* Ирина *

Давно я не была в ломбардах… И в глубине души надеялась, что больше никогда не придется.

Наверное, как и у каждого человека моего поколения, у меня в шкатулке лежали золотые сережки, перстень и пара колечек. Носила ли я их? Нет. Я всю жизнь была холодна к золотым украшениям.

Но пережив времена, когда деньги обесценились, когда толпы стояли возле банков в надежде получить хоть что-то из сбережений, которые копили всю жизнь, я точно поняла: бумага может обесцениться, но не золото. Даже в самые сложные времена золото можно обменять на несколько банок тушенки. Сейчас это, может, звучит странно, но были времена, когда это был самый выгодный курс.

Теперь же судьба заставила меня убедиться еще в одной удивительной вещи: даже в другом мире золото все еще имеет цену. И может спасти жизнь.

Я перешагнула порог и окинула взглядом небольшое помещение. Комната была оформлена в теплых тонах, а мягкий свет добавлял уюта. Вдоль стен тянулись высокие стеллажи, заставленные самыми разными вещами — серебряные ложки соседствовали с фарфоровыми статуэтками, тяжелые канделябры — с изящными вазами, а в углу притулилась целая коллекция карманных часов.

Но больше всего меня привлекла витрина в центре зала. Низкая, закрытая толстым стеклом. Я сделала шаг вперед, и моему взору открылись десятки удивительных украшений. Это были не те изящные сережки и тонкие колечки, к которым я привыкла в своем мире. Здесь лежали массивные перстни с камнями размером с ноготь, тяжелые ожерелья, которые, должно быть, весили как кирпич, серьги таких размеров, что у любой женщины от них отвалились бы мочки.

Неужели в этом мире кто-то такое носит?

От украшений меня отвлекли шаги. Я подняла голову и увидела мужчину, который вышел из-за витрины. Невысокий, с аккуратно подстриженной бородкой и внимательными, цепкими глазами.

— Госпожа, — он слегка склонил голову, разглядывая меня с профессиональным интересом. — Чем могу служить?

— Здравствуйте, — сухо поприветствовала я, стараясь держаться ровно. Я боялась быть слишком приветливой — вдруг это собьет цену? Нужно выглядеть уверенной хозяйкой положения, госпожой, которая знает цену своим вещам. Нужно было стать… Катрин. — Я бы хотела сдать украшения.

— Вы выбрали правильное место, госпожа, — мужчина кивнул, и в его голосе зазвучали профессиональные нотки. — У меня самые высокие цены в городе, уверяю вас. Я смогу оценить ваши драгоценности по достоинству.

Я кивнула. Пока все шло неплохо.

Достала из кармана платочек, в который завернула все, что нашла в шкатулках Катрин, и положила перед мужчиной на стекло витрины. Серьги, кольца, пара браслетов — все, что могло хоть что-то стоить.

Он тут же занес руку над свертком, но, к моему удивлению, не притронулся. Просто замер, а дальше… из его ладони полился свет.

Я замерла, не в силах пошевелиться. Магия! Вот она, самая настоящая магия!

Золотистые искры, похожие на светлячков, облепили каждое украшение и заструились по металлу. Сердце забилось чаще. Я была одновременно восхищена и испугана — вдруг сейчас произойдет какой-нибудь фокус, и все просто исчезнет?

Но украшения остались лежать на месте. Искры потемнели, осыпались серебристым пеплом и растаяли в воздухе.

А вот лицо мужчины изменилось.

— Госпожа… — он помолчал, а потом аккуратно, почти брезгливо, отодвинул от себя мой платочек. — К сожалению, это не более чем бижутерия.

— Что? — я не поверила своим ушам. — Но… неужели все подделка?

— Весьма искусная, — он пожал плечами. — Но подделка. Драгметаллов здесь нет, камни — стекло. Такие вещи носят, чтобы произвести впечатление, но ценности они не представляют.

У меня внутри все рухнуло. Нет… просто не может быть! Весь этот ворох украшений, которые Катрин так бережно хранила, — фальшивка?

Ну конечно же… Разве можно было надеяться на другое? Разве стала бы она носить бриллианты, когда нечем заплатить за воду?

Да и будь украшения настоящими, Дарен непременно бы их вынес, если, конечно… Он их и не вынес! Кто ж его знает?

Я глубоко вдохнула и потянулась во второй карман. Еще не все потеряно.

