Ребята, взяв свои рюкзаки и мешки со сменной обувью, выдвинулись через соседний двор вглубь лабиринта. Над ними появлялись мрачные арки, то тут, то там мелькали причудливые формы домов и пристроек, иногда дворы обнажали заднюю стену дома, на которой не было ничего, кроме одного окна где-нибудь с краю или в другом неожиданном и совершенно нелогичном месте. Минув несколько запутанных дворовых арок, компания подростков вышла в Днепровский переулок, расположенный прямо внутри дворовых лабиринтов.

– Ну все, – скомандовал Лешка, жестами прогоняя девчонок, – брысь по своим делам. Гуляйте! Главное, не спалитесь, умоляю вас.

– Не переживайте, – ответила Таня с улыбкой, – профессор Жопов, все будет как надо.

Тут же раздался громкий хохот парней и заливистый высокий смех Маши, который она старательно попыталась скрыть. Эхо их голосов тут же разлетелось по соседним дворам.

– Тише! Не Жопов, а Попов, и ударение на последний слог, Ивашова! – раздраженно произнес Лешка так, чтобы его не услышали ребята из других дворов, которые вот-вот уже должны были появиться. – Проверяем рации, смотрите, чтобы их никто не увидел, и двигаем дальше!

Девочки, еще раз хихикнув, отправились вдоль вымощенного булыжником переулка изображать случайных прохожих. В переулке почти не было фонарей. Лишь свет из окон мрачных старинных зданий падал на многовековые камни под ногами. Ребята же, завернув в один из множества дворов в самом начале переулка, проскользнули еще через одну арку и оказались в глухом дворе пятиэтажного здания, которое из-за тесноты казалось высоким. Само здание при этом имело множество пристроек различной геометрической формы. Но среди них всех бросалась в глаза огромная старинная башня из красного кирпича высотой около одиннадцати метров. У башни не было ни дверей, ни окон, ни каких-либо входов и лазеек, вентиляционных люков – абсолютно ничего. Что, надо признаться, неоднократно манило мальчишек со всех дворов, не оставлявших попыток разгадать ее секрет. За неимением ответов каждый придумывал свою историю появления красной башни, кто-то даже высказывал версию о подземной лаборатории под ней, принадлежавшей ранее известному алхимику и фармацевту, здание которого досталось теперь девяносто седьмой коммунальной аптеке, находившейся со стороны Седьмой линии. Поговаривали, что в подвалах этой аптеки есть тайные ходы, которые ведут напрямую в заброшенную лабораторию алхимика и к подземному входу в эту самую башню. Однако в эти легенды мало кто верил.

Возле башни стояла группа из двенадцати подростков, многие из которых тоже были одеты в школьную форму и имели ранец за спиной. Десять мальчишек и две девочки, которые возрастом были явно младше Миши и его одноклассников. Поздоровавшись со всеми по отдельности, Миша сразу же обратился к толпе:

– Ребята, у меня для вас есть предложение, давайте сегодня я вместе с Лехой и Димкой буду охотиться. Уверяю вас, строго до восьми часов вечера игра закончится и каждый сможет спокойно отправиться домой.

Часть ребят прыснула от смеха, другие же сохраняли молчание. Из толпы раздался голос, принадлежавший парнишке совсем невысокого роста, но коренастого телосложения и с темными взъерошенными волосами на голове:

– Вот еще! С чего бы такая уверенность, Мишаня?

– А что? – с вызовом спросил Миша. – Ты сомневаешься в моих способностях?

Парень со взъерошенными волосами вышел из толпы, растолкав всех локтями, и, демонстративно сплюнув на землю, с прищуром посмотрел на Мишу:

– Ты, конечно, неплохой следопыт, Миша, но ты слишком высоко задрал голову.

– Тогда заключим пари? – все так же холодно, но с вызовом произнес Миша, взглянув на собеседника из-под козырька своей кепки.

– Давай, – подтвердил мальчишка и протянул руку. – А на что спорим?

– Играем на наших условиях, – ответил Миша. – Если мы выиграем, то завтра опять играем на наших условиях. Если проиграем, то в следующий раз условия будут твоими, идет?

– Идет! – ответил парень с торчащими в разные стороны волосами.

