Они подловили её после выпускного глубокой ночью. Судя по костюмам, явные выпускники, но не её школы. И повели себя недопустимо по отношению к учительнице, тем более, в возрасте, уточнять не будем, каком именно. Оба были сильно нетрезвы и вели себя чрезвычайно некультурно. Ничего не говоря, учинили харрасмент, а точнее, попытку изнасилования.

По крайней мере, их озабоченные матерные бормотания относительно того, куда тащить училку и где её лучше раком поставить, прямо у стены, или лучше вон к той будочке дотащить, говорили о плохом. Тыловой нахал обхватил сзади, прижав руки к бокам, и грубо стиснул грудь, наминая её. При этом нецензурно выразил одобрение величиной и пышностью бюста.

А лицевой нахал, пользуясь беспомощным её положением, просунул обе клешни под юбку, пролез до края колготок и сильно рванул вниз, вместе с трусиками. Она почувствовала, что оказалась оголена почти до середины бёдер, и вспыхнула больше от негодования, чем от стыда. Нет уж, если женщина не хочет, то умри, подлый насильник!

…Дамская ножка гневно притопнула, и заканчивающийся стальной набойкой каблук сапожка сорок первого размера, надетого по случаю дождливой погоды, впечатался в тонкие косточки вражеской стопы. И там чуть хрупнуло, дважды, зато вопль пострадавшего был не «чуть», он был отчётлив и выразителен в своём бессильном гневе. Преподавательский же гнев был каким угодно, но только не бессильным.

Лицевой враг тут же получил носком того же сапога – прямо по тестикулам, они же яички мужские, они же гениталии парные, наружные. Причём в полном согласии с учением о самообороне, гласившим, что в пах надо садить со всей дури, чтобы из мужчины получился воющий червяк. А иначе насильник взъярится так, что полетят бабские клочки по закоулочкам…

И силы у дури оказалось достаточно: один враг, согнувшись и всхлипывая, баюкал поломанную стопу, второй – ничего не баюкал, вообще. Он просто оказался в маленьком личном аду, где лежал, не слыша собственного воющего звука, ибо и прикоснуться к настолько пострадавшему месту было страшно…

Пора было добивать! Только аккуратно, чтобы сапожок не пострадал, а то в этих распростёртых телах столько твёрдых частей, не только изящный сапожок повредить можно, но даже и пальчики. Значит, бить надо аккуратно и сильно. То есть со всей аккуратностью, в более или менее мягкие места, и со всей силы, и долго, до наступления приятной усталости...

***

Да что ж это такое! Только-только успела своим сорок первым размером двух щупунцов наказать, отчего и ночь почти не спала, и весь следующий день переживала. Думала немного в магазине отдохнуть, накупив нужного в сочетании с необходимым, так тут на тебе!

И вот на обратном пути встретилось это недоразумение – в длинной верхней одежде, причём на голое тело. Негигиенично сие! И непрактично тоже, ибо не вполне по погоде… А уж как неэстетично! Вот так распахиваться и предъявлять себя, да занятой женщине, которой руки покупки оттягивают, и в голове полно мыслей о ведении домашнего хозяйства…

***

Эксгибиционизм, конечно, допустим в современной толерантной культуре, но ненавязчиво. Когда женщина на пляже нарочито медленно переодевается и неосторожно так уронит там что-нибудь интересное, потом нагнётся… На пляже такой эксгибиционизм очень даже уместен и будет поощрён основной частью мужского населения.

А вот если топлес показаться – это, наверное, и не эксгибиционизм вовсе, а современная форма пляжной одежды и демонстрация культуры тела. Но если микро-бикини рассмотреть с точки зрения сексологических параметров – наверное, это всё же эксгибиционизм, особенно когда вид сзади. Но и костюм системы топлес тоже эксгибиционизм, практически неприкрытый.

В общем так – раз площадь открываемого тела всё растёт и растёт, дойдя до неприкрытой топлесности, то значит, где-то поблизости этот самый эксгибиционизм и затаился. Но это правильный эксгибиционизм, допускаемый современной нравственностью, с её довольно растяжимыми рамками.

