Я посмотрел на экран и замер. На сей раз Анна сама инициировала видеосеанс, и теперь её изображение появилось на моём экране — вьющиеся тёмные волосы собраны в высокий хвост, глаза едва заметно подведены, как и губы. Облачена цесаревна была в красивое платье изумрудного цвета с плечами‑фонариками; зона декольте открыта очень скромно, что, впрочем, лишь придавало очаровательности её образу. На смугловатой коже лежал кулон оранжевого цвета.

— Ну чего вы не включаете видео, Александр Ярославович? — спросила она слегка ехидным тоном. — Позволю себе предположить: экстренно спрыгиваете с кровати и одеваетесь?

— Да нет, — спокойно ответил я. — Просто любуюсь вами. Буквально глаз не могу оторвать.

— Хм, — протянула она.

Что ж, уже прогресс — она не подумала, что я пошутил.

— Комплимент принимается, — проговорила Анна сдержанно, — И всё же, если вы не включите видео, я буду считать, что я права.

— Да пожалуйста, — усмехнулся я потянувшись к нужной кнопке. — Любуйтесь, раз уж вы настолько по мне соскучились.

Едва я появился на экране, как самодовольная полуулыбка, что была на лице Анны, вмиг исчезла.

Девушка напряглась, глядя то на меня, то на фон за спиной.

— Доспехи, какие используются скрытники… — быстро проговорила она. — И вы что, в броневике?

— Вы крайне наблюдательны, Анна Михайловна, — улыбнулся я. — А у вас очень очаровательное колье.

Она скосила взгляд, будто посмотрела в уголок экрана, где на её телефоне отображалось её изображение.

— Да, спасибо, что заметили, — проговорила она немного растерянно. — Это подарок от ваших предков моим. Только Пожарские могли позволить себе презентовать императорскому роду кулон со своим родовым цветом.

Я тихо усмехнулся. Что ж, Анна явно готовилась к сегодняшней встрече, но, в отличие от прошлого раза, первой звонить не стала. Хотя логично: тогда‑то она считала своим долгом лично меня отблагодарить, поэтому и позвонила. А сейчас, как истинная леди, не могла себе позволить звонить первой, даже если ей и очень хотелось.

Пожалуй, не стану подшучивать над девушкой на эту тему — она и так сильно разволновалась из‑за моего фона и внешнего вида.

К тому же сам я именно поэтому и не включал видеосвязь первым, хотя очень хотел её увидеть.

— Мне не хотелось бы лезть в дела другого рода. — подбирая слова, проговорила Анна. — Эм… Прошу прощения, личного дворянина, но сути, это не меняет — дела аристократа касаются только его. Так вот…

Я не сдержался и, широко улыбнувшись, перебил ее:

— Моя драгоценная цесаревна, если вы хотите что‑то у меня спросить — спрашивайте прямо. Разве я вам не говорил об этом? К чему нам излишние политесы?

Она недовольно поджала губы, а затем пробурчала:

— Хорошо. Тогда скажите, что у вас случилось? Вам нужна помощь? Я могу что‑то сделать?

С каждым ее вопросом я ощущал все больший и больший напор — она действительно хотела помочь, и не желала оставаться в стороне.

Я же не видел причин многое скрывать от Анны, потому ответил прямо:

— Сегодня ночью дворяне Инейские объявили мне войну.

— Что⁈ — прошипела Анна, и даже сквозь видеосвязь и разделяющее нас расстояние я почувствовал её гнев. — Как они посмели⁈ Целый дворянский род объявил войну личному дворянину⁈ Более того — потомку своих бывших господ⁈

Она яростно сжала кулаки.

Я же улыбнулся, отметив про себя, что девушка собирала информацию о моём роде, а теперь не скрывает этого от меня.

— Дело серьёзное, — произнесла Анна. — Напрямую вмешаться я не могу, но в моих силах свести вас с очень хорошими наёмниками. Более того, мы сможем договориться, чтобы они прибыли к вам уже сегодня. Насчёт оплаты я позабочусь.

