* Ирина *

Как доктор, я всегда знала, что завтрак лучше начинать со сложных углеводов. Гречневая каша, рис, овсянка и стакан воды — самое лучшее для организма. Но как пожилой человек я точно знала: иногда польза не просто может, а обязана уступить место маленьким радостям. Ведь в основе здоровой жизни лежит не только здоровый сон и питание, а счастье. То самое счастье, которое человек получает, например, от сладостей.

Сегодня у меня было не самое здоровое утро — вернее, уже обед. Но счастливое — однозначно.

Мне наготовили кучу всего сладкого, и должна признаться, очень вкусного. Не знаю, кто руководил процессом, но догадываюсь, что Солн. Рецепты были достаточно сложные, чтобы дети смогли их осилить. Даже я, например, не умею готовить сладкие рулеты.

Но из всего стола вкусностей больше всего меня тронуло печенье. А все потому, что каждый ребенок слепил для меня одно — в подарок. Они сильно выделялись на фоне аккуратных звездочек, потому что их делали маленькие, еще не очень умелые руки. Но вместе с тем у меня от каждого такого печенья наворачивались слезы на глаза, а на душе становилось тепло.

— Это солнышко, — сказала я, рассматривая пусть и неаккуратное, но явное солнце с лучиками.

— Это я слепила! — Вики захлопала в ладоши. — Красиво?

— Очень, — честно ответила я.

— А это… цветочек, — я взяла следующее печенье — почти то же солнышко, но чуть другое. Мария закивала.

— Ну вы волшебницы, — сказала я с улыбкой и взяла еще одно печенье. Оно было аккуратнее остальных — маленький кружочек, но с вкраплениями орехов.

— А это, конечно же, Тит, — я подняла глаза на мальчика. — Такое… мужественное печенье.

— Оно с орехами, — тут же добавил он и чуть заметно улыбнулся. — Папа… папа любил с орехами.

Мы встретились глазами, и я кивнула. Вчера между нами окончательно рухнула стена. Она разрушилась, когда он открыл мне свой самый большой секрет, когда заговорил о маме, когда я обнимала его на полу. А после мы вместе убирались на кухне и говорили об Асмире. Мы стали по-настоящему близки. Наверное, сейчас Тит стал моим главным другом здесь. Я чувствовала, что теперь могу говорить с ним почти обо всем. Он был старше Вики и Марии, понимал гораздо больше своего возраста, и вместе с тем мы оба переживали эту потерю.

Он еще не раз украдкой вытирал глаза, когда я говорила об Асмире, о том, как мы с Басманом пытались задобрить богиню Ладу, как отец пытался его спасти. В конце он сказал:

— Я боялся, что он… что он нас просто разлюбил.

— Он никогда бы вас не разлюбил, — твердо сказала я.

— Теперь я знаю. Благодаря тебе.

Когда мальчик поставил на стол последние тарелки, он посмотрел на меня и добавил:

— Папа мне всегда доверял. Он говорил, что мы с ним команда. Рина… мы с тобой теперь тоже команда.

— Команда, — подтвердила я.

Мы и правда стали одной большой командой. Главное теперь — их всех не подвести.

Завтрак закончился быстро, потому что все понимали, что их ждут дела. Марту не удалось уговорить остаться даже на чай.

— Ой, там столько пыли падает с третьего этажа… Там не только дитя может потеряться, но и взрослый. Пора бы уже разобрать…

— Какая вы молодец, Марта, будь я снова дворецким, выписал бы вам премию, — сказал Солн, и Марта покраснела.

— Ну что вы… Всего-то… — Марта с улыбкой убежала на третий этаж. Было в диалогах Солна и Марты что-то такое, отчего улыбались все мы.

Даже когда Марта ушла, я с улыбкой наливала лекарство для Вики в стакан. Это была последняя порция.

Также я занялась отваром для Марии. Еще ночью я поставила его настаиваться, и теперь осталось только усилить его магией.

Я закрыла глаза, представила, как золотые искры струятся по пальцам, и почувствовала знакомое тепло. Когда открыла глаза, над кружкой вились едва заметные золотистые нити — магия слушалась меня все лучше.