– Эй, а чего это ты за нас всех решаешь? – раздался голос из толпы, который принадлежал долговязому мальчишке. – Миша из двадцать восьмой с Мишей Панком уже все решили, а я, может, тоже хочу поохотиться. Или жребий, как обычно, или я тоже буду охотником!

– Не гони пургу, – огрызнулся парень, которого назвали Мишей Панком. – Если мы выиграем, то я тебе обещаю, что ты до самого конца будешь со мной в команде охотников!

– Ну ладно, – растерянно протянул долговязый, – тогда согласен.

– Итак, повторим условия, – вновь обратился ко всем Миша. – Если ровно в восемь часов хоть один заяц будет на свободе, то мы проиграли. Если нет – победа на нашей стороне. И значит, завтра мы будем вновь играть по нашим правилам. Приступаем?

– Мы готовы, засекай минуту! Погнали!

Толпа тут же с визгом и криками рванула в арку, ведущую обратно к Днепровскому переулку. Миша переглянулся с Лешей и Димой. Выждав паузу, Лешка засмеялся:

– Как же ты их ловко, а? А я все думал, как мы их будем уговаривать разделиться. Думал, неужели придется бросать жребий и секретничать с этими рациями до самого конца.

– Секретничать все равно придется, – возразил Дима. – Когда будут появляться новые охотники из пойманных зайцев, лишь кто-то один из нас должен будет отлучаться для связи, чтобы остальные ничего не заподозрили.

– Это понятно, – все еще смеясь, ответил Лешка. – И все же здорово он их, да?

– Я знал, что Миша Панк поведется, его всегда легко спровоцировать. Кстати, кто-нибудь отсчитывает минуту?

– Да какая разница, – махнул рукой Лешка, – мы свободно можем дать им фору и в две минуты.

– Сейчас семь часов и пять минут, – сухо произнес Дима, глядя на свои часы. – Секундная стрелка только начала свой круг. В шесть минут выдвигаемся.

– Согласен, – ответил Лешка.

– Нет, – возразил Миша. – Вы выходите вперед, а я остаюсь здесь с рацией, связываюсь с соколом и узнаю, в какие арки и парадные они забежали. Вы стоите на шухере, чтобы я не спалился. Как только я закончу сеанс, то сразу же выхожу к вам и сообщаю все, что узнал. Тут мы и выходим по-настоящему на охоту.

– Голова, – усмехнулся Леша. – Отличный план!

Проболтав еще около минуты, ребята решили действовать строго по плану. Леша с Димой аккуратно выдвинулись сквозь арки к Днепровскому переулку и стали внимательно озираться по сторонам в надежде увидеть зайцев. Тем временем Миша аккуратно достал рацию, запитал ее и, щелкнув тумблером на «вызов», стал повторять:

– Сокол, Сокол, вызывает Детектив, ответь. Прием.

Щелчок тумблером обратно, и тишина. Миша старательно выжидал, но так и не услышав ответа, повторил свой вызов:

– Сокол, ответь, это Детектив, прием.

Так повторилось несколько раз, прежде чем рация Миши наконец-то зашипела и выдала:

– Слушаю тебя, Детектив, прием.

Миша облегченно вздохнул и сразу же спросил:

– Ну наконец-то, где пропадали? Прием.

Почти сразу же после переключения тумблера в рации раздалось:

– Сначала следили, а потом искали безопасное место. Сейчас стоим в парадной дома возле детской площадки. Смотрим в окно и продолжаем наблюдать. Прием.

– Отлично, – зашипел в рацию Миша, – а теперь рассказывайте, кого удалось засечь? Прием.

Щелчок тумблера, и снова голос в динамике:

– Несколько парней свернули прямо в соседнюю арку за вами, еще несколько в арке напротив того дома, где мы сейчас стоим. Двое побежали до конца Днепровского и свернули влево по Академическому переулку. Две девочки вышли во дворы, из которых мы с вами пришли. Вроде все, прием.

– Отлично, оставайтесь на связи, я побежал! Прием! – сказал в рацию Миша, и, аккуратно убрав ее обратно в портфель, выбежал из двора в арку. Из соседней арки ему уже махал рукой Лешка. Когда Миша подбежал ближе, Леша с довольной улыбкой сообщил:

– Я все слышал, связь просто прекрасная! За счет того, здесь почти нет преград, а девчонки догадались забежать в парадную и подняться чуть выше, ловит как в чистом поле!