Взрослым мальчикам он необходим как лёгкий стимулятор жизненной активности, не говоря уже о поколении подрастающем. Дескать, рядом с нами малоодетые женщины, нуждающиеся в поощрительном мужском внимании. Ну, что же, будем поощрять, уважим прекрасных дам, вынужденных мириться с дефицитом одежды… Баланс гендерных интересов, короче.

А когда теннисисток на развитом Западе обязали в коротких юбочках выступать, и затем весь остальной мир тоже обязал… А прочих спортсменок в купальники да плавки нарядили, чем, представьте, даже не все из них довольны были. Да-да, протестовали там в кулачок, фиги показывали, шипели что-то на своём, женском диалекте.

Словом, демонстрировали логику, которая женская. Ну и что толку? Спорт всё равно стал ещё зрелищнее и богаче, на инвалидов даже распространился, вот как! Так распространился, что инвалидов и не стало совсем, только люди с ограниченными возможностями и остались.

А если бы спортсменки сильно закрытыми были, разве удалось бы спорт со временем и на инвалидов натянуть? Думается, что вряд ли. А тут по причине поголовного раздевания спортсменок зрительский интерес возрос могуче, целый ряд видов спорта стал много интересней сильному полу, любителю болеть.

Так что сразу и реклама пошла, и гонорары рванули – всем хорошо, даже инвалидам что-то с того обломилось! И они резко перестали быть инвалидами, перейдя в группу людей особенных, вот и всё.

В общем, современный большой спорт – это не только спортивные достижения, но и демонстрация отличных фигур. Сказано же, что всем хорошо, если женщина на публике полураздета. Это у нас теоретическая часть. Достаточно объяснившая значение эксгибиционизма и его естественные пределы.

Но вот на практике эксгибиционизм слишком сильно приватизирован грубым сильным полом, точнее, его проблемной частью. Этим проблемным как бы самцам женщину не надо соблазнять, ибо трудно им это. И даже невозможно порой, в принципе, невозможно…

И много таких неправильных, много, причём развитие цивилизации парадоксальным образом этот процент скорее увеличивает, чем уменьшает. Вот в случае эксгибиционистов этих самых – им, пожалуй, соблазнить кого-либо и вовсе безнадёжно, они для себя стараются.

Но мужчины ведь двигают цивилизацию вперёд именно своими выдумками. А плохие, неправильные, мужчины пытаются цивилизацию развернуть не туда. Им, получается, надо женщин не соблазнять, а пугать, и так получать удовольствие. Это уже эксгибиционизм с элементом садизма.

А мы против садизма, не наше это! У нас государство в двадцатом веке так с садизмом насобачилось, что до сих пор число получившихся трупов подсчитать не могут, хоть реабилитированных, хоть вообще. Большие там цифры, и тайн неприятных до сих пор много.

И поэтому кое-какой госсадизм даже в наш политкорректный век перешёл, должно быть, по наследству. Хотя сайт «Госуслуги» и прочее прогрессивное в том духе способны садизм бюрократии уменьшать, да, есть такое, можно признать, и даже без зубовного скрежета. Всепропальщики, умойтесь! Мы ещё увидим небо в алмазах… правда, скорее искусственных.

Замечательно, что женский эксгибиционизм моральных скреп не разрушает, ибо женщин большинство. Им, бедняжкам, необходимо бороться за дефицитного мужчину, в том числе, за счёт демонстрации прелестей. Куда против элементарной арифметики попрёшь?

Да, большинство правит меньшинством, и это называется демократия! Ну да, демократия, она же не обязана идеальной быть, когда ещё и мнение меньшинства основательно учитывается… Где-то учитывается, где-то голос меньшинств тоньше писка.

В общем, женщина вынуждена вести обострённую борьбу за будущую семью (или хотя бы за, как ныне говорят, отношения) и применять весь свой арсенал. Раз у женщины есть прелести, а это очевидный факт, они есть, и у практически любой, значит, женщины прелестны… Очень приятный всем полам факт!

