Лёгкое прикосновение к щиколотке, мягкий поцелуй на бедре и болезненный укус за ягодицу. Я дёргаюсь и просыпаюсь, но перевернуться с живота мне не дают.

— Слезь! — кричу и поворачиваю голову, чтобы посмотреть, чей стояк в меня упирается. — Влад? — хриплю сонным голосом.

— А ты кого-то другого думала увидеть? — низким тоном урчит мне на ухо мужчина, а потом прикусывает за мочку. — Я же извращенец, забыла? — легко смеётся и ловко сковывает своей рукой мои два запястья над моей головой.

— Ты не дашь этого забыть, — язвлю в ответ, а мужчина ещё и переплетает мои ноги своими, заставляя расставить их и не давая пошевелиться.

Влад не давит тяжестью тела, но фиксирует так уверенно, что стоит мне дёрнуться, как я попой проезжаюсь по его стояку, только сильнее распаляя мужчину.

— А ты знаешь, как заводить, — опять хрипло смеётся.

— Влад, а тебе не кажется, что я немного не согласна и это насилие? — задаю риторический вопрос.

Я не ожидала увидеть его здесь и раздевалась явно не для того, чтобы мужчина меня трахнул. Мне просто стало жарко в халате с учётом температуры. А этот нахал сейчас этим пользуется по полной. И мне совершенно начхать, что мы о чём-то вчера договаривались.

— Думаешь? — игриво спрашивает он и ныряет рукой мне между ног.

— А вот это лишнее, — настойчиво произношу, а мужчина опять смеётся.

— Это малость, — отнекивается и начинает массировать клитор, одновременно покрывая поцелуями мою шею.

Я пытаюсь увернуться, даже бодаюсь попой, чтобы его скинуть, но каждый раз, когда сопротивляюсь этому захвату, он лишь сильнее сжимает мои ноги и руки, не оставляя ни единого шанса вырваться.

Но я всё равно брыкаюсь, стараюсь освободиться, перевернуться, да хоть что-то сделать. Даже пытаюсь его укусить.

— Влад, свали! — кричу, а он усиливает натиск.

— Вчера ты спокойно дала Максу в душе, хватит цену себе набивать, Лера, — жёстко осаживает меня мужчина.

— Это к делу не относится, я против. Отпусти меня, — требую у него, продолжая брыкаться.

Это не сильно помогает, но я не сдаюсь. А гнев, который полностью затапливает меня изнутри, придаёт сил и дальше сопротивляться. Хоть и этому извращенцу плевать.

— Детка, рот нахер прикрыла и фильтруй, что говоришь, — подавляюще приказывает мужчина. — Не забывайся, — припечатывает следом.

И я фильтрую, замолкаю, прекрасно понимая, на что он намекает. Но не сдаюсь.

Я обездвижена, а мужчина медленно, уверенно и с каким-то почти издевательским терпением заводит меня. Не торопится. Не берёт силой.

Будто прекрасно знает, что через несколько минут моё собственное тело окажется на его стороне. И не скажу, что вся эта ситуация этому не способствует.

Утро, разгорячённый шикарный мужчина, отсутствие секса и вся моя жизненная ситуация.

Мои эмоции сейчас напоминают сумасшедших кроликов, которые прыгают туда-сюда. А ощущений от нихрена не нужных ласк мужчины столько, что я не могу их игнорировать. Пытаюсь, но не получается.

Вчерашний секс в душе не идёт в расчёт, потому что он был… для дела. А вот полное игнорирование моего согласия сейчас — совершенно другая песня.

Я всё-таки завожусь, а он опять хрипло смеётся, словно почувствовал тот самый момент, когда моё сопротивление дало первую трещину.

Я придушить его готова собственными руками, придурка такого. Расцарапать лицо ногтями и, мать его, одновременно и стонать хочется. Это сводит с ума.

И самое паршивое, что Владу совершенно не мешает моя возня. Мои попытки освободиться из захвата им воспринимаются как пикантное дополнение.

Как прелюдия, чтоб его.

Конченый мудак.

Самовлюблённый извращенец.

Богатенький урод.

Сколько ещё всего крутится на языке, но в кои-то веки инстинкт самосохранения чуть включается. Но чувствую, скоро он отключится полностью… либо мужчина возьмёт своё.

Но пока у нас жесточайшая война, и никто не хочет сдавать позиций.

Стараюсь игнорировать его и думать о чепухе, чтобы у мужчины ничего не получилось, но наша война не на равных.

Он слишком хорошо знает, куда надавить, где задержать пальцы чуть дольше, а где лишь едва коснуться кожи, заставляя меня вздрагивать.

Я прикусываю подушку, чтобы не издать ни звука, из последних сил не позволяя себе застонать. А после он делает выпад бёдрами, потом ещё один, уже совершенно недвусмысленно намекая, что будет дальше.