– Круто, – выдохнул Миша, – но не стоило рисковать. Зачем ты доставал рацию, стоя почти на самом краю у переулка? Сам же переживал, что нас могут спалить раньше времени.

– Ничего страшного, – ответил Леша, – я попросил Димку прикрыть меня, он смотрел по сторонам за двоих. Куда будем выдвигаться, парни?

– Ну… – протянул Миша. – Те, что выскочили на улицы, могут бегать кругами до бесконечности. На линии они заметят нас издалека, и у нас не будет преимущества. Даже Димка их не сможет догнать. Давай попробуем зайти в арку, которая напротив девчонок, заодно и им рукой помашем, поздороваемся! К тому же из арки нет выхода, она контачит лишь с соседней аркой, если мы разделимся и зайдем с разных сторон, то у них нет шанса.

– Вообще-то, там есть выход, – вставил Дима, – через парадную на линию. Ты что, забыл?

– Да я уверен, что они не знают, – проговорил Мишка, натянув кепку на глаза. – Погнали, они там как килька в банке.

Согласившись с Мишиными доводами, ребята выскочили из арки в переулок и смело двинулись по нему в сторону набережной. Неспешно и размеренно дойдя до детской площадки, о которой говорила Таня, ребята встали в кружочек и начали оглядываться. В этой части переулка на проводах висел фонарь, а света из соседних окон падало чуть больше, поэтому парни очень быстро обнаружили здание, в котором были девчонки. Маша и Таня стояли у окна и активно махали им руками. Не удержавшись, Миша помахал им в ответ.

– Ты чего делаешь? – заволновался Лешка. – Спалишь нас и наших шпионов.

– Да никто ничего не поймет, даже если увидит, – ответил уверенно Миша. – Мало ли кому я могу махать рукой. Ну что? Вы готовы? Давай, Димка, ты заходи с соседнего двора, а мы с Лешкой пойдем отсюда.

– Погнали, – сказал Димка и сразу же помчался к соседней арке. Леша и Миша, переглянувшись, неспешно, с каким-то волчьим оскалом, двинулись в глубину двора. Их силуэты тут же растаяли во мраке. В самом сердце двора прорисовывались очертания старого «Москвича», за которым Миша заметил какое-то движение. Резко схватив Лешку за руку, Миша посмотрел на него и, приблизившись так, чтобы его было видно, приложил палец к своим губам, жестом прося о тишине. А затем указал пальцем в сторону «Москвича». Леша молча кивнул и начал аккуратно идти вдоль стены дома, заходя слева от старого автомобиля. Миша, выждав несколько секунд и оставив пустое пространство для побега жертвы в соседнюю арку тихо произнес:

– Там за машиной кто-то есть… я сейчас посмотрю.

В ту же секунду за автомобилем раздались шаркающие звуки, и в сторону соседней арки выбежал мальчишка. Миша сорвался с места, но вместо того, чтобы попытаться догнать свою жертву, он сдвинулся ближе к стене дома, чтобы перекрыть возможность зайцу выбежать назад в переулок. Загнанный в угол, мальчишка, не раздумывая, со всех сил рванул в соседнюю арку. И уже через секунду оттуда послышался глухой удар, как если бы он во что-то врезался. И через мгновение Ребята услышали голос Димы:

– Раз, два, три, готово!

Немного погодя, из темноты арки вышел Дима с пойманным беглецом. Леша взглянул на них и произнес почти шепотом:

– Отличная работа! Капкан сработал, как механизм в швейцарских часах!

Миша, тут же метнувшись в темную сторону двора, прижался к стене и показал пальцем в сторону парадной за автомобилем. Аккуратно двигаясь в сторону старых деревянных дверей, он едва слышно проговорил:

– Продолжайте говорить!

Леша и Дима, поняв его план, кивнули головами. Затем Леша подошел ближе к пойманному зайцу произнес нарочито громко:

– Ну что, теперь ты тоже охотник, рассказывай, в какой арке сидят твои дружбаны?

– А я лучше буду на других охотиться, чем своих сдавать, – искренне проговорил мальчишка.

Тем временем Миша под покровом полной темноты незаметно подкрался к деревянной двери. Аккуратно приоткрыв ее, он скользнул во мрак парадной. На лестничной площадке было темно. По всей видимости, лампочка была разбита. Все так же аккуратно шагая в темноте, словно лис, он начал подниматься по лестнице. Подходя ко второму лестничному пролету, Миша услышал шепот:

– А где третий?

