«Извинение — не означает, что ты не прав, а другой человек прав. Это всего лишь означает, что ценность ваших отношений важнее, чем собственное эго…»

Э. М. Ремарк

— Как ты сегодня, любимая? — неожиданно спросил меня Арский.

Я так обалдела, что автоматически ляпнула:

— Александр, вы больны?

Ну а что я могла ещё сказать?

Обертоны в знакомом голосе были какие-то подозрительные, сильно на температурные похожи. Как бы он там тоже не заразился да не помер, хотя у него рядом есть Ираида и наверняка вот такие же «актуальные невесты» вроде нашей звезды из сметного отдела.

— Моя Леди… любовь моя! Лили, прошу тебя, послушай… есть кое-что, что нам непременно нужно обсудить… — Саша не обиделся, не возмутился, а начал говорить о другом. — Прости меня, я действительно тогда не уследил. И даже не мог подумать, что тётя явится к тебе, да еще и с натуральными глупостями… прости, любимая!

Боже, что за горячечный бред?

Несмотря на то что мне все сказанное Арским уже показалось абсурдом, огоньку добавил внезапно влезший в трубку… Ян:

— Мам, пожалуйста! Послушай Алекса! У него к себе серьезное дело.

— О-ля-ля, Ян Анатольевич, а с чего это и где вы так налакались? — недоуменно вытаращилась на телефон.

И уточнила:

— Что, уже убрались «в ультрамарин», да? Вы где, вообще, такие развесёлые есть? Откуда тебя забирать?

Сын хихикнул:

— Я у Алекса в гостях. Женька болеет, мы сидим тихо, поэтому, ну, забирать меня не надо. Алекс сказал, что постелет мне тут на коврике. Завтра с утра бодрячком явлюсь домой. Ты, пожалуйста, не волнуйся. С нами всё в порядке.

Язык у деточки прилично заплетался, так что усталая мать лишь вздохнула про себя:

— Боже, какой-то сюр!

Но вслух сказала:

— Я, конечно, рада, что с вами всё в порядке. Но вот такое внезапное отмечание неизвестно чего меня несколько смущает.

— Мам, ты не тревожься! Просто Алекса послушай! — опять забубнил сын.

— Я бы предпочла его послушать, когда он будет в себе, — мрачно фыркнула.

Ну а Саша, появившись в трубке, тут же хохотнул:

— Лили, моя дорогая, рядом с тобой я обычно не в себе, а сама знаешь где…

Фу, пошляк!

Но не успела я матерно выругаться, как Александр меня удивил:

— Я хотел подождать, пока Женьку выпишут и нормально приехать к тебе, поговорить, но понял, что в офисе происходит какой-то треш. Поэтому я ждать не буду. Сейчас найду сыну няню и завтра закрою больничный.

Голова у меня пошла кругом.

Мало мне было всех сегодняшних новостей, так нате вам, пожалуйста! Решил бросить болеющего ребенка и примчаться сюда.

Ну, кому эти подвиги, а?

Пока подбирала аргументы, Арский продолжал меня поражать откровениями:

— Я знаю, моя Леди, я понимаю, что должен быть с тобой рядом. Всегда. Чтобы помочь тебе, защитить, поддержать.

А я вдруг представила себе его явление на работу и, собственно, наши предыдущие две встречи тоже припомнила, поэтому сердито буркнула:

— Нет, Арский, говорить мы будем по телефону, ибо как только мы с вами встречаемся, почему-то все время становится не до разговоров.

— Моя Леди, — он вдруг фыркнул, а потом хрипло продолжил, — как я скучал, ты не представляешь. Подыхал без тебя. Так ждал твоего возвращения, любимая. И поверь, теперь всё сделаю, чтобы ты была счастлива.

Саша выдержал театральную паузу и добавил:

— Со мной.

Самоуверенный наглец.

Все это, конечно, хорошо и звучало завлекательно, но…

— Так, молодые люди, приводите себя в порядок и ложитесь спать. Давайте, сворачивайте ваше гульбище. Завтра утром надеюсь увидеть Яна дома в адекватном состоянии.

Они там хором что-то согласное забормотали.

Боже, маленькие алкоголики, какой кошмар.

Вздохнула и продолжила:

— Александр, как будете в себе, давайте созвонимся, разберёмся в прошлых недоразумениях и поставим уже на них крест. Закроем этот вопрос и возвращаться к нему никогда не будем. Но сейчас вы сами, пожалуйста, занимайтесь здоровьем ребёнка. Я раньше справлялась и теперь обойдусь…

Естественно, именно в этот момент рядом появился Павлик со словами:

— Моя бесценная Лилиана, собираетесь! Карета подана. Нам пора домой.

Ну и после этого я, конечно, выслушала жуткий мат и ругань Арского, который рычал в трубку, что он сейчас прямо все бросит, вызовет такси и приедет ко мне.

На заднем фоне чего-то согласно вякал сыночка, судя по всему, уже наблюдавший танцы фиолетовых гоблинов.

— Не было печали, — тяжело вздохнула.

А потом подумала, что как-то я все предыдущие пьянки сына спокойно пережила вроде.

К чему бы эта тревога сейчас?

Может, меня смутило, что они напились вместе с Сашей?

Или меня в принципе смущает всё, в чем участвует Арский?

Поэтому я покачала головой и укоризненно посмотрела на Павла:

— Ну, зачем? Можно же было спокойно сказать, что нам пора уже ехать?

— Лилиана, день был у вас действительно непростой, — широко улыбнулся племянник «генерала». — Давайте-ка я, пожалуй, вас в машину отнесу.

Естественно, Арский в трубке завопил:

— На хрен все эти полисы. Я сейчас приеду!

И всё, звонок оборвался.

Вот что ты с этими героями будешь делать? И где теперь искать этих пьяных дуриков? Да и надо ли?

Может, всё-таки пора признать, что они — взрослые и имеют право портить свою жизнь, как им вздумается?

— Ладно, — вздохнула тяжело, — день, и правда, был не из лучших. Поехали домой, Павлик!

И мы поехали.