Глава 6

Ещё какое-то время сидели в темноте. Зверь, на удивление, не пытался приставать, только поворачивал голову так, чтоб я чесала ему за ушами. Я же раздумывала над новыми подробностями, но ничего логичного на ум не шло.

Взяли в рабство, отвезли на органы или, может, мои подруги состояли в какой-то секретной организации? Почему не забрали меня…

Догадки были одна другой хуже.

В какой-то момент волк убрал голову, подцепил когтем кусок жареного мяса и отправил в рот. Я заглянула в свою тарелку с недоеденным и почувствовала, как к горлу подступает тошнота.

Снова глотнула вина, принялась глубоко и ровно дышать.

— Где взял мясо? Это свинина? — спросила, хотя на ответ было совершенно всё равно. Просто хотелось говорить о чём угодно, только бы отвлечься от мрачных мыслей.

— Кабанчик… Хороший попался, жирный. — волк зажмурился и причмокнул.

Я слегка нахмурилась.

— Ты его сам поймал?

— Ну, почти. Кабана уже почти загнали, когда я его сцапал. Увёл прям из-под носа этих идиотов, видела б ты их рожи!

Я недоумённо приподняла брови:

— Здесь что, охотников много?

— Не особо. Но те, что есть — слишком много выпендриваются. Думают, что они крутые.

— То есть, мясо ты украл? — в моём голосе появилась насмешливая нотка.

— Нельзя украсть то, что и так твоё. А лес мой. Значит и мясо моё.

Я не нашлась чему возразить. Но одна деталь показалась странной.

— Ты хочешь сказать, они тебя видели? Поэтому у них были такие… Лица?

Оборотень пожал плечами, обсасывая косточку:

— Не знаю, темно было. Вряд ли разглядели, что я не совсем обычный волк. Да и пересрались они, со страху-то.

Зверь поднялся, снова устроился на стуле. Налил себе вина, выпил бокал залпом. Я проследила взглядом за красным языком, который быстро прошёлся по мокрым губам оборотня и скрылся за длинными клыками.

— Что-то ты мало пил за вечер.

Волк оскалился.

— Да не бойся, не отравлю. Я не люблю напиваться. Потом башка гудит и плывёт перед глазами, брр. Это ваши штучки, человеческие.

— Но ты ведь в каком-то смысле часть человека. Говоришь, ходишь…

Оборотень раздражённо прижал уши к голове и дёрнул хвостом.

— Нет. Я вообще ни разу не человек. Это он ко мне прилепился непонятно зачем.

Я вздохнула. И правда — большой, мохнатый, но… Ребёнок.

— Поешь ещё — и станет веселее. Может, хочешь прилечь? Ночи в лесу холодные, а со мной будет теплее… — ноздри волка хищно раздулись.

— Нет, спасибо. Мы договаривались только на ужин. — я сделала ещё глоток вина. Неосторожная капля прокатилась по подбородку и упала на ключицу.

Зверь проследил за этим, затем перевёл взгляд на мои покрасневшие и влажные от вина губы. Было видно с каким усилием он заставляет себя сейчас сидеть на месте.

Вино было вкусное, в меру сладкое и очень пьянящее. С каждым глотком я чувствовала, что становится легче. В какой-то момент стало даже почти хорошо.

Я улыбнулась волку, сжимая пальцами бокал. Поболтала слегка алую жидкость и снова поднесла к губам. Страх ушёл совсем, растворился в алкоголе.

— А неплохо ты тут устроился. Дом вон какой большой, дичи можно сколько угодно натаскать, вино хорошее в достатке. Прям не дикарь, а герцог какой-то. Ещё и одну-другую себе девчонку сюда приносишь, чтоб не скучно было. И не смотри на меня так, знаю, что тебе надо. Вина лучше налей.

И я снова протянула оборотню опустевший бокал.

Оборотень некоторое время тяжело дышал, глядя перед собой. Потом, наконец, поднял взгляд на меня. Резким движением схватил бокал, но не рассчитал сил и раздавил его.

Встряхнул рукой, сбрасывая осколки, затем с невозмутимым видом принёс другой бокал и наполнил сначала мой, потом свой почти до краёв.

— Пей сколько хочешь. А вина у меня и правда много, могу тебе целую ванну наполнить если хорошо попросишь. Но слишком уж ты дерзкая от него становишься. Хотя… Мне даже нравится. Ну, твоё здоровье!

И он снова двумя большими глотками осушил бокал.

— Мне нужно в уборную. — я предприняла шаг к отступлению, когда поняла, что комната начинает шататься.

Волк, сидящий напротив, явно тоже почувствовал на себе действие алкоголя, и его взгляд стал расфокусированным.

— Тебе помочь? — по затылку побежал холодок. Неужели, опять…

— Но мы же договорились, ты согласился и… О чём ты?

Оборотень моргнул и склонил голову на бок.

— Санузел на втором этаже. Ты можешь с лестницы свалиться, если голова закружится.

Я осторожно приподнялась. Слегка покачнулась, хватаясь за стол. Зверь незамедлительно оказался рядом. Потоптался на месте и одним движением подхватил меня в лапы.

— Ты что⁈ Поставь меня сейчас же!

— Не ори ты мне в ухо… Я только отнесу тебя и всё. Не буду лезть, обещал же.

Волк пошёл, осторожно переступая ногами. Я зажмурилась, чувствуя щекой его меховую грудь.

Если он сейчас свалится вместе со мной, то придётся меня по всему дому собирать…

Но очередной трагедии не случилось. Волк на удивление быстро поднял меня на второй этаж и спустился назад, бормоча про себя что-то о выветривающемся вине.

Я тут же метнулась к половице, за которой спрятала ключ. Дрожащими руками отперла дверь, заскочила в комнату и закрылась изнутри.

Не успела присесть на кровать, как волк тихо поскрёб дверь и жалостливо вздохнул.

— Не понравился тебе сюрприз? Опять спряталась… — ну хоть дверь не ломает. Нужно не потерять эффект.

Подошла к двери, села на корточки, чтоб быть на одном уровне с волком.

— Понравился. Очень. Но мне уже нужно ложиться спать, я… Выпила лекарство, от которого в сон клонит. — кривлю душой, в сон клонит меня вообще не от лекарства.

Снова тяжёлый вздох.

— Ну хорошо. Я буду тут, у двери. Посторожу тебя.

Я услышала, как оборотень улёгся на ковре, а через несколько минут раздалось тихое сопение спящего зверя.

Кровать встретила меня приятной мягкостью и я уснула почти также быстро, как и волк.

* * *

Проснулась я, как ни странно, абсолютно без похмелья. Потянулась, бросила взгляд в окно. Погода замечательная. Как же хочется погулять, но Эрик точно не пустит. Кстати, где он…

Я выглянула в коридор, ёжась от прохлады. На ворсе ковра был след от спящего тела. В ванной комнате напротив шумела вода.

Воровато оглядевшись, я подошла к двери и приложила к ней ухо. За дверью слышалось, как оборотень что-то напевает себе под нос и фыркает, умывая лицо.

Я представила волка в банном чепчике, намыливающим свой хвост и, не удержавшись, прыснула со смеху.

Звук воды тут же стих.

— Кэтрин, ты уже встала? Я сейчас выйду, подожди немного. Эта скотина вчера опять в земле вывалялась.

Я спустилась вниз, умылась в раковине на кухне. На столе были остатки костей, кое где на скатерть пролилось вино.

Проверила не лежит ли ключ от входной двери на том же месте — увы, но нет. И телефона не нашлось ни в комнате оборотня, ни в маленькой кладовке со шкафом, занимающим почти всё пространство.

Когда обходила стол чуть не наткнулась ногой на кусок стекла от разбитого бокала.

Ну уж нет, не хватало себе ещё здесь ногу проткнуть.

Совок с веником найти оказалось несложно.

Я быстро смела осколки, а заодно и убрала со стола кости от дичи и грязную посуду. Ненавижу бардак…

Заглянула в холодильник.

Взгляд упал на банку с джемом и тостовый хлеб. Тот самый химозный и долгохранящийся. Желудок требовательно заурчал.

Захотелось самой сделать себе еду. Готовка всегда меня успокаивала, приводила мысли в порядок.

Волк спустился вниз, когда я уже перекладывала глазунью в тарелки. Решила и на него приготовить, всё-таки он хорошо меня кормил за прошедшее время.

— Как вкусно пахнет! Ты такая бодрая сегодня. Наверное, все шкафы тут обыскала, да все ножи для масла за пояс запихнула? — шутливый тон волка расположил меня на ответный юмор, но придумать ответ не получилось.

Когда я повернулась с двумя тарелками, то они чуть не выскользнули у меня из рук.

Эрик быстрыми движениями вытирал мокрые волосы. Полотенце на его бёдрах было завязано слишком низко. Тут же встретилась взглядом с блестящими, вызывающими глазами.

Мужчина, заметив мой взгляд, развёл плечи шире, приподнял подбородок, словно нарочно демонстрируя развитые мышцы груди.

Я поставила тарелки на стол, и поспешно отвернулась, делая вид, что ищу глазами что-то в шкафу.

Поражённо ощутила, что чувствую возбуждение при виде этого красивого и сильного тела. Поняла, что завожусь от этих резких, чётких движений крепких рук.

— Скажи, я тебе совсем не нравлюсь? — я сжала ручку шкафа, стараясь совладать с голосом.

— Садись вон, за стол. С перцем немного переборщила, но есть можн…

— Тебе необязательно скрывать это. Я чувствую то же самое. Влечение, желание… Люди называют это такими красивыми словами.

Голос раздался прямо над ухом, я медленно развернулась, почти утыкаясь носом в грудь оборотня. Почувствовала запах хвойного мыла…

Попыталась убедить себя в том, что абсолютно любая здоровая женщина почувствовала бы вожделение при виде такого красивого мужчины. Отступила на шаг, ответила, стараясь не придавать тону эмоции:

— Слушай, ты о чём вообще? Я благодарна, что ты не мучаешь меня, как твой волк, не заставляешь спать с тобой и лечишь. Но не забывай о том, что ты держишь меня здесь насильно. Я сочувствую тому, что с тобой случилось в жизни, но прямо сейчас ты ломаешь мою и сам того не осознавая…

Мою речь прервал громкий звонок в дверь.

— Откройте! Это полиция.