– Какой третий? Их всего двое было, я видел, когда они зашли.

– Да нет же, этот высокий из соседней арки выскочил, они всегда втроем загоняют, я тебе точно говорю!

Незаметно подкравшись к спинам двух парней, которые увлеченно пытались рассмотреть происходящее в окне, Миша понял: сейчас или никогда! Прыгнув с места им на шеи и зажав руки в замок, он начал громко выговаривать:

– Раз!

– Вот черт бы тебя!

– Два! Три! Добро пожаловать на охоту.

– Ты с ума сошел? – произнес один из мальчишек. – Я чуть в портки не наложил!

– Все ради победы, – произнес Миша, вновь поправляя козырек своей кепки. – Это девиз профессионалов!

– Ух! – выдохнул второй мальчишка. – Это и правда было очень неожиданно. Я не слышал ни одного шага, пока ты подкрадывался сзади!

Явно удовлетворенный результатом, Миша еще раз улыбнулся в темноте и начал спускаться обратно. Ребята, стоявшие у окна, последовали за ним. На улице их уже ждали ухмыляющиеся Дима и Лешка.

– Ну что? – решительно спросил Дима. – Кажется, теперь дело за малым. Заполучив самых юрких игроков в свою команду, теперь мы и правда в двух шагах от победы. Кстати, а где Миша Панк? Вы видели, в какую сторону он побежал?

– Да, – нерешительно промолвил один из пойманных, – в сторону Седьмой. Он собирался бегать кругами, чтобы к нему нельзя было неожиданно подобраться.

– Черт! – низко и нарочито грубо произнес Миша. – Я так и думал. Панк хитер. Давайте вот что, вы вылавливайте остальных по наводке Соколов, а я побегу за девчонками. Разделившись, мы точно успеем сделать все в срок!

– Каких еще соколов? – удивленно спросил один из пойманных парнишек.

– Да так, – грубо ответил ему Леша, бросив на Мишу недовольный знак, – у нас есть своя научная методология по поиску зайцев. И в ней есть свои секретные термины. Но вам об этом знать ни к чему. Давайте приступим к делу.

– Значит, ты за девчонками, – подытожил Дима – думаю, ты там один справишься. А мы всей толпой на поимку остальных. Если понадобится встретиться, то появляемся в переулке, договор?

– Договор, – согласился Мишка. – Я побежал.

Выскочив из темного двора обратно в переулок под фонарь, Миша еще раз взглянул в окно, в котором должны были находиться Таня и Маша, но их там уже не было. «Наверное, вышли выслеживать остальных», – подумал Миша и легкой трусцой побежал в начало переулка, где по наводке должны были укрываться девочки. Добежав до поворота с переулка на Седьмую линию, вблизи от того самого двора, в который было необходимо свернуть, Миша резко остановился, услышав звук разбивающейся бутылки и до боли знакомый голос, доносившийся из-за поворота:

– На! Видал?

– Бобер, да ты в натуре зверь!

– Давай кого-нибудь из этих чмоней найдем и повеселимся от души!

– Да как нефиг делать! Я любого из них уложу!

Сердце Миши заколотилось. В джунглях на каждого хищника найдется зверь поопаснее. Подобная метафора помогала немного успокоиться и обмануть самого себя. «Я не боюсь, просто сейчас лучше спрятаться, иначе игра будет испорчена». Но в глубине души Миша знал, что он боится. Еще как боится. Услышав приближающиеся из-за угла шаги, он изо всех сил побежал назад. Добежав до первой арки, он тут же нырнул в нее и, лишь оказавшись во дворе, понял, что сделал. Тупик с красной башней. Ничего страшного, прятаться он умел не хуже, чем охотиться. Проскочив без шума во вторую арку и выбежав во двор к красной башне, Миша остановился. Подумав секунду, он ринулся к башне и спрятался за ней. Башня стояла вплотную к небольшой одноэтажной пристройке. Справа от нее находились две двери. Одна из них вела в жилой подъезд дома. Другая, новая стальная дверь была на кодовом механическом замке с десятью цифрами, код от которой никто даже не пробовал подобрать.

