Упырь

Это, пожалуй, одна из немногих причин, по которым леди Катерина Крокодилус покинула бы свой комплекс и оставила бы свои самые ценные коллекции позади. Она берет с собой Ксандера, все еще не доверяя молчаливому дракону, и когда она входит в Особняк Нага, он шагает перед ней, затем отходит в сторону, как телохранитель.

Я делаю вид, что вытягиваю шею, чтобы убедиться, что его наушники на месте. Эти светящиеся глаза не показывают, в каком направлении он смотрит, но я знаю, что он бы усмехался, если бы у него был выбор. — Серебряный ошейник почти сочетается с его глазами, — говорю я в знак приветствия.

— Генерал, — воркует Коллекционер, сегодня в кожаных штанах и черном топе с открытыми плечами. Она напоминает мне Женщину-кошку со своей красной помадой.

Мне никогда не нравилась Женщина-кошка.

— Тебе не хватает только маленьких черных ушей, — говорю я, поднимая указательные пальцы в перчатках по обе стороны головы, указывая вверх. — Тогда ты готова ограбить еще одну стаю Регины.

Ее темные глаза сверкают, когда она смотрит на меня. — Завидуешь, дорогой? Жаль, что Мейс не позволяет мне заполучить твою василисковую задницу. Ты бы так мило смотрелся на цепи.

Я скалю свои выдвинутые клыки в улыбке. — Насколько мне нравятся цепи, моя леди, я склонен убивать своих любовников. Так что... возможно, это было бы хорошим сочетанием в конце концов.

Ее веки опускаются, не впечатленные, но она не успевает ответить, так как Шарлотта Нага в сопровождении генералов Аддера, Брауна и Тайпана появляется из столовой. — Ты здесь. Прекрасно. Проходите, леди Крокодилус.

Титус уже сидит в столовой, с бурбоном и пустой тарелкой рядом. Он был в ужасном состоянии, когда появился, почти в истерике, и теперь он мрачно смотрит на нас, присоединяясь к столу. Мейс стоит на противоположной стороне, у двух кресел с подлокотниками. В них сидят волчья и птичья королевы, их запястья скованы турмалиновыми наручниками.

— Ты действительно это сделал, — говорит Катерина, останавливаясь, чтобы уставиться на пленниц. — Я впечатлена, Мейс.

— Конечно, он это сделал, — говорит Титус своей металлической челюстью. — Все они были кучкой тупых идиотов, и человеческим политикам это понравится.

— Твое собственное достижение глубоко, — говорит Мейс таким образом, что не выдает его истинных чувств. Все в этой комнате — предатели парных. По любым меркам, худшие люди на планете находятся в этой комнате. Но все поворачиваются к Ксандеру, который также скрывает свои тонкие драконьи черты. Интересно, что он видит своими магическими глазами.

— Я хорошо выполнила свою часть, — говорит Коллекционер, садясь за стол. — Мы устранили наших главных врагов. Каков твой следующий шаг?

— Следующий, блядь, шаг — отомстить за моего отца, — рычит Титус, стуча своим мясистым кулаком по столу. — Я хочу, чтобы эта девка Костеплет была мертва.

— Я не хочу, чтобы *последняя* Костеплет на планете была *мертва*, — ровно говорит Мейс. Катерина кивает в знак согласия.

— Тогда нужно что-то сделать с ней, — рявкает Титус. — Она вышла из-под контроля, и это только начало, помяните мои слова. — Он замолкает, мрачно глядя в пространство. — Вы не видели ее глаз. Они были *безумны*. Уберите ее из страны. К черту, уберите ее с планеты, если это потребуется.

— Она будет истощена после этой атаки, — говорит Мейс, взглянув на меня. — Я позабочусь об этом.

Мои тени дергают меня. У них всегда был свой маленький разум, и теперь они ласкают мою собственную брачную метку, мою щеку, поднимаясь к моим глазам, где они всегда гуще всего, защищая остальной мир от меня.

Желание убить всех — это то, с чем мне всегда приходится бороться. Немного лазерных лучей здесь и там, и мир был бы совсем другим. Такой уровень силы всегда настораживал других. Но Мейс никогда бы не позволил мне приблизиться к своей семье, если бы не был уверен, что я не поддамся искушению. Различные метки на моем теле зудят. Яд Мейса. Мой собственный. Аурелии.

— Если можно предложить... — тянет Катерина, проводя красным ногтем по лакированному красному дереву. — Девушка доказала свою силу. Даже то, что сделали мы с Флорес, не сломило ее. Но я думаю, мы приблизились к этому с потерей ее парных. Она безрассудна в своих движениях. Если она продолжит буйствовать, она будет действовать без точности. Я думаю, мы можем подойти еще ближе всего лишь с одним маленьким толчком. — Коллекционер откидывается на спинку стула. — Я все еще хочу получить свою выгоду от этой девушки. Это много нулей за отсутствие яйцеклеток, Мейс.

Ее беспокоит только ее бизнес. Ей нет дела до благополучия Аурелии, только до того, что у нее был шанс разводить то, что она держала в темноте под своим владением. Этого *я* даже не выяснил. — Надеюсь, это не ленивец, которого ты пытаешься разводить, — говорю я. — Или какой-нибудь экзотический голубь из Перувии.

Коллекционер бросает на меня взгляд, который говорит, что она хочет вырвать мне глаза и поджарить их, как зефир, над костром. — Мне нужно возвращаться.

— Ты не останешься? — с удивлением говорит Шарлотта. — Почти рассвело.

— Я хочу вернуться, — повторяет Катерина. Меня очень радует видеть ее такой обеспокоенной. Видеть ее *параноидальной*.

— К своему стаду, — подтверждаю я. — Или болоту? Как, *вообще*, называется группа крокодилов?

— Группа крокодилов называется смертельной ловушкой, — рычит Титус, доказывая, что он снова бесполезен.

— И у металлической головы есть несколько слов, — удивленно говорю я, когда Коллекционер встает из-за стола, бормоча себе под нос.

— Я буду на связи, — объявляет она.

Мейс подходит, осматривая Ксандера, стоящего неподвижно и слушающего у двери. — Твой отец не принял бы тебя обратно, если бы не я, — тихо бормочет он, низко и высокомерно. — Я предложил, что это может быть одной из немногих вещей, способных сломать компанию Косы Харкороуса, и я оказался прав. — Он усмехается, протягивая руку, чтобы похлопать дракона по щеке. — Ты справился с этой работой лучше, чем кто-либо другой мог. — Ксандер не дает никакой реакции. Ни дрожи губ, ни моргания. Я впечатлен. Мейс поворачивается к Катерине. — Посмотри вечерние новости сегодня. Ты не захочешь пропустить мое объявление.

Ах, да. Вторая фаза начинается.