И потому дамские телесные особенности подлежат демонстрации в виде намёков (обтягивающее, короткое, полупрозрачное), полунамёков – ночное бельё, купальные костюмы… И без всяких намёков – ню во всех видах, от частичного до полного.

А мужской эксгибиционизм явно противоречит скрепоносности, и вообще дитя постмодернизма. Поскольку постмодерн иерархию отрицает. Везде. От искусства, где всякий может свою мошонку к брусчатке прибить. И называть это перформансом – то есть культурным событием, да с вовлечением всех желающих. Значит, полное отрицание иерархии, вплоть до отмены стандартного повиновения мудрым политикам.

…Вот ты думаешь, что видишь просто редкого идиота, который, скинув абсолютно всю одежду, себя затем очень аккуратно, чтобы ничего по-настоящему важного не повредить, за мешочек свой мужской прибил, прямо к нашей Красной площади. Белым днём. Ан нет, ты, находясь в центре великой державы, стал участником значительного культурного действа!

И сопереживания, ведь достаточно только подумать, каково это, так себя, прибивая, проявлять, и между ног сразу всё съёжилось… Вздрогни, Красная, от небывалого! Да только видывала она юродивых, видывала, в том числе взглядом царя Иоанна Грозного, очень особенного взгляда. От которого, по достоверным источникам, и юродивые на некоторое время забывали своими какахами бросаться, и только их бестолково сжимали в грязных ладонях, зачем-то…

Правильный мужской эксгибиционизм существует, мы не отрицаем! Раз мы люди современные и гибкие до конформизма, это скрывать глупо. Он в клубах специальных есть, где хорошо развитые телесно молодые самцы постепенно обнажают себя, ради женщин, под музыку. И такими движениями, которые способны заинтересовать прекрасный пол.

Отчего всем хорошо. А ещё есть пляж, бассейн, водные виды спорта, когда только плавки одни, и член, со своими непременными спутницами, хоть и подвёрнут в нужную сторону, но обтянут. Крепко обтянут! Неспроста обтянут, это уже давно не секрет.

…Ещё в балете уже более ста лет мужчины выступают исключительно в женских колготках. В них они особенно высоко прыгают и ещё изгибаются всяко. И к партнёршам прижимаются, и подхватывают их за открытые участки тела... Это всём нравится, и не только благодаря замечательной классической музыке.

В общем, эксгибиционизма в нашей жизни на самом деле полно. Значит, он важен для культуры. Но постмодерн всё извращает и заставляет некрасивых мужчин, абсолютно не годных для доставления удовольствия женщинам, даже эстетического, совершать свои отрицательные для скрепоносности действия. А не все женщины могут бороться с этими некрасивыми, потому как слабый пол, и терпят домогательства. Несправедливо!

***

Женщины в целом более эстетичны, чем мужчины. Многие из дам считают, что у противоположного пола не должно сильно болтаться, ибо смущает. Поэтому обтягивающие плавки хорошо, а без плавок – нет, не гуд.

Вот в спальне, без света, пусть и вынимает, и потрясает… Глядишь, и законную свою женщину потрясёт. Но вот так, по-пролетарски, в укромном месте выскочить на женщину и, своим срамом, праздно болтающимся, да демонстративно пугать?

Тут и так практически промзона, посмотреть можно только что на бетонные плиты, которые торчат под разными углами и изображают постройки, и то, если хорошая погода. А тут ещё придурок выскакивает и распахивается, демонстрируя, как в средневековье каком-нибудь, полное отсутствие белья!

Ты ж, дурак, и не знаешь, что признаёшься в принадлежности к низшим классам. Ибо высшие классы себе всегда что-нибудь интересное придумывали – чтобы вроде как прикрыть, а на самом деле намекать и дразнить. Ибо если мужчину хорошо дразнить, он далеко пойдёт, и цивилизация с ним вместе.

Нет, мы против эксгибиционизма, решительно против! И пофиг, что бедняге по-другому не получить своего удовлетворения. Мы в конкурентном обществе живём, поэтому мастурбируй, ментально-сексуальный инвалид, в одиночестве, не публично! Вот так! Иначе базовые принципы демократии нарушаешь.