«Может, спрятаться за дверью в жилом подъезде? А что, если они решат проверить подъезд? Глупость… Они слишком тупые, они даже до этого двора не дойдут», – подумал он, но тут же услышал какое-то странное шорканье в соседнем дворе. Сердце Миши сжалось еще сильнее, и он кинулся к двери с кодовым замком, затаив дыхание. «Какой код? Быстрее, быстрее, они уже почти здесь». В полной темноте он начал аккуратно нажимать каждую из стальных кнопок наугад, пока вдруг не заметил, что одна из них легко продавливается, словно на нее уже нажимали сотни раз. Быстро найдя еще две кнопки, которые так же легко продавливались, Миша нажал на них одновременно. Механический замок щелкнул. Миша тут же потянул тяжелую стальную дверь на себя и пролез в образовавшуюся щель. Аккуратно закрыв за собой дверь, Миша замер в кромешной темноте неизвестного помещения и прислушался.

– Нет здесь никого, – донеслось издалека, после чего отголоски голосов, которые было уже не разобрать, прозвучали в соседней арке.

«Значит, ушли», – подумал Миша, но на всякий случай решил выждать еще минуту. Мысленно досчитав до шестидесяти, он оглянулся в темноту – абсолютное темное и мрачное помещение, в котором пахнет сыростью. «Наверняка какая-нибудь котельная или что-то вроде того», – подумал Миша и начал ощупывать замок в поисках нужной щеколды. Щеколда нашлась очень быстро, потянув ее на себя, Миша открыл тяжелую дверь и выскользнул наружу. Облокотившись спиной о стенку, он задрал голову, громко выдохнул с чувством облегчения и начал сползать по стенке вниз, пока не приземлился на пятую точку. И тут его взгляд совершенно случайно зацепился за цифры, нарисованные белом мелом на красных кирпичах башни. В темноте двора их было сложно различить, однако небольшое количество света, падавшего от окон, позволяло их увидеть. Верхняя часть красной башни именно со стороны, прижатой к зданию, была вся исписана какими-то цифрами. Далеко не все из них можно было разглядеть, но нередко на них попадалось число тридцать семь. Так же, судя по двоеточию, разделявшему двухзначные числа, некоторые записи можно было трактовать как точное время. Странно. Раньше он никогда не замечал этих цифр на башне. Хотя оно и понятно, он всегда видел башню со двора и никогда не пытался взглянуть на нее со стороны дома или подъезда. Да и если бы он туда случайно заглянул, вряд ли бы додумался поднять голову, чтобы обнаружить что-то необычное на этом и без того странном сооружении. По всей видимости, никто из других парней не замечал эти цифры на башне по той же причине. «Надо будет обязательно рассказать своим ребятам». Эта маленькая тайна пополнит их список секретных данных об этих дворах.

– Вот черт! – вскрикнул Мишка, ударив себя ладошкой по лбу. Тут же он снял с себя портфель и достал из него рацию. Включив ее, и щелкнув тумблером, он начал повторять:

– Кто-нибудь, кто на связи, это Детектив, во дворах Бобер, прием.

Щелчок тумблера, и тишина, лишь равномерное шипение. Подождав еще несколько секунд, Миша продолжил:

– Кто-нибудь, Сокол, ты слышишь меня? Ответь, экстренная ситуация, прием!

Опять щелчок тумблером и равномерный белый шум. Ни одного вздрагивания или изменения тона, который иногда случается слышать перед подходящим сигналом.

– Во дворе хулиганы, – продолжил Миша. – Кто-нибудь меня слышит? Они ищут себе жертву! Прием!

Опять тишина. Миша взглянул на свои наручные часы. В темноте не было видно их циферблата.

– Черт, – выругался Миша и подошел к центру двора так, чтобы свет от одного из окон падал на него. На часах было ровно семь часов вечера и двадцать пять минут.

– Что же делать, что делать, – пробубнил едва слышно Миша, затем его взор упал на стальную лестницу, которая поднималась прямо к крыше здания по стене без окон и имела небольшую площадку посередине. Но начиналась эта лестница с крыши той самой пристройки, в которой он только что был. «А что, – подумал Миша, – это неплохая идея. Если я смогу забраться на крышу этой пристройки, то смогу немного подняться по лестнице вверх, хотя бы на один этаж, и уже оттуда попробовать еще раз связаться с ребятами. Однако слишком опасно, да и лестница эта живет явно не первый десяток лет. Сначала попробую выбраться поближе к переулку, если даже там не словит, значит ребята не на своих позициях и отошли вглубь дворов. Вероятно, тогда уже нужно будет попробовать план с лестницей».