Я сделала первый глоток сама — ничего страшного, просто теплый, чуть сладковатый отвар. Тогда протянула кружку Марии. Девочка взяла ее обеими руками, отпила маленький глоток, потом еще один. А потом вдруг подняла на меня глаза и прошептала:

— Спасибо.

Голос был тихим, но чистым. Без хрипа. И это была маленькая, но победа. Да, девочка выздоравливала слишком медленно, мучительно медленно, но меня радовало, что ей уже не было больно.

— Пожалуйста, малышка, — ответила я.

Солн тем временем уже успел ознакомиться с домовой книгой — и ему было что нам сказать. Как только я осмотрела горло Марии, он заговорил.

— Судя по тому, что я вижу, денежный поток прекратился около двух месяцев назад.

— Поток? — переспросила я. Пожалуй, словосочетание «денежный поток» звучало очень нереалистично в нынешних реалиях. — Но откуда вообще здесь был поток?

— Детям и госпоже перешли земельные угодья. На них живут люди, и вам должен идти налог от их деятельности.

Я слушала, стараясь вникнуть. Вот, значит, как здесь все устроено?

— А наследство? — спросил Тит. — Что с наследством?

Солн покачал головой.

— К сожалению... — он вытащил один из цветных листков, — последний чек. Ваше наследство полностью обналичили, Тит. Мне жаль.

Мальчик поник.

— Тит, не расстраивайся, главное, что мы есть друг у друга, — по-детски сказала Вики. Хотя мысль, которую она сказала, была очень и очень взрослой. Даже Мария улыбнулась Титу, пытаясь его ободрить.

— Но из хороших новостей, — продолжил Солн, — этот дом и земли все еще принадлежат вашей семье. Просто необходимо узнать, почему перестали поступать налоги и… избавиться вот от этого.

Он положил на стол еще один листок. Я с интересом взяла его — он выглядел как сотни других цветных листочков, но что-то в нем было не так. Вот только без Солна вряд ли я пойму, что именно.

— Что это такое? — спросила я.

— Это регулярный платеж, — удивил меня Солн. — Видите подпись? Там указано, что он бессрочный. А значит, все средства, что вам могут поступить, уйдут вот туда.

Я нахмурилась.

— Куда?

Солн пожал плечами.

Тит протянул руку, и я передала ему листок. Он осмотрел его, передал Вики, та — Марии. Но, ожидаемо, дети тоже не знали, что это.

— Может, какие-то платья, — буркнул Тит, возвращая мне листочек.

— Возможно, — сказал Солн. — В любом случае платеж огромный. И пока вы от него не избавитесь, доходов точно ждать не стоит.

Я повертела листочек в руках.

— Что вы посоветуете, Солн? С чего мне начать? — спросила я без стеснения. Я все еще была слишком неопытна, чтобы принимать решения самостоятельно, а Солн был слишком скромен, чтобы командовать. Поэтому я спросила напрямую.

— Первым делом вам стоит съездить по этому адресу — разорвать договор на предоставленные услуги. А после посетить земельные владения и узнать причину, по которой перестали поступать налоги.

— Здесь есть адрес, — заметила я. — Это далеко?

Солн качнул головой.

— Достаточно близко к рыночной площади.

— Значит, решено, — уверенно сказала я. — Сразу после рынка заеду туда.

Пора уже сдвинуться с мертвой точки. Надеюсь, сегодня я положу начало нашему пути.

— Значит, я отправлюсь с вами, — уверенно сказал Солн. Он резко подался вперед и… стиснул зубы.

От меня не укрылось, как его взгляд упал на собственные ноги. Он ничего не сказал, но глубоко вздохнул, прежде чем встать, и когда встал, сильно оперся рукой о столешницу.

Для обычного человека все это было бы незаметно, но… не для врача. Под его уверенностью и улыбкой я видела… боль. И это не было удивительным, ведь у него явно были проблемы с суставами… А с учетом неудобной езды в карете, нагрузки на ногу во время готовки и недостаточного сна это делало проблему совсем критичной.

