорит он серьёзно. — Я просто знал про свободное помещение. И оплатил аренду потому что хотел чтобы ты не переживала об этом. Это разные вещи.
— Это совершенно одинаковые вещи!
— Яна, — он устало вздыхает, — Хватит спорить! Поедем на остров.
— Ты меня не перебивай! — рявкаю я, — кто тебе дал право…
— Я срываю сделки из-за тебя, — говорит он вдруг устало.
Я замолкаю.
— Что?
— Срываю сделки, — повторяет он. — Уже второй месяц. Не сплю нормально. Хожу злой. Все вокруг заметили. Я двадцать лет строил бизнес и никогда не срывал дедлайны, а сейчас срываю. Из-за тебя. Потому что ты единственная и потому, что я последний идиот который упустил самое важное в своей жизни!
— Роман…
— Ты не курортная история, — говорит он. — Не развлечение. Не интересный эпизод. Ты единственная женщина за очень много лет из-за которой я не сплю ночами. Больше мне нечего добавить.
Мне так хочется верить, но я вспоминаю все свои слезы, всю боль и захлопываю свое сердце.
— Роман Игоревич, — я отворачиваюсь, — я думаю вам лучше уйти. Моя позиция не изм...
Он делает шаг вперёд. Берёт меня за плечи мягко, но твёрдо, разворачивает. И неожиданно впивается в меня поцелуем.
Крепко. По-настоящему. Так целуют когда очень долго ждали и наконец получили.
Я несколько секунд стою совершенно неподвижно и честно пытаюсь вспомнить все причины почему это неправильно.
Причины не вспоминаются. Ни одной.
Я закрываю глаза.
Он пахнет так же как тогда, тем же парфюмом, я запомнила его навсегда, оказывается. Руки у него теплые и держат крепко. И я вдруг понимаю что всё это время ждала этого, очень.
Я сдаюсь.
Не сразу, я человек упрямый и это все знают. Но сдаюсь.
Поднимаю руки и обхватываю его за шею. Просто чтобы не упасть, ноги неожиданно ведут себя совершенно ненадежно.
Он чувствует это. Улыбается, я чувствую как улыбаются его губы.
— Значит да, — говорит он негромко. Отрываясь от моих губ.
— Я ничего не сказала, — говорю я в его рубашку.
— Значит повторим…
Он снова целует меня, еще жарче и я отвечаю, не менее жадно. Это продолжается невыносимо долго и сладко, и в тоже время мне мало. До тех пор пока не заканчивается воздух в легких.
— Яна, я тебя люблю. Поедем на остров? — он снова смотрит мне в глаза.
А в них… Любовь, нежность, тепло, надежда. Столько, что затапливает меня.
— Поедем, — говорю я.
Он улыбается облегченно, радостно. Подхватывает меня на руки и кружит по всему офису.
— Отпусти! — вомущаюсь я, — я все таки директор агентства!
Он незамедлительно ставит меня на ноги.
— Прошу прощения, ваше высочество, — шутливо говорит он и мы снова целуемся.