Воодушевленный идеей, Миша выбежал в соседний двор, который граничил с переулком. А аккуратно выглянув из-за стены в арку и убедившись, что никого поблизости нет, он решил приблизиться к самому краю. Медленно пробираясь вдоль стены арки, чтобы оставаться при этом в темноте, Миша наконец-то подполз к самому краю и выглянул в переулок. В самом конце Днепровского, со стороны Академического переулка ему навстречу шагал силуэт взрослого мужчины. Больше ни с одной, ни с другой стороны переулка никого не было видно. Убравшись обратно в тень, Миша достал рацию из-за пазухи и еще раз попытался связаться с друзьями:

– Кто-нибудь, экстренная ситуация, хоть кто-нибудь меня слышит? Прием!

Щелчок тумблера обратно в режим приема – и тишина.

Подождав несколько секунд, Миша решил попробовать еще раз, но после очередной неудачи решил вернуться к плану с лестницей. Убрав рацию из-за пазухи обратно в портфель, он накинул ранец на плечо и побежал обратно во двор с красной башней. Подойдя ближе, он внимательно осмотрел пристройку возле башни со всех сторон. Лестница, начинавшаяся на крыше, имела удобную площадку между пролетами, на которой он мог бы разместиться с рацией. Но как туда забраться? Осмотрев все кругом, Миша вдруг заметил водосточную трубу, которая шла как раз вдоль этой пристройки и поднималась выше. Плохая идея – лезть по водосточной трубе: она обязательно оторвется в самый неподходящий момент. Однако проползти нужно всего лишь один этаж, а там до крыши пристройки рукой подать. Взвесив все за и против, Миша кинулся к трубе. В самом низу она оказалась весьма прочной, а вот уже на третьей секции, возле крыши, сильно шаталась. Используя ее крепления к стене как ступени, Миша поднялся чуть выше крыши и аккуратно потянулся к ней ногой. «Лишь бы не упасть, – подумал он, – насмерть здесь, конечно, не разобьешься, а вот сломать себе что-нибудь вполне можно». Зацепившись одной ногой за крышу пристройки, он стал постепенно переносить вес своего тела с трубы. Медленно, опираясь руками о старую стену здания, с которого кусками отваливалась штукатурка, он все ближе и ближе подбирался к крыше. Наконец, когда он почувствовал, что твердо стоит ногой на крыше, он окончательно оттолкнулся от здания и приземлился на оцинкованные листы крыши, которые тут же загудели под ним. Не теряя не секунды, он дошел по крыше до лестницы и тут же взобрался по ней на площадку. Расположившись там, Миша достал рацию из рюкзака и вновь попытался связаться с друзьями:

– Соколы, Пушка, Попов, кто-нибудь меня слышит? Во дворах Бобер с друзьями. Прием!

Щелчок тумблера в режим приема – и вновь тишина. Подождав еще секунду, Миша вдруг заметил, что рация начала издавать продолговатые завывания. «Ура, что-то ловится!» Он тут же поднялся и начал разворачиваться во все стороны, пытаясь «нащупать» антенной невидимые сигналы связи. Шумы, завывания, но заветных слов так и не раздавалось. Вспомнив про второй канал, Миша попробовал переключиться и, сделав это, произнес еще раз:

– Кто-нибудь! Экстренная ситуация: во дворах хулиганы! Вы меня слышите?

Щелчок тумблера на «прием». Секунды тишины, за которой последовали шипение, завывания и обрывки мужского голоса. «Ура, победа! Голос – это, наверное, Дима». Повертевшись с рацией еще немного, Миша решил залезть по лестнице выше. Держа в одной руке рацию, он поднялся еще на один этаж, и вдруг по рации зазвучал голос, сильно перебиваемый шипением:

– Малый проспект и угол Пятой линии…

«Что это? Кто-то шутит? Не похоже. Ребята на углу Пятой и Малого? Почему так далеко? Это невозможно. Да и что они говорят? Почему не ответили, что слышат меня, или что-нибудь еще?». Миша замер, повиснув на лестнице. Совершенно ошеломленный, он никак не мог понять, что нужно делать. Провисев так почти минуту, мальчик вздрогнул, когда его рация вновь зашипела и в эфире прозвучало:

– Угол Пятой линии и Среднего проспекта.