Выдохнув, она уставилась на экран, а затем быстро добавила:

— Зная вашу принципиальность, я не хочу вас оскорбить тем, что лично заплачу за найм. Я просто могу предоставить вам беспроцентную ссуду на удобный для вас срок, и, когда придёт время, вы вернёте долг.

Она говорила чётко и размеренно, на ходу придумывая план помощи. Я аж заслушался — приятно, когда такая бесподобная девушка готова действовать ради тебя и твоих интересов.

— Спасибо, Анна, за ваше участие, — улыбнулся я. — Но вы поспешили с выводами. Инейские объявили мне войну ночью — это факт. Но другой факт в том, что к текущему моменту дворян Инейских больше не существует — остались лишь выжившие простолюдины.

Глаза девушки удивлённо расширились. Пару секунд она с таким видом смотрела в камеру, а затем снова подобралась, демонстрируя собранность и хладнокровие.

— Что ж, понятно, — проговорила она. — Бывшие дворяне Инейские явно недооценили вас. Как и многие другие, я полагаю, они смотрели на вас свысока, и теперь вас можно поздравить с возвращением бывшей недвижимости рода Пожарских, — полувопросительно‑полуутвердительно проговорила Анна.

— Всё верно, — кивнул я. — Приятно, что вы так хорошо разбираетесь в активах моих предков.

На секунду она подзависла, а её щёчки стали краснеть.

— Кхм, — кашлянула Анна, снова взяв себя в руки, уверенно продолжила: — Глупо скрывать, что я изучала варианты моей ответной помощи вам.

— Вы полагаете, вы мне что‑то должны? — улыбнулся я.

— Разумеется, — твёрдо произнесла цесаревна. — Вы дважды спасли жизнь Зинаиде Константиновне.

— Ну, за первый раз вы вместе с ней уже мне сполна заплатили, — напомнил я.

— А за второй ещё даже не начинали, — непоколебимо заявила Анна.

— Кстати, как она? — спросил я.

— Благодарю, всё в порядке. Зинаида Константиновна уже вернулась к тренировкам.

— Но пока сильно напрягаться ей не надо, — произнёс я строго.

— Да, я помню, — кивнула Анна. — Я слежу за тем, чтобы её тренировки были лёгкие.

— Значит, теперь ваша очередь за ней присматривать, — улыбнулся я.

— Приходится, — проговорила Анна.

— Но например в данный момент, пока вы заняты разговором со мной, она вполне может творить что‑то безумное — заметил я.

— Не может. В данный момент за ней приглядывает Лика. Я твёрдо приказала Зинаиде Константиновне на время её восстановления слушаться свою подчинённую, — Анна улыбнулась краешком губ и горделиво приподняла подбородок.

— Блестяще, — улыбнулся я. — Но я уже говорил, что помогал Зине, не ради награды, а потому что мы друзья.

— Очень благородно с вашей стороны, — проговорила Анна, — но у меня своё видение ситуации. Честь и воспитание велят мне вернуть долг. Кроме того… — она замялась, а затем выпалила: — Вы ведь спасли и мне жизнь! И за это я тоже вам обязана!

Она с жаром уставилась в экран.

— Разве я не говорил? — вздохнул я. — Что вы мне ничего не должны? Вашу жизнь я готов спасать хоть по три раза на дню — после каждого приёма пищи.

Анна замерла и снова начала краснеть, а затем отвернулась и пробурчала в сторону:

— Очень хочется надеяться, что мне не будет так часто грозить опасность.

Она замолчала, а затем, чуть помедлив, произнесла:

— Но… спасибо вам.

Я улыбнулся, любуясь её прелестным станом. Хотел бы я сейчас оказаться рядом с ней, почувствовать её тепло и аромат. Во время этого нашего разговора я внезапно понял, что довольно сильно соскучился по цесаревне.

Да уж… Давно забытое чувство… Мне кажется, в последний раз я испытывал его ещё в прошлой жизни, во время долгих походов и затяжных кампаний. Тогда далеко не каждый день удавалось связаться с домом… И вот в те моменты, когда я таки мог увидеть свою семью на экране монитора, сердце сжималось от приятной, но давящей тоски.

«Гребаный старый император!» — едва ли не вслух пробурчал я. К счастью сдержался.

