— Оливия, — срывающимся голосом шепчет моя ведьма и делает шаг навстречу женщине, которая снисходительно качает головой, а на ее лице появляется холодная, хищная улыбка.

Да, женщина очень похожа на Оливию. Словно она ее родная сестра. Те же кудрявые темные волосы, глаза, точно ночь. Но стоит присмотреться чуть пристальней, видно, что это совершенно другая женщина. Вроде и нос той же длины, и скулы… Но что-то высвечивается в ней неправильное.

Я искренне поражаюсь, что вообще мог их сравнивать. Они абсолютно разные.

— Нет. Я не ты, — со смехом возражает женщина, вовсю потешаясь над Оливией и ее реакцией. — Меня зовут иначе. Хельга.

Молодая женщина заинтересованно переводит на меня взгляд. И чуть приоткрыв рот, плотоядно проводит кончиком языка по пухлым ярко-красным губам, демонстрируя ровный белоснежный ряд зубов.

Невольно сравниваю их обеих. Ни разу за все то длительное время, что я вынужденно провел с ней, Оливия не пробовала меня так открыто и вульгарно соблазнять.

— Тогда почему? — осекается Оливия. И только сейчас до меня начинает доходить, что она искренне не понимает.

— Мы с тобой родились с одной и той же силой. Она и диктует особенности нашей внешности, даруя одинаковый цвет волос и глаз. Так сказать, у нас с тобой общее наследие, — голос Хельги, в отличие от Оливии, низкий, грудной. Как песня песков в знойной пустыне, ее слова лениво перекатываются, пуская по моему телу дрожь.

Странное чувство.

— Ну вот и отлично. Познакомились, — прерывает наше общение Данисс. — Вы все устали с дороги. Прошу пройти в мой скромный дом.

Теперь хмыкаю я, пряча от Данисса улыбку. Рассмешил. Скромный. Огромный дворец с высокими шпилями. Множеством фонтанов и бассейнов. Экзотические растения, звери…

Он купается в роскоши и удовольствии.

Переплетаю пальцы Оливии со своими.

— Нет. Ее отведут в другое место.

Я отрицательно качаю головой.

— У тебя нет выбора, Раднор. Я не могу рисковать людьми и вести ее через парадный вход. Не забывай, я хоть и рад видеть тебя, но и ты меня пойми.

Крепче сжимаю пальцы Оливии. — Я не дам ей навредить.

— Даю слово, что с ней ничего страшного не случится. Ее отправят под стражей, конечно, в женскую половину. Накормят, переоденут. Дадут отдохнуть.

Поворачиваюсь к ведьме. Ее взгляд смотрит смело и понимающе.

— Я в порядке, — она еще и успокаивает меня.

Раздраженно дергаю плечом.

— Хорошо, — высвобождаю свою руку. Оливию окружают люди Данисса. Она, задрав в своей манере, что всегда поражало и поражает в ней, подбородок вверх, покорно следует за ними.

А я ловлю на себе насмешливый взгляд Данисса и заинтересованный Хельги.

— Ну вот и отлично. Добро пожаловать. Для тебя я подготовил твои любимые апартаменты.

Сразу после его слов две хорошенькие служанки в длинных, полупрозрачных платьях, которые вряд ли предназначены для сокрытия их соблазнительных девичьих форм, шустро отводят меня в те комнаты, где я не единожды ночевал.

Меня уже ждет накрытый стол с легкими закусками, наполненный бассейн, из которого идет ароматный горячий пар.

Девушки ловко стягивают с меня грязную одежду. Не торопясь обмывают тело, натирая его мылом и маслами. Умелые руки расслабляют уставшие мышцы. К концу ритуала сил не остается, даже чтобы поесть. Я вырубаюсь мгновенно, стоит голове коснуться подушки.

Просыпаюсь поздно, полностью отдохнувший.

И впервые за долгое время я ощущаю дракона. Он обеспокоенно ерзает, рычит, переживая за нашу истинную.

— Данисс пообещал, что позаботится о ней, — стараюсь успокоить его. Но мои слова лишь злят зверя. Он обижен на меня. Я чувствую его эмоции. За то, что так и не завершил слияние, что упрямо оттягиваю момент, когда душа дракона соприкоснется с душой Оливии и он сможет с ней общаться.

Тяжело вздыхаю.

Не буду же я объяснять зверю, да и не поймет он, что в человеческом мире мы слепо не следуем зову инстинктов. Оставляя для себя право выбирать. И я сделал этот выбор. Хотя и пребываю с некоторых пор в странных сомнениях.

Все запуталось, перемешалось. И нет больше грани между злом и добром. Я честно в растерянности, почему мое сердце бьется чаще, когда она рядом. Почему все мои мысли только о ней? Даже сейчас мне не дает покоя тревога за нее.

Это из-за слияния? Воздействие истинности? Или я по-настоящему не чувствую к ней той ненависти, что она заслуживает? Наоборот, что-то скребется в груди, нарывает, подначивая меня защищать ее, заботиться о ней.

В мои покои стучат и приглашают спуститься в общий зал. Я неторопливо переодеваюсь в широкие брюки и длинный халат, давая себе время на раздумья. Зачем Данисс играет роль гостеприимного хозяина? Что-то здесь нечисто. Он мог бы запросто потребовать от меня закрытия долга, но не стал этого делать.

Очевидно одно — ему зачем-то очень понадобилась Оливия. Дракон дергается от моих мыслей. В сознании раздается его рычащий, грозный вой.

— Живой, — уточняю специально для него, — иначе бы с нами и церемониться не стали.

Широкий, с высокими потолками зал встречает шумным гамом.

Народу Данисс собрал много.

Интересно, что они празднуют? Не в мою же честь устроили этот праздник.

Данисс встречает меня коротким кивком головы. Его величественная фигура в золотых одеяниях восседает в центре огромного, в несколько метров длиной, стола. Рядом с ним, опустив взгляд, сидит его семья.

Ни Хельги, ни Оливии поблизости нет.

Для собственного успокоения осматриваю периметр. Стражи много. Если придется пробиваться, без дракона не обойтись. Зверь подает голос, соглашаясь на все что угодно, лишь бы освободить истинную.

— Не спеши. Дай мне время, — дракон трясет головой, но успокаивается.

Множество гостей жадно поедают яства, раз за разом отпивая янтарную жидкость из высоких, пузатых кубков. Атмосфера вокруг более чем праздная. Пары алкоголя попадают в ноздри. Мне быстро наполняют собственный кубок. Обхватываю его пальцами, чувствуя, как от прикосновения нагревается драгоценный металл.

— Раднор, друг. Надеюсь, ты отдохнул после длинного пути?

Данисс улыбается, но я-то вижу на дне его глаз привычную сталь. Ту самую, что делает его лучшим дельцом среди тех, кто торгует оружием.

Несмотря на всеобщее веселье, я никак не могу расслабиться.

И кусок не лезет в горло, и хмель не берет…

Проклятье.

— Вполне, — отвечаю после непродолжительной паузы. — Что празднуем?

Лицо Данисса преображается.

— Расслабься, Раднор. Сегодня день рождения у моего сына. Среднего. Он позже будет. А сейчас прошу отведать угощения.