— Я думаю, вам стоит побыть с детьми, а я управлюсь сама, — тут же сказала я, стараясь не ссылаться на его болезнь. Если у меня получится приготовить для него лекарство, то ходьба для него перестанет быть такой пыткой. А пока… Я не хотела мучить этого доброго человека.

— А нас что… не возьмут? — нахмурился Тит.

— Мы не знаем, что находится по этому адресу. Там может быть опасно, и отпускать вас туда никак нельзя, — сказал Солн, но… обратился он вовсе не к Титу с Вики. Он смотрел прямо на меня, строго и чуть тревожно.

— Может, там просто платья… или что-то безобидное, — предположила я, стараясь смягчить обстановку. Кто знает, может быть, Катрин до последних дней пополняла свой гардероб или обновляла гардероб… Дарена. Покупала для него новые штанишки на завязочках или соболиные шубы…

— А может, и наоборот… Прекрасная госпожа, к несчастью, могла скрывать ужасные тайны, — настойчиво, почти жестко сказал Солн. В его устах это прозвучало не просто предположением, а предостережением.

Что-то звякнуло, и я повернулась к Марии. Она выглядела напуганной. Девочка уронила ложку, я тут же поспешила ее поднять.

— Тайны… ужасные… — тихо повторила Мария.

— Все будет хорошо, — улыбнулась я ей. Девочка явно распереживалась от таких громких слов.

— Я считаю, что мы должны поехать втроем: я, Солн и Рина, — тут же сказал Тит.

— А я… — раздался голосок Вики.

— Сказали же, там может быть опасно, Вики… Вы с Марией останетесь дома. А Рина в карете посидит, пока мы с Солном все проверим.

— Не лучшая идея, — сказал Солн, озвучивая мои мысли.

— Почему же? Папа говорил: долг мужчины — защищать своих женщин. А я… я тоже мужчина, — Тит даже скрестил руки на груди.

Маленький вояка и больной старик. Но оба считали, что они сильнее здоровой и взрослой меня.

— Все же есть заведения, не положенные для… настолько юных мужчин. И откуда мы знаем, что это за заведение? — старался уговорить Тита Солн.

— Вот и узнаем, — хмыкнул Тит.

— Если Тит поедет, я тоже поеду… — тут же вступила в диалог Вики и даже на манер брата скрестила руки.

— Так давайте сегодня никто не поедет, — решила я прервать перепалку. Посмотрела на детей, и Мария закивала.

Она хотела что-то сказать, открыла рот, но из горла не вырвалось ни словечка.

— Мария, тебе больно? — тут же спросила я.

Девочка отрицательно качнула головой. Но… сказать ничего не смогла. От этого зрелища у меня разрывалось сердце. Так хотелось скорее ей помочь, как и Вики, и Солну.

— Вчера был слишком сложный день, чтобы разгадывать тайны Катрин, — старалась как можно увереннее сказать я. — Давайте я сегодня съезжу на рынок, куплю травы и приготовлю лекарство. Проблемы… Проблемы нужно решать по мере их поступления. Сначала решим эту, а потом решим с поездкой по неизвестному адресу.

Сказала я, а сама… спрятала чек с адресом в карман.

— Весьма здравое решение, — одобрил Солн, и я увидела облегчение в его глазах.

— Так значит, едем на рынок? — тут же спросил Тит.

— Прости, Тит, но сегодня я съезжу одна. Времени не так много, чтобы гулять, я просто быстро возьму травы и поеду обратно, — я прочитала, что мальчик расстроился, и тут же добавила: — А вы пока побудете с Солном, поговорите, ведь вам явно есть еще что обсудить, а еще… покажете ему свою новую книгу.

— У нас такая книга! — тут же оживилась Вики. — Нам ее Рина подарила.

Солн тут же уселся обратно на стул и улыбнулся.

— Буду рад посмотреть, что за удивительная история покорила ваши сердца.

Я кинула взгляд на Тита. Он вздохнул.

— Ладно, посидим дома, — скучающе произнес он. А потом посмотрел на меня и добавил: — Только Рина, возвращайся… скорее.

— Обещаю, — уверенно сказала я, сама даже не подозревая, что сегодня я нарушу свое обещание.