Зловещие предупреждения Таверна все еще звучат в ушах и я напрягаюсь в ожидании продолжения. Впиваюсь пальцами в спинку стула и успокаиваю себя, что у Софи и Рэя не было детей.

— Не томите, леди Эви. Какой кровью? — спрашиваю устало.

Леди Эви поднимает руку и драматичным жестом указывает мне на герб, украшающий каминную полку. Я поначалу и не заметила его, потому что гербы в этом мире попадаются на каждом шагу.

Это щит, разделенный по диагонали. Верхняя половина сияет золотом, нижняя — черная. В центре застыло существо, от которого невозможно оторвать взгляд: могучее тело льва с развевающейся гривой переходит в змеиный хвост с жалом.

Пасть чудовища раскрыта в беззвучном рыке, обнажая клыки.

— Химера. Да. Когда-то химеры правили этими землями, но постепенно их кровь разбавилась. Мать Рэя была младшей сестрой моего мужа, лорда Хотронга.

— Она передала сыну кровь химеры? — спрашиваю, невольно холодея.

— Дело в том, что в Хотронгах этой крови почти не осталось. Они давно превратились в обычных магов, но Рэю не повезло. В нем кровь предков неожиданно проснулась.

— Так это он намерен отнять у вас поместье? — прижимаю руку к губам.

Задним числом становится еще страшнее. Стоит представить, от чего я бежала, волоски на шее встают дыбом.

Леди Эви смеется в ответ.

— Конечно же, нет. Лорд Сауберн дракон, хоть и с расщепленной ипостасью. Он не опустится до судебных тяжб.

Она качает головой и улыбается с горечью.

— Если Рэй захочет эти земли, он бесцеремонно ворвется сюда с мечом, но он… не захочет. Рэй избегает нас как чумы. А вот Найджел Хотронг, сын среднего брата моего мужа, мечтает заполучить наследство. Он слабый маг, но сердце у него самое черное.

Я опускаюсь на стул, ноги плохо держат. Некоторое время мы сидим в молчании. Я преисполнена благодарности к старой леди, которая вырвала меня из лап жестокого мужа.

— Я помогу вам с поместьем. Сделаю все, что могу. Но почему земли бесплодны?

— Сама не понимаю. Это началось после смерти мужа. Магия стала уходить.

В углу слышится шорох. Ох, это, оказывается, Арчи затаился, а я совсем забыла про него. Мальчик неловко мнется и с опаской посматривает на портрет Рэя.

Но этого портрета я и сама боюсь. Передергиваю плечами, по телу пробегает холодок.

С запозданием отмечаю, что картин тут много, некоторые скрыты под выцветшими тканями. "На холстах запечатлена история жутких потомков химер", — думаю об этом с невольным благоговением.

— Подберем тебе комнату, — леди Эви улыбается гаргулье. — И раны нужно снова обработать.

Мальчишку леди Эви помещает в гостевой комнате на втором этаже. Там пыльно и холодно, но камеристка — ее зовут Мария — разводит огонь.

Я опять подмечаю, как беспомощна леди Эвелина Хотронг в бытовых мелочах и обещаю себе отблагодарить ее работой.

После обработки трещин на груди гаргульи, я накидываю меховой плащ и выхожу в сад. Сама не знаю почему, но меня тянет сюда, словно магнитом.

Оказавшись под сенью чахлых крон, озираюсь. Провожу пальцами по шершавой коре яблони. Ворошу носком сапога землю.

Трава в саду не растет, земля промерзшая и сухая.

Неужели возродить природу в Хотронге невозможно?

Присаживаюсь на корточки и вижу небольшой росток, пробивающийся из-под твердой земляной корки. Нежно дотрагиваюсь до него указательным пальцем и внезапно снова ощущаю магию. Крошечная искорка срывается с ногтя и осыпает росток зеленой пыльцой.

Я чуть не падаю от неожиданности, а росток вытягивается и расправляет единственный чахлый листик.

Наблюдаю за ним затаив дыхание, но прогресс на этом и заканчивается. Магии недостаточно, да?

Растираю ладони, опять трогаю росток, но увы — больше ничего не происходит.

— Света! — зовет меня Мария и я встаю. Отряхиваю подол платья.

Настрой у меня деловой и даже боевой. Теперь, в безопасном месте, я смогу основательно изучить кристаллы Софи. Возможно, и секрет странной магии раскроется?

Рэй

Неделей ранее…

Губ сестры касается улыбка искусительницы и она указывает рукой на Ровену. Та, безусловно, хороша в длинном струящемся платье, которое не скрывает от опытного мужского взгляда прелесть ее юной красоты.

Рэй усмехается, переводит взгляд на сестру.

— Не боишься? — спрашивает он тихо. — Не боишься богов, Розанна?

— Они не станут препятствовать, Рэй, — отвечает сестра. — Посмотри, как разгорается огонь в куполе, боги благословляют новый союз.

Рэй поднимает голову и сжав челюсти следит за всполохами словно обезумевшего пламени, что мечется в полусфере купола. Это уже не имитация, даже жрец присмирел.

Розанна же глядит снисходительно, с затаенной злобой. Поглаживает его по рукаву острыми ногтями.

Рэй выдыхает сквозь стиснутые зубы, понимает, что попал в ловушку — боги заставят платить за то, что срезал метку с руки любимой.

Жесткая полубезумная улыбка искажает его лицо. Даже окруженный врагами, лорд Сауберн не позволит загнать себя в угол. Бросит вызов самим богам, но отомстит Таверну.