Ведь половые органы не созданы природой для того, чтобы ими женщин пугать, это аксиома. Поэтому всякая женщина лишь тогда хоть чего-нибудь стоит, если она умеет защищаться! Так ещё Ленин заявлял, только у него там более узкое понятие упоминалось – революция. Но революция – это тоже женский род, понятно ведь!

Из этого следует, что если женский род возмущают насильем, то он в ответ имеет право на разрушение. И ты, дорогой эксгибиционист… Ну, что за слово такое дурацкое, ведь и не выговорить вроде, а все его знают, все! Потому что эксгибиционисты среди нас, их полно! Вот вы, батенька… да, вы-вы, случайно не того?

Насчёт рептилоидов не скажу, поскольку не всякий дурак, особенно во власти, непременно рептилоид. Просто пока недостаточно статистического материала для компетентных обобщений. А вот эксгибиционисты – они повсюду. Любую женщину спроси, такого порасскажет…

А женщина по своей природе не революционер. Ну, то есть она может бабьи бунты устраивать да Февральские революции невзначай – на почве недостаточного подвоза продовольствия в морозную походу. Или без толку в очереди мёрзни, или иди булочные да мясные лавки громить, согреваться и пополнять сумку. Но, в основном, революцию делают недовольные и праздные молодые мужчины, ищущие себя.

А женщины консервативны, им за семью отвечать. Поэтому и в наше стремительно несущееся время женщина стремится к стабильности и поддерживает скрепы. За это государство ей что-то даёт, или обещает. Но вот мужика хорошего государство не даёт.

И даже, если честно, не обещает. Максимум, прибавить несколько лет к средней продолжительности жизни, и всё. Да, женщинам труднее. А тут ещё эти эксгибиционисты прячутся и потом выскакивают, потрясая нередко таким, чего лучше и не вынимать!

Так вот, дорогой ты эксгибиционист, достаточно теорий, перейдём сразу к морали. Она, сразу скажу, в том, что каждая женщина может и должна защищаться от эксгибиционистов! Ведь они во время своих демонстраций такие беззащитные, такие жалкие… Стоит данный персонаж, настежь распахнутый, руками растопыренными за края одежды держится. Подозрительный тип!

А сам-то в стратегических местах абсолютно открыт и уязвим. Против ноги, со шпилькой вострой, весьма уязвим. Против сумки хозяйственной, особенно, если с консервами в жестянках, тогда особенно уязвим. Даже если ты уже с палочкой бредёшь, против твоей палки он тоже уязвим.

Так что на деле, дорогой эксгибиционист, ты – просто сплошное окно уязвимостей. Оружия при тебе нет, кроме стручка жалкого. И не для дамы прекрасной его стручок сработает, если сработает, а только для самого эксгибициониста. Который, напомним, есть просто эгоистичная дрянь, гадость и тупик эволюции. Призванный демонстрировать тренировку генов с отбраковкой неудачных моделей, и всё. Но это опять теория.

А вот случай из отечественной практики, где дорогой эксгибиционист нарвался, попал и пострадал. Да, попался нашей сильной и отважной учительнице тут один такой альтернативно одарённый – конь в пальто. В смысле, далеко не жеребец, а скорее мерин, то есть бывший жеребец. Что-то сморщенное, бледное – ни кожи, ни рожи. Очень гармонирует с портретом своего отростка… который тоже демонстратор не того, что нужно.

Нет, мужчина женщине сначала должен понравиться. Вон, селезни да павлины какие красивые, себя показывают, надуваются, вертятся. Словом, проявляют мужское старание. А самочки по своим критериям выбирают, не торопясь, сравнивают и выбирают. Тут мудрость природы, а эксгибиционист – тупость, надеюсь, всем понятно.

Есть ещё одна аксиома, что мужчины любят похвалиться талантами да достижениями. А вот ты, конь в пальто, решил свою сексуальную немощь показать – дескать, ничего-то не могу, если не покажу. Причём ты должна пугаться.