Но, вероятно, мысль моя была настолько громкой, что Анна повернулась и удивлённо уставилась на меня с экрана телефона.

— Мне кажется, вы хотите что‑то сказать… — осторожно проговорила девушка.

— Да, всё так, — кивнул я. — Как вы понимаете, с приобретением новых земель хлопот у меня прибавилось. И ведь это только начало. Не знаю, в курсе вы или нет, но я собираюсь вернуть родовое гнездо Пожарских.

Анне потребовалось буквально полсекунды, чтобы осмыслить услышанное.

— Вы пойдёте в укоренившиеся Проклятые Земли⁈ — выпалила она.

— Уже не в первый раз, — улыбнулся я.

— Но… — начала было девушка, а затем, поджав губы, обречённо опустила голову.

Такая реакция меня удивила.

— Что не так? — спросил я.

— Честно говоря, хотела бы я пойти с вами… Но отец меня точно не отпустит, — она снова подняла глаза и, нарочито бодро, произнесла: — Но, полагаю, с вами сейчас довольно сильная команда?

— Неслабая, — согласился я. — Три представителя графских родов, один дважды одарённый Архимаг, несколько Магистров. Думаю, у местного Царя нет шансов.

— Царя⁈ — округлила глаза Анна. — Вы считаете, в этих Проклятых Землях господствует Царь?

— Я знаю это, — произнёс я твёрдо.

Она изумлённо хлопнула ресницами, а затем подорвалась со стула и, схватив телефон с подставки, начала ходить по своей комнате из стороны в сторону.

— Наверное, вы не осознаёте, что такое Царь, — пробормотала она. — Это же… это же…

Она всплеснула руками.

— Редко увидишь вас в таком взволнованном состоянии, — улыбнулся я.

— Потому что редко когда восемнадцатилетний юноша идёт рейдом на Царя! — воскликнула Анна. — Царь — монстр четвёртого ранга, вроде бы всего на одну ступень выше, чем Вожак, но это ступень размером с пропасть! Даже дважды одарённый Архимаг совершенно не факт, что сможет выстоять против такой твари один на один.

— Мой Архимаг не один, — заметил я.

— Да, верно… Но и у Царя впечатляющая свита! — Вы… вы… — она вновь начала запинаться, не в силах подобрать слова.

— Вы тоже недооцениваете меня? — спросил я ровно.

Царевна остановилась и прекратила метаться по комнате. Ну а я смотрел на неё и улыбался — она ведь всё чаще при мне показывает эмоции. Обычно сдержанная и холодная Анна, лишь рядом с близкими людьми позволяет себе открыться.

— Не говорите так, — тихо произнесла Анна. — Я знаю, на что вы способны. Верю в вашу силу. Просто немного растерялась, — она вздёрнула носик и добавила: — Даже у цесаревны бывает такое состояние.

Она снова деловито кашлянула и прошествовала на свое изначальное место. Усевшись в кресло и установив телефон на подставку, Анна произнесла:

— Что ж, оставим это в прошлом. Раз вы решили вернуть земли своих предков, вы их вернёте, а я… — она снова подвисла, видимо, вспомнила, на чём мы остановились, до того как я сказал про Царя.

Она очень хочет мне помочь, но в своих действиях крайне ограничена из‑за своего склочного папаши.

Проклятье! Из‑за него мы даже не можем просто пообщаться в любое время!

Такой расклад меня не устраивает.

Да и есть у меня уже одна хорошенькая заготовка…

— Послушайте, — заговорил я, и Анна внимательно уставилась на экран. — Ситуация такова, что вы не можете мне писать и звонить в другое время, кроме как в воскресенье с десяти до двенадцати утра, правильно?

Поджав губы, она молча кивнула.

— А еще вам нужно учиться и получать практику, а МАУД не работает…— закинул я удочку.

Она чуть нахмурилась:

— К чему вы ведёте?

— Я могу вам предоставить очень много интересной практики, — улыбнулся я.

Она нахмурилась ещё сильнее.

— Я не до конца понимаю вашу мысль, — проговорила она, — но в контексте выше сказанного… Неужели вы хотите предложить мне работу, связанную с вашими новыми землями?

