Разговор на повышенных тонах привлёк внимание Калантии. Выглянув в окно, она увидела, как пожилой офицер полиции крепко удерживает молодую барышню, а та, в свою очередь, орёт так, будто её режут.

Девушке на вид было лет девятнадцать. Одежда — явно не из дешёвых бутиков, тёмные волосы водопадом струились по хрупким плечам. Но в этой хрупкости чувствовалась сталь.

— Снова Грейс взялась за старое! — хмыкнула покупательница, стоящая рядом с Калантией.

— Вы её знаете?

— Конечно, кто ж её не знает! — женщина улыбнулась с оттенком снисходительности. — Наша местная знаменитость. Её часто ловит Сэм.

— Сэм — это полицейский? — Калантия кивнула на пожилого офицера, который явно изо всех сил пытался удержать извивающуюся девушку.

— Да. Грейс — избалованная маленькая дрянь, — фыркнула дама. — Которая хочет испортить жизнь всем вокруг.

— С чего вы взяли?

— Пф! Она частенько ночует в обезьяннике. Порча имущества, неподобающее поведение... Как сейчас, например.

— В обезьяннике? — непонимающе переспросила Калантия.

— Ну, в тюрьме, дорогая. Мой тебе совет: держись от неё подальше. Хотя... — женщина задумалась, — Лилу часто ей помогала. Странно, правда?

Она протянула Калантии тюбик с духами.

— Упакуй, я беру.

Через несколько минут покупательница покинула магазин, а Калантия снова подошла к окну. Ей было жаль эту девушку. Как психолог, она знала: за таким поведением всегда стоят причины. Может, её бросил любимый человек? Или она потеряла кого-то близкого? А может, самое страшное по версии Калантии — непонимание в семье? Когда ты кричишь, потому что тебя никто не слышит.

Размышления прервал новый вопль. Калантия вздрогнула и увидела, что Грейс лежит на тротуаре. Осмотрев магазин и убедившись, что посетителей нет, девушка решительно направилась к выходу. Может быть, нарушительнице порядка нужна психологическая помощь? Она ведь не просто так бросается на людей.

Подходя ближе, Калантия услышала стоны. Она не на шутку испугалась за здоровье девушки.

— Грейс, прекрати притворяться! — ворчал Сэм, пытаясь поднять подозреваемую с асфальта.

— Здравствуйте, офицер! — Калантия постаралась придать голосу максимальную дружелюбность. — Вам нужна помощь?

— Здравствуй, милая, — офицер улыбнулся ей, морщинки разбежались вокруг глаз. — Всё в порядке. Сейчас Грейс успокоится, и мы поедем в участок.

— А за что её задерживают? На вид она не пьяная.

— Ха-ха! — Сем рассмеялся громко и раскатисто. — Эта идиотка укусила сына мэра!

— Вы шутите? — Калантия округлила глаза.

— Нет! И мэру было не до шуток, поверь. В общем, доигралась девочка. — Офицер посмотрел на Грейс с укоризной. — Теперь точно сядешь. Семья тебя не спасёт.

— А если у неё были причины? — тихо спросила Калантия.

— Ох... — Сэм покачал головой. — Неизвестно, что у неё в голове. Она всегда была сорванцом.

— Офицер, — Калантия сделала шаг вперёд, чувствуя, как в груди разгорается азарт, — а если я смогу помочь?

Сэм удивлённо поднял бровь.

— В Нью-Йорке я работала семейным психологом в элитной клинике, — продолжила Калантия, глядя ему прямо в глаза. — Я хочу помочь Грейс. Тем более, мне нужны сотрудники в магазин. Можете сказать мэру, что девушка будет отрабатывать условный срок — работать бесплатно и получать психологическую поддержку. Как вам идея?

— Мисс, вы уверены?

— Абсолютно.

Сем помолчал, разглядывая её с явным интересом.

— Ну что ж... я согласен. Но учтите: если Грейс снова попадёт в нашу сводку — вы будете отвечать вместе с ней!

— Я поняла, офицер.

— Вот моя визитка, — он протянул карточку. — Если что-то случится — звоните сразу. — Он перевёл взгляд на Грейс и добавил: — До встречи, мисс.

Он сел в патрульную машину и уехал, оставив на тротуаре две девушки и повисшую тишину.

Калантия повернулась к Грейс. Та лежала неподвижно, закрыв глаза.

— Давай, вставай, — спокойно сказала Калантия. — Если бы тебе действительно было плохо, ты бы так ровно не дышала.

— А если это обморок? — донёсся охрипший, но на удивление бодрый голос.

— Тогда он наступил от голода. Сейчас два часа дня, и я безумно хочу есть! — Калантия улыбнулась.

— И я, — призналась Грейс, с неожиданной лёгкостью вскочив на ноги.

— У меня в подсобке термос с кофе и "наполеон".

— Правда? — глаза Грейс загорелись, как у ребёнка перед ёлкой.

— Правда. Пошли.

Калантия взяла её под руку и повела к своему магазинчику. Грейс не сопротивлялась — и в этом было что-то трогательное.

В подсобке было уютно. Грейс сидела в кресле, обхватив ладонями пластиковый стаканчик с кофе, и смотрела на Калантию с прищуром.

— Ты правда психолог? — спросила она.

— Да, есть такой грешок, — усмехнулась Калантия. — Но не волнуйся. Я не собираюсь лезть тебе в душу.

— Ну и отлично, — фыркнула Грейс, но в голосе послышалось облегчение.

— Я это сказала лишь для того, чтобы спасти тебя от тюрьмы.

Калантия сказала это нарочно — чтобы не нервировать девушку. На самом деле ей было безумно интересно. За годы практики она привыкла распутывать клубки чужих судеб, и Грейс стала для неё вызовом. Тем более, раньше с таким случаем она не сталкивалась.

— Меня бы всё равно не посадили! — уверенно заявила Грейс, отпивая кофе. — Папа заплатит!

— Здесь ты не права, — спокойно возразила Калантия. — Ты напала на должностное лицо. Штрафом тут не отделаешься. Мой отец — юрист, поэтому в этих вопросах я плаваю, как рыба в воде.

Грейс задумалась, хмуря брови.

— Ты не знаешь моего отца. Он бы нашёл лазейку!

— У него хорошие связи с мэром?

Грейс помолчала. А затем опустила взгляд в стаканчик и тихо сказала:

— Честно? Отвратительные.

В этот момент Калантия увидела перед собой не бунтарку и не хулиганку, а маленькую девочку, которая попала в переделку и не знала, как из неё выпутаться.