Дождь почти прекратился, когда инспектор Роджерс и его напарник подъехали к особняку Сегрейвов — мрачному строению невероятных размеров с заросшим кувшинками прудом и фонтаном в виде обнажённых нимф. Всё это показалось Роджерсу верхом безвкусицы, но кто он, чтобы судить вкус будущих королей? О Сегрейвах ходило немало слухов один нелепее другого. Родственники короля, мечтающие его свергнуть. Развращённые сластолюбцы и завсегдатаи самых злачных мест Лондона. Изверги, на руках которых немало крови тех, кто имел неосторожность оказаться у них на пути... Но Роджерс, в силу профессии, острого ума и почти сверхъестественного чутья на ложь, имел довольно точное представление об этом семействе. Обычные представители «белой кости», заносчивые, бездушные, смотрящие на всех свысока и мнящие себя чуть ли не полубогами. Отсюда и все пороки. Трудно не скатиться на самое дно, если уверен, что тебе всё позволено.

Дворецкий встретил детективов у двери, но не успел Роджерс озвучить своё имя и цель визита, послышался скрип тормозов, к ступеням подлетел и резко остановился новенький Bugatti Royal. Из него вынырнул молодой человек лет двадцати с очень светлыми волосами, смерил Роджерса и его помощника снисходительным взглядом и усмехнулся:

— Похоже, я вовремя. Едва не пропустил такое развлечение! — полувзгляд на почтительно поклонившегося дворецкого. — Можешь доложить о гостях моему отцу, Бенджамин. Я их проведу.

Дворецкий повиновался беспрекословно, а вновь прибывший подошёл ближе, и Роджерс подумал, что ещё никогда не видел настолько привлекательного и одновременно настолько отталкивающего молодого человека. Идеально правильные черты лица, поистине царственная осанка и непоколебимая уверенность в себе могли казаться вполне располагающими. Но от высокомерного ледяного взгляда очень светлых, чуть ли не прозрачных глаз становилось не по себе. «Такой наступит на новорожденного щенка и заметит только, что испачкал обувь», — неприязненно подумал Роджерс. Молодой человек между тем представился:

— Я — Хьюго Сегрейв. А вы, должно быть, доблестные каратели из Скотланд-Ярда.

— Кристофер Роджерс и Джереми Уайт, — безо всякого выражения произнёс Роджерс. — Инспектор и помощник инспектора. Каратели у нас в штабе не числятся. Боюсь, вас ввели в заблуждение, милорд.

— А я боюсь, что не ввели, — ещё один пронизывающий взгляд. — Или вы здесь не для того, чтобы покарать убийцу моего дяди?

И, уже не оглядываясь, вошёл в холл, где вдоль стены неподвижно замерли несколько миловидных горничных. И тут Роджерс, повидавший на своём веку немало, впервые испытал от увиденного шок. Юный аристократ прошёл мимо девушек, даже не повернув головы, но одна из них «ожила» и тенью метнулась вслед за вошедшим господином, наклонившись чуть не к самому полу. Один шаг Сейгрейва, другой, третий — и, ловко уцепившись за пятки туфель, девушка сдёрнула их с его ног на ходу. А перед Сегрейвом, словно призрак, возникла другая девушка, ловко подставившая домашние туфли одну за другой так, что они оказались на ногах так и не замедлившего шаг господина.

— Следуйте за мной, — не оборачиваясь, махнул он детективам.

И те, переглянувшись, двинулись за ним в лабиринт комнат и переходов.

Старший Сегрейв ожидал в небольшом кабинете за массивным столом с малахитовой столешницей. Глянув на него, Роджерс подумал, что сын унаследовал от него разве только осанку и цвет глаз. Внешность Генри Сегрейва была абсолютно непримечательной: седые волосы, дорогой серый костюм и сероватое лицо ему подстать. При виде вошедшего в кабинет сына брови его сдвинулись на переносице.

— Зачем ты здесь, Хьюго? — строго спросил он.

— Как я могу остаться в стороне, когда речь об убийце моего дорогого дядюшки? — отозвался тот с едва заметной издёвкой. — Стоило мне услышать, что ты пригласил этих достойных джентльменов...

— Оставь нас, — коротко бросил сэр Генри и, уже не глядя на сына, повернулся к Роджерсу и его помощнику. — Я — Генри Сегрейв. Спасибо, что нашли время, детективы.

Пожав протянутую сэром Генри руку и представившись, Роджерс проследил взглядом за Сегрейвом-младшим. Красивое лицо молодого аристократа не выразило ничего. Он будто и не сомневался, что реакция отца будет именно такой — просто развернулся и направился к двери. Но почему-то Роджерсу показалось, что этот франт с ледяным взглядом появился здесь не случайно и уходит сейчас, достигнув желаемой цели. Но какой?

— Прошу, джентльмены, — сэр Генри указал на кресла, и Роджерс отвернулся от Сегрейва-младшего, а спустя секунду услышал, как закрылась дверь.

— Главный инспектор Кьюбитт рекомендовал вас как лучшего детектива Скотланд-Ярда, инспектор Роджерс, — сразу перешёл к делу сэр Генри. — И, боюсь, это дело потребует всех ваших умений.

Разговор длился около получаса. После дворецкий проводил детективов за пределы особняка, и, только сев за руль, Роджерс перевёл дух.

— Ну и семейство! — озвучил его мысли Джереми. — И что думаете, инспектор?

Роджерс усмехнулся.

— Думаю, что легче найти, кто не хотел убить Сегрейва, и в первую очередь проверить его домочадцев. Кажется, все они ненавидят друг друга.

— Вам тоже показалось, что Хьюго Сегрейв... — Джереми запнулся. — Очень неприятный молодой человек. А то, что делали горничные... интересно, сколько они тренировались, чтобы так суметь?