Её взгляд стал предельно серьёзным.

— Именно так, — подтвердил я. — У меня есть управляющая, но она едва ли справляется с уже имеющимися активами. К тому же ей приходится заниматься имуществом моих соратников. С каждым днём работы у нее становится всё больше и больше, а помощников у неё нет.

— Вы хотите, чтобы я стала помощницей вашей управляющей? — гневно прошипела Анна.

— О нет, — поспешил я её успокоить. — Я думаю разделить зоны ответственности. Но в каких‑то смежных зонах вам все же придётся сотрудничать с ней.

Анна продолжила недовольно хмуриться:

— Вы должны понимать, Александр Ярославович, что подчиняться вашей управляющей я не буду.

— Я это понимаю, — кивнул я. — Я оставлю должностные инструкции. Но… — я поднял указательный палец, — Марина многое сделала для моего благосостояния, и поэтому я попрошу от вас уважительно относиться к ней и как минимум выслушивать её рекомендации.

— Приемлемо, — кивнула Анна. — Я сегодня же поговорю с отцом насчёт организации практики, но уже сейчас могу сказать, что мне придётся снова использовать фамилию Есипова.

— Конечно, — улыбнулся я. — Я ведь предлагаю эту практику старосте своей группы, а не цесаревне.

Она молча кивнула и вдруг погрустнела.

— Но боюсь, даже если отец согласится… Общаться с вами чаще не позволит. Как мы будем строить работу?

— Через моих помощников, — пожал я плечами.

Она задумалась, а затем решительно кивнула.

— Хорошо. А теперь насчёт оплаты… — начал было я, но Анна жёстко перебила меня:

— Оплата не нужна. Уверяю вас, работу я буду выполнять добросовестно и без оплаты. То, что вы сделали для меня, небольшой помощью по организации управленческого процесса на Родовых землях — не искупить.

Спорить тут с ней было бессмысленно — по ее серьезному выражению лица было понятно, что иным образом девушка договариваться не будет.

Ну и ладно — в итоге можно будет «оплатить» ей позже и не деньгами.

— Идёт, — кивнул я, — Но должен проговорить ещё один момент.

Серьёзным взглядом я посмотрел прямо в камеру. Анна подобралась и ощутимо напряглась.

— Внимательно слушаю, — проговорила она.

— Я искренне доверяю вам, — произнёс я.

В этот момент щёки девушки покраснели, но она не растеряла серьёзности лица.

Я же продолжил:

— Однако я прекрасно понимаю, из какой вы семьи и кто этой семье служит.

Анна уж было вскинулась, чтобы сказать мне что-то «приятное», однако сдержалась — должно быть, быстро поняла, что я имею в виду. Молча кивнув, она продолжая слушать.

— Служба безопасности вашего отца не должна быть в курсе дел в моём имении, — твердо произнес я. — Вы сможете это обеспечить?

Она хотела решительно кивнуть, но снова замерла. Несколько секунд девушка мучительно боролась сама с собой, а потом сдалась.

— Я не могу в полной мере гарантировать, что сохраню конфиденциальность, — честно произнесла она. — Даже если я договорюсь с отцом, и он выдаст распоряжение никому не лезть в это дело…

Она сжала кулаки и скрипнула зубами. Говорить вслух о том, что у императорской семьи проблемы с окружением, и далеко не всем во дворце можно доверять, царевна явно не хотела.

Я выдохнул и кивнул:

— Хорошо. В любом случае проговорите этот момент с отцом, обозначьте ему свою позицию и мою заодно.

Она тоже кивнула и явно хотела что-то сказать, но сдержалась.

Мне кажется, я прочитал незаданный вслух вопрос в её карих глазах. Анна — девушка умная и сейчас явно хотела предложить мне не давать ей дела, связанные с повышенной секретностью. Да, ей самой было бы обидно говорить такое вслух, но ради общего дела Анна бы смогла переступить через обиду.

Сейчас, когда она готова поступить ко мне на практику, управление моими землями явно становиться для нас делом общим.