Интересно, что будет с этим эксгибиционистом, если женщина не отреагирует ультразвуком и заполошными телодвижениями? А скептически поднимет бровь и спросит строго, по-учительски: «Ну, вижу, оцениваю, ставлю оценку. Троечка… слабая троечка. Даже, наверное, три пишем, два в уме…»

Да, уже очень скоро ничего хорошего с таким минус троечником не будет, а только настанет всё плохое. Зря ты, нестарый немужик, непонятного возраста и занятий, возле тех гаражей появился.

Вон как раз сгоревший стоит, чёрным провалом зияет. Вот оттуда криков твоих точно никто не услышит. Какие крики, если твоя шапочка-пидорка уже через три секунды в пасти твоей торчать будет, дыхание нечистое затрудняя.

Вот, понеслось! Резкий удар коленом в пах – и никакое сопротивление невозможно, пусть и временно. Раз! Удар сумкой по голове, где, напомним, увесистых жестянок целых полдюжины, два! Пока достаточно, раз только пикнул, не сильно громко, между коленом и сумкой. Улыбаемся и тащим, улыбаемся и тащим!

Затащили, бросили, пнули. Заткнули кляпом, с обвязыванием, чтобы до утра не выплюнуть. Второй акт Мерлезонского балета. Раз подвески потерял, будешь наказан, шпион Бэкингема или кардинала, не помню уже…

***

Так-так, смешное наказание нужно придумать для эксгибициониста, напугавшего до полусмерти. Потому что подобный экземпляр сначала покажет, а потом ведь и присунуть захочет, они такие. Что совершенно не входит в наши планы на вечер. Надо же, как удачно в магазин зашла, подготовилась, получается, ко всему. И колбасы купила, и бытовую химию, и клей-суперклей тоже купила.

Соли той же прихватила, так что полная сумка набралась. Солью, кстати, можно было бы целостность кожных покровов повреждать, и серьёзно, ей, как преподавателю истории, это старинное развлечение известно… Да чем угодно их можно повреждать, это ж кожные покровы, их любой кусок щебня на раз повредит. А потом солью мелкой, да, можно и йодированной, посыпать.

Но это будет уже садизм, однозначный садизм и порождение тёмных эпох, когда личность человеческая угнеталась невообразимым образом. А у нас тут седьмой десяток как космические корабли всё бороздят да бороздят. Ничего особо полезного, правда, ещё не набороздили, но, возможно, когда-нибудь набороздят.

Эксгибиционист должен хотя бы устрашать, ты, недоразумение нашей непростой половой жизни! Но попался какой-то ненастоящий устрашитель. Пародийный, вот. Может, для сельской местности и сошёл бы – в конкуренции среди местных бухариков, которые так продавщиц пугать пытаются, водку выпрашивая (С очень, очень низким КПД. Ибо где вы видели робкую сельскую продавщицу?.. Ну, то-то.)

А раз оказался щуплым и не страшным, а только противным, то вот тебе гигиенический сюрприз – едкая жидкость системы «Белизна». Да, именно туда, где ты, скотина, трусами себя не обеспечил, и кожа весьма тонкая. Но сначала суперклеем твой хвостик жалкий к яичному мешочку-то и приклеим! Вот так. И крайнюю плоть тоже склеим, с намёком.

Будут в больничке помогать, может, сочтут за лучшее сразу и обрезание устроить, раз ты необрезанным рискуешь ходить и, особенно, нападать. Тебе же лучше – гигиена, профилактика фимоза. А мне удовольствие от мести – умеренной, без выраженного садизма. Просто ты мне настроение испортил, а я в ответ – тебе. Ты мне моральный ущерб, я в ответ – физический, слабый, до умеренного. В расчёте, убожище!

Связанное тело, униженное и оскорблённое, с очень сильным запахом хозяйственной жидкости, она, попинав на прощание, оставила в закопчённых развалинах. В не совсем естественном виде. Скоро совсем стемнеет, так что до утра ты в натуральном своём виде принудительно постоишь, помёрзнешь.

