Ксандер

Аурелия возвращается в Академию Анимус, одетая как криминальный авторитет, и пахнет кровью и тьмой. Она рычит в небо, когда превращается из тени обратно в человеческую форму, на крыше общежития анимусов, бросая маленький пустой рюкзак к своим ногам. Я даю ей мгновение с моей позиции в небе, где я был на патруле, прежде чем она встречается со мной взглядом, этими темными сапфирами, требующими моего внимания сквозь ночь. Спускаясь, я обращаюсь, прежде чем коснуться камня, приземляясь на человеческие ноги.

— Куда ты ходила? — спрашиваю я, пытаясь не звучать обеспокоенно, нервно или взволнованно ответом.

Ее змеиные клыки медленно исчезают в ее рту, когда она вздыхает. — Не уверена, что ты хочешь знать.

Я смотрю на кустарник за академией, на тихую тьму. Сколько раз я сам летал в поместье Дракос, истекая кровью от сердца, ярость распространялась во мне, как яд? — Я знаю, что бы я сделал, — тихо говорю я. — Я много раз встречался со своим отцом.

Аурелия резко смотрит на меня, прежде чем ее плечи опускаются, и каблук царапает камень. — Коса всегда говорил, что мы более похожи, чем я думала.

Я смеюсь через нос. — Он говорил мне то же самое. Ублюдок всегда прав.

Она увлажняет губы, сухие от ночного воздуха. — Ксандер, мне нужно, чтобы ты сходил к зоологу Рику и попросил сосуд для сбора яда. Мне нужно, чтобы ты помог мне кое-что сделать.