И все же она промолчала, ведь здесь начинал действовать другой нюанс. Если она проговорит свое предложение вслух, и оно станет одним из условий нашего сотрудничества, то ей придётся упомянуть его в своём будущем разговоре с отцом. А значит — создать для окружения императорской семьи больший соблазн покопаться в моих делах. Грубо говоря, если те, кто следит за тобой, знают, что им показывают не всё — они будут искать скрытое.

А если вдруг они поверят, что перед ними открытая книга — то расслабятся и дальше уже не полезут.

— Ну тогда договорились, — произнёс я и добродушно улыбнулся. — Хотел бы я пожать вам руку, но нынешние технологии этого не позволяют.

Несколько секунд Анна обдумывала мои слова, а затем немного смущённо потянула ладошку к камере. Вскоре экран телефона стал чёрным. Я улыбнулся и сделал то же самое.

— Проблема в том, — сквозь чёрный экран донесся ее совершенно серьёзный голос, — что я не вижу, поняли ли вы мой жест.

Я усмехнулся и ответил:

— Будьте уверены — прекрасно понял. Только что мы с вами хлопнули в ладоши через камеры и экраны наших телефонов. Можете убирать ладошку.

Спустя несколько секунд я смотрел на её ещё более смущённое лицо. То и дело она отводила взгляд в сторону и, казалось, вот-вот выкрикнет что-то в духе: «Не смотрите!»

Однако её смущение вновь длилось недолго. Мгновенно переключаться Анна Михайловна научилась прекрасно. Хотя не стоит забывать, что обычно эти переключения ей не нужны, ибо когда дело не касается меня или Круга Змеевидцев, она как правило прекрасно держит лицо.

— Честно сказать, мне теперь не терпится приступить к делам. — произнесла она: — Я бы ещё с радостью поболтала с вами… Но мне хочется не просто разговаривать, а возвращать свой долг!

Я улыбнулся и произнёс:

— Будьте честны с собой, Анна Михайловна — вам просто хочется оказать мне помощь.

Она поджала губы, насупилась, но затем-таки кивнула и произнесла:

— Да. Из-за того, что вы так много для нас сделали, мне тоже хочется вам помочь, — она замолчала, а затем выдавила из себя: — быть вам полезной.

— Спасибо, я это ценю, — ответил я.

— До встречи, Александр, — быстро произнесла Анна. — Мне срочно нужно поговорить с отцом. Отправьте мне, пожалуйста, номер вашей управляющей для связи, чтобы обсудить передачу и разделение дел. Вы ведь сами… — она взяла небольшую паузу, но затем закончила мысль: — Вы ведь сейчас сами явно будете заняты другим?

— Да, всё верно. Номер скину. До встречи, Анна. Буду ждать от вас ответа.

— До встречи, Александр, — быстро произнесла она и положила трубку.

Я улыбнулся и расслабленно уставился в потолок броневика. Изначально я и не сомневался, что она согласится. И дело тут не в том, что управление Родовыми землями ей интересно — ведь это отчасти её профиль.

Дело в том, что это мои земли, и начать наводить порядок в моём доме… Разве она могла упустить такую возможность?

Теперь немного интересно, что на это скажет император… Если он сглупит и вдруг начнёт отказываться — полагаю, в ближайшие несколько дней жить ему станет намного сложнее. Анна уж точно постарается выбить из папаши согласие. Раз уж он отпустил её в логово молодых Змеевидцев под видом обычной дворянки, то и сейчас сто процентов напора не выдержит.

Пребывая в хорошем расположении духа, я снова взял телефон и набрал Бородина.

— На связи, Александр Ярославович, — практически сразу услышал я его уверенный голос.

— И тебе привет. Работа в ближайшее время добавится.

— Я не сомневался, — пробасил он. — Работы каждый день становится больше, а вот работников — нет.

— Ты же вроде недавно расширил свой штаб вдвое, — напомнил я.

— Ага, сначала нас было двое, теперь четверо. Сколько вокруг вас недоброжелателей? Сколько новых земель? Сколько новых заданий? Сколько потенциальных новичков на гражданские и военные службы? Четверых людей, чтобы закрыть все направления — мало. Не подумайте, я не жалуюсь, просто констатирую факт.