Кстати, охлаждение организма резко усиливает позывы освободить мочевой пузырь. А выход-то заблокирован! Суперклей – товар с репутацией, не должен подвести. Завтра свидетели, обнаружившие тушку голенькую, интересно зафиксированную, увидят у неё между ног странного вида штуку, вроде булавы.

Потому что основание тонкое, зато на конце шар такой, замечательно сферический. Ведь крайняя плоть способна растягиваться, способна. До известных пределов. Но давление в мочевом-то пузыре всё равно больше, так что шар будет расти. И ощущения, весьма непередаваемые, тоже будут расти…

«Играй же на разрыв аорты!» – восклицал один первоклассный поэт, жертва государственного садизма. А у тебя должно другое разорваться, а именно то, чем ты женщине должен играть, а не играешь. И за это покаран.

…И будь доволен, что я в хорошем настроении и с полным комплектом закупок шла, расслабленная, и внимание дорогого мужа предчувствующая. Ибо муж у меня хороший, и когда свои мужские отличия показывает, то это всегда уместно. И интересно. А уж приятно как! Хороший муж, скорее отличный даже, если с другими многими сравнивать…

Так вот, мужа я своего предчувствовала, поэтому по-настоящему на тебя, убогого, и рассердиться не смогла, ничего не резала и не подсаливала, и не подпаливала. И уксусной эссенцией, концентрированной, не пользовалась, потому что уже период заготовок начинается, куда там без уксуса? А ведь могла ещё и полоснуть, как говорится, раз было чем.

Ведь сколько всего в гараже этом горелом всякого валялось, что можно в задницу запихнуть, например. Продолговатого, там, и ржавого, чтобы вошло, пусть и с известным усилием. А ведь могла и запихнуть, и грубо, и большими усилиями, до лёгкой усталости, да. И потом остатками клея зафиксировать.

Кстати, и самого агрессора к стене приклеить – тоже мысль хорошая. Хотя клея, конечно, маловато в тюбике, но ведь стоило попытаться, она уверена. Сделала, и не пожалела. Ей попытка – не пытка, а вот ему, да, пыточка, пожалуй… Попытаться было просто необходимо, ведь такой случай!

Ну, там где кожа самая прочная, там клеем мазнула, немного вздела и на стене зафиксировала. Мусора там строительного, чтобы сильно не корячиться, достаточно. Горочку у стены по-быстрому организовать было несложно, на неё тело-то опереть, а потом и клеить можно.

Когда уже далеко отошла, посетила мысль, что мусор потом назад вернуть стоило, чтобы висеть было интересней. Или не возвращаться, пусть опора у болезного останется, да? Скрепа, хи-хи-хи… Чего напрасно ноги бить, не казённые, пусть повисит нехороший человек, как приклеилось.

Она думает, что и так неплохо бы смотрелось, ведь верно? В современном искусстве такое будет называться красивым словом «инсталляция». Это когда неведомая хрень под стеклом, а вокруг охрана, и гид что-то, неинтересное и непонятное, рассказывает, да…

Вот так был наказан, за свою преступную деятельность в отношении моральных скреп, некрасивый мужчина пониженной общественной ценности. И больше в районе тех гаражей не было проявлений эксгибиционизма. Ни малейших.

Только женщины летом, бывало, в чём-то очень лёгком и порой просвечивающем проходили, да. Все весёлые такие, оживлённые, бёдрами раскачивающие. Ну, как и всегда ходили, ибо просвечивать в правильных местах при хорошей погоде – это не против принципов скрепоносности.

А вот мужского эксгибиционизма, отвратительного и бессмысленного, не было там больше. Как минимум, отступил куда-то и затаился где-то. И общая мораль в целом укрепилась и, даже, наверное, повысилась. Выводы сами делайте.

А я скажу напоследок одну умную вещь: если женщина физически и умственно сильнее, она даже покупками из хозяйственной сумки эксгибициониста уделает, как бог черепаху. Или как повар с картошкой с ним поступит. И будет в своём бабьем праве, великом и беспощадном!