Самсон раскрыл новую истину в их третий совместный вечер. Он насытился кровью Кидан, и в темных чертах появилась нетипичная легкость. Когда-то он казался закаленным железом, но теперь стал податлив, как размятая глина – Кидан могла лепить все, что пожелает.

– Куда ты все время уходишь? – повторила она.

Они сидели на диване – там, где она когда-то приклеивала к потолку воздушные шары с пеплом импалы.

На этот раз во взгляде Самсона не было ни недоверия, ни барьеров. Признание вырвалось со вздохом, кончики его волос стали красновато-золотыми.

– Лусидио.

Кидан скрыла удивление.

– Почему?

– Он зовет, и я отвечаю, – его голос звучал измученно. – Он требует, и я исполняю.

– Но ты свободен. Все Нефрази свободны.

Черные глаза засияли, почти промокнув. Его окутала золотая нить доверия.

– Да. Они думают, я их спас.

Ее охватил ужас.

– Ты заключил сделку, чтобы их освободить.

Он запрокинул голову назад. Линию подбородка покрывали шрамы.

– Это был единственный выход. Мы не выдерживали пыток. Никто не выдерживал.

В доме раздался грохот кувалды.

– Чего он хочет?

– Того же, что и все мы. Разрушить Три Запрета.

В ее жилах застыла кровь. Наконец, она слышит правду.

– Где мечи?

Он повернулся, и она затаила дыхание.

– Я похоронил их вместе с ней.

– С ней… С Талаой?

– Зачем я тебе все это рассказываю? – пробормотал он, протянув металлические пальцы к ее лицу. – Ты как сестра.

Кидан напряглась.

– Джун?

– Ей тоже нужен артефакт. Думаю, она добра ко мне только из-за него. – Его веки закрылись, и он снова откинул голову. – Мне нужно отдохнуть. Впереди долгое путешествие.

Зачем Джун артефакт?

Кидан всегда считала, что Джун старается ради Самсона. Хочет отдать ему артефакт в знак преданности.

– Куда ты поедешь?

– К Лусидио.

– Где Джун?

– Дома.

Кидан напряглась.

– У Нефрази?

Самсон кивнул и провалился в сон. Кидан отвела взгляд. Во сне все всегда выглядит менее чудовищно.

И все же, какой незавидный удел. Безумная охота без каких-либо гарантий.