— Внезапно мы стали испытывать кадровый голод, — усмехнулся я. — Причём по всем фронтам.

— Ну, дважды одарённых у вас сейчас хватает для серьёзных рейдов, — заметил Бородин. — да и других ратников, особенно если учесть союзников, хватает, чтобы вести войны против серьезных противников.

— Но этого мало, — произнёс я. — Так что не забывай искать себе помощников — работы будет становиться только больше.

— Да было бы ещё время для этих поисков, — пробурчал Бородин.

— Алексей Михайлович, — строго обратился к нему я, — времени всегда не хватает. У тебя есть несколько приоритетных задач, а вот уже после них ставь себе поиск новых людей в Службу безопасности Пожарских…

— После длинного списка приоритетных задач? Который идет перед ещё более длинным списком обычных задач. Знаете, у меня не всегда дня хватает, чтобы выполнить все поставленные приоритетные задачи. Не говоря уже о последующих. Но вас я понял. Вы делаете невозможное каждый день, вот и я попытаюсь сделать так, чтобы в моих сутках было минимум тридцать шесть часов.

— Не сорок восемь? — усмехнулся я.

— Сорок восемь физически не потяну, -серьезно произнес он. А затем чуть сменил тон: — Полагаю, прямо сейчас вы позвонили, чтобы поставить очередную приоритетную задачу?

— Всё так, — невозмутимо ответил я. — К управлению моими активами — в первую очередь — новыми землями, будет добавлен человек со стороны — моя одногруппница.

— Управление будет происходить дистанционно? — Тут же уловил суть Бородин.

— Всё верно. И её вклад в развитие моего будущего рода потенциально будет огромен, но перед этим нужно бы хорошенько отфильтровать те данные, что мы ей отправляем.

— В каком объёме? — коротко спросил Алексей Михайлович. Я услышал скрябанье ручкой по бумаге, глава СБ явно записывал новое указание.

— На самом деле все скрывать не нужно, — заметил я. — Лишь совсем уж какие-то фантастические вещи, за которые Пожарских могут через день стереть с лица земли.

— То есть примерно половину того, чем вы тут занимаетесь, нужно скрыть от новой сотрудницы, — с пониманием проговорил Бородин. — Никаких Коптеров или препаратов по созданию магических зверей, или ваших с союзниками феноменальных возможностей к лечению…

— Ну с последним как раз сильно скрываться не стоит, — возразил я. — То, что мы можем лечить неизлечимо больных новой сотруднице известно. Но детали лечения, пока бы скрыть…

— Я вас услышал, поработаю над этим сегодня же.

— Я бы сказал — сейчас же, — поправил я.

— Хорошо, сейчас же, — вздохнул он.

— А я сейчас свяжусь с Мариной и обрисую ей ситуацию.

Бородин хмыкнул:

— Думаете, она нормально воспримет появление конкурентки? Из того, что я услышал, вы намерены дать довольно большие полномочия новенькой сотруднице.

— Будь уверен, она как-нибудь справится, — усмехнулся я. — Если эта новая сотрудница не сможет поставить себя в работе с Мариной — я сильно удивлюсь.

— Понял, — ответил он.

Мы перекинулись ещё парой слов, и я сбросил вызов. Затем принялся писать длинное сообщение Марине. Вопреки возможным опасениям, моя управляющая ответила довольно коротко: «Хорошо» — и всё, больше никаких пояснений.

Но, учитывая, что она и с прошлым объёмом работы зашивалась, на ее месте было бы глупо спорить.

С чистой совестью я отправил контакты Марины Анне. Однако же сразу сообщение девушка не прочла — видимо, отправилась третировать отца.

Что ж…

О, Наумов-старший как-то странно маячит на периферии — будто ходит из стороны в сторону.

Это он так обозначает свое присутствие? Чтобы господина не отвлекать, но при этом зная, что господин его заметит?

— Что-то срочное? — спросил я в рацию на личном канале.

— Не срочно. Но дважды одаренные закончили подготовку. Все могут выдвигаться, как только вы закончите свои дела.

— Понял. Тогда строй рейд. Через десять минут буду.