– А вы знаете что-нибудь о бабе Нюре?

– Ну слышала, да, что она сильная была. Наверное, может, и самая сильная из всех, что в Осиново были. Ее и свои побаивались.

– А что именно вы слышали?

– Слышала то же, что и все слышали. Что могла всякое начудить, что умирала плохо.

– А что именно вы слышали про ее смерть?

– Ну долго ее хоронили, все никак не умирала. Потом и дочка ее приехала, и родня собиралась.

– А какие-то подробности о том, как она плохо умирала, вы не слышали?

– Да ничего такого, кто-то даже говорил, что она мертвая вставала, но я думаю, они уж приукрасили сильно. Но что-то там явно у них творилось.

– А слышали ли вы что-нибудь о том, что к ней перед смертью птица прилетала?

– Нет, но такое часто бывает. Есть поверье, что в дом перед смертью будут птички прилетать и в окошко стучать.

– А что именно за птицы?

– Да любые, синичка там или сорока. Бывало так, вот болеет кто тяжко и если в окошко птичка постучит, то, значит, кто-то скоро умрет. Такое вот поверье было.

– А можете вы какой-нибудь случай, с бабой Нюрой связанный, рассказать?

– Не знаю ничего такого. Забыла уже, что-то говорили, но я тогда молодая была, мне это неинтересно было. Вот и не запомнилось.

– А где именно был ее дом?

– А его нет сейчас, он в центре деревни у тропинки стоял, а потом его на дрова разобрали. Знаю только, что у Людки, подруги детства моего, была веранда сложена из досок, которые с дома бабы Нюры сняты. И у них потом нехорошо там было. Шумело, спать не давало.

– Расскажите подробнее, что именно там шумело?

– Я помню, что она рассказывала, я сама у них на веранде и не была никогда. Отец ее сложил ту веранду, он неместный был, поэтому и не верил во всякое и не побоялся. Насобирал досок, да и покрыл веранду, к дому пристроенную. А потом они спать не могли, все кто-то шумел у них там.

– Они просто слышали, как кто-то шумит на веранде, и все?

– Да не только. Кого-то из ее родни душили ночью. И такое было.

– Давайте попробуем восстановить события по порядку. Что было самым первым, о чем вы услышали от своей подруги?

– Ну сначала они там еще и не ночевали даже, потому что не закрыто еще до конца все было. Это вот я помню, и помню, что рассказывала она мне, как-то сильно так шумит у них на веранде. И звуки все такие, словно мужики там хриплые пьют водку и дерутся.

– Даже так?

– Ну да, они, видимо, чуть ли не каждую ночь вставали, ходили смотреть, что там такое происходит. А ничего ведь и не было. Тишина да гладь. Долго такое повторялось, они, наверное, потом и привыкли уже, да не особо внимание и обращали. А потом, видимо, когда ночевать уже стали там, в летнее-то время… Вот тогда и душить стали.

– Кого?

– Да вот не помню, но точно не ее. То ли матушку ее, то ли кто из родни у них в доме тогда гостил, но проснулись от того, что напали, так за горло схватили, что и следы на шее были, так говорили.

– И что же было дальше?

– Да ничего, они, ясное дело, в избу ушли. А наутро, когда начали все рассматривать, то на веранде следы были.

– Чьи следы?

– Следы копыт. И на полу, и на стенах, и на потолке даже. Вот так! Что хочешь, то и думай. Следы все грязные, как с лужи кто пришел и топтаться начал. И белье постельное все испорчено было.

– И как они поступили?

– Да никак. Белье выкинули, а на веранде больше не ночевали. Вот и все.

– Они не стали обращаться ни к кому за помощью?

– А к кому?

– К какой-нибудь бабушке или какому-нибудь дедушке, которые могли бы помочь в таком вопросе.

– А тогда уже не было никого в нашей деревне, все уже померли, кто знал что-то или мог. Никого не осталось.

– Значит, больше в той веранде с тех пор ничего не случалось?

– Нет, ничего такого она больше не говорила. Или, может, и говорила, да я не помню теперь.

– Эта веранда до сих пор стоит у ее дома?

– Нет, она еще тогда и сгорела.

– Сгорела?

– Ну да, подожгли они сами ее или случайно она запалилась, кто теперь знает. Но оно, может, и к лучшему. Нечего было и брать от того дома ни доски, ни гвоздя. Еще и додумались в дом приволочь. Вот и прихватили с собой.

– Как вы считаете, это были черти?

– Ну конечно, а кто еще? Тем более что у бабы Нюры этой водилось. Это все знали. У нее так изба шаталась, что страшно было. И днем боялись к ней прийти.

– У бабы Нюры шатался дом?

– Ну это я маленькая когда была, все так говорили. Я сама не видела, мимо избы ее бегом пробегала и перекрестившись. А кто постарше из нашей компании был, все рассказывали, что иной раз идешь мимо избы, а там и двери хлопать начинают, и окна звенят, и стены ходуном, словно целый полк у нее там в засаде.

– Может, что-то вспомните еще о ее доме или встрече с ней самой?

– Да вроде ничего такого и не было больше. Это единственное, а больше я и не слушала и не интересовалась таким. У нас другие раньше были забавы и увлечения.

Проклятый дом