— Грёбаный извращенец, отвали, — рычу уже совершенно не разъярённо, а отчаянно.

Даже мне самой этот протест сложно назвать настоящим. Он больше похож на слабую попытку напомнить и ему, и самой себе, что я вообще-то должна сопротивляться активнее.

Не сдаваться. Но как же это сложно. Практически нереально.

И, конечно же, мужчина не останавливается.

— Извращенец, — обзываюсь повторно и тут же получаю укус за плечо.

— Детка, я сама нежность сейчас, — шепчет он тихо и входит в меня одним толчком под мой протяжный стон.

Меня переполняет чувство наполненности, и я вздрагиваю всем телом, будто по нему проходит горячий импульс. Пальцы сами сжимаются в кулаки, дыхание сбивается, а внутри всё предательски откликается на него.

Мужчина начинает медленно раскачиваться, явно пока присматриваясь, прислушиваясь к моей реакции. Влад не спешит.

Он полностью контролирует меня. Каждое моё движение, каждое прикосновение, каждую новую волну наслаждения.

Грёбаный ад… Он всё-таки добился своего. Я повержена.

И он не перестаёт массировать клитор, окончательно сводя меня с ума.

Я плавлюсь. Спичкой сгораю. Ощущаю его каждой частичкой кожи, каждым нервом. От каждого соприкосновения кожи к коже словно высекаются искры.

От каждого толчка внизу живота разливается всё более острое наслаждение, заставляя меня всё сильнее выгибаться ему навстречу, забывая, что ещё несколько минут назад я пыталась вырваться.

— Влад… — хрипло тяну, сама не зная, что хочу ему сказать.

Одно его имя сейчас срывается с губ легче любого другого слова.

И мужчина решает, что слова здесь лишние. Он поднимает руку, поворачивает мой подбородок и нападает на губы. Грубым, полным доминирования поцелуем.

Одним этим поцелуем стирает остатки моей дерзости, не оставляя ни единого шанса вставить хоть слово. И из нежного домогателя в одно мгновение превращается в полноценного сексуального маньяка.

Влад сразу берёт бешеный темп. Он больше не нежничает.

Он подчиняет меня на всех уровнях.

Поцелуем буквально запечатывает мои губы и диктует свои условия. А членом полностью контролирует меня внизу.

Кажется, даже вдохи я сейчас делаю по его указке. Он не оставляет ни секунды передышки, ни единой возможности собрать мысли в кучу.

Я пропадаю под этим мужчиной. Растворяюсь. Принимаю жёсткий секс и вытягиваюсь всем телом.

Напрягаю все мышцы на руках и ногах, сама делая нашу близость ещё ярче для себя. Усиливаю эффект. Получаю максимум из того, что он мне даёт. Уже не понимаю, где заканчивается его напор и начинается моё собственное желание.

Стону прямо в его губы и задыхаюсь.

Лечу в пропасть и разбиваюсь, когда мужчина самым коварным способом ещё и начинает стимулировать попу. Вот уверена, был бы у него второй член — он бы уже меня им таранил.

А так только пальцами. И делает это так уверенно, словно заранее знает, какой именно реакции от меня добивается.

Я кричу и бьюсь в конвульсиях всем телом, потому что это слишком остро. Потому что меня накрыл не оргазм, а настоящее стихийное бедствие.

Так мощно, так неожиданно, что я даже подготовиться не смогла. Меня словно разрывает изнутри, перед глазами всё плывёт, а ноги предательски дрожат, окончательно переставая меня слушаться.

А он не замедляется.

Пьёт меня.

Влад продолжает меня трахать так, будто мы только начали. Жёстко брать и выжимать из меня всё до последнего.

Будто моего оргазма ему мало. Будто он специально не даёт мне опомниться, пользуясь тем, что тело после разрядки становится ещё чувствительнее.

Он словно ломает меня слой за слоем, не позволяя ни отдышаться, ни прийти в себя.

— Я не могу, — оторвавшись от его губ, хриплю.

— Ошибаешься, — рычит он агрессивно и встаёт на колени.

Он дёргает меня на себя и ставит на колени. Один резкий рывок — и я уже упираюсь головой в матрас, а он входит в лоно с влажным чавкающим звуком под мой крик.

Истошный, наполненный таким спектром эмоций, что заглушить его не получилось бы при всём желании. Кажется, он только этого и ждал.

И трахает, доходя до своего оргазма.

— Давай, детка, — приказывает он властно.

Давит и, склонившись надо мной, входит уже под другим углом.

— Влад… — хриплю, потому что это глубоко.

Слишком глубоко. Настолько, что у меня перехватывает дыхание, а пальцы сами вцепляются в простыню, будто только так я ещё могу удержаться за реальность.