— А это? — я положила перед ним родовой кулон.

Как только темный металл коснулся стекла витрины, мне стало… легче дышать. Словно тяжесть с плеч свалилась. Странное чувство.

Мужчина нахмурился, потянул кулон к себе. Снова занес руку, и снова из ладони посыпались искры. Они облепили кулон, закружились вокруг него… но всего на миг. В отличие от прошлого раза, они не погасли и не рассыпались — они просто отлетели от кулона, словно наткнулись на невидимую стену.

— Магическая вещь… — пробормотал он, вглядываясь в символы на металле.

— Да, это родовой кулон, — поспешила добавить я, пытаясь звучать уверенно.

— Родовой, значит, — он хмыкнул, поднял на меня глаза. Взгляд стал острее, внимательнее. — Это накопитель.

— Накопитель?

— Для магии. Такие штуки очень давно использовали, чтобы концентрировать силу, наполнять ее из родового источника или… откуда-то еще. — Он покрутил кулон в пальцах, рассматривая со всех сторон. — Вещь действительно редкая. Но, по сути, бесполезная. Ими давно запретили пользоваться. Были неприятные случаи. Похищение магии, знаете ли. С такими накопителями можно вытянуть силу из другого мага, если знать как. Запретная магия… Уголовщина, госпожа.

У меня похолодело внутри. Я снова посмотрела на кулон — и внутри разрасталась какая-то необъяснимая паника. Зачем Катрин такая вещь? Она что… воровала у кого-то магию? А может, просто не знала и носила как украшение? Но Тит говорил, что кулон светился…

— Вы… выкупите его? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Он не отодвинул кулон в сторону. В отличие от бижутерии.

— Могу предложить пять золотых, — сказал он после паузы.

И вот тут я столкнулась с проблемой, про которую совершенно забыла.

Пять золотых… Это много или мало? Понятия не имею. Я ведь вообще не понимаю ничего в деньгах этого мира!

Но внутри меня захлестнуло такое облегчение, что я готова была согласиться на что угодно, лишь бы кулон забрали.

— Продать его не продашь, — продолжал мужчина, все еще рассматривая кулон. — Покупателя на такую специфическую вещь искать бесполезно. А вот переплавить — можно. Металл хороший, с магической составляющей. Найду ювелира, который возьмется.

Я лихорадочно соображала. Сейчас бы очень пригодился совет Тита, Вики, а лучше Евы. Но спрашивать о таком Еву… Слишком подозрительно. А вдруг Катрин действительно магию воровала, и Ева меня… сдаст? Или я выдам в себе «заблудшую душу».

В общем-то, вариантов было немного: либо сдавать украшение, либо забирать его и ехать в другой ломбард. Но даже касаться этой вещицы мне больше совершенно не хотелось. Внутри было просто сумасшедшее желание избавиться от этого кулона. Немедленно. Навсегда.

— Десять… десять золотых, — не знаю зачем ляпнула я и впилась взглядом в мужчину, пытаясь оценить его реакцию.

Он хмыкнул, но кулон из рук не выпустил.

— Госпожа, при всем уважении… Услуги по переплавке выйдут недешево. Как украшение он и гроша ломаного не стоит.

Я скрестила руки, изо всех сил стараясь выглядеть спокойной и деловитой. Хотя торговалась я всего пару раз в жизни, и то за помидоры на рынке.

— Металл хороший, вы сами сказали. И магическая составляющая. Не думаю, что в ваш ломбард каждый день приносят такие редкие вещи.

Мужчина прищурился, покрутил кулон так и эдак, словно взвешивая не только металл, но и мои слова.

— Семь, — отрезал он, положил кулон на прилавок и… легонько подтолкнул его ко мне.

От одной близости этой штуковины мне стало не по себе. Мурашки побежали по коже. Хотелось просто отойти на десять шагов, лишь бы быть подальше.

— Хорошо, семь… семь золотых, — выдохнула я.

Мужчина довольно потянулся и забрал кулон.

— Оформлять документы будем или… оформим без имени? — хмыкнул он.

— Без имени, — тут же сказала я.

— Как прикажете, — ответил он.

Без имени — хорошо. Если Катрин что-то и наворотила, я не хочу быть в этом замешана. Последний раз посмотрела на кулон, прежде чем мужчина его убрал.

Очень надеюсь, что семь золотых — это приличная сумма, а еще… Я очень надеюсь, что больше никогда не увижу эту вещь.