Я еле открыла глаза. Проснулась по привычке с первыми лучами, но пробуждение далось тяжело. На столе лежал листок с выписанными ингредиентами для отвара Вики. На нем были разного рода шпаргалки по сырью: как должно пахнуть, как должно выглядеть. Я потратила на него почти всю ночь, поспала разве что час, но теперь я была хоть немного уверена в том, что выберу все верно.

Повернулась на другой бок и тут же столкнулась взглядами с Марией. Девочка лежала и смотрела на меня своими огромными глазами.

— Доброе утро, — улыбнулась я, и она ответила мне улыбкой.

— Доброе, — прохрипела она, но, показалось, прохрипела уже более уверенно, чем вчера.

— Горло болит? — спросила я, и девочка отрицательно качнула головой.

— Уже хорошо, — тут же сказала я. — Надеюсь, скоро выздоровеешь полностью и сможешь говорить.

Девочка уверенно кивнула, а после подалась вперед и обняла меня.

Мария была такая ласковая, даже удивительно… Ведь она столько пробыла одна. Хотя… не одна. С ней была Вики и, конечно же, Тит.

Вспомнив второго, я тяжело вздохнула. Я не имела ни малейшего представления, как теперь будут складываться наши отношения.

Сегодня вместо зарядки я только слегка размялась. После проверила душ и снова обнаружила, что вода холодная. Но я все же умыла лицо — это помогло хоть немного привести мысли в порядок.

Мы с Марией быстро собрались. Я выбрала для нее хоть и большие, но теплые вещи, и она одела их без всяких споров. Я же надела простую длинную юбку и кофту. В таком наряде мы вышли в коридор и направились к Вики и Титу.

Однако Вики меня опередила: она сама вышла за дверь, и тут же мы встретились с ней взглядами. У меня сердце пропустило удар. Что же будет теперь? Тит ведь наверняка все ей рассказал…

Но Вики как ни в чем не бывало кинулась ко мне и крепко обняла.

— Доброе утро, Рина! Доброе утро, Мария! — сказала девочка с широкой улыбкой, а после зевнула, прикрыв рот ладонью. Зевок оказался заразительным, и Мария тут же его повторила. Бедолаги не выспались, впрочем, как и я…

— Доброе утро. А Тит еще спит?

— Нет, — отрицательно качнула головой девочка. — Он встал, но на завтрак сказал, что не пойдет.

— Как это — не пойдет?

— Он сказал: не хочет есть и не спустится, пока не придет Ева.

Я нахмурилась. Это еще что такое? Голодовка?

— Рина, не надо, он не в духе, — сказала мне Вики, когда я уже пошла к двери и дернула ручку — благо, она оказалась не заперта.

Тит сидел на кровати и читал книгу. Увидев меня, он поднял голову.

— Доброе утро, — мягко сказала я. — Пора завтракать.

— Не хочу, — без приветствия сказал он.

— Завтрак — основной прием пищи, ты должен…

— Это ты должна. Должна делать то, что я скажу, а не приказывать мне. Ты мне не… не мама, — со злостью сказал он.

На крик тут же сбежались Мария и Вики. Мария привычно вцепилась в мою руку, а Вики выглядела растерянной.

— Тит… зачем ты так? — тихо спросила Вики.

Лицо Тита сменилось с гневного на более спокойное. Как бы там ни было, он не хотел пугать девочек.

— Я хочу побыть один, — сказал он и снова взял книгу.

Мне было больно видеть его таким. Хотелось кричать, просить… даже плакать. Но что я могла? Принудить его есть? Был ли в этом смысл? Еще больше испортить отношения?

— Ты спустишься, когда приедет Ева? — спросила я.

— Да, — сухо ответил мальчик.

— А на обед…

— Еще не решил, заблудшая душа.

— Тит, прекрати так разговаривать с Риной, — снова вмешалась Вики. Она вышла вперед и уперла руки в бока.

Тит поджал губы, но молча уставился в книгу.

— Вики, пойдем… пойдем на завтрак, — тихо сказала я и протянула руку девочке. — Позавтракаем сегодня втроем.

— Почему Тит так себя ведет? Он обижает тебя, он не должен. — Вики выглядела разгневанной, моя маленькая защитница. Я бросила взгляд на Тита: он все еще упирался взглядом в книгу, хотя руки сильно сжимали ее, а взгляд застыл на месте. Он не читал, он… со всех сил старался не устраивать скандал при девочках.

— Все в порядке, — спокойно сказала я. — Просто Титу очень больно, потому что он скучает по вашему папе. А когда людям больно, бывает, что они делают больно другим. Но я не обижаюсь. Ведь я знаю, что ему гораздо больнее, чем мне. Я люблю его и выдержу, если он захочет вымещать свою боль на мне, если ему от этого будет легче.

Тит поднял голову, и мы встретились глазами. В его глазах снова было что-то непонятное, но очень знакомое. Что-то, что я видела в Асмире.

В пару мгновений Вики оказалась рядом с Титом, обняла его и… поцеловала в щеку.

— Не грусти, пожалуйста. Я ведь тебя очень люблю, — сказала она. Тит закрыл глаза, ничего не ответил и снова открыл книгу.

А я снова протянула руку. Вики вздохнула, бросила взгляд на братика и подошла ко мне, взяв за руку.

— Я люблю тебя, — кинула она вслед, когда я закрыла дверь.

Тяжелое сегодня утро. Надеюсь, хоть день выдастся легче.