Я чувствую лёгкую боль и пытаюсь отползти, но мужчина прихватывает меня за бедро, не давая соскочить, а второй рукой начинает массировать грудь, и я стону.

Он сжимает сосок между пальцами, а потом тянет его. Сжимает в ладони грудь, а потом опять переключается на сосок.

Будто нарочно не позволяет телу привыкнуть ни к одному ощущению, постоянно подбрасывая новые.

Я не могу сконцентрироваться. Кажется, я глохну и окончательно стираюсь из этого мира.

Меня больше нет здесь. Всё вокруг растворяется, оставляя только его прикосновения. Ещё немного — и облачком стану.

И тут на меня обрушивается второй оргазм.

Такой яркий, что я задыхаюсь и кричу ещё громче. Всё тело выгибается, мышцы сводит сладкой судорогой, а удовольствие накрывает настолько резко, что я даже вдох сделать не успеваю.

Меня буквально подбрасывает на этой волне, а в голове становится ослепительно пусто.

— Да, вот так, — агрессивно произносит Влад и, выйдя из меня, кончает мне на попу под моё сорванное дыхание.

Как только он отпускает меня, я без сил падаю на кровать и затравленно дышу, пытаясь хоть немного прийти в себя. Сердце колотится так, будто сейчас вырвется из груди, а тело ещё продолжает вздрагивать короткими судорогами. Мужчина ложится рядом и тоже шумно дышит.

— Доброе утро, девочка, — ласково произносит и даже нежно целует меня в плечо, словно это не он только что безжалостно сводил меня с ума. — В следующий раз будет ещё и минет, — заявляет, и я цепенею.

А он в это время встаёт с кровати как ни в чём не бывало, а меня прорывает.

— Подонок! — выкрикиваю и швыряю в него подушку.

Мужчина ловит её одной рукой и, подмигнув мне с таким довольным видом, будто именно этой реакции и добивался, кидает обратно, после чего просто выходит из комнаты.

— Мудак конченый! — горланю что есть силы и швыряю подушку в дверь.

Он тупо меня использовал. Обездвижил, подмял под себя, жёстко трахнул и выкинул как использованный презерватив.

Пипец просто. Мудачьё.

Подрываюсь с кровати, чтобы побыстрее смыть с себя его сперму, и останавливаюсь как вкопанная, так и не дойдя до двери, потому что на кресле я нахожу канатики…

Вот честно, по-другому этот комплект чёрного нижнего белья не назовёшь. Пальцы сами сжимаются в кулаки. Перед глазами тут же всплывает его довольная физиономия, и желание чем-нибудь запустить в этого самоуверенного ублюдка становится почти нестерпимым.

— Ублюдок, — выплёвываю вслух, прожигая взглядом дверь.

Ищу свой халат. В нём будет жарко, но он хотя бы всё закроет. Только его предусмотрительно забрали.

Ах… Так значит?

Ну, мальчики, вы ещё не знаете, с кем связались. То, что вы научились управляться с пушками, не делает вас бессмертными.

Натягиваю комплект, который практически нихрена не скрывает, потому что это сетка. Такие комплекты не предназначены для повседневной носки, а созданы для игр. Для того чтобы завлекать, дразнить и лишь слегка скрывать самое сокровенное.

Я девочка не скромная и надену это. Но так просто я всё не оставлю. Единственное, на что надеюсь, — что они не последние мрази и убрали охрану подальше, чтобы на меня все хором не глазели и не дрочили.

Выхожу из комнаты и беру курс на море. Там хотя бы смою сперму, хотя идти с ней на заднице — ох как некомфортно. Кажется, я каждой клеточкой кожи ощущаю её присутствие, и от этого хочется одновременно провалиться сквозь землю и придушить одного слишком довольного собой мужчину.

Поплавав, ложусь на шезлонг и прикрываю глаза.

Нужно думать. Нужно решать, что делать дальше.

Потому что вот так продолжаться не может.

Охраны по дороге я не встретила. Это, конечно, плюс, а вот всё остальное — жирный минус. Такой, что любые плюсы перечеркнёт. Закроет. Затмит.

Стоит мне оказаться рядом с Владом, как он тут же начинает продавливать свои правила. Не спрашивает. Не договаривается. Просто берёт то, что хочет, и делает это так уверенно, будто моё сопротивление — всего лишь неизбежный этап перед согласием.

Моё твёрдое «нет» звучит для него не слишком громким «да».

И это выводит из себя.

Неужели они думали, что я просто проглочу все их требования?

Думали, что просто загнали меня в такой угол, что мне не выбраться?

Нет уж! Я постараюсь всё решить. Постараюсь всё переменить.

А ведь ещё Макс вернётся домой… И тоже наверняка потребует свою порцию жёстких ласк.

А я смогу противостоять?

Или получится ровно так же, как и с Владом?

Нет! Я смогу!