Чужой голос. Абсолютно чужой и незнакомый. Низкий мужской голос с какой-то едва уловимой неприятной хрипотцой. «Может, я поймал эфир радио? – подумал Миша. – Или, может быть, даже телевизора? Такое вообще возможно? Жаль, нет Лешки рядом, он бы точно объяснил…» Но если даже это возможно, зачем тогда по радио или уж тем более по телевизору называли бы улицы его родного района? Там обычно говорят о важных новостях, о политике. Нет, что-то здесь не то. Внутри мальчика все сжалось в предчувствии чего-то нехорошего. «Да нет, какая-то глупость, чего мне бояться?» – подумал Миша и тут же вздрогнул. Сигнал был намного четче и почти без помех.

– Угол Пятой линии и Большого проспекта.

Совсем рядом. Это что? Транспорт какой-то? Трамвай или автобус? Но Миша ни разу не слышал ни в одном из автобусов или трамваев, в которых ему доводилось ездить, чтобы так объявляли станции или остановки. Такое было только в метро. Да и нет никаких остановок на углах по указанному адресу. Рука, которой Миша держался за лестницу, начала неметь. Немного поразмыслив, Миша все же решил спуститься обратно на площадку. Пока он спускался, поймал себя на мысли, что ему и правда почему-то страшно. «Что за вздор? – поругал он себя мысленно. – Чего я боюсь, в конце концов, как какая-то малолетка?»

– Угол Большого и Седьмой линии.

Миша вздрогнул от неожиданности и рефлекторно прижался к стене здания. Его сердце бешено заколотилось. «Вот черт, совсем рядом, буквально за углом…»

– Днепровский переулок, дом два. Новиков Николай Алексеевич.

Миша вжался в стенку изо всех сил, присел на корточки и выключил рацию. Паника овладела мальчиком. Из арок донесся едва уловимый звук мотора, принадлежавшего не то грузовику, не то автобусу. Натянув кепку до самого носа, Миша съежился еще сильнее. В руках он сжимал выключенную рацию, молясь о том, чтобы этот ужас закончился. В его голове не было ни одной мысли, которая могла бы объяснить происходящее, лишь звон и четкое ощущение, что он стал свидетелем чего-то по-настоящему ужасного. Вскоре до него донесся звук ревущего мотора, который начал быстро удаляться и спустя пару-тройку секунд пропал. Ошеломленный Миша все еще сидел, прижавшись спиной к стене. Только через несколько минут ему стало легче.

Что это было? Почему ему страшно? Кто это? Зачем эти объявления улиц? Почему Миша поймал их на рацию? Все эти вопросы разом зазвучали в его голове. Переведя дыхание, юноша снял кепку и посмотрел наверх. Серое, занавешенное облаками небо и едва заметная за мутной пеленой луна. Все как обычно. Еще несколько минут Миша обессиленно сидел и просто смотрел в небо. Его потерянность нарушил звук быстрых шагов, доносившийся из арки. Немного придя в себя, Миша наклонился в сторону двора в ожидании гостя. Через несколько секунд во дворе появился Димка. Немного осмотревшись, он громко произнес:

– Миха, ты здесь?

– Тут, – как-то отрешенно и утомленно произнес Миша.

– Где тут? – переспросил Дима. – Ты за башней?

– Нет, я наверху.

Дима удивленно поднял голову наверх. Расположившись на лестничной площадке, где-то на высоте между вторым и третьим этажом, ему устало помахал Мишка.

– Ты с ума сошел? Ты знаешь, что мы уже всех поймали? Что случилось? Как ты вообще туда забрался?

– Забрался..? – растерянно проговорил Миша. – По водосточной трубе. Кое-что и правда случилось. Я пытался с вами связаться, но никак не мог поймать ваш сигнал. Зато поймал кое-что другое.

– Что?

– Я не знаю…

– Что за бред? – отмахнувшись произнес Дима. – Давай слезай оттуда. Мы тебя так давно ищем. Девчонок поймали, но они сказали, что даже не видели тебя. Я уже начал думать, что случилось что-то дурное…

Миша аккуратно начал спускаться по лестнице. После чего, проползя по крыше, уцепился за водосточную трубу и начал спускаться вниз.

– Да как ты вообще по ней влез? – удивленно спросил Дима. – И самое главное, зачем?

Пока Мишка спускался по трубе, во двор забежал Лешка и, переведя дух, выдал:

– Ты здесь, оболтус? Я же говорил, что с ним ничего не случилось. Что с ним может случиться во дворах?

– Вы что, ничего не слышали? – удивленно переспросил Миша, спрыгнув с трубы и принявшись отряхивать свои брюки.

– А что мы должны были услышать? – удивленно переспросил Лешка.

– Он говорит, что вызывал нас, – ответил на вопрос Дима.

– А ну-ка, дай-ка сюда свою рацию, – произнес Лешка и бесцеремонно развернул своего друга к себе спиной, доставая заветную рацию из его рюкзака. – Ну, так и есть. Канал переключен. Я так и знал, что кто-нибудь это сделает и забудет переключиться назад. Но если честно, то я думал, что это будут девчонки, а не ты.

Лешка переключил канал, после чего, запитав рацию, щелкнул тумблером на «вызов» и произнес:

– Тань, мы нашли его, все хорошо, можете сниматься. Ждите нас у метро, мы скоро туда подойдем, там и отдашь рацию. Главное, не спалитесь! И не забудь выключить рацию. Отбой!

Щелкнув рацией обратно на «прием», Лешка уставился на Мишку, впервые обратив внимание на то, что его друг побелел от страха. Рация вдруг зашипела и завыла, после чего выдала:

– Поняла. Отбой.

Переглянувшись с Димой, Леша удивленно уставился на Мишу и спросил:

– Да что с тобой? На тебе лица нет!

– В общем, – выдохнул Мишка, – все началось с того, что я услышал голос Бобра и его приятелей за углом. Они били бутылки и сворачивали в переулок с Седьмой линии.

– Бобер? – удивленно переспросил Лешка с улыбкой. – Он что, тоже поиграть захотел?

– Не прикидывайся дураком! – перебил его Мишка. – Ты все прекрасно понимаешь. Судя по их крикам и обрывкам фраз, они искали нашу компанию и очевидно не для того, чтобы поиграть с нами.

– Бобер – это плохо, – серьезно произнес Дима, – однако мы никого не видели. Вероятно, никого не найдя, он уже давно ушел из этих дворов.

– Это было только начало, – многозначительно продолжил Миша. – Я сразу же забежал сюда и попытался с вами связаться. Но сигнала не было, и все. Я даже выбежал в переулок, но безрезультатно. Тогда я решил забраться на эту лестницу.

– Ты что, был там наверху? – удивленно переспросил Леха.

– Ага, когда я зашел во двор, он сидел вон на той площадке, – указал пальцем вверх Дима.

– Ну ты и скалолаз, – опять широко улыбнувшись, произнес Лешка. – План слишком хитер и опасен, не могу поверить, что ты туда забрался.

– Именно там я переключился на второй канал, – продолжил Мишка, – и именно тогда я поймал тот сигнал. Сначала я подумал, что это было радио или телевидение.

– Какой сигнал? – не переставая улыбаться, произнес Леша.

– Очень странный. Голос называл улицу: сначала Малый проспект, потом Средний… Честно признаться, пока я размышлял, что это было, он опять появился в эфире и назвал сначала Большой проспект и угол Седьмой линии, а потом и Днепровский переулок. А потом чью-то фамилию. Я очень испугался. Не знаю, чего именно, но это было очень странно, понимаешь? Эта штука называла адрес за адресом все ближе и ближе, пока не назвала Днепровский переулок, да кто вообще сюда заезжает? А кто будет называть фамилию? А потом я услышал еще и гул мотора.

– Что за фигня? – спросил Леша. Лицо его вновь приобрело редкие черты серьезности и вдумчивости.

– Да вот и я о том. Он гудел тут прямо под аркой, а потом резко дал по газам и ушел куда-то вдаль, судя по звуку, в сторону набережной.

– Это невозможно, – перебил его Дима – мы бы его увидели, ну или хотя бы услышали. Мы неоднократно перебегали переулок и никого кроме прохожего не видели.

– Вот, точно, прохожий! Я тоже его видел, в самом начале, когда еще пытался с вами связаться, – взволнованно произнес Миша.

В этот момент в арке зазвучали голоса. Шумная компания, по всей видимости, состоящая из ребят, участвовавших в игре, возвращалась во двор с красной башней.

– Ладно, – резко засуетился Лешка, пряча рацию, – потом договорим.