И найдет жену. Из-под земли ее выкопает. Поставит на колени смирившуюся, раскаявшуюся.

Лживых оправданий он больше не потерпит, лишь ее искреннее раскаяние излечит его душу.

В груди поднимается ядовитая, обжигающая боль.

Если бы Рэй не уничтожил метку, если бы не устроил фарс с отбором и рубищем, Софи бы убили.

А он в этих условиях не может обеспечить ей полную защиту. Не сейчас, когда замок полон врагов. За Розанной кто-то стоит, кто-то руководит действиями этой подколодной змеи.

— Рэй, посмотри на свою невесту. Разве Софи сравнится с этой прекрасной и чистой розой? Вспомни, что твоя жена раздвигала ноги перед другими. Сколько любовников у нее было, Рэй? Как думаешь? Я отвечу. Много.

Рэй косит глаз на сестру, рука тянется к ее горлу, но рано. Рано. Сначала он должен найти кукловода.

А Софи он спас. Спас, чтобы позже наказать. Выбить из ее светлой головки любые мысли о любовнике.

Она никогда не станет больше женой, не станет матерью его ребенка. Но научится ему служить.

Ровена между тем жадно следит за Розанной и Рэем. Она трепещет, но и излучает превосходство.

Думает, что победила? Отлично.

Рэй подходит к избранной совсем близко.

Невесты замерли, затаив дыхание. Они не ропщут, не возмущаются, понимая, что волю богов не обойти.

Но точно ли боги желают его союза с леди Ровеной?

Рэй склоняется к мысли, что они, скорее, задались целью уничтожить его, единственного дракона с кровью химеры.

Приняв решение, он резко хватает Ровену за косу и смотрит в ее запрокинутое лицо. Она морщится, тяжело дышит, не зная, как реагировать.

— Думаешь, что сможешь заменить мне леди Софи? — спрашивает он спокойно.

— Да, милорд. Я молода. Моложе и красивее вашей бесплодной и никчемной бывшей жены. И я полностью покорна вашей воле.

— Рэй! — возмущенно выкрикивает сестра.

Жрец беспокоится и суетится, но вмешиваться не смеет. А Рэю любопытно, что сделают боги? Накажут его за унижение их избранницы?

А пламя просто продолжает носиться в куполе. Богам все равно.

— Пойдем, докажешь свою покорность.

Рэй тянет Ровену за косу. Она вскрикивает, но идет за ним, мелко перебирая ногами.

— Рэй! — Розанна сверкает глазами. Только это ей и остается, она бессильна.

Рэй вытаскивает Ровену из храма и подхватывает на руки. Возможно, он страшен в этот момент. Наверное, даже так, потому что на лице победительницы отбора отражается страх.

— Куда вы несете меня? — шипит она.

— Проверить, вдруг жрецы подсунули мне порченый товар, — чеканит он.

Рэй ощущает, как напрягается тело невесты в его руках. Она боится его. Пусть. Пусть боится.

Мечтала о красивой сказке? Так сказки не будет. Потому что дракон привязан лишь к одной женщине, которую ненавидит больной любовью.

Он рычит, когда открывает двери первой попавшейся спальни ударом ноги. Кидает невесту на кровать.

— Нет, это недопустимо, милорд, — верещит Розана и пытается спрыгнуть.

Но он хватает ее за ступню и она беспомощно заваливается на спину. Рэй разъярен, а драконье сердце обливается кровью. Он заскакивает на кровать и нависает над девицей. Смотря в полные ужаса глаза, четко, по слогам, произносит:

— Ты подвинула соперницу, Ровена. Справилась. А теперь запомни то, что я скажу.

— Милорд, прошу…

— В жены ты не годишься. Я не стану идти против воли богов, но брак будет фиктивным. Знаешь ли, у меня дела.

В глазах Ровены расцветает разочарование, ее губы раскрываются в возмущенном «но».

— Как так… вы не можете…

— К моим услугам шлюхи, Ровена, — усмехается он. — А ты… Любишь вышивать? Не любишь? Придется полюбить.

Он поднимается с кровати и тяжело глядит на невесту. До нее наконец доходит, какую плату могут взять боги за чужую разбитую семью.

Ровена издает вопль, в истерике бьет кулаками по покрывалу, хватает подушку и кидает ее в дракона. А он только презрительно скалится и поворачивается к ней спиной.

Рэй направляется в кабинет. А через час появляется его посланник.

— Леди Софи не возвращалась в родной клан. Актер донес, что ее брат волнуется, отправил десятки писем. Адресаты неизвестны.

— А Таверн?

— Скрывается, милорд.

— Скрывается? — Сауберн мрачно усмехается. — Придется мне заняться этим слизняком лично, — в его голосе звучит опасная ирония.

Таверн их встречи не переживет, хотя Рэй, конечно, предпочел бы убить соперника на глазах Софи.

— Передай, чтобы седлали Сапфира, — произносит он.

— Сапфира? — сестра врывается в кабинет без стука. — Ты бросишь невесту? Что ты сделал с ней, Рэй?

— Она цела и невредима. Но да, меня не будет неделю… а может месяц.

Рэй поднимается на ноги и сестра сразу смиреет под его взглядом. Не говоря ни слова, он покидает кабинет. Пришло время распутать клубок интриг и если Владыка клана замешан, их ждет серьезная война. Рэй